Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Сканерство доставляет удовольствие»

Фото: Екатерина Одинцова

Что такое сканерство? И можно ли назвать частую смену увлечений и мест работы особенностью устройства психики? В фотопроекте Екатерины Одинцовой девять героинь рассказывают о том, как совмещают разные хобби, интересы и профессии, и в результате беседы с ними корреспондентка «Таких дел» сама в себе с удивлением нашла сканера, занимающегося йогой, пиаром, журналистикой, написанием сказок, рисованием портретов и кинематографом

«Если бы я не была взрослой, все бы перепробовала!»

Ольга Кретинина, 39 лет, Липецк

Мне всегда было интересно делать сразу несколько дел: читать, плести коврики, танцевать. Но кроме девчачьих, «обычных» увлечений, я устроила во дворе пансионат для собак (кормила, лечила бездомных четвероногих) и вела что-то типа ток-шоу — в обычной пятиэтажной хрущевке собирала детей и взрослых на настоящее «Поле чудес»: подъезд украшали открытками, даже барабан нашли, рассылали приглашения всем соседям, например, на четверг на 19:00. В назначенный час выходили взрослые и дети, приносили стулья, садились в «зале» и играли с нами, открывая буквы, задавая вопросы. Сейчас, вспоминая это, я думаю: общество изменилось и повторить такое сегодня невозможно.

Ольга Кретинина
Фото: Екатерина Одинцова

Родители не вмешивались в мои увлечения, не настаивали и не мешали. Мое детство пришлось на 90-е, они думали, как заработать денег, а не как развивать меня. В детстве спорт прошел мимо меня, я была совсем неспортивная. А сейчас у меня красный диплом инструктора по адаптивной физической культуре. Мне стала интересна йога, йога-терапия, поэтому я окончила физкультурный институт.

В студенчестве я подрабатывала, но все мне быстро надоедало. Постоянная работа появилась после выхода из декрета и рождения второго ребенка, и я не меняю ее уже десять лет. Получается, на отношении к работе у меня сканерство не сказывается. Работа приносит доход, но интерес к ней я давно исчерпала, она дает мне лишь стабильность. Сканерство напрямую не монетизируется, но я могу ориентироваться во многих областях, у меня широкий кругозор, я хорошо прогнозирую развитие событий за счет богатого опыта.

Круг общения у меня стабильный, и я скорее одиночка по жизни. Так что можно сказать, что сканеры — не всегда экстраверты. И мне не кажется, что сканерство — явление современное. У меня двое детей, у них есть куча возможностей для развития, творчества (если бы я не была взрослой женщиной, я бы сейчас все перепробовала!), а мои дети практически ничем не увлекаются, им неинтересно. Возможно, мир переполнен информацией, новые поколения ни в чем не заинтересованы, им трудно делать выбор. Нас же толкал вперед дефицит и жажда узнать то, до чего трудно добраться.

«Есть планы однажды стать водителем трамвая»

Екатерина Буторина, 21 год, Санкт-Петербург

Подростком я бросила художественную гимнастику, которой занималась 11 лет, и решила занять себя танцами, живописью — стала развиваться в новых направлениях. Расцвет моего сканерства произошел в Санкт-Петербурге, куда я переехала в восемнадцать лет. Тогда я и стала принимать в себе любовь часто менять увлечения.

Екатерина Буторина
Фото: Екатерина Одинцова

В моей семье есть яркий представитель противоположного сканерам типа — дайвера, это моя бабушка. Если она занимается, то только одним делом: всю жизнь работая в больнице, она «отвлекалась» разве что на вышивку. При этом в семье меня никогда не ругали и не критиковали за перемены, даже отказ от занятий гимнастикой все восприняли нормально. А вот маму можно отнести к сканерам: она занималась йогой, была инструктором по ЛФК (это ее профессия по образованию), она посещала курсы по дизайну интерьеров и много путешествует.

