В курсе дело

Фото: Владислав Ефремов

Как падение курса рубля влияет на жизнь трудовых мигрантов, работает ли в этой области импортозамещение, и почему украинцы едут в Россию все чаще, а таджики — все реже

«Мама, ты что, меня больше не любишь? Почему папа вернулся домой, а ты — нет?» — спрашивает Татьяну пятилетний сын Андрей, когда она звонит домой, в Молдавию. Последние несколько лет ее семья была разбросана по разным городам, а сына воспитывала тетя. Но теперь, когда из-за кризиса работа в России стала менее выгодной, все родственники Татьяны вернулись в Кишинев. Осенью домой приехал и ее муж, Евгений, который работал в Москве строителем.

Татьяна работает в Москве по три месяца, а потом на две недели ездит в родной город. Два года назад она была полностью довольна своей зарплатой, ради которой стоило терпеть и тяжелые условия жизни, и разлуку с семьей. Но деньги в Молдавию нужно отправлять в долларах, а в результате падения курса рубля часть зарплаты теперь просто исчезает.

«Когда муж работал в Москве, жилось легче: мы виделись по выходным, было не так тоскливо, — говорит Татьяна. — А теперь тут ни мужа, ни денег. Никто из родных, которые вернулись в Кишинев, и слышать не хочет о том, чтобы снова поехать в Москву. Я бы и сама прямо сейчас все бросила, но жалко денег, которые я заплатила за годовой патент на работу. Я вот все думаю: может, как-то все изменится? — А то тут каждую копейку экономишь, чтобы побольше осталось семье, питаешься кое-как, а все без толку — рубли тают на глазах».

в результате падения курса рубля часть зарплаты теперь просто исчезаетТвитнуть эту цитату Камил тоже приехал в Москву по рабочему патенту и собирается уехать, как только оплаченный период закончится. Дома, в Таджикистане, у него все шло неплохо: он закончил институт, открыл маленький бизнес. Но ему всегда хотелось перебраться в столицу России: почему-то казалось, что она похожа на Лос-Анджелес, и здесь можно заработать на образование для детей. Пять месяцев назад он устроился работать водителем московской маршрутки и быстро понял, что ошибался.

«Когда я собирался в Россию, тысяча рублей стоила 150 таджикских сомони, — объясняет он. — А теперь всего лишь 100. В месяц я зарабатываю 30 тысяч рублей, половину трачу: надо ведь и за квартиру платить, и чем-то питаться. Те деньги, которые я отправляю домой, теперь можно и там заработать — даже просто на стройке. И там можно хоть немного отдыхать: здесь приходится работать с шести утра до одиннадцати вечера, а выходной всего один. Я в этот день из дома не выхожу, отсыпаюсь за неделю, и не получается даже Москву посмотреть. А жаль — красиво здесь. Но жить хорошо можно, только если много зарабатываешь, а бедным здесь не место».

«Я и дома могу столько заработать»

Гастарбайтеры стали уезжать из России еще в декабре: если раньше на каждого уехавшего приходилось по 30-40 приехавших, то к концу 2014-го года эти цифры почти сравнялись. Тогда, правда, эту тенденцию пытались объяснять сезонным оттоком рабочих, которые должны были вернуться весной. Но этого так и не произошло. Год назад граждан Таджикистана в России было 1,3 миллиона, а сейчас их — на 20% меньше, то есть 1 миллион. Год назад граждан Таджикистана в России было 1,3 миллиона, а сейчас их — на 20% меньшеТвитнуть эту цитату

«Сейчас мы подаем в Департамент труда в три раза меньше заявок на новый персонал, чем раньше, а в августе вообще некому работать, — говорит Евгений Глушко, менеджер склада распределительного центра «Дикси». — Людям больше невыгодно у нас работать, они ведь приезжали в Россию, чтобы семью прокормить, а сейчас что у них остается, чтобы домой переводить?»

Объем работы на складе у Дмитрия остается прежним, количество персонала постоянно сокращается. Искандер — бригадир склада — тоже собирается возвращаться в Таджикистан.

Фото: Владислав Ефремов

«Я изначально в Москву не хотел ехать, нужда заставила. Здесь приходится жить с кучей соседей, еда дорого стоит. Раньше я постоянно встречал земляков, а теперь все реже: уезжают в Таджикистан. Пора и мне тоже ехать: зарплата теперь получается такой маленькой, что незачем оставаться. Я и дома столько могу заработать».

Как только новые законы вступили в силу, ФМС за первую же неделю зафиксировала 70% падение количества гастарбайтеровТвитнуть эту цитату Отток мигрантов вызван не только падением курса рубля, но и ужесточением законодательства: с 2015-го года всем гражданам Азербайджана, Украины, Киргизии, Молдавии, Таджикистана и Узбекистана нужно получать загранпаспорта и патенты, чтобы иметь право работать в России. В Москве за рабочий патент нужно платить четыре тысячи рублей в месяц, в Санкт-Петербурге — три тысячи. Кроме того, необходимо сдать платный экзамен по русскому языку и пройти медкомиссию — тоже за деньги. Все вместе может обойтись в 30-40 тысяч — не каждый строитель получает такую зарплату. Как только новые законы вступили в силу, ФМС за первую же неделю зафиксировала 70% падение количества гастарбайтеров.

