Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Что такое список политзаключенных и зачем его ведут

После летних протестов и начала «московского дела» все чаще стала встречаться фраза: «Свободу политзаключенным». Но кто такие политические заключенные?

С лета 2008 года в правозащитном центре «Мемориал» работает программа мониторинга политически мотивированных преследований и помощи их жертвам. В рамках программы «Мемориал» ведет список политзаключенных России. Для многих людей попадание в этот список означает признание их моральной правоты.

«Такие дела» рассказывают, как составляется этот список и почему он важен для каждого из нас.

Фото: Григорий Сысоев/РИА Новости

Что такое список политзаключенных?

Общепринятого понятия «политзаключенный» не существует. Правозащитный центр «Мемориал» считает политическими заключенными людей, подвергающихся уголовному преследованию за реализацию своих гражданских прав или в связи с принадлежностью к какой-либо группе из-за их убеждений и взглядов, а также людей, которых преследуют с нарушением законов или явно избирательно по политическому мотиву.

В 2016 году из-за большого количества людей, преследуемых по политическим мотивам, Совет правозащитного центра «Мемориал» разделил общий список. В первый список вошли люди, которые преследуются по политическим мотивам в целом, а во второй — люди, которые преследуются по политическим мотивам в связи с тем, как они реализуют свое право на свободу вероисповедания.

По данным этих двух списков, сегодня в России 317 политзаключенных, все они отбывают наказание, связанное с лишением свободы. Большая часть политзаключенных находится именно в религиозном списке: 253 человека преследуются за попытки отстоять свое право на свободу вероисповедания, в то время как по политическим мотивам — 64. «В основном это мусульмане, но с 2017 года очень быстро и в большом количестве добавляются свидетели Иеговы. Их активно преследуют после того, как Управленческий центр свидетелей Иеговы в России был признан экстремистской организацией и запрещен на территории России. Все местные организации были запрещены вместе с ним», — говорит сотрудник программы поддержки политзаключенных правозащитного центра «Мемориал» Александр Алексеев.

Если человек не лишен свободы, например вышел по УДО или находится под подпиской о невыезде, Совет включает его в третий список. Третий список — это люди, преследуемые по политическим мотивам без лишения свободы. Сюда же относятся те, кто уехал за границу и получил статус беженца. «Так в этом списке появился “болотник” Бученков, который не был на Болотной площади 6 мая 2012 года, но тем не менее преследуется в уголовном порядке. В 2017 году он уехал в Литву, а в списке находится, потому что в России его преследование продолжается до сих пор», — пояснил Александр Алексеев.

Существует и четвертый список, в который «Мемориал» включает вероятных жертв — тех, в чьем преследовании есть признаки политической мотивации или серьезное нарушение закона, но по делам которых у правозащитников нет достаточного количества документов. Также в этот список попадают люди, чьи дела не соответствуют критериям правозащитного центра «Мемориал». Эти критерии опираются на Резолюцию ПАСЕ об определении политического заключенного. Например, в ней говорится, что человек может считаться политзаключенным, если лишение его свободы произошло с нарушением одного из основных прав, гарантированных Европейской конвенцией по правам человека и Протоколами к ней, а также если лишение свободы является результатом очевидно несправедливого разбирательства, что, по мнению правозащитников, связано с политическими мотивами властей.

Совет исключает из числа политзаключенных тех, кто применял насилие или призывал к нему

По этой причине «Мемориал» не признал политзаключенным публициста Бориса Стомахина, которого несколько раз осудили по статьям, связанным с призывом к террористической и экстремистской деятельности. «В текстах, за которые его судили, он действительно призывал к насилию. По этой причине “Мемориал” не мог признать его политзаключенным. Но мы неоднократно подчеркивали, что наказание, которое суд назначил Стомахину, чрезвычайно несоразмерно степени общественной опасности его высказываний», — говорит правозащитник.

Кто принимает решение?

Процесс принятия решения о соответствии человека статусу политзаключенного начинается с мониторинга в СМИ и социальных сетях всех политически мотивированных преследований. После этого сотрудники правозащитного центра связываются с человеком, его родственниками или адвокатами, чтобы получить материалы дела. «Затем наши сотрудники начинают анализировать его политическую мотивированность. Зачастую это достаточно очевидные вещи, потому что часть статей задуманы как политически мотивированные. Например, так называемая “дадинская” статья 212.1. Сейчас по этой статье в колонии сидит Константин Котов. Сама статья уже предполагает политически мотивированное преследование, потому что штрафы, выписываемые активистам, ограничивают свободу собраний, закрепленную в Конституции 31-й статьей», — считает Алексеев.

