Кремлёвские Звёзды проект журнала

Люба


Переехала в посёлок при разрушенном заводе

в поисках счастливой и спокойной жизни

 

За спиной у Любы полки, на которых аккуратно разложены акриловые ноготки. Тонким узором бежит по ним рисунок – дело рук Любы. Цветные стены весело расписаны крупными цветами, и это – тоже дело ее рук. У Любы – светлые вьющиеся волосы. Она – мать троих детей.

В своей руке она держит руку полной женщины, которая сидит напротив. Люба называет ее своей одноклассницей, хотя выглядит намного младше. Люба работает с ее ногтями – длинными, посаженными на короткие толстые пальцы. На вопрос о муже Люба не отвечает, из чего становится ясно – в ее семье неблагополучно.

– Я люблю работать с детьми, – начинает она, сосредотачиваясь глазами на длинном ногте. – Но работа с детьми – это, конечно, замечательно, только она не оплачивается достойно. Я долго искала себе занятие и даже не знала, что ногти наращивают. Ко мне пришла моя тетушка и сказала: «Все, ты будешь заниматься ногтями. Там надо уметь рисовать, а ты как раз рисуешь».

 
 

– Я поехала в обучающий центр в Твери. Мне нравится ковыряться в чем-нибудь мелком. Мне важно, чтобы было не скучно. Когда у меня нет цели, у меня может начаться депрессия. Только я на нее права не имею, у меня маленькие дети. Думаю, всем нужна цель. Чтобы было интересно жить, а не просто жизнь спокойно проживать. Сейчас моя цель – открыть свой салон. Просто из-за финансов это не получается. А так у меня есть клиенты, – она кивает на женщину, и та кивает в ответ. – Они везде за мною ходят.

 
 

– Родилась я в Вышнем Волочке. У нас в черте города был поселок Киров, его между собой «Дубителем» называли. Там работал завод дубильных экстрактов, и при нем было все – детский сад, школа. Мы там дружили все. А когда завод развалился, разбрелись кто куда.

– Нас принимали в пионеры на Красной Площади в Москве. Тогда я мечтала стать известным модельером, и чтобы у меня был свой журнал мод. Мечтала поехать во Францию, увидеть Париж и умереть, ха-ха-ха. Я написала об этом сочинение, и меня отругали: «Какая ты тогда пионерка, если не пойми о чем мечтаешь?!» А в Париже я никогда не была и, может, никогда туда не попаду.

В школе нас в обязательном порядке возили на экскурсию на «Красный Май». Стекло и роспись по нему меня завораживали. Нам показывали, как выдувать изделия. Нам говорили, что тут делаются звезды для Кремля, для Москвы. А Москва была для нас как заграница. Вы не смотрите, что отсюда до Москвы близко, но жили-то люди небогато, особых возможностей поехать в Москву не было. Наши родители ездили туда на экскурсию, и только их выпускали в этой Москве, как они сразу же бежали за колбасой... Я потом эти звезды издалека видела и говорила всем: «Смотрите! Это у нас эти звезды сделаны!».

– Я целыми днями нахожусь в этой студии. Да, конечно, моя работа не вечна, не то что роспись по стеклу. С моими ногтями женщина проходит всего недели три, но ей будет приятно на них смотреть.

«Мы как раз были теми детьми, с которых снимали галстуки. Мы последние пионеры»

– У тебя фантазия в рисунке зашкаливает, – обращается к ней клиентка.

– Наши женщины вообще любят ухаживать за собой, – говорит Люба. – Ну попробуй пойти в магазин с обгрызанными ногтями, сразу все заметят.

– Почему вы считаете, что здесь кругом разруха?! Какая тут разруха?! Тут спокойствие! Да, дома деревянные, так что в этом плохого? Наоборот, полезно в них жить, – дерево дышит. А вообще, все когда-нибудь разрушается. Это вы в Москве к каменным домам привыкли.

Ну а завод… Да он не умирает, он умер. И что с этим сделаешь? Это уже произошло, и возродить его нереально. А вы лучше посмотрите на нашу природу. У нас замечательная природа! Я ее ни за что не променяю на вашу московскую суету.

 
 
«Я всю жизнь мечтала вернуться в совдеповский поселок. В ту атмосферу, где дети утром идут в школу дружно в ряд под присмотром одной мамы»
 
© Такие дела, 2015

Здесь родились рубиновые звёзды…

На подъезде к Вышнему Волочку со стороны Санкт‑Петербурга виднеется почти незаметный указатель «Посёлок Красномайский» – в прошлом один из известнейших посёлков стеклодувов в стране. Своё название он получил по имени гиганта стеклопроизводства завода «Красный Май». Это сейчас молчат заводские гудки, не дымят трубы многочисленных стекловаренных печей, а трава покрывает дорожки, ведущие к цехам, где в предпобедном 1944 г. было создано знаменитое «рубиновое» стекло для звёзд Кремля.

Единственное, что сейчас напоминает о заводе и его богатой истории – небольшой музей, в котором ещё каким-то чудом есть вакансия директора, а по совместительству экскурсовода. Именно здесь можно услышать местную легенду о том, как один из стеклодувов «старой» царской школы предложил молодым специалистам совместить слои красного стекла другим составом. До этого у молодых и учёных «спецов» ничего не получалось, «горел» государственный заказ на рубиновое стекло. И только мудрость и опыт старшего поколения спасли все дело.

Ещё расскажут в музее и о том, что секрет приготовления «рубинового» стекла хранили как государственную тайну и даже крошки от порезанных для установки на звёзды стёкол тщательно собирались и куда-то утилизировались. Ни кусочка не должно было разойтись по рукам. Хотя можно в массе расплавленного стекла на месте цеха, где варили то самое стекло рубинового цвета, найти ещё горошины красные, как алая кровь.

сер. XIX в

А ведь начиналось всё в середине XIX в., когда предприимчивые купцы построили в деревне Ключино первые химические заводы. Так был нарушен покой старинной деревни Ключино, дремавшей на берегах реки Шлины аж с 1499 г. В музее завода хранится справка, за подписью местного исправника, в которой сказано: «Примечание: Из числа показанных в сей ведомости заводов, в 1859 году открыто три и именно: Винокуренный Г. Березина, Химический Г. Самарина и Скипидарный Г. Венгеровой, а потому в ведомости о фабриках и заводах за 1858 г. они показаны не были».

1859 и 1873 гг.

А дальше – больше. Основанное в 1859 г. химическое производство перекупил «вышневолоцкий 2-й гильдии купец Андрей Васильевич Болотин (чаще в то время писавшийся как Болотов) – родоначальник династии стеклозаводчиков Болотиных. В 1873 г. он запустил здесь первую стекловаренную печь. Её макет тоже можно увидеть в заводском музее. Здесь же можно увидеть и первую продукцию Болотинского производства: разноцветные керосиновые лампы, увенчанные лёгкими, тонкими абажурами, фигурные вазочки, в красочном декоре которых запечатлелись черты окружающей природы. Говорят, что в середине века XX кому-то из стеклодувов предложили повторить одну из таких вазочек для антуража к съёмкам какого-то из фильмов, и даже не смотря на то, что на заводе трудились многие художники по стеклу, никто из них так и не рискнул повторить произведение предшественников.

кон. ХIХ в

Завод «купца города Волочка» Василия Андреевича Болотина вырабатывал к началу XX в. стеклянную аптекарскую, столовую и кондитерскую посуду, плафоны для ламп, выполняя заказы со всех концов империи. Сырье для завода брали в окрестностях и закупали в Петрограде, Москве, Нижнем Новгороде и Твери: песок, сода, поташ, марганец, селитру, известь. Стекловаренная печь была одна и при ней пять закальных печей. Завод помещался в семи деревянных зданиях. По сведениям 1875 г. на заводе трудилось 160 человек, продукции выработали на 65 тысяч рублей.

Но Болотин не был скопцом, полученные деньги шли на улучшение быта рабочих, кроме этого им была выстроена в посёлке Ключино каменная часовня Александра Невского, взамен ветхой в честь Иоанна Предтечи, которую перенесли на заводское кладбище и приспособили под «покойницкую». В построенных Болотиным «бараках» для рабочих до сих пор живут красномайцы, ещё недавно в каменном двухэтажном доме управляющего размещалась детская поликлиника – это сейчас прекрасное крепкое здание брошено и разрушается, в главном доме усадьбы Болотиных тут же при заводе в последние годы советского периода размещалось правление. Теперь здание сломано, а территория застраивается.

В окрестностях завода Болотин выстроил зимнюю часть с колокольней у храма Преображения Господня в с. Леонтьево, пожертвовал туда иконы писанные на Афоне, за что был избран старостою прихода и удостоен чести вместе с родственниками быть погребённым под храмом. За свой кошт выстроил он и храм Воскресения Христова в погосте Городолюбля, в приход которого входило Ключино в те времена. Были планы и строительства своего отдельного храма в самом посёлке, где приходящий городолюбский священник служил в приспособленном помещении, как вспоминает старшее поколение стеклодувов. Намерение построить храм, по их словам, было выполнено, и на сельском кладбище была поставлена деревянная церковь, разграбленная и уничтоженная в середине XX в. Болотины были меценатами и в других делах, что можно поставить только в пример.

1920-е гг.

В 1920 году завод национализировали и он перешел в собственность государства. Первого мая 1923 года состоялось собрание рабочих и служащих завода, на котором было принято решение о переименовании завода в завод «КРАСНЫЙ МАЙ». Уже перед войной расширялось и модернизировалось производство, строились новые цеха, появлялись новые специалисты.

1940-е гг.

В годы Отечественной войны (1942-1945) в больших количествах завод вырабатывал техническое стекло для нужд Военно-Морского флота и авиации, изготавливались семафорные и светофорные линзы, ламповое стекло, аккумуляторные сосуды. В 1944-46 гг. с честью был выполнен первый правительственный заказ на изготовление рубинового стекла для кремлёвских звезд. В 1946 году заводу вручено Красное знамя ВЦСПС и Наркомата легкой промышленности на вечное хранение. За годы войны заводской коллектив 23 раза занимал первое место во Всесоюзном социалистическом соревновании среди предприятий легкой промышленности с вручением переходящего Красного Знамени. Семь раз заводу присуждали II место. В послевоенное время развитие предприятие, благодаря внедрению новых методов производства, пошло ещё быстрее, превратив его в один из гигантов стеклянной индустрии.

50–60-е гг.

В 50-60 годы на заводе получает распространение разделка стеклоизделий золотом, эмалью, люстрой, силикатными красками. Выпускались также изделия из двух-трехслойного стекла. Но особенно прославились красномайцы сульфидным стеклом, которое не зря называют «русским чудом» за неисчерпаемое богатство цвета. И еще его называют так за исключительное свойство изменять окраску в зависимости от температуры и длительности обработки, что придает массовому изделию уникальную неповторимость. Этот материал был освоен заводом в 1959 году, «КРАСНЫЙ МАЙ» являлся, по существу, единственным предприятием не только у нас в стране, но и во всем мире, где сульфидное стекло закрепилось как непременное стекло заводского ассортимента.

Советский период истории предприятия связан с именами многих выдающихся художников по стеклу. Их имена и творения хранит музей предприятия. На заводе трудились петербургские художники: заслуженный художник РСФСР Б.А. Смирнов и Д.Н. Дэемяшкевич, москвичи Л.А. Фомина, Т.П. Сажин, Л.И. Савельева, В.А. Филатов, заслуженные художники РСФСР Г.А. Антонова, А.Я. Степанова, С.Г. Рязанова, эстонка Э.О. Йыги и художники из других республик.

На предприятии изготавливались вазы, сувениры, посуда, декоративные произведения, светильники, архитектурно-строительное стекло. Основу заводского ассортимента составляют новые образцы, созданные в художественной лаборатории завода, где трудились художники, имена которых известны в художественном стеклоизделии: заслуженные художники РСФСР А.М. Силко, С.М. Бескинская, В.Я. Шевченко, Л.А. Кучинская, художники С.А. Коноплев, В.Г. Хролов, А.И. Новиков, К.Н. Литвин, Е.Ю. Есикова.

1980-е гг.

В 1950-80 гг. на месте деревни Ключино вырос новый посёлок из кирпичных многоэтажных домов, действовали школа, детские сады, школа искусств, ГПТУ, своя заводская больница с отделением скорой помощи. В окрестностях завода выросли профилакторий и пионерские лагеря. Самый известный из них располагался в урочище Городолюбля, куда приезжали на отдых многие именитые гости города, включая и Ю.А. Гагарина.

Ещё сейчас заметны следы былого процветания: светильники на подъезде к заводу выполнены в виде красных звёзд, и красные стеклянные звёзды украшают стелу напротив завода, цветным стеклом украшены фасад проходной и сама надпись с названием завода и Орденом трудового красного знамени, которым был награждён завод. При входе в проходную можно увидеть и другие награды завода, например выбитые на мраморе золотыми буквами, наградные Указы Президиума Советского Союза, заложенные обломками мебели, и знамёна за запылившимся стеклом. Поражает своей монументальностью запущенная доска Почёта с барельефом, изображающим работу стеклодувов, и профилем Ильича. Пропал недавно с площади перед заводом памятник Ленину – ещё один символ безвозвратно ушедшей эпохи.

2015 г.

Сейчас вроде бы юридически живой завод фактически представляет собой печальнейшее зрелище мёртвого гиганта, который некогда был славой Вышневолоцкой земли. Убого выглядит и посёлок, запущенные здания, неухоженные скверы… Лишь храм на центральной площади контрастирует с окружающей мрачной действительностью, призывая к возрождению.

Что ждёт Красный Май дальше? Смотря на эти руины, трудно себе представить, что всё это возможно вновь запустить и восстановить. Хочется верить – да! Но ключевое слово – хочется… Ведь выгоднее китайское стекло, да и мастеров былого уровня не сыскать, пресеклась связь поколений.

Перечислять утраченное за последнее время можно долго и от этого будет ещё горше. Потеряно в людях главное – желание жить и трудится. Кто-то выживает, мотаясь на заработки в крупные города, а кто-то спивается. Есть единицы, что продолжают патриотично трудиться, но итог один: один в поле не воин, когда остальные бегут. Такова жизнь Красномайского посёлка и завода – зеркало русской действительности.

В статье использованы материалы Государственного архива Тверской области,
Музея стеклозавода «Красный Май» и сайта: http://vvredmay.ru/invest(r).htm

Денис Ивлев, краевед, г. Вышний Волочек
Синица.
Бывший бригадир завода
Люба.
Мастер по маникюру.
Энгель.
Бывший рабочий завода
Анна.
Экскурсовод в музее завода
Лёха.
Последний житель деревни.
Слово мэра.
Заключительная история