Одна из моих близких подруг — тоже типичный дайвер: она оканчивает бакалавриат исторического факультета и параллельно занимается языками, в ее жизни нет разброса в увлечениях и наполовину сделанных дел. В моей жизни есть фотография и кино, которыми я увлечена также довольно давно, поэтому не могу сказать, что я воспринимаю себя менее успешной или целеустремленной. С самой собой мне сейчас вполне комфортно и интересно, я не испытываю дискомфорт оттого, что расстаюсь со своими хобби. Недавно я занялась фотографией на пленку, оптической ручной печатью, это мои увлечения последних двух месяцев. При этом бросила танцы (занималась два года), перестала тратить время на пэчворкинг.

Есть категории хобби и увлечений, которыми я не буду заниматься никогда: любые виды танцев (я пробовала и поняла, что это не мое), точные науки типа физики или математики — не представляю, что должно со мной произойти, чтобы я оказалась в этих сферах. Не знаю, можно ли отнести к характеристикам сканеров привычку откладывать все на последний момент, но эта черта мне в себе как раз не нравится и я стараюсь с ней бороться.

Пока у меня не было стремления снова начать делать то, что мне уже не нравится. Но есть планы однажды стать водителем трамвая (для этого нужно получить специальные права), пожить за границей, научиться рисовать маслом (сейчас я хорошо знакома лишь с акварелью). Когда-то я хотела заниматься модельным бизнесом, и у меня есть почти все данные для этого (чуть не хватает роста), но я не уверена, что реализую эту мечту.

«Не исключаю, что в будущем издам книгу»

Любовь Волкова, 31 год, Санкт-Петербург

Сканерство — это большой пласт разных причин, процессов для перемен: возможно, это непостоянное явление в жизни человека и через психотерапию или события можно на чем-то остановиться и перестать менять увлечения. Сканеры очень подвижны в своих занятиях, интересах и приоритетах, у них гибкий ум, эмоции. Подвижность — ключевое слово, определяющее их жизнь!

Любовь Волкова
Фото: Екатерина Одинцова

Мне кажется, сканерство в области увлечений может переходить на аспект личной жизни или карьеры. С регулярностью изменений в работе связана и моя жизнь. Несмотря на то что я долгое время работала в одной компании (она достаточно крупная, окологосударственная), я занималась внутри структуры разными направлениями. Была инженером, после, по разным причинам, решила заниматься управлением информационными моделями и менеджментом в сфере качества и управлением проектами. Сейчас я занимаюсь фотографией и для себя допускаю возможность, что на этом остановлюсь. Но я понимаю, что это объемное направление, в которое могут войти и преподавание, и специальные проекты.

Установки, на которых мы воспитывались, заставляли меня испытывать стыд перед самой собой из-за частой смены работы, он преследовал меня долго. В голосе внутреннего критика я слышу голоса и мамы, и папы, и бабушки, и школьных наставников.

Про моих близких мне трудно сказать, сканеры они или дайверы: мама успела позаниматься многим, была очень подвижной и гибкой и сейчас занимается йогой, которой увлеклась в пятьдесят лет. Но опыт моих близких трудно сравнивать с моим, потому что они жили в другое время. Сперва это была стабильность, после — 90-е и эпоха постоянных перемен.

Мне кажется, сканерство — это один из аспектов формирования новой реальности. В XXI веке ты наверняка попробуешь в жизни много всего разного, окружающая действительность просто заставит получать новый опыт и учиться новому. И я говорю не про трагичные изменения, когда бедность или кризис заставляет меняться, а, например, про технологии и прогресс: получил ты образование десять лет назад, стал специалистом — сперва востребованным, а после твоя специальность исчезла, но появились новые. Что это может быть? Еще в 90-х можно было работать машинисткой, печатать на печатной машинке текст. Еще в 2000-х было очень много печатных газет и нужны были наборщики. Совсем скоро станет еще меньше водителей общественного транспорта, а на заводах останется только контролирующий процесс производства персонал. Да даже журналистов уже скоро совсем не останется.

Для меня важно признание и внимание: я хочу, чтобы один из моих проектов или кадров был известным, вызвал резонанс, плюс мне хочется снимать о важном. Не исключаю, что в будущем я издам книгу.

«Есть риск остаться старухой у разбитого корыта»

Виктория Надеева, 24 года, Киров

Часто менять работу и увлечения — это нормально, особенно если тебе мало лет. Пока я молода, я должна попробовать все, везде побывать, все потрогать. Я работала полгода в общепите (официантом), и мне уже не интересно. Я хочу поработать в сфере IT, но у меня нет образования, поэтому, боюсь, мне светит только позиция офис-менеджера. Я хотела быть актрисой и даже серьезно изучала условия поступления в театральное училище, но меня остановило то, что у меня нет приличного спортивного костюма и обуви для экзамена. Спортивного костюма! Понимаете? Не отсутствие номера или вокальных данных, меня остановили кроссовки.

Виктория Надеева
Фото: Екатерина Одинцова

На карантине я решила попробовать что-нибудь новое: читала книги про гейм-разработки, начала вышивать, начала изучать язык кодинга Python, начала учиться играть в шахматы, собирала пазлы, изучала русское искусство XIX века. Делала буквально по три дела разом: вышивала под документалки про разные непопулярные страны, например. И в какой-то момент я спросила себя: все ли нормально? как далеко я продвинулась? Недалеко. Вспомнила, как вышивать, — и хватит. Узнала, как ходят фигуры? И достаточно.

Сейчас учусь на факультете истории, но учителем быть не собираюсь. Тема с образованием «бодрая», если речь идет не о преподавании в школе, где работа учителя — неблагодарный труд за 20 тысяч рублей. Но для меня важна отдача, поэтому мне нравится быть вожатым: я работала вожатой и любила своих подопечных, а они — меня.

Я начала чувствовать в себе сканерство в пятнадцать лет — нестабильные качели в виде амбиций, желаний и отсутствия законченных дел пришли в мою жизнь. Мой психолог сказала, что мое сканерство — это последствие того, что со мной происходило в детстве. Мама относится к моим идеям и задумкам со скепсисом: «Давай засекать время, сколько ты будешь заниматься этим делом?» Раньше я уделяла хобби больше времени (годы), веря, что я стану музыкантом или великим спортсменом. Но со временем срок годности у хобби стал короче, я стала быстрее бросать занятия.

Несмотря на то что я очень ведомый человек, практики по самоорганизации и медитации мне не подходят: два года я проработала в ресторане ведической кухни, но разочаровалась в кришнаитах как в бизнесменах, поэтому и к их медитациям отношусь плохо. Все мои друзья скорее дайверы, чем сканеры. Они смотрят на меня и думают иногда, как мне помочь и что же меня так сильно кидает. Сканерство — это неплохо, если это временно. Когда на всю жизнь — есть риск остаться старухой у разбитого корыта. Но я этого не боюсь. Если ты поступил на строителя — это не значит, что ты не сможешь стать виолончелистом. Важно захотеть.

Большой плюс от сканерства: со мной можно хоть в гараж, хоть в библиотеку. Шарю во всем понемногу, могу поддержать разговор в любой сфере. Я могу заинтересовать себя вообще всем чем угодно. И даже сложным, и даже скучным — это огромная сила сканера. Но приоритеты для сканера — очень сложный вопрос. Они у меня постоянно меняются. Раньше для меня очень важно было получить высшее образование, а сейчас, в двадцать четыре года, я думаю: люди вертятся, крутятся, сами чему-то учатся. Зачем эта вышка?

На более поздние годы я планирую, как человек из деревни, садоводство. У меня будет свой дом, мне будет лет пятьдесят, я буду закатывать помидоры в банки. Чуть раньше я все же планирую заняться программированием, но перед этим мне нужно заработать какой-то капитал, чтобы уделить время образованию. Еще я хотела бы вернуться к рисованию — я занималась с художником и бросила, потому что разочаровалась в нем как в преподавателе. Еще хочу научиться кататься на скейте, снова начать ходить на скалодром.

«Кайфую от алгоритмов, хотя терпеть не могла математику»

Екатерина Скерсь, 19 лет, Санкт-Петербург

Мне кажется, я всегда была сканером, но не осознавала это. Термин узнала из книги Барбары Шер «Отказываюсь выбирать!»: определение сканера и признание этой модели поведения нормальной успокоили меня и позволили принять себя. До этой книги, в школе, в седьмом-восьмом классе, я очень переживала, что не могу ничем по-настоящему надолго увлечься.

Екатерина Скерсь
Фото: Екатерина Одинцова

Я росла под влиянием фильмов: есть воспоминания, кажется, еще до детского садика, когда мы смотрели кино про кунг-фу или карате и я тут же хотела начать заниматься единоборствами. Потом я смотрела фильмы про рисование — и хотела рисовать. У мамы была подруга-флорист, и я мечтала стать флористом или дизайнером интерьеров, даже собирала букетики в поле, когда ездила за город. Кого бы я ни встречала — мне было интересно попробовать то, что делали люди вокруг меня.

Когда мне исполнилось восемнадцать, мои родители разошлись и я поняла, что теперь могу делать то, что хочу: остановила подготовку к ЕГЭ и решила поступать в вуз через год. За это время я доучила английский, поборолась с комплексами, прошла коммуникативный курс и приняла решение поступить в МГУ. МГУ! Мысль о поступлении в какой-то вуз, кроме СПбГУ, была свежей. Прочитав описания факультетов, я выбрала социологию: мне очень понравилось это направление, потому что оно показалось свободным.

Сейчас я учусь на социологическом факультете МГУ на первом курсе на вечернем отделении и кайфую от гуманитарных наук, математики, алгоритмов, формул, хотя в школе терпеть не могла математику и до пандемии сдавала ЕГЭ максимум на 40 баллов.

Из недавно оставленных увлечений выделю китайский язык: осенью я стала читать биографию Джеки Чана, пересматривать его фильмы, узнала, что он музыкант! Большинство интервью, к слову, он дает на китайском. Несколько месяцев я увлеченно проговаривала и выписывала иероглифы, но вот недавно, в декабре, перестала уделять время этому хобби.

Есть увлечения, которые я уже запланировала на будущее. До тридцати лет нужно успеть заработать как можно больше (это время, когда сил и энергии очень много); после тридцати я бы хотела реализовать свою любовь к музыке и научиться играть на флейте.

«Начав работать в 17 лет, поменяла уже четыре работы»

Анастасия Листратова, 20 лет, Москва

Я не так давно знаю термин «сканер»: подписалась на блогерку в инстаграме, и в какой-то момент она начала много писать о том, что она сканер. Почитав ее посты, я поняла, что тоже могу отнести себя к сканерам: недавно я начала учить третий язык (испанский в этот раз), заниматься йогой, снимать на пленку и писать статьи на конференции (думала, что буду развиваться в академической, научной сфере). Еще до этого я водила экскурсии по городу, много рисовала, учила языки. Часть хобби сошла на нет из-за карантина: стало невозможно заниматься ими или слишком надоело, но появилась йога.

Анастасия Листратова
Фото: Екатерина Одинцова

На новые занятия и увлечения с раннего детства меня вдохновляли родные, особенно дедушка. Он говорил мне, что я имею право попробовать делать все, что захочу. Хотела я танцевать — меня отводили в студию, покупали балетки, купальник. Через полгода мне это надоедало, я говорила: «Хочу заниматься акробатикой». Меня опять приводили в студию, новые чешки-балетки и говорили: «Молодец, давай занимайся». На моих выступлениях сидели, хлопали в ладоши, снимали видео и снова говорили, какая я молодец. И так — с любым моим увлечением.

Конечно, были занятия, которые мне очень нравились, — я долго рисовала. Были и те хобби, которые больше года в моей жизни не продержались: хоровод гимнастики, акробатики, танцев, лепки из глины, народной росписи по дереву, попытка учиться играть на гитаре завершился попыткой научиться петь.

У меня было время неприятия и непонимания себя, и одним из пунктов была моя суетливость — мы прорабатывали этот вопрос с психологом. После этого мне стало легче, также помогло осознание, что таких людей рядом много. Но от понимания до полного приятия еще довольно далеко. Я понимаю, что очень важно не требовать от себя многого, позволять не делать то, что не нравится, — это освобождает от тревоги и негатива. Я бы не отказалась от возможности подольше увлекаться увлечениями, но дайвером я бы стать не хотела. Это заведомо провальная позиция: пытаться заставить себя быть кем-то другим.

Начав работать с семнадцати лет, я поменяла уже четыре работы: надолго не задерживаюсь на одном месте. Так часто бывает, когда карьерный путь только начинается, но я пока не вижу перспектив своей длительной карьеры, успела определиться лишь с направлением — мне интересна образовательная сфера. Хотелось бы и преподавать, и попробовать себя в дизайне образовательных стратегий, и развивать культурный обмен в образовании.

На будущее для себя пока откладываю международную сертификацию учителя английского языка. Иногда хочу стать писателем, но еще не уделяла литературе достаточно времени.

«Даже на трехколесном велосипеде могу кататься без стыда»

Анастасия Кабанова, 27 лет, Самара

Анастасия Кабанова
Фото: Екатерина Одинцова

Для меня сканер — это человек, который не погружается глубоко в какую-то область и интересуется многим. Себя к сканерам я отношу потому, что я часто меняю сферы работы, интересы, мне нравится менять хобби. Когда Екатерина (авторка проекта) делала мои фото, я работала помощницей руководителя в модельном агентстве, а сейчас я тренер по обучению в строительной компании. Кроме того, я фотографирую и провожу тестирования аромамаслами.

За последние пару лет я занималась SMM, снимала видео, увлекалась техниками похудения, правильным питанием и фитнесом, сделала сама ремонт дома (даже плитку выкладывала), а еще училась кататься на роликах. По образованию я экономист-менеджер с красным дипломом, и родители очень хотели, чтобы я работала по специальности. Сразу после окончания вуза, проработав экономистом две недели, я ушла во флористы. Это было ударом для семьи, и мы с ними какое-то время не общались. Отношения восстановились через три года — теперь все заинтересованы в дружбе, все повзрослели и осознали ошибки.

Редко у меня бывают близкие романтические отношения меньше года по длительности, но примерно через год партнер меняется. Я не веду беспорядочную жизнь, но год для меня — это долго, теряется интерес к личности. Я была замужем, и восемь лет отношений научили меня тому, что можно проще расставаться с людьми и необязательно выходить замуж, чтобы были серьезные отношения.

Я разрешила себе быть собой после университета. До этого жила с мыслью, что мне всю жизнь придется работать экономистом и на этом все закончится, я была человеком с зашоренным взглядом, узкими интересами, и — честно — мне с самой собой было бы не очень интересно общаться. Да, я читала много книг, смотрела много фильмов, но я не знала себя. Конечно, ситуация не изменилась за один день и комфортно с самой собой мне стало не сразу. «Дружба» началась после развода — а он случился спустя три года после окончания университета и свадьбы. И вот тогда, освободившись от отношений, я переключилась и стала чувствовать себя лучше.

Путь к себе начался с занятий своим здоровьем и телом. У меня появилась физическая активность, хотя раньше я это не любила, а тут даже метала ножи и вышивала. Пыталась варить мыло, искала новых друзей, находила новые компании, путешествовала.

Планов много: хочу пройти курсы английского языка, кройки и шитья, образовательные программы по общению, хочу развивать свои знания в области эфирных масел, научиться делать массаж, больше знать о стиле и разобраться в своем гардеробе. При этом не ставлю себе высоких планок: я в потоке, мне нравится процесс. Если я захочу заняться балетом, то не буду думать о выступлении в Большом театре. И даже на трехколесном велосипеде кататься могу без стыда. Это не значит, что у меня нет амбиций, просто я ставлю себе цели в финансовой сфере, они больше связаны с работой, чем с хобби.

«Важно подводить итоги своей деятельности»

Тиша (Татьяна Ильинова), 23 года, Воронеж

Сканер для меня — это человек, который не боится чего-то неизвестного и готов пробовать новые хобби, занятия, которые кажутся привлекательными. Иногда я, конечно, сожалею, что меня притягивает столько дел: особенно когда вижу людей, увлеченных одним занятием, которые вкладываются в него, тратят все силы и получают полную отдачу. Наверное, у них нет синдрома самозванца. Но я хочу быть и художником, и сказочником, и психологом, и травницей, и ювелиром, и… Когда я оканчивала школу — не могла определиться с факультетом и направлением, поэтому сдавала десять ЕГЭ.

Татьяна Ильинова
Фото: Екатерина Одинцова

Некоторые мои увлечения становятся работой, что-то остается хобби. Сейчас я учусь на психолога и уже работаю в этой сфере, занимаюсь картами Таро (это тоже заработок), рисую на заказ картины, рисую иллюстрации для онлайн-школы магии, я сделала свои карты для гадания и напечатала их небольшим тиражом. Делала своими руками «ловцов снов», руны, экомешочки.

Меня интересует телесность: телесные практики, контактная импровизация, телесно ориентированная психотерапия. Но я не могу сказать, что мои знания в социологии и определение себя как сканера повлияли на это: изначально я училась на дизайнера на кафедре искусствоведения. Правда, это образование можно назвать идеальным для сканера: у нас были языкознание, литературоведение, история искусств, дизайн интерьера — всего понемногу. Только позже, окончив бакалавриат, я увлеклась психологией.

Еще несколько лет назад я увлекалась травничеством, фитотерапией, сбором чаев. У меня была идея сделать свое кафе или устроиться чайным мастером в чайную. Сейчас это периодическое хобби: я могу составить себе вкусный чай и на этом остановиться.

Для себя на будущее я запланировала шитье (пока не хочу разбираться в выкройках и технологиях и типах ткани), чтобы сшить себе эльфийское платье, а также работу с металлом и производство украшений и предметов декора (пока я заняться этим не могу: не хватает времени). Дайвером, к слову, я не хотела бы стать ни за что — мне жить так, как я живу сейчас, очень весело.

Мне кажется, очень важно подводить итоги своей деятельности, потому что так легче находить систему координат и расставлять для себя приоритеты. У меня есть браслет итогов 2020-го: каждая бусинка с уникальным рисунком означает определенное завершенное дело. Кроме карт Таро, рун, целого списка прочитанных книг, нескольких поездок автостопом, например, в ушедшем году я стала ходить на барахолку, чтобы находить интересные украшения, и научилась сама себе делать уколы.

«Сканерство доставляет удовольствие»

Екатерина Одинцова, 28 лет, Геленджик

Интересно, что когда-то образование располагало к сканерству и буквально принуждало человека развиваться: учить несколько языков, писать стихи, ездить на лошади, танцевать… Сейчас мы снова возвращаемся к этому. Чем отличается сканер от человека, получившего расширенное образование, как в классическом лицее, например?

Сканерство — это личный выбор и желание человека, а в системе образования есть обязательная программа, составленная наставниками. Но дети, которые просят отдать их в кружки, на дополнительные занятия, оставить на продленку — это сканеры.

Екатерина Одинцова
Фото: Екатерина Одинцова

Сейчас я учусь в Академии фотографии на втором курсе, в качестве курсовой работы после первого года обучения и сделала этот проект. Читала ту самую книгу Барбары Шер и поняла, что я — сканер. Решила поискать таких же, как я, сделать с ними проект. И когда проект стал разрастаться, постепенно стал более личным, появилась фигура на заднем плане, обнимающие руки. Вообще, и фотопроекты, и книги, и кино — это все рассказы о важном. Сейчас я выбрала такой способ разобраться в актуальном вопросе для себя. В ходе подготовки проекта я разговаривала с социологами: если верить им, процветание сканерства связано с нашим временем. На развитие и стремление попробовать что-то новое влияют современные технологии и информация.

В проекте сканерство перестало быть обезличенным: появились теневые фигуры, будто бы это я как автор хожу из кадра в кадр, и будто бы это другие участники проекта перемещаются из снимка в снимок. Нас этот проект сплотил, герои захотели встретиться офлайн, создать комьюнити. То, что это была визуальная история, а не просто текст, позволило вызвать эмпатию и чувства друг у друга.

Почему в проекте нет мужчин? Откликнулись двое парней, но съемки с ними в итоге не состоялись. Другие, кто писали отзывы сперва, услышав о фотосессии через зум, в итоге отказывались. Думаю, мужчины в целом неохотно откликаются на такие проекты и не готовы рассказывать о себе что-то личное.

Я думаю, в творческих профессиях много сканеров: дизайнеры, журналисты, пиарщики, кондитеры, певцы. И часть бизнесменов можно назвать сканерами: они совмещают в себе много разных талантов и увлечений, что позволяет им руководить процессом.

На мой взгляд, сканерство не связано с личной жизнью, но это моя практика. Друзья у меня — «старые», со многими мы общаемся по двадцать лет. Прыжки из отношений в отношения со сканерством я не связываю, это скорее непроработанные травмы. Также не могу сказать, можно ли стать сканером или это врожденная склонность: научных исследований на эту тему я не видела, но мне кажется, все от природы склонны к сканерству, просто кого-то среда с ранних лет убеждает, что нужно идти по одной тропинке и выбрать одно дело на всю жизнь. А у других нет таких ограничивающих обстоятельств.

Я не хочу упускать какие-то возможности, откладывать жизнь на потом. С детства я очень упертая, если я что-то решила — я буду это делать. Но, как и многие участники проекта, сталкивалась с неприятием общества. Пережитки прошлого с установками, что не нужно распыляться, сыграли свою роль. Новые поколения все же не такие. Есть тысячи курсов, видов спорта, кружков, студий. И если травмы проработаны, человек себя принимает, сканерство доставляет только удовольствие.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Вы можете им помочь

Помогаем

Службы помощи людям с БАС Собрано 5 302 457 r Нужно 7 970 975 r
Обучение общению детей, не способных говорить Собрано 234 906 r Нужно 700 000 r
Спортивная площадка для бездомных с инвалидностью Собрано 301 253 r Нужно 994 206 r
Операции для тяжелобольных бездомных животных Собрано 495 712 r Нужно 2 688 000 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida Собрано 196 670 r Нужно 1 830 100 r
Профилактика ВИЧ в Санкт-Петербурге Собрано 31 585 r Нужно 460 998 r
Всего собрано
1 600 689 016 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Анастасия Листратова, 20 лет, г.Москва

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Ольга Кретинина

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Екатерина Буторина

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Любовь Волкова

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Виктория Надеева

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Екатерина Скерсь

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Анастасия Листратова

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Анастасия Кабанова

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Татьяна Ильинова

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0

Екатерина Одинцова

Фото: Екатерина Одинцова
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: