Такие дела

«Нам бояться нечего»

Москва в день отмены режима самоизоляции, введенного из-за пандемии коронавируса COVID-19

«Страшилка, чтобы отобрать последнее»

Когда в России объявили о пандемии, мой свекр послушно начал пользоваться антисептиком, носить маску и перчатки — ему было 59 лет, он оказался в зоне риска. При этом Жан-Луи постоянно повторял: «Я не могу заболеть коронавирусом — это невозможно». Ему казалось, что не стоит просто так паниковать, а COVID-19, скорее всего, не сильно отличается от гриппа или сезонной простуды.

Жан-Луи жил в России больше 15 лет: работал в Москве зубным техником. Почему он в самом начале верил в свою неуязвимость, теперь не у кого спросить. Жан-Луи умер ранним апрельским утром в московской больнице под аппаратом ИВЛ. Кажется, он так и не пришел в сознание. Теперь его имя в «Списке памяти» врачей, погибших от COVID-19, а родные во Франции ждут, когда откроют границы — чтобы попрощаться.
f
Когда я рассказала о случившемся дальней знакомой, она спросила с сомнением: «Может, он умер от чего-то другого? Откуда ты знаешь, может, его специально записали в умершие от COVID — для статистики?» О том, что опасность коронавируса демонстративно преувеличивается властями, а болезнь на самом деле не так страшна, как кажется, говорят многие ковид-диссиденты.

Государство взялось за борьбу с фейками. 1 апреля президент России Владимир Путин подписал закон об уголовной ответственности за недостоверную информацию о COVID-19. Максимальное наказание — три года лишения свободы. Если из-за недостоверной информации кто-то умрет, срок может вырасти до пяти лет. Помимо реальных сроков, за фейки предусмотрены штрафы до 700 тысяч рублей. Одно из первых дел возбудили после публикации видео, в котором утверждалось, что коронавирус разработан в научном центре «Вектор» в Новосибирске.

Вопреки стараниям государства или только убеждаясь благодаря борьбе с информацией в спланированном заговоре, ковид-диссиденты продолжают утверждать, что официальная информация о коронавирусе — ложь. В начале мая житель Брянской области в ходе пьяной драки избил до смерти своего приятеля. Убийца работал охранником в Москве. Вернувшись домой, он начал рассказывать, что коронавирус — «страшилка, которой запугивают россиян, чтобы отобрать у них последнее». Друг не согласился с его точкой зрения. В итоге спор перерос в драку, а драка — в убийство.

Примерно в то же время в Северной Осетии сожгли антенну сотовой связи 5G. Глава республики Вячеслав Битаров во время пресс-конференции объяснил: некоторые местные жители верят, что коронавирус — выдумка, необходимая, чтобы «поставить антенны 5G, облучить» население, а затем, когда люди потеряют сознание, их «чипируют».

«Глобалисты пойдут на любые жертвы»

Теории заговора — часть современного фольклора, утверждает старший научный сотрудник РАНХиГС социальный антрополог и фольклорист Александра Архипова. Одна из причин, почему у конспирологических концепций появляются сторонники: они дают «простое и формально логическое объяснение тому, что происходит вокруг».

«Наш мозг, в принципе, очень хочет получить ответы — и, главное, быстро, — говорит эксперт. — Некоторые исследования показывают: если рассказать группе людей, которая уже находится в состоянии стресса, какую-нибудь конспирологическую теорию, это может их успокоить и вернуть потерянный контроль. Логика здесь следующая: чем ниже у тебя чувство контроля над ситуацией, тем психологически выгоднее верить в действительность, которой управляет могущественный враг. Предположим, ты не можешь повлиять ни на что, потому что есть Билл Гейтс и он всех чипирует. И окей, с этим [все понятно]».

