По вечерам в библиотеке башкирского села Первомайского шумно. В трех небольших комнатах на втором этаже Дома культуры собирается два десятка ребят разного возраста. Витя и Стас подбирают на гитарах какую-то мелодию. Один берет аккорд, другой повторяет, оба сбиваются и начинают сначала. За столом мальчишки режутся в «Уно» , шлепают картами по столу, хохочут, подкалывают друг друга за неудачные ходы. У компьютеров отчаянно спорят о чем-то в «Роблоксе». Библиотекарь Ирина Александровна Синяченко вполголоса разговаривает с девочками возле библиотечной кафедры. Она щелкает чайником и зовет всех разбирать кружки.
Библиотекарь посматривает на часы: чаепитие затягивается, восьмой час, пора закругляться. Двенадцатилетний Данис Фаттахов, местный компьютерный гений, идет выключать всю технику. Ребята убирают со стола. Проверяют сохнущие у окна гипсовые поделки и постепенно расходятся.
Ирина Александровна одевается, гасит свет, закрывает свои владения и выходит на лестницу. Сквозь большое старое окно с облупившейся краской на раме светит луна.
За дверями библиотеки темно и холодно. В селе давно нет культработника. Из всего двухэтажного Дома культуры зимой отапливают только библиотеку. Когда-то здесь устраивали концерты в большом зрительном зале, работали кружки, собиралась на репетиции самодеятельность. Теперь первый этаж пустует.
Вот уже много лет сельская библиотека и ее бессменный рулевой — главная точка притяжения для детей и взрослых. В Первомайском, где когда-то процветал совхоз-миллионер, других мест досуга просто не осталось. В небольшом селе в двух часах езды от Уфы живет около 600 человек, 137 из них — дети. По подсчетам Синяченко, треть из них постоянно ходит в библиотеку.
Ирина Александровна бросает взгляд на окна («Точно ли все выключила?») и идет домой по дороге, где ей знакома каждая кочка, ямка, калитка и даже коза. Клуб в селе открыли, когда девочка Ирочка только собиралась идти в школу. В ноябре Ирине Александровне уже стукнуло 68 лет. В январе 2027-го будет ровно 40 лет, как она пришла сюда работать.
И это вышло почти случайно.
Девочка с фонариком
Будущий библиотекарь Первомайского родилась 4 ноября 1958 года, в день Казанской иконы Божией Матери — праздника, о котором помнили и в советские времена. Поэтому малышку решили не записывать в «поповский праздник», и в ее свидетельстве о рождении значится 7 ноября — день Великой Октябрьской революции. Ирина Александровна смеется, что так и отмечает день рождения несколько дней.
Родители перебрались в поселок центральной усадьбы Альшеевского зерносовхоза (так тогда называлось Первомайское) буквально за неделю до рождения дочки. В служебной квартире было так холодно, что к утру на кухне в ведре замерзала вода. Отец работал киномехаником, разъезжал на лошади с тяжелым 35-миллиметровым передвижным кинопроектором по деревням и селам с фильмами. Домой возвращался затемно и нередко устраивал еще ночные просмотры для соседей прямо на стене: клубов в округе не было. На такие неофициальные киносеансы всегда набивался полный дом. Сидели прямо на полу, на сундуках, на кроватях, приходили со своими табуретками. Жили весело, дружно, «при открытых дверях». Родители Ирины были совсем еще юными. Когда появилась дочка, маме было 17 лет, отцу — 21.
Через три года, когда в семье родился второй ребенок, папа переучился на водителя: зарплата киномеханика была неприлично крошечной. Но дома все так же обожали кино и литературу. Почти из каждого рейса папа привозил новые книги, и дома их было много. В семье выписывали «Роман-газету» и другие толстые литературные журналы. Ира рано научилась читать и вспоминает, что читала запоем, даже ночами, спрятавшись с фонариком под одеялом. Она и в школу сдала себя сама на год раньше, чем это собирались сделать родители.
«Тогда шестилеток в школу не брали. И так получилось, что все мои подружки пошли учиться, а меня еще на год оставили в детском саду. Мне было жутко завидно, — смеется, вспоминая давнюю историю, Ирина Александровна. — Родители на работу уходили очень рано. А я собирала младшего брата и шла с ним в сад. И вот 1 сентября я оставила его в группе, а сама взяла и пошла в школу в соседнем доме. Села со всеми в классе и сижу тихонько».
Учительница хмыкнула, но зайца выгонять не стала. Она была уверена, что Ира походит пару дней в школу и ей это быстро надоест. Но любознательной девочке в школе очень понравилось. И она втихаря от родителей несколько недель так и ходила в школу, пока учительница, встретив маму на улице, не сказала: «Вы ребенку хоть портфель и тетрадки купите». — «Зачем? — удивилась мама, — к следующей осени купим». — «Так она у вас уже месяц в школу ходит».
После школы Ирина поехала в Уфу поступать в педагогический. Хотела стать учительницей немецкого, да срезалась на биографии Карла Маркса. Приемная комиссия, посовещавшись, предложила 16-летней абитуриентке поступать через год.
«Ну не терять же год», — рассудила она и пошла за компанию с подружками в торгово-кулинарный техникум учиться на продавца. Жили тоже вместе, в съемной комнате, и девчонки уже вовсю встречались с кавалерами, а стеснительная Ира просиживала вечера за книжками. Когда в очередной вечер подружек позвали в кино, хозяйка квартиры велела подруге взять с собой и Иру: «Что она у вас сидит, скоро мхом зарастет!» Ира стала отнекиваться, но вскоре в дверь постучал незнакомый парень: «С тобой, что ли, в кино надо идти?» Через пять месяцев они поженились, а через год родили сына. Так до нового поступления в педагогический дело не дошло. «Для мечты уже не было места и времени», — говорит сейчас Ирина.
Она работала продавцом в магазине, мыла полы в столовой, была разнорабочей на складе. Из занятий для души оставались книги. Несмотря на дом, хозяйство и ребенка, Ирина продолжала много читать и постоянно бегала в местную библиотеку. Как-то ее окликнула библиотекарь, рассказала, что собирается уезжать из села и увольняться, и предложила занять ее место: «Ты молодая, ну чего ты будешь на складе поломойкой». Ирина растерялась: «Я же ничего не умею» — и в ответ услышала: «Научишься».
Так 40 лет назад она и оказалась за библиотечной кафедрой. И особо отмечает, что окончила библиотечный техникум.
«Ну вы прямо как мой муж, который тоже убежден, что библиотекарь просто книги выдает по запросу, и все», — смеется Ирина Александровна в ответ на мой вопрос, чему же постоянно нужно учиться библиотекарю. Она говорит, что это в советское время работа библиотекаря ограничивалась, по сути, только книгами. В этом деле давно все изменилось.
Клуб любителей прекрасного
Муж Ирины Александровны до сих пор не вполне понимает, чем она занимается на работе. В его представлении библиотека — это книги, стеллажи, шелест страниц в тишине и библиотекарь, который выдает читателям нужные томики и заполняет формуляры. А у жены то дети с гитарами, то пенсионерки с караоке, то викторины.
«У тебя не библиотека, а не пойми что», — посмеивается Ирина Александровна, пересказывая слова мужа.
Она и не спорит, что прежняя библиотека выглядела иначе. Но теперь приходится быть не только хранителем книг, но и педагогом, воспитателем, организатором праздников и мастером на все руки. Придумывать занятия, делать презентации, разгадывать с детьми кроссворды, проводить опыты, вести страницы в соцсетях. И главное — постоянно осваивать что-нибудь новое.
Впрочем, ничего особенно нового в том, что библиотека превратилась в место детских сборищ, сама Ирина Александровна не видит. Дети ходили к ней всегда. И кружки, и рукоделие существовало задолго до того, как их модно стали именовать мастер-классами, а библиотеки росчерком пера Минкульта начали превращать в культурно-просветительские центры.
Библиотекарь в Первомайском никогда не скучала в ожидании читателей. Еще в советское время она набирала книжки и сама напрашивалась на уроки в школу, заглядывала со сказками в детский сад, несла новинки работникам совхоза. Хотя бы на одну книжку читатель всегда находился. Потом обычно впечатлениями о прочитанном обязательно делился с другими, книгу перехватывали коллеги и соседи. Срабатывало сарафанное радио. Лучше всего расходились истории, над которыми можно было поплакать. «Ой, я три раза читала, я уревелась!» — пересказывает Ирина Александровна отзывы своих читательниц.
В девяностые в Первомайском стало совсем трудно. Совхоз еще существовал, но денег уже не платил. Вместо них выдавали то муку, то сахар, то сено и зерно для скотины. Ирина Александровна вспоминает, что работали тогда «за палочки»: сколько заработал, записывали, а получать было нечего. Выживали в основном за счет собственного хозяйства. У семьи Синяченко в то время было три коровы, держали овец, коз — этим молоком выкармливали поросят. Поросят по осени сдавали на мясо, тем и жили. А еще сами заготавливали сено, косили оставшуюся в полях кукурузу, пряли овечью шерсть.
В библиотеке Ирина учила девчонок всему, что умела сама. Прясть и красить шерсть, вязать спицами и крючком, вышивать. Когда времена стали полегче, появились фенечки, колечки и брошки. Нередко материалы она покупает на свои.
Кружки сменяли друг друга. Надоедало одно — придумывали другое. Ирина Александровна не особенно задумывалась, как все это правильно называется. Просто дети приходили в библиотеку, и нужно было найти им интересное занятие. Долгое время вся эта побочная досуговая деятельность скрывалась за тремя загадочными буквами КЛП, которые расшифровывались как «клуб любителей прекрасного», а заодно и природы, приключений и всего, что начинается на букву «п». А потом кто-то из младших детей переспросил: «Что это за клепа у вас такой?» Так в 2013 году у детского центра появилось новое название — «Клепа».
У нас все было
«Стали ли меньше читать в последние десятилетия? Стали. Но это не значит, что в библиотеке меньше посетителей. Многие люди, особенно пожилые, заходят ко мне не за книгами, а просто поговорить по душам, потому что дома не с кем», — замечает Ирина Александровна.
По вторникам в клубе любителей прекрасного собираются пенсионеры — поют караоке, играют в настолки, занимаются рукоделием, пьют чай, обсуждают мировые новости и сельские сплетни. Одна из постоянных участниц этих встреч — Зиля Шангареева. Она всю жизнь прожила в Первомайском, 40 лет проработала воспитательницей в местном детском саду. Пока работал Дом культуры, Зиля пела в хоре, участвовала в драмкружке, ходила на ритмическую гимнастику. Теперь, грустит она, от прежней культурной жизни села осталась только библиотека. В «Клепу» с удовольствием ходит и ее внук.
К нашему разговору с Зилей в пустом гулком зрительном зале Дома культуры присоединяется Мира. Она тоже родилась в Первомайском, но после школы уехала в Уфу, где 35 лет проработала в аэропорту. Теперь, на пенсии, Мира всю теплую половину года проводит в родном селе. Втроем отправляемся гулять по Первомайскому.
Когда-то только в совхозе работало 800 человек — это больше, чем сегодня осталось жителей. Выращивали зерно, овощи, арбузы, держали скот. В школе училось около 400 детей. Сегодня школьников в четыре раза меньше.
— Чего у нас здесь только не было! Магазины, собственная пекарня, столовая, дом быта, большое профессиональное училище, куда приезжали учиться из соседних районов, двухэтажный детский сад, — грустит Зиля.
— А какой хлеб у нас пекли! Такого сейчас нет. Когда автобус приезжал, шоферы и транзитные пассажиры выбегали купить хлеба. Мы даже в город его возили — родственникам, знакомым, — присоединяется к воспоминаниям Мира.
— Вот и столовую разбирают, — грустят женщины, показывая на остов здания, в котором когда-то местные отмечали праздники. Первомайское для них существует сразу в двух временах. Они показывают нынешние улицы, а рассказывают о том, что находилось здесь 30, 40, 50 лет назад.
Отток людей заметен всем. Работы в селе практически нет. Мужчины уезжают на заработки в другие регионы. Дети оканчивают школу, едут учиться дальше в города — а за ними следом часто переезжает и вся семья.
— Но пока есть школа, садик и амбулатория, село держится! — считает Зиля. — Недавно к нам даже две молодые семьи с детьми переехали, дома новые построили на улице Химиков.
— Это наша местная Рублевка, — добавляет Мира.
В той части села, где находится Дом культуры и живут мои собеседницы и библиотекарь, дома в основном старые, которые строил и выдавал своим работникам еще совхоз в прошлом веке. В одном из них живет Ирина Александровна. Ее калитку не перепутаешь, на ней большой мультяшный лев — рисунок младшей внучки, приезжавшей в гости из Москвы. Сын библиотекаря, как и многие, уехал после школы поступать в столичный вуз и больше в село не вернулся.
Грант животворящий
«Александровна, опять ты все деньги выманила!» — делано сердился в восьмидесятые председатель профкома совхоза, когда Ирина заказывала 60 наименований журналов. За периодикой люди всегда идут охотнее. Теперь о таком количестве журналов можно только вспоминать. Да и с новыми книгами сложно. Ирина Александровна давно перетаскала на работу почти всю домашнюю библиотеку, которую когда-то начал собирать ее папа.
Еще один способ пополнять книжный фонд — добросовестно выполнять план по оказанию платных услуг на 550 рублей в месяц, который спускают из района. В прейскуранте — ксерокопия и распечатка документов, набор текстов, помощь с оформлением бумаг и другие подобные услуги. Передовики-библиотекари раз в полгода могут заказать новых книг на пять тысяч рублей. Приятно, но не сильно разгуляешься.
Много лет Ирина Александровна мечтала не только обновить содержимое полок, но и заменить всю мебель, стоявшую с открытия библиотеки. Денег на это взять, конечно, было неоткуда. А потом в районной библиотеке появился новый методист Альфия Хафизова. Она подбила Ирину Александровну попробовать написать заявки разным грантодателям. Вместе они придумали несколько проектов для пожилых людей: фотостудию, курсы компьютерной грамотности, клуб «Серебряный возраст». Ни одного гранта в итоге не выиграли.
«Не вышло с пенсионерами, давайте попробуем написать проект для детей», — не сдавалась Альфия, пробивая скептический настрой Синяченко к грантам. Она нашла конкурс «Среда возможностей» Фонда Тимченко, который поддерживает инициативы в небольших городах и селах с населением до 70 тысяч человек.
«Ну где 70 тысяч, а где наши 600 жителей? — усомнилась Ирина Александровна. К тому же показывать конкурсной комиссии было особенно нечего. Дети ходили в библиотеку давно, здесь играли, читали, мастерили, но сама обстановка выглядела удручающе. — Ну вот как такую библиотеку покажешь… Просто совестно».
Заявку таки подали. Осенью 2023 года Альфия позвонила ей и велела сесть. Ирина Александровна перепугалась: что случилось? Выиграли!
«Я так заорала, сама от себя не ожидала», — смеется она.
На первый грант, почти в полмиллиона рублей, купили новую мебель, телевизор, ноутбук, планшет с интерактивными книгами, игры. И конечно, новые книги, энциклопедии, справочники, книги по рисованию и лепке.
Ремонт сделали своими силами. Сельсовет заказал жалюзи, районный отдел культуры помог со стройматериалами, остальное собирали всем миром. Родители вместе с детьми обдирали и красили стены, передвигали мебель и книги. В библиотеку несли все, что могло пригодиться: посуду, питьевую воду, материалы для рукоделия, выпечку для чаепитий. Библиотекарь тоже не отставала — шпаклевала, красила, подбирала оттенки для стен. «Вот тогда я и узнала, что я, оказывается, дипломированный строитель. Все знаю, все умею», — смеется она.
Детский центр «Клепа» выиграл и второй этап конкурса, получив от Фонда Тимченко еще 750 тысяч рублей. Одно из условий программы «Среда возможностей» — дети сами должны решать, чем хотят заниматься и какой должна быть эта самая среда. А Ирина Александровна и раньше не особенно им что-то навязывала. Надоело лепить — попробуем варить мыло и делать духи, интересно играть на гитаре — поищем того, кто научит. С грантом появилась возможность воплощать те детские затеи, на которые раньше просто на хватало денег.
В «Клепу» ходят и младшеклассники, и подростки. Среди постоянных посетителей, к удивлению Ирины Александровны, мальчишек даже больше, чем девочек. Библиотекарь говорит, что с ними порой проще, они охотнее берутся за все новое. Например, 14-летний Мурат Хасанов всерьез увлекся фотографией и теперь снимает все мероприятия в клубе, особенно ему нравится снимать людей, когда «они не позируют».
«Конечно, они приходят сюда и потому, что у меня интернет, компьютеры, игры. Часто