Затем сотрудники «Мемориала» готовят справку, в которой излагают детали преследования и версию обвинения, а также собственное мнение о том, почему считают преследование политически мотивированным, а самого человека — политзаключенным. Эта справка отправляется в Совет правозащитного центра «Мемориал». Именно он принимает окончательное решение голосованием.

Один из самых ярких примеров разногласия внутри Совета касался запрещенной в России организации «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами». Сейчас в списках «Мемориала» 168 человек, признанных политзаключенными в связи с принадлежностью к этой организации, а общее количество преследуемых в связи с принадлежностью к ней — 312 человек. Внутри Совета «Мемориала» есть неприятие доктрины этой организации. Например, об этом высказывался член Совета Олег Орлов, неоднократно заявляя, что «эта организация очень неприятная и очень вредная». Тем не менее все члены Совета признают, что преследование ее сторонников в России непропорционально степени опасности этой организации. «Эта организация признана террористической, но терактов она не совершала. И все эти люди преследуются по террористическим статьям, предполагающим очень жесткое наказание. В 2018 году в Уфе во время большого процесса по одному из дел, связанных с “Хизб ут-Тахрир”, разом осудили 20 человек. Одному из осужденных, Ринату Нурлыгаянову, 28 лет, и он получил 24 года строгого режима за принадлежность к организации, участие в которой отрицает», — поясняет Александр Алексеев.

Что дает статус политзаключенного?

Статус политзаключенного не отражается на положении человека в юридическом поле, но помогает привлечь внимание гражданского общества и получить поддержку. «После признания лиц политзаключенными мы стараемся проводить для них кампании общественной поддержки: призываем людей писать им письма, собираем адреса колоний и СИЗО, в которых они находятся, выкладываем их в открытом доступе. Активисты, которые занимаются письмами, также включаются в эту работу и поддерживают политзаключенных, держат их в курсе того, что происходит в России, и помогают справиться с той тяжелой ситуацией, в которой они находятся», — рассказывает Алексеев.

Кроме того, благодаря общественным кампаниям о политзаключенных узнают не только в России, но и за ее пределами. Правозащитный центр «Мемориал» предоставил свою информацию Международной коалиции в поддержку узников Кремля, которая публиковала в США доклады о политических преследованиях в России. Эти доклады помогли идентифицировать ответственных за политически мотивированное преследование. Впоследствии американские конгрессмены неоднократно накладывали на них персональные санкции.

Кроме того, признание человека политзаключенным может облегчить его финансовое положение. В отдельных случаях «Мемориал» оплачивает юридическую помощь лицам, которых преследуют по политическим мотивам. «Мы можем помочь с оплатой услуг адвокатов и экспертов по делу. Также вместе с Союзом солидарности с политзаключенными мы проводим регулярные благотворительные вечера в поддержку политзаключенных, на которых собираются средства для поддержки их семей», — признается Александр Алексеев.

Еще одна основная функция статуса — общественное внимание к конкретному человеку как гарантия его безопасности. «В колонии человек может подвергнуться самым жестоким и бесчеловечным пыткам. Статус политзаключенного и запросы, которые делает “Мемориал” в администрацию колонии, в надзорные органы, в прокуратуру и в управление ФСИН, позволяют понять чиновникам на местах, что правозащитники следят за этим человеком. Часто это помогает облегчить нахождение в колонии, потому что [сотрудники колоний] боятся общественного внимания. Все самые страшные вещи происходят тогда, когда общество безразлично к судьбам людей», — считает Алексеев.

Все самые страшные вещи происходят тогда, когда общество безразлично к судьбам людей

Наконец, статус политзаключенного, собранные материалы и авторитет правозащитного центра «Мемориал» могут помочь человеку получить статус беженца.

«Мемориал» ежегодно публикует списки политзаключенных, рассылает их журналистам и неравнодушным в России и за ее пределами. По мнению Александра Алексеева, главная функция списков политзаключенных — помочь оценить масштаб политических репрессий в России и понять, какие группы становятся более уязвимы в те или иные моменты и по каким статьям преследуют более и менее активно.

«За каждой фамилией скрывается реальный человек с его историей, с зачастую поломанной жизнью и надеждами, поэтому мы стараемся собрать всю информацию и сделать истории этих людей известными», — заключает правозащитник.

10 декабря, в Международный день прав человека, «Мемориал» открыл сбор пожертвований, чтобы погасить штрафы, назначенные организации за неисполнение закона об иностранных агентах. На момент публикации общая сумма штрафов составляет 2,7 миллиона рублей. 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: