— Теть Валь! Теть Валь!
— Кто там?
— Это я, Таня Тарасова. Я вам «Добрый ужин» привезла.
Татьяна вошла в комнату с большим пакетом продуктов в руках и растерялась, не увидев хозяйку.
— Проходи, Танечка, — прошелестел голос с кровати.
Пожилая женщина так исхудала, что почти неразличима под одеялом — только широко распахнутые голубые глаза светят с подушки.
— Танечка, это все мне? Зачем?! Вези тем, кому нужнее. Мне и печеньки хватит.
Татьяна разбирала принесенные продукты, сглатывая подступивший к горлу ком. Тетя Валя Дашевская не одинокая! Но сын надолго уезжает из станицы на заработки в Москву, а невестка сама лечится от рака. К тете Вале заходили помочь соседки. И все же почти все время она лежала одна, отщипывая по кусочку хлеб беззубым ртом.
«Этот случай меня просто шокировал. Я как-то совсем иначе стала относиться к проблемам стариков», — рассказывает Татьяна Тарасова, руководительница и идейная вдохновительница АНО «Дорогой добра» из станицы Котляревской в Кабардино-Балкарии.
Поначалу помогать именно пожилым людям в станице НКО Тарасовой не собиралась. Все проекты бывшего многолетнего директора станичного ДК и заслуженного работника культуры больше крутились вокруг просветительства и досуга. Еще в 2019 году она открыла творческую мастерскую для детей и взрослых «Артландия», с которой выиграла всероссийский конкурс «Культурная мозаика малых городов и сел России» от БФ Елены и Геннадия Тимченко.
История с продуктами вышла случайно. В 2022 году организация «Дорогой добра» решила принять участие в конкурсе на грант по улучшению жизни в своем населенном пункте. Можно было предложить сколько угодно инициатив. Но бюджет каждого проекта — не больше 20 тысяч рублей. Татьяна с активистами стали думать, что полезного можно сделать в станице на эти деньги. Ну лестницу построить на кладбище — в месте крутого спуска к воде, где все всегда падают. Или беседку в сквере. Ну кукольный спектакль поставить, с которым школьники будут приходить домой к детям с инвалидностью. Но, казалось, хорошо бы сделать еще что-то для пожилых.
«Давайте помогать продуктами», — предложила Татьяна.
Из станичной базы пенсионеров и людей с инвалидностью выбрали 10 человек, которым, по общему мнению, больше всего требовалась помощь. Договорились с местными магазинами установить «корзины доброты» и попросили жителей оставлять в них продукты. Проект назвали «Добрый ужин».
«Так нас просто завалили!» — улыбается Татьяна, вспоминая, какой отклик вызвала акция.
Люди клали в корзину не только продукты длительного хранения, но и деньги. Подключились предприниматели: оставляли записки, какого числа привезут горячий хлеб и выпечку, чтобы сразу отвезти старикам. Каждую неделю на протяжении нескольких месяцев волонтеры развозили по станице внушительные пакеты. Тарасова в развозе продуктов не участвовала, только однажды отправилась к тете Вале…
Невозможное одиночество
Визит к тете Вале долго бередил душу Татьяны. Пока она размышляла, что можно сделать еще, волонтеры стали рассказывать, что бабулечки отказываются от продуктов.
«Да не надо мне, неудобно, — говорили они. — Соседи принесут, дети деньги присылают, я попрошу — купят. Ты лучше посиди со мной, расскажи, что в станице происходит, что нового, как поживает этот, как тот…»
Кто-то просил поправить сломавшееся крыльцо, кому-то была нужна помощь по хозяйству, а часто просили просто выпить чаю и поговорить. И Татьяна поняла: продуктами проблему не решить.
Проект помощи людям старшего возраста Татьяна назвала «Белый цветок». Название позаимствовала у дореволюционной благотворительной акции «День белого цветка»: с 1911 года в Российской империи за пожертвования раздавали белые цветы, а собранные деньги направляли в больницы.
Так помощь пожилым станичникам в Котляревской перестала сводиться к продуктовой. Татьяне удалось объединить усилия местных волонтеров и партнеров, чтобы решать самые насущные проблемы людей старшего возраста. Для тех, кто почти не выходит из дома и не пользуется интернетом, печатают бесплатный «Добрый вестник» с новостями и фотографиями из жизни станицы. Еще волонтеры покупают лекарства, помогают разобраться с коммунальными платежами и документами, находят сантехника или мастера, если в доме что-то сломалось. Автоволонтеры отвозят к врачам или по делам в райцентр. А из акции «Добрый ужин» родился проект «Домашний собеседник». Удивительно энергичная станичница Таисия Сухинкина дважды в месяц приходит к пожилым просто поговорить. Сейчас у нее 29 подопечных.
Тех же, кто еще довольно активен, Татьяна старается почаще вытаскивать из дома. Затевает то спортивные соревнования, то занятия рукоделием в мастерской, то поездки, то праздники.
Система помощи только-только начала складываться вокруг «Белого цветка», когда все рухнуло. Летом 2023 года Татьяну Тарасову одним днем уволили с должности директора станичного Дома культуры после 36 лет работы и обвинили в коррупции. Это был удар под дых. Земля ушла из-под ног.
Не сдамся без боя
Таня с юности хотела работать в культуре. Все детство провела в кружках станичного ДК: танцевала, отлично пела, была местной заводилой и участницей всех мероприятий. Высокий балл в школьном аттестате позволял замахнуться почти на любой вуз. Но мама безапелляционно сказала: «В институт культуры только через мой труп». И Таня сдалась. Пошла получать профессию в строительный. Ругаться с мамой не хотелось. Драмы в тот год и так было предостаточно: любимый одноклассник Коля Тарасов уехал учиться в мореходку в Кронштадт…
В 21 год Таню взяли мастером на завод железобетонных изделий в городе Майском. В подчинении у вчерашней студентки оказалось 42 рабочих. По утрам девушка гнала себя на нелюбимую работу, а вечером бежала в клуб — в танцевальную студию. Директор Дома культуры предложила ей вести кружок.
«Мам, ну строительство — это не мое, понимаешь?» — убедила-таки Таня маму и поступила в культпросветучилище. С Домом культуры родной Котляревской оказалась связана почти вся ее дальнейшая жизнь. Сначала Татьяна вела кружки, потом стала худруком, а в 2008 году — директором.
Впрочем, к тому времени Дом культуры уже давно был семейным делом Тарасовых.
После мореходки Николай обошел половину земного шара. Но даже на Кубе ему снился родной Терек и камыши. Татьяна ждала. За годы разлуки они написали друг другу больше 300 писем. Николай вернулся в Котляревскую, они построили дом, родили дочку и никуда уезжать больше не захотели.
Постепенно Николай — человек золотые руки — тоже оказался в Доме культуры. Починить, прибить, переделать, наладить аппаратуру — все к Тарасову. Его взяли в штат звукооператором. В перестройку Татьяна с Николаем первыми в округе запустили модные дискотеки, на которые приезжали даже из Нальчика.
Спустя десятилетия принцип их работы почти не изменился. Татьяна по-прежнему что-нибудь придумывает, а Николай помогает это реализовать. Поучаствовать в первом грантовом конкурсе Тарасову почти заставила местная администрация. Таню осенило, как занять мам, которые сидят в коридорах Дома культуры и ждут, пока их дети занимаются в студиях. Так появилась творческая мастерская «Артландия». Во многих сельских ДК жизнь схлопывалась, а у Тарасовых открывались новые кружки. Татьяна придумала, как проводить занятия по «Пушкинским картам» и зарабатывать деньги в бюджет. Выиграла несколько грантов на новые проекты…
«Видимо, кому-то моя активность не понравилась» — так она объясняет то, что случилось в июле 2023 года. Тогда, накануне большого праздника ко Дню семьи, который готовил ДК, Татьяну вызвали в кабинет к главе сельского поселения и сообщили, что она не сдала вовремя декларацию о доходах, а это серьезное нарушение закона. Татьяна спохватилась, что в апреле она заполняла нужные документы. Декларацию как местный депутат сдала, а декларация директора Дома культуры так и осталась лежать забытой в столе.
Татьяна была уверена, что напишет объяснительную, приложит затерявшийся документ, ну, может, получит выговор — и инцидент будет исчерпан. Но через день ей вручили приказ об увольнении «в связи с утратой доверия» и предписание в три дня вывезти все вещи некоммерческой организации «Дорогой добра», которая уже четвертый год успешно работала на площадях, арендуемых у Дома культуры.
«Я была ошеломлена. Я проработала в Доме культуры 36 лет, и меня выставили вот так! Описывать имущество и менять замки приехала полиция».
Жители Котляревской начали собирать подписи в защиту Тарасовой. А Татьяна пошла в суд. И выиграла. Увольнение признали незаконным, ее восстановили в должности. Но вернуться к прежней жизни не получилось. В лучших традициях подковерной бюрократической войны ее мучили внеочередными проверками разных инстанций. Через несколько месяцев она сама написала заявление об увольнении.
Так после нескольких десятилетий работы в огромном станичном клубе Тарасовы остались без помещения, где только начали строить новую систему помощи пожилым. И с раной в душе.
«За три года в ДК уже семь раз меняли директоров. Звали обратно и меня. Но я больше не хочу», — вздыхает Татьяна.
Мы стоим на аллее в центре станицы, у монументального белого здания ДК с колоннами и портиком. Татьяна говорит, что ей до сих пор больно заходить внутрь.
А тогда, в 2023-м, Тарасовых выручил председатель местного сельхозкооператива «Красная нива» Виталий Токарь: предоставил для НКО Тарасовых несколько комнат в здании правления. Помещения долго стояли заброшенными — заколоченные двери, холод, отопление обрезано.
«Я решила, что не сдамся. Вот не сдамся, и все».
Татьяна говорит, что в тот момент неожиданно много поддержки получила от тех самых пожилых людей, которыми только недавно начала заниматься. И именно тогда окончательно решила, что «Белый цветок» не бросит. Постепенно комнаты отремонтировали своими силами, обустроили и открыли негосударственный центр помощи пожилым людям.
Тая и Тоня
Сначала жители Котляревской относились к центру настороженно: заглядывали на разведку, обещали «когда-нибудь прийти». А потом понеслось. В мастерской плетут из лозы, шьют, вяжут, делают цветы и всякие «хендмейд-штуки», которые хорошо продаются на ярмарках и годятся на подарки. В большой комнате здесь собираются, чтобы провести время вместе. По делу и без.
«Приходит тетя Маша: “Девочки, мне стукнет восемьдесят. Я куплю тортик и что-то еще вкусное, а вы соберите мне гостей. Так хочется отметить, а не с кем”», — рассказывает Татьяна, как у них появилась традиция отмечать дни рождения. Гости, конечно же, придумывают подарки. А юбиляр радуется, что в такой день не остался один. В станице много долгожителей. «Белый цветок» уже отмечал несколько 90-летий и даже 95-летий своих подопечных.
Две главные Татьянины помощницы совсем не похожи друг на друга. Таисия Сухинкина — яркая, быстрая, разговорчивая, она за несколько минут успевает рассказать про бабушек, мужа, огород, велосипед и половину жителей Котляревской. Одно цепляется за другое так стремительно, что невозможно вставить вопрос. Кажется, Таисия вообще все время в движении: если не говорит, то куда-то едет, кому-то звонит или собирается что-нибудь отвезти.
Антонина Гайдара рядом с ней кажется человеком «в пастельных тонах». Тихая, мягкая, с неизменной доброй улыбкой. Чаще слушает, чем говорит. Пока Таисия сыплет историями и смеется, Тоня подливает чай и разогревает пирожки с капустой. Но ее незаметность обманчива: если кому-то из подопечных «Белого цветка» надо разобраться с документами, коммунальными платежами или добиться перерасчета, именно эта молчаливая женщина спокойно берет бумаги и идет разбираться.
Поболтать и разобраться
Таисия считает, что привычка вмешиваться в чужие беды у нее наследственная — от прабабушки Неонилы Емельяновны, которая жила при мельнице, лечила станичников травами и молитвами. Потом ее дело продолжила бабушка. Пока семью не раскулачили и не сослали на Урал. Но и там бабушка старалась помогать тем, кому еще хуже. В Котляревскую семья вернулась в 1949 году. Мать Таисии окончила медицинское училище и работала в местной больнице. К ней приходили за настойками, мазями, массажем и просто за советом.
А в 2008 году Таисию выбрали председателем возрожденного в Котляревской женсовета. После смерти родителей, когда ее, по собственному выражению, тоска заела, она пошла в стансовет, достала старые хозяйственные книги и переписала пожилых жителей станицы: кому исполняется 80, кому 85, кому 90. Потом искала деньги хотя бы на небольшой подарок и шла поздравлять.
На роль «домашнего собеседника», который навещает одиноких пенсионеров, чтобы просто провести с ними время, Таисия подходит идеально. После обеда она садится на велосипед и едет «по бабушкам». И «Такие дела» катят за ней следом.
«Тетя Тома!» — Таисия открывает калитку, кричит куда-то внутрь двора. Из дома выходит опрятная женщина с лучистыми глазами. Тамаре Ивановне 87 лет. Она живет одна. Но под навесом я с удивлением замечаю мотоцикл.
«Это правнучки, — улыбается бабушка. — Жила у меня, пока училась в школе». У Тамары Ивановны двое детей, две внучки, пять правнучек и даже уже две праправнучки. Но навещают они не часто.
В Котляревскую Тамара Ивановна приехала после замужества — муж был местным казаком. Работала в колхозной столовой, после декрета устроилась техничкой и контролером в Дом культуры. Проверяла билеты в кино и на дискотеку. Иногда соседские ребята пытались договориться: «Теть Тома, ну пусти так». Она выглядывала, не идет ли кто-нибудь из начальства, и пропускала по-свойски. Теперь Таисия сама приходит к тете Томе проведать, поговорить, узнать, не нужно ли чего. А та всякий раз старается чем-нибудь угостить и на праздники «Белого цветка» никогда не приходит с пустыми руками.
89-летняя Валентина Григорьевна по дому передвигается едва-едва, держась за ходунки, но гостям радуется так, будто только нас и ждала. Берет принесенный Таисией пакет с пряниками, усаживается разговаривать и почти сразу начинает рассказывать, как жизнь ее так беспощадно скособочила. Валя с ранних лет работала в колхозе с коровами, залихватски таскала телят, гордилась своей силищей и отмахивалась, когда взрослые доярки предупреждали: «Надорвешься, Валька». Она и надорвалась — лопнула бедренная кость.
Тогда по молодости все зажило и вроде забылось. А пару лет назад Валентина Григорьевна потянулась поставить телефон на зарядку, упала — и, как говорит, «нога рассыпалась в труху». «Кричу-кричу, а кто услышит?» Нашла ее бывшая сослуживица Нина. Зашла проведать, увидела лежащую Валентину и решила, что та уже все, умерла. Но Валя зашевелилась. В больнице ногу собрали, поставили железо. Теперь Валентина Григорьевна понемногу ходит с ходунками. Утром и вечером ее проверяют соседки, помогает Таисия. «Слава богу, не бросают», — несколько раз повторяет она.
— Что еще вам рассказывают бабушки? — спрашиваю я у Таисии под впечатлением от рассказа Валентины Григорьевны о том, как доярки в три часа ночи с налобными фонариками и казачьими песнями выходили на первую дойку.
— Любимая тема — молодость: кто за кем ухаживал, как бегали на танцы, кто в кого был влюблен, кто что делал, когда муж в командировку уезжал.
Таисия теперь хранительница всех станичных «скелетов». Но уверяет, что исповеди бабушек умрут вместе с ней.
Одними разговорами визиты обычно не заканчиваются. Той надо купить лекарство, этой заплатить коммуналку. Захотелось бабушке молодой картошки — Таисия накопает у себя в огороде, сварит и отвезет.
А вот Антонина однажды просто появилась на пороге центра «Белый цветок» и спросила у Татьяны: «Возьмешь меня? Мне нравится то, что вы делаете». Сама Тоня много лет в здании сельской администрации принимала у жителей коммунальные платежи. Поэтому она отлично умеет то, перед чем пасуют многие гораздо более бойкие люди: спокойно распутывать бюрократические узлы.
Татьяна говорит, что Тоне можно позвонить в любое время дня и ночи. Она всегда примчится на помощь.
Мы идем по станице, Тоню окликает молодая женщина на велосипеде, просит зайти к ее соседу — пожилому одинокому мужчине с инвалидностью. У него проблемы с электросчетчиком. Однажды уже начисляли большой штраф, с которым пришлось повозиться. Тоня кивает, что обязательно зайдет. Забирает со стоянки велосипед и уезжает разбираться с чужими долгами.
«У нас тут как в Голландии», — смеется Татьяна, когда я замечаю, что и у местного рынка припаркованы велосипеды.
Рынок в центре Котляревской — это несколько прилавков вдоль дороги. Торгуют в основном пенсионерки и в основном дарами своих садов: помидорами, яблоками, цветами, медом, рассадой, закрутками. Рынок — средоточие местных новостей и сплетен. «Я каждое утро по дороге на работу обязательно заглядываю сюда узнать, что в станице произошло, рассказать, что у нас нового, позвать на мероприятия — к обеду об этом будут знать уже все», — улыбается Татьяна. Вот и сейчас она зовет местных активисток на спартакиаду 26 сентября. Приедет соревноваться команда из Нальчика. Стрелять из лука, бросать кинжалы, метать гранаты — в казачьей станице и соревнования лихие.
Бесценные помощники
Кажется, куда бы Татьяна ни пришла, вокруг появляются новые люди. Кто-то приносит в «Белый цветок» продукты, кто-то помогает деньгами, кто-то готов в любой момент сесть за руль и нестись на подмогу.
Мавлюд Даврушев приходит на встречу с казаном горячего душистого плова, который приготовила его жена Аиша. Они знакомы с первого класса, вырастили пятерых детей, теперь у них 21 внук. Когда вся семья собирается поужинать во дворе, набирается человек сорок — сорок пять.
Сам Мавлюд — турок-месхетинец, родился в Самарканде. Его семья оказалась в Узбекистане после депортации. Своих бабушек и дедушек он никогда не видел и в детстве завидовал другим мальчишкам: «Им бабушка давала конфеты, а нам с братом — нет».
С «Белым цветком» Мавлюд познакомился почти случайно: в 2019 году пришел с сотрудниками соцзащиты на мероприятие Татьяны. Его поразило одно обстоятельство. «В этом селе, честное слово, очень с уважением относятся к старшим. Очень. Для меня это важно. Если увижу, что бабушка идет, я остановлюсь, спрошу: “Вас куда везти?” Здесь меня полюбили, я их тоже полюбил. Честно сказать, как родные бабушки они для меня».
С тех пор Мавлюд — один из самых верных партнеров и автоволонтеров «Белого цветка». Татьяна говорит, что просить его о помощи почти не приходится: если долго не звонят, Мавлюд звонит сам узнать, почему его давно не зовут.
Тишина — явление временное
В конце суматошного дня в Котляревской Татьяна Тарасова приводит нас в дом Клевцовых. Знаковый и самый известный в станице. Дом бывшего председателя колхоза-миллионера «Красная нива» и первого атамана возродившегося в 1990 году Терского казачества. Предки Михаила Михайловича были основателями станицы Котляревской в 1840 году. А сам он в сложные для Кавказа девяностые сделал немало, чтобы сохранить межнациональный мир в районе.
Во дворе большого дома под типичным южным навесом прохладно даже в жару. Вокруг сад. Под ногами крутится старый такс Бенедикт. На стене — большой портрет Михаила Клевцова в атаманской форме. Его не стало два года назад. И дом притих. Вдова Клевцова, Лилия Касимовна, говорит, что ей до сих пор кажется, что Миша просто уехал по делам и скоро вернется.
Лилии Касимовне 89 лет. Десятилетиями она была учителем физики и директором котляревской школы. Татьяна когда-то у нее училась. «Активная была девочка», — улыбается Лилия Касимовна.
В 1979 году Лилия Касимовна возглавила станичный музей, который фактически создавала с нуля. Собирала фотографии и документы, разыскивала истории местных семей. «Мы много лет жили в архивах», — говорит она, показывая книги, которые они с Михаилом написали про станицу и ее обитателей.
Подопечной «Белого цветка» ее не назовешь. Лилия Касимовна ни в чем особенно не нуждается. У нее хорошая пенсия, сын помогает деньгами, дети и внуки регулярно приезжают из Москвы, есть помощница. Но на все праздники ее непременно зовут и гостинцами радуют. В этот раз партнеры привезли для пожилых людей отличные сливы и яблоки.
— Таечка, зачем? Я купила бы.
— Ну нет, вам тоже положено, — строго отвечает Таисия.
Фрукты Лилия Касимовна принимает из признательности. «Белому цветку» важно ее навещать, приглашать на свои праздники, рассказывать, что происходит вокруг, и спрашивать совета. А Лилии Касимовне, кажется, важно, что ее по-прежнему помнят и ждут. Воспоминания этой женщины о станице Котляревской все еще нужны самой Котляревской.
«Молодежь уезжает. Старики остаются. То, что Таня делает, — очень важное и нужное дело!»
Лилия Касимовна прислушивается к уличной тишине. «Раньше выйдешь во двор — всюду поют. Доярки идут на работу с песней. Женщины вечером у дома поют. У нас такой станичный казачий хор был — заслушаешься. Теперь так не умеют. Ушло поколение. Наступила тишина».
Но Татьяне в тишину верится не очень — через неделю спартакиада, надо собирать народ на тренировки.