«Мне кажется, государство в чем-то просчиталось, когда попыталось отрегулировать законодательство, — говорит председатель профсоюза трудящихся мигрантов Ренат Каримов. — Иностранным рабочим чуть ли не жить приходится во всяких госучреждениях. Если раньше в ФМС обращались около пяти тысяч человек в сутки, то теперь — меньше тысячи. Правда, я не думаю, что рабочих действительно стало приезжать в пять раз меньше. Просто многие решили, что если получить все нужные документы стало так сложно, то проще работать нелегально. Хотя, конечно, многие люди действительно уехали домой».

Даже у тех, кто оформляет патенты по всем правилам, возникают проблемы.

Мухаммед приехал в Москву из Таджикистана девять лет назад: решил заработать на дом и образование для детей. Все эти годы он проработал на стройке. 27 июля коллеги Мухаммеда, среди которых был его брат, пошли на обед и не вернулись: их задержали во время рейда сотрудники ФМС.

Поймал 10 нелегалов за день, взял с каждого по 1500, вот и заработокТвитнуть эту цитату  «Их всех заставляли подписать документ, где говорилось, что якобы два месяца назад, до получения патентов, они работали здесь нелегально, хотя доказательств никаких нет», — рассказывает сотрудник Общества политических эмигрантов Центральной Азии Рахмиддин Камолов. Он показывает отсканированные документы задержанных: у всех есть патенты и миграционные карты. — «Еще им нужно было подписаться под тем, что они отказываются от услуг адвоката и переводчика. Раньше, пока правила въезда не ужесточили, с нелегальных гастарбайтеров можно было брать взятки. Поймал 10 нелегалов за день, взял с каждого по 1500, вот и заработок. Теперь действовать стали по-другому. Либо ты платишь, либо тебя задерживают и заставляют подписать документ, будто бы ты нарушил закон».

В последнее время к Рахмиддину все чаще обращаются с подобными проблемами, но обжаловать решения суда почти невозможно, а в ФМС на такие обращения отвечают слишком долго. Брату Мухаммеда и его товарищам помочь не удалось: некоторых из них оштрафовали, а других депортировали.

Знаете, здесь вот все говорят, что у них деды воевали. Так они и у нас воевалиТвитнуть эту цитату «Зачем нам эта работа? — возмущается Мухаммед. — Я получаю 25 тысяч рублей в месяц. Раньше можно было отправлять домой по 500$, а теперь максимум — 200. А если столкнешься с ФМС и заставят дать денег, чтобы не депортировали, остается вообще 100-150. За патент по четыре тысячи в месяц приходится платить, а говорят, вообще до семи тысяч поднимут. Вот тогда мы уже точно плюнем на все и уедем домой, в Душанбе. Знаете, здесь вот все говорят, что у них деды воевали. Так они и у нас воевали, моя бабушка два раза в немецком плену была».

«Россияне к нам работать не приезжают»

За последний год в России стало модным слово «импортозамещение». Но заменить иностранных рабочих сложнее, чем сыр, — потому что просто некем.

«Россияне к нам работать почти не приезжают, — говорит Евгений Глушко из «Дикси». — А те, что появляются, больше трех недель обычно не выдерживают. Им предлагают более высокую зарплату, чем иностранцам, но все равно деньги небольшие, а работа тяжелая и травмоопасная, никто не готов рисковать собой за гроши. Для рабочих из Средней Азии раньше наша зарплата была серьезной: у них на родине на эти деньги можно было неплохо жить».

Пока жители Узбекистана и Таджикистана разъезжаются по домам, в Россию приезжает работать все больше граждан Украины. По данным Росстата, за год их количество выросло вдвое и сейчас составляет около 58,5 тысяч человек. Но с ними у работодателей не всегда складываются отношения.

«Чаще всего они хотят больше денег, чем рабочие из Таджикистана и Узбекистана, потому что считают себя более квалифицированными, — говорит подрядчик строительной фирмы Борис Сабуров. — В конце 1990-х так оно и было. Из Средней Азии тогда приезжали строители, которые умели только копать и ломать. Но за 15 лет они всему научились, стали работать на очень хорошем уровне, их теперь тяжело заменить».

Некоторые сотрудники Бориса проработали с ним по 10-15 лет, но даже они засобирались домой. «У нас в Таджикистане раньше мешок картошки стоил в пересчете на рубли 1000, а теперь 1500», — объясняют они ему, когда приходят увольняться.

