Россия Федоровна
17 лет, Яр-Сале
Зимой здесь бывает минус 50, а летом бесконечный день. Сюда не ходят поезда и не ведут автомобильные дороги. Добраться можно только на вертолете (почти час от Салехарда) или на теплоходе (шесть часов по Оби). Это Яр-Сале, село за полярным кругом. Почти край страны. Здесь в 2008 году родилась Россия.
Карие, чуть раскосые глаза, длинные темные волосы, смущенная улыбка, небольшой рост. Россия смотрит на веточки дерева. Она поставила их в вазу с водой, чтобы распустились листья и дома, пока на улице минус 30, уже была весна.
Рося не помнит себя до четырех лет. Первые воспоминания — вот какие: «Мы возвращались из садика домой. Мама открывает дверь — и я кричу: “Мама, смотри, там кошка!” Мама: “Это не кошка”. А я маленькая, говорю: “Давай оставим”. Мама: “Какое оставим!” Это была черная ондатра».
Россия Федоровна живет в маленькой двухкомнатной квартире. В первой комнате, где на стене висит русский алфавит и стоят две кровати, помещается она сама и ее сестра Марта. У России есть еще две сестренки — они близнецы, ходят в садик и учатся читать. Вторая комната — для мамы Александры Сэротэтто и ее пятой дочки, которая родилась несколько месяцев назад. Жилье им выделили от работы Александры — она санитарка в местной больнице.
Мама России попала в село много лет назад. Она не знала русского языка — только ненецкий. Когда Александра Сэротэтто вспоминает школьное время, лицо становится напряженным: «У нас была учительница, которая всех била указками. И однажды я сломала все указки в ее кабинете. В интернате, бывало, тоже били — толкнут, а ты стоишь смотришь. Но у меня была другая учительница, она очень меня поддерживала. Как-то вышли гулять, она спрашивает: “Кем хочешь стать?” Я говорю: “Я хочу быть просто человеком, чтобы меня никто не бил”. Она после этих слов просто заплакала. Мы дошли до интерната, зашли в класс, а она все плакала».
В 17 лет Александра Сэротэтто забеременела. И от нее отвернулись все: отец ребенка, родственники, знакомые и друзья. Когда родилась дочка, Александра решила назвать ее Ямале, но потом поняла, что самое подходящее имя — Россия. Она решила, что так, символически, можно сделать ребенка частью общества.
В тундру Александра не стала возвращаться, чтобы дочь не попала в интернат, но жилья не было. Первое время она ночевала у знакомых, а потом весь день скиталась по улицам Яр-Сале с коляской, в которой лежала Россия. И тогда она сочинила песню, которую никому не поет.
«Она про мою жизнь, почему я выбрала своего ребенка. Мне неважно, есть ли у меня муж, мужчина. Я сама смогу справиться, воспитать, сделать человеком».
Россия, как самая старшая, помогает маме с детьми. Утром собирает их в садик, а потом уходит в школу. В этом году Россия Федоровна сдает ЕГЭ. Куда хочет поступать, не говорит даже маме. Но несколько лет назад у Роси была мечта стать музыкантом.
«Я была маленькая, смотрела телевизор. Там выступала такая красивая высокая женщина в синем платье, со скрипкой. Я сказала маме, что тоже хочу на сцене играть на инструменте. Мама мне и говорит: “Собирайся”. Взяла за руку — “Быстрее, быстрее!” Я всю дорогу: “А куда мы бежим?” А мама: “Сейчас узнаешь”».
Так Россия оказалась в музыкальной школе. На скрипку мест уже не было, и девочку записали на домру. Россия ходила на занятия и выступала на конкурсах. В восьмом классе она решила, что поедет в Салехард поступать в училище, но как раз в это время музыкальное направление там закрыли. Сейчас домра России лежит в шкафу, и достает она ее редко. Мечта о музыке стала дальше. Чтобы уехать в город на Большой земле, нужно много денег.
Для большинства местных жителей мир — это суровая тундра со своими правилами. Но Россия в этом не уверена. В школьном дворе, где она учится, стоит большой глобус. И на нем мир совсем другой.
«Я была пока только в двух городах, кроме Салехарда. Много лет назад мы с мамой ездили в Ейск, на море. Когда мы садились в поезд, проводник долго смотрел в документы: не мог поверить, что везет Россию. А еще я была в Великом Устюге — выступала на конкурсе. Выходишь на сцену — там объявляют: “Россия”. И сразу шум в зале: “Как Россия? Почему? Это шутка?” Потом ко мне подходили, просили диплом показать. Не верили, что так зовут. А когда я училась с пятого по девятый класс, такой немножко буллинг был в мою сторону. Потому что я как-то отличалась от других. “А почему тебя назвали Россия, а не Америка или Украина?”»
О политике Россия почти не говорит. Она только хочет, чтобы цены были ниже, а зарплаты — выше. И чтобы люди задумались об экологии, чтобы были мусороперерабатывающие заводы, чтобы все понимали, почему важно сортировать мусор. «И еще… Война же не будет идти вечно, да?» — произносит она, глядя в школьное окно.
Дома после школы Россию ждет мама и младшие сестры. На столе чай и сгущенка. Мама России говорит, что у нее еще есть вторая песня — ее она может петь. Александра смотрит в сторону и тихо поет на ненецком, потом переводит: «Я пою о том, что оленей заарканил мой брат и в упряжку завязал. И теперь это мои олени. Они не очень-то быстрые, немножко медленные. Прям как я. Но в пургу и метель они могут обратно привести домой. Они знают дорогу домой».
Россия Сергеевна
19 лет, Киров
Она родилась на улице Горбачева в городе Кирове. Ее папа, Сергей Перминов, полицейский, и мама, врач эпидемиологической службы, жили тогда в коммуналке — общие кухня и туалет, вода только холодная. Девять квадратных метров для них с новорожденной, котом и собакой. Так они провели пять лет. Потом взяли ипотеку и переехали на улицу Ленина в однокомнатную квартиру, а когда старый деревянный дом снесли, стали жить на улице Труда — в своей трешке.
Папа Сергей ждал сына. И даже заранее придумал имя — Федор. А однажды, когда понял, что все-таки может родиться дочь, спросил жену: «Как тогда назовем?» И Елена вдруг предложила — Россия.
«Что это было? Совсем слово “Россия” тогда не ассоциировалось у меня со страной, — вспоминает Елена. — У меня оно до сих пор ассоциируется со словом “роса” — чистота. Я не могу объяснить, откуда оно взялось. Когда мы ездили [на программу] к Малахову, там был профессор, который именами занимается. Он сказал, что такой внезапный факт может быть знаком чего-то важного».
Сергей до конца не верил, что они дадут такое имя девочке. А потом решил: пусть будет так.
«Коллеги тогда были удивлены, конечно. Кто-то был против, кто-то за, а кто-то говорил, что специально мы это сделали, чтобы получить квартиру».
Россия Перминова — одна из самых медийных девочек-Россий. Как только ей выдали свидетельство о рождении, в Киров хлынули толпы журналистов: федеральные, местные и даже зарубежные СМИ. Они рассказывали о крещении девочки, о жизни в деревянном доме, о ее первых словах и шагах. Вырезки из тех газет и журналов Перминовы хранят и сейчас. Семью приглашали участвовать в шоу, даже посвящали девочке стихи:
Ты, Росинка-Россия, тебя мама носила,
И в глазах твоих синих отразилась любовь. <…>
Всему миру явила возрождение вновь нашей мирной державы.
и так далее.
Сама Россия Сергеевна даже не помнит, как приезжали журналисты и снимали ее для новостей. Никакой тайной связи с родиной не ощущает. А свое имя воспринимает как обычное.
— Ну просто так совпало, что меня так зовут. Бывает, немного подбешивает. На соревнованиях кричат иногда друзья: «Россия! Россия!» Я пару раз грозилась, что скоро имя поменяю такими темпами.
— Ты правда этого хотела?
— Если прям серьезно — никогда. Ну думала иногда: как бы можно было еще меня называть, но так и не придумала.
Друзья России давно привыкли к ее имени. А вот иностранцы реагируют экспрессивно.
«Я помню, когда мы с мамой в прошлом году летали в Турцию, подхожу с паспортом к пограничнику — а он смотрит на меня большими глазами. И по-английски: “Really? Really?” Я говорю: “Ну да”. А он: “Оh my God”».
В 2025 году Россия собралась поступать в вуз. По этому поводу в семье было много прений. Сама девушка думала стать врачом, но потом, слушая рассказы друзей-студентов из Кировского меда, поняла, что работа «очень тяжелая и неблагодарная: сложно учиться, в ночь-полночь надо работать за мизерные зарплаты». Мама предлагала дочери поступать в Военную академию, особенно подчеркивая, что до 45 лет армия будет поить, кормить, одевать и даже даст квартиру. «Будешь как папа». Но Россия только морщилась. В конце концов она поступила в Казанский технологический университет на химические технологии.
В общем, Россия Сергеевна — девушка серьезная. Голубые глаза, темные длинные волосы, одежда оверсайз и кепка. Улыбается она, когда гладит двух своих любимых собак: Фифу и Клепу — обеих взяли из приюта.
С трех лет Россия занимается танцами, особенно кей-попом, и обожает музыку. Слушает Билли Айлиш и американский рэп.
«Из русских исполнителей мне ближе лирические, — замечает Россия. — В плейлистах у меня “Элли на маковом поле” и polnalyubvi.
Для меня очень важна честность, — говорит Россия. — К самому себе, к другим — все равно. Еще эмпатия. Я знаю людей, которые вообще не сочувствуют. А для меня это базовое. Честность, эмпатия, доброта. И семья и друзья».
В наушниках России поет группа «Элли на маковом поле»:
Сколько бы сердце твое по частям не разбивалось,
Оно вновь расцветет с новой силой.
Сохрани свой свет, ведь не опустеет твоя ладонь
До тех пор, пока ты — любовь, пока ты — любовь,
Пока ты — любовь.
Россия Александровна
3 года, Ноябрьск
Три года назад перед роддомом города Ноябрьска мужчина и маленький мальчик развернули большой плакат. На нем было написано: «Спасибо за Россию!» Александр Нахрачев и его сын Коля приехали встречать Людмилу, их жену и маму, которая родила дочку. О том, как зовут девочку, оба узнали в самый последний момент. Все девять месяцев Людмила держала имя в секрете.
«Вопрос с именем я решила изучить, — рассказывает она. — Вдруг есть какой-то закон на эту тему, вдруг нельзя так называть? А тут как раз День России. И мне попалась новость, что у нас на Ямале есть девочка, которую зовут так же, как страну, — Россия Сэротэтто. Уже взрослая. Значит, можно».
Когда после родов муж позвонил Людмиле и спросил насчет имени, она прямо сказала: «Россия». Александр помолчал, потом переспросил и повесил трубку. Через несколько минут позвонил снова: «А как пишется? Прямо с двумя “с”?»
Людмила решила назвать дочь Россией из патриотических соображений: «Как только началась СВО, все стали стыдиться своей страны, а я вообще тогда подумала: “Вот бы близнецы родились”. Я бы тогда мальчика назвала Владимир, в честь президента, а девочку — Россия, в честь Родины».
О девочке с громким именем быстро узнали журналисты и блогеры. В интернете посыпались комментарии.
«Я, честно говоря, не ожидала, что волна такого негатива пройдет, — признается Людмила. — Что только не писали! Что ребенку жизнь испортили, что сына надо было назвать Ямало-Ненецкий, что “почему не Перестройка?” Но кто-то прямо так и говорил: “Жаль, мы не догадались сами так назвать”».
Людмила родилась в Рязани, поступила в университет в Екатеринбурге, работала там преподавателем в вузе, а потом переехала на Крайний Север. Устроилась работать в магазин продавцом и быстро стала директором филиала.
Ее муж Александр вырос в семье хантов на берегу Оби в маленьком селе — добраться туда можно только на снегоходах, лодке или вертолете. Уже ребенком он умел рыбачить и охотиться, помогал носить воду с реки, готовить строганину. Сейчас он работает в нефтегазовой компании и руководит Ассоциацией коренных малочисленных народов севера. Александр регулярно уезжает на вахту, на буровую станцию, где все его теперь называют отцом России.
На улице середина марта и минус 33. Дома у Нахрачевых тепло, носятся ароматы еды. На стенах рисунки Роси и ее брата Коли: разноцветные дома, человечки, самолеты и вертолеты.
У России Александровны растрепанные волосы и серьезный взгляд. Улыбается она редко. И разговаривает мало. Она любит смотреть мультики, прыгать на кровати, обниматься и играть с Колей.
«Она у нас пацанка. Это Колино влияние, — считает Людмила. — Он игрушку себе выберет, а потом для Роси. Девочки играют в кукол, а моя — в машинки и роботов. Где-то побегать, покувыркаться, показать трюки, зуб себе выбить — это вот наша тема».
Мама включает любимую песню России: «Песня про любовь, такая гулянка. Это для тебя, моя россиянка». Еще дети часто просят включить Олега Газманова «Россия, вперед!». Коля раньше думал, что это про сестру.
Россия внимательно слушает музыку. Потом подбегает к маме, обнимает за колени и трогает живот. Скоро у Роси появится сестра. Людмила уже придумала имя, но пока никому не говорит.
Россия Михайловна
6 лет, Санкт-Петербург
Декабрь 2019 года. Утро. Сумерки. В питерской квартире спит маленькая девочка. В других комнатах переполох: ее родители, старший брат и другие родственники готовятся к крещению России. России Михайловны. Имя для девочки придумал ее папа Михаил, когда они с ее мамой Валентиной еще даже не были женаты.
«Он говорит как-то: “Давай, если у нас дочка родится, Россией назовем?” Я: “Ну прикольно, Россия Русских”. Думала, разговоры только, шутит. Даже значения не придала», — вспоминает Валентина.
Когда через несколько лет она забеременела и УЗИ показало девочку, Михаил напомнил о своей идее. Тут уж Валентина засомневалась: спросила, почему именно так. Михаил объяснил: это не из-за слепой любви к родине, это возможность дать серьезное имя под стать фамилии и взять на себя ответственность воспитать настоящего человека. В итоге мама девочки согласилась. А вот родственники отреагировали по-разному.
«Поначалу, конечно, такое было: “Вы что? Ее из страны не выпустят с таким именем и вообще за границу не пустят. Что это за имя? Мы больше за исконно русские имена”. Это больше бабушки и дедушки, — рассказывает мама Роси. — А сестры мои и мужа нас поддержали: “Хоть горшком назовите, мы будем ее любить, мы примем ее с любым именем”».
Май 2025 года. Утро. На ледовой арене дети отрабатывают прыжки и вращения. Среди них кружится девочка в форме с надписью: «Россия». Через несколько месяцев ей исполнится уже шесть лет. Она поступила в Академию фигурного катания, а ее мама ждет четвертого ребенка.
Когда Россия была младше и слышала новости по телевизору, то всегда задавала один и тот же вопрос: «А почему про меня рассказывают?» Сейчас она любит смотреть мультики и клипы, под которые можно танцевать, повторяет все — от балета до хип-хопа. Ей нравится рисовать, носить платья и делать макияж. В ее комнате на столе стоит целый бокс с детской косметикой. Россия берет помаду, смотрит в зеркало и вдумчиво красит губы. Потом с улыбкой спрашивает у зеркала: «Ну что, я красивая?»
Россия красивая: русые длинные волосы, карие глаза с чуть зеленоватым оттенком и улыбка — она часто смеется.
— Рося, как люди реагируют на твое имя?
— Иногда не верят.
— Обидно, когда не верят?
— Да, я расстраивалась.
— Что ты хочешь делать, когда вырастешь?
— Быть фигуристкой. Книжки читать. Чаю пить. Болтать. Бегать. Делать свободу! — и Россия громко смеется.
«Есть прям девочки-пацанки, а она вот прям вот девочка-девочка, — говорит ее мама Валентина. — И очень эмоциональная. Вот недавно было 9 Мая, она слушала стихи про блокадный Ленинград и заплакала. Я говорю: “Ты чего плачешь?” Она: “Мне их так жалко”. В ней столько помещается разных эмоций! Она действительно какая-то полномасштабная, реально соответствует своему имени. Когда папа Роси удивляется, я ему говорю: “Ну а ты как хотел? Назвал ребенка так, теперь вот и получай”».