Билл Гейтс на Всемирном экономическом форуме в ДавосеФото: Sebastian Derungs/World Economic Forum swiss-image.ch/commons.wikimedia.org

Тайное чипирование человечества создателем Microsoft миллиардером и филантропом Биллом Гейтсом — это самая популярная теория заговора, связанная с коронавирусом. Изначально эта идея возникла в англоязычной среде. Ее сторонники есть по всему миру. Так, 28 процентов американцев верят, что Билл Гейтс решил использовать вакцины для вживления микрочипов в людей. Предприниматель выступает настоящим воплощением мирового зла и использует коронавирус как прикрытие, полагают сторонники этой теории.

Об опасности чипирования в разное время заявляли Никита Михалков, Виктория Боня и Марат Сафин. Сам Билл Гейтс был обескуражен и спустя пару месяцев курсирования таких слухов заявил: «Я никогда не занимался какими-либо изобретениями вроде микрочипов. Это ужасно трудно отрицать, потому что это глупо и странно».

Не все сторонники «теорий заговора» верят в чипирование и тайный заговор Билла Гейтса, но они сходятся в одном: вирус совершенно точно должен отвлечь и запугать людей. Таким образом их сделают послушными воле теневых игроков, которые управляют миром. В этом уверена и 50-летняя Анастасия из Оренбурга (имя изменено по просьбе героини), которая когда-то была директором института.

«Коронавирус — это созданная глобалистами технология управления. То, что это искусственное, а не стихийное бедствие, понимает каждый», — считает она.

Анастасии ясно, что «глобалисты не зря создают тысячи институтов и тратят бешеные деньги на свои программы». Их цель — создание устойчивого мирового правительства, куда входят самые богатые семьи планеты. Ради этого глобалисты «пойдут на любые жертвы, им безразличны судьбы людей». В свою очередь цель мирового правительства — не деньги, а контроль над человечеством.

Поэтому вирус — это «апробация мирового контроля над населением планеты»

На вопрос, что же тогда такое коронавирус сам по себе, Анастасия ясного ответа дать не может.

«Сама себе не могу ответить пока. Что это — запугивание или реальная опасность? Время от времени мои мысли на этот счет меняются. Я знаю, что перед пандемией США поссорились с Италией — и, как следствие, там много заразившихся. Знаю, что в Италии стариков принуждали делать прививки осенью 2019 года, все они заразились и умерли в период пандемии. Знаю, что собирали наш биоматериал. Для чего? Думаю, для каждого народа они [глобалисты] создавали отдельные штаммы вируса. Для русских пока не создали: мы очень разные по национальному составу».

«Коронация и возведение на престол Антихриста»

Часть православных ковид-диссидентов вслед за западными конспирологами и фундаменталистами верит в заговор тайных сил. Так, на сайте «Русская линия» появилась серия статей об изнанке «мирового “коронабесия”» и «биологической войны». Отправной точкой для текстов послужила теория, согласно которой «американские ученые-генетики работают над созданием специальной вакцины, способной уничтожить в ДНК человека, как они его называют, ген Бога».

Другие убеждены, что Господь может помочь справиться с любой болезнью, поэтому проявлять «малодушие», сидеть дома и опасаться болезни не стоит. Так, по информации СМИ, в конце апреля настоятель Среднеуральского женского монастыря схиигумен Сергий в ходе проповеди объявил, что проклинает всех, кто за закрытие храмов из-за коронавируса. Он известен в том числе тем, что практиковал экзорцизм и был духовником известных людей. Схиигумен верит в типизацию, поэтому советовал отказываться от вакцинации, и в его словах усмотрели признаки экстремизма — ими заинтересовался центр «Э». В Русской православной церкви в свою очередь решили провести церковный суд над клириком и лишили его права проповедовать. В ответ схиигумен Сергий фактически захватил Среднеуральский женский монастырь. Сейчас, по его словам, в монастыре находятся 523 человека.

Настоятель Среднеуральского женского монастыря схиигумен СергийФото: https://www.youtube.com/Движение Царский крест

«Сейчас это все делается добровольно-принудительно с нами. Это я хотел только довести до вас. Защитить вас от всех тех, кто хотел нам сделать фашистский режим. Я не хочу, чтобы вы и ваши дети были рабами в фашистском концлагере. Аминь», — приводит слова схиигумена Сергия издание Znak.com.

Между тем не только власти разных стран, но и интернет-ресурсы пытаются бороться с сомнительной информацией: апрельский ролик, в котором схиигумен Сергий проклял сторонников закрытия храмов, на момент публикации статьи заблокирован видеосервисом YouTube.

На других площадках тоже стараются оперативно выявлять, удалять или маркировать подобные сведения как ненадежный контент. В фейсбуке еще в январе пообещали удалять фейковую информацию о новой болезни из Китая. За один только апрель представители соцсети обнаружили 50 миллионов единиц контента с недостоверными сведениями о COVID-19. В мае стало известно, что соцсеть удалила «сотни тысяч единиц дезинформации».

Тем не менее по-прежнему существует недоверие к официальным мерам борьбы с инфекцией и к тому, что именно считать фейковой информацией о коронавирусе. Когда патриарх Кирилл призвал молиться дома на Страстную неделю и на Пасху, а храмы и монастыри рекомендовали закрыть для верующих, некоторые священники и прихожане открыто выступили против такого решения.

По утверждениям СМИ, после Пасхи увеличилось количество сообщений о смертях среди представителей духовенства, а в некоторых монастырях стали вспыхивать очаги заражения. Например, на карантин закрыли Дивеево — оттуда 28 апреля с подтвержденным COVID-19 госпитализировали 71 монахиню.

«Настоящий “вирус” живет и радуется»

Несмотря на это, некоторые ковид-диссиденты убеждены: вирус можно победить с помощью молитвы. Среди них 47-летний юрист Михаил Поперечный из поселка Новое в Ярославской области. Он объяснил: «Совокупность представлений православного человека о жизни включает взгляд на все внешние опасности как на неприоритетные ни для него самого, ни для народа. Эти опасности преодолимы усилием обязательной общей церковной молитвы. Господь Всевышний заведомо сильнее любого микроба, всякой болезни, и у живущих в Духе и Разуме Христовом есть в этом абсолютная уверенность».

По мнению Михаила, «насаждающие безотчетный страх перед неведомым “вирусом” игнорируют “традиционное и правильное” мнение верующего народа — и распространяют “мнение, противное Православной Вере”».

Верующие в церкви Рождества Христова в ЮрьевцеФото: Владимир Смирнов/ТАСС

«Даже непосредственно насущная угроза жизни и здоровью — своему или чужому — уважительным мотивом для верующих никогда не была и не будет. Главный ценностный ориентир для верующего человека, как уже подчеркнул, не материально-физическая сохранность, а соблюдение себя на пути к вечному спасению».

Когда Михаил пишет о вирусе, он часто берет это слово в кавычки. По его мнению, мы не знаем о COVID-19 «практически ничего, кроме статистики» и «информации от лиц, которые по разным причинам не заслуживают нашего доверия».

«Методика тестирования на антитела не выдерживает критики: в организме большинства людей присутствуют антитела на определенные группы патогенов, к которым может относиться актуальный “вирус”», — считает Михаил. Он убежден, что к умершим от COVID-19 приписывают автоматически всех пациентов, у которых при вскрытии обнаружился отек легких.

«Это 80—90 процентов всех поступающих трупов. Таким образом отек легких равно “пневмония” (“клиническая картина”) равно “подтвержденный коронавирус” равно “пневмония с подтвержденным коронавирусом”. Именно так! — рассказывает Михаил. — А настоящий “вирус” живет себе, ни о чем не подозревая, и радуется жизни. Вместе с нами».

«Не хуже какого-нибудь гриппа»

Люди, отрицающие опасность COVID-19, не обязательно сторонники той или иной теории заговора. Родители 21-летней художницы и иллюстраторки Сони Кощеевой сейчас соблюдают все меры защиты, но при этом до сих пор считают, что смертность завышают и «вообще только зазря пугают людей», потому что ситуация «не хуже какого-нибудь гриппа».

«Мы с родителями начали говорить об эпидемии еще в феврале, когда она касалась только Китая. Мы с моим парнем очень напряглись из-за новостей про вирус, сошлись на том, что, вероятнее всего, скоро в России тоже начнется эпидемия и все будет паршиво. Тогда родителям все происходящее было совершенно не интересно. Они были твердо убеждены, что вирус не сможет проникнуть в Россию, ругали нас, мол, мы, впечатлительные молодые люди, склонны принимать все близко к сердцу».

Соня временно съехалась с подругами и начала соблюдать строгий режим самоизоляции. Изредка она выходила в магазин и с собакой, но лишний раз старалась не появляться на улице. Через неделю Соня слегла с температурой.

«Было очень плохо и очень страшно, так что я вызвала скорую. У меня и двух моих сожительниц взяли мазки, впоследствии COVID-19 подтвердился только у одной моей соседки. Тем не менее из всех трех только я была с высокой температурой и сильным кашлем, затрудненным дыханием и жуткой слабостью. Мама начала за меня волноваться, но по-прежнему отрицала, что это может быть COVID-19, — все говорила, что я впечатлительная и чувствую себя плохо именно на почве нервного истощения».

Тем временем родители Сони продолжали ездить в Москву из Подмосковья на работу. Мать постоянно контактировала с людьми — она парикмахер. За нее Соня боялась больше всего. Ее мама в зоне риска: она астматик, перенесла серьезную пневмонию, и одно легкое у нее «нерабочее». Кроме того, у мамы Сони проблемы с сердцем и почками.

«Она молодая, ей всего 43, но организм у нее сильно подбитый, — рассказывает девушка. — На мои просьбы по возможности никуда не выходить и перейти на удаленку родители отвечали агрессивно, мол, ты совсем сдурела. Иногда мама срывалась на меня: зачем я мотаю им нервы своей болезнью и самочувствием».

«Наверное, это потому, что легче обвинить кого-то одного, чем признать существование большой опасной ситуации»

Позже, когда Соня выздоровела, родители решили забрать ее к себе — чтобы дочь пришла в себя. К тому времени отца перевели на удаленку. Мать тоже должна была находиться дома: парикмахерскую официально закрыли на карантин. Но в четырех стенах «ей не сиделось».

«После моего приезда домой мы с ней часто ссорились, потому что я попросила ее посидеть дома и не рисковать здоровьем, а она отвечала, что я глупая и молодая, легко мне так говорить. Отец тем временем закапывался в статистике и читал сомнительные сайты без подтвержденных источников. Его основными доводами были: «От гриппа тоже много людей умирает, этот новый вирус не опаснее сезонного гриппа» и «Эту статистику безбожно завышают, на самом деле смертность у этого вируса не такая большая, да и все, кто умер, старые, нам бояться нечего».

Родители Сони уверены, что власти «чрезмерно запугивают население, чтобы отмыть деньги», которые были выделены на меры борьбы с эпидемией. За свое здоровье они как будто не боятся.

«Но, учитывая, какие громкие у нас скандалы на этот счет, мне кажется, что если бы они не боялись этого малоизученного вируса, то не отвечали бы на мои опасения такой агрессией и обесцениванием. Уверена, что это защитная реакция — отрицание. Признать существование такой неизвестной опасности очень тревожно», — говорит девушка.

Отец Сони все еще на удаленке, а мама уже вышла на работу. В опасность вируса она по-прежнему не верит, но в парикмахерской соблюдает все меры предосторожности: работает в защитной маске и перчатках. «Большего мне и не надо», — замечает Соня.

* * *

Клинический психолог Ульяна Скорнякова отмечает, что недоверие к официальной информации — это защитный механизм отрицания реальности, с которой тяжело справиться.

Доверие к власти — это исторически непростая тема, говорит эксперт. Люди не чувствуют себя в безопасности, не чувствуют стабильности, и в этом смысле «теории заговоров вполне имеют место быть в сознании» как способ упорядочить жизнь и найти хоть какую-то опору.

«Парадоксально, но именно это делает подобные теории особенно ценными: тогда не обязательно возвращаться в реальность, которая не нравится», — заключает эксперт.

Exit mobile version