Фото: Владислав Ефремов

«С одной стороны, работать на родине им сейчас особо негде, — говорит Борис. — Но они могут уехать в Китай или в Корею. Да и потом лучше они будут дома зарабатывать 10 рублей, чем получать здесь 15 и половину отдавать за разные документы. У меня ребята все чаще просят выдать им в начале месяца часть зарплаты авансом, чтобы продлить патент. Некоторые не успевают все оформить и мотаются до ближайшей границы, чтобы официально выехать из страны и вернуться все делать заново. Дома у них нормальные квартиры, а здесь приходится жить в бытовках и общежитиях. Конечно, есть и те, кто надеется на лучшее и остается, но им приходится намного больше работать: начинать в семь утра и заканчивать в 10 вечера. Только так они могут отправлять домой столько же денег, сколько и раньше».

По словам Бориса, во время прошлого кризиса — в 2008-2009 годах — рабочие тоже уезжали, но не так часто. Тогда денежные переводы из России в Таджикистан сократились на 10-15 %, а в этом году — на 42,4% по сравнению с 2014-м годом. Еще, как объясняет Борис, во время прошлого кризиса было больше работы: люди не переставали строить дома и ремонтировать квартиры. Теперь заказчиков становится все меньше.

«Им уже все равно, кто будет президентом»

На Каширском строительном рынке по-прежнему много мигрантов из Таджикистана и Азербайджана, — как будто ничего не изменилось. Но говорят они в основном про упавший рубль.

Сулейман уже семь лет торгует здесь краской и привозит из Таджикистана бригады земляков, которые делают ремонт. Он считает, что переживать не о чем, без рабочих страна не останется:

«Уезжают только те, кто только недавно приехал, по-русски говорить не научился, контактами не обзавелся, — объясняет он. — А вот те, кто уже давно здесь и делают хороший ремонт, никуда не денутся. Сейчас меньше заказов — а значит, остаются только профессионалы».

Бек — рабочий из бригады Сулеймана — думает так же:

«Я тут уже 11 лет, успел и прижиться, и денег заработать. Но многие друзья отправились домой. Ничего страшного — чем больше людей уезжает, тем больше у нас заказов».

Домой, в Таджикистан, Узбекистан или Молдавию, возвращаются те, кто в состоянии найти там работу. Но некоторым деваться из России просто некуда.

Домой возвращаются те, кто в состоянии найти там работу. Но некоторым деваться из России просто некудаТвитнуть эту цитату Жильцы одного из московских домов, уезжая в отпуск, спокойно доверяют консьержке Тамаре ключи от своих квартир: просят кормить кошек или рыбок или помыть посуду. Тамара часто вспоминает свою двухкомнатную квартиру в городе Лисичанске (Луганской области), в которой она восемь лет делала ремонт.

«Наш дом пока еще стоит, но вокруг много разрушенных, — рассказывает Тамара. — Ездить туда очень страшно, так что квартира, получается, никому не нужна: муж умер, дети уехали в Польшу, а я здесь. То есть я просто так за нее плачу. Правда, раньше мне для этого нужно было переводить в гривны 62 рубля, а теперь — 250».

Тамара — химик-технолог, у нее два диплома — о высшем и средне-специальном образовании. Последние три года перед пенсией она работала на фабрике в Киеве — там была хорошая зарплата, да и пенсия потом должна была получиться приличной. Но из-за войны пенсионный фонд сократился, и теперь Тамара получает тысячу гривен в месяц: на эти деньги можно либо оплатить квартиру, либо купить еду, — одно из двух. Пришлось уехать в Москву, работать консьержкой.

Фото: Владислав Ефремов

В прошлом году, когда в Лисичанске начали стрелять, Тамара перенервничала и попала в больницу с диабетом. Половина здания была разрушена, во время дождя с потолка текла вода. По ночам по городу летали беспилотники, а  ровно в три начинался обстрел.

Сейчас Тамара старается ездить домой как можно реже. В 68 лет тяжело сутки трястись в автобусе, — а поезда давно не ходят. В магазинах Лисичанска нет ничего, кроме предметов первой необходимости, работать негде — заводы и фабрики закрылись. В Москве Тамара зарабатывает 15 тысяч в месяц за дежурства и еще две тысячи за то, что моет полы в подъезде. Этого хватает на еду и на капельницы.

В хорошую погоду Тамара выходит во двор и подолгу разговаривает с двумя другими консьержками из Лисичанска, которые работают по соседству. Они редко спорят о политике: им уже давно все равно, кто будет президентом, и нужно ли будет дома расплачиваться в гривнах или в рублях. Главное, чтобы можно было уже наконец вернуться.

В последний раз Тамара была дома в декабре. Вернулась в Москву, закрылась в своей каморке на первом этаже и легла спать. Проснулась среди ночи из-за того, что на улице стреляли. Поняла, что нужно бежать. В темноте нащупала бумажник и паспорт, накинула куртку, выскочила за дверь и только тогда поняла, что это — не традиционный для Луганской области ночной обстрел. Просто молодежь в новогоднюю ночь взрывала петарды, наступал 2015-й год.

Лица, изображенные на фото, не являются героями материала.

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
354 438 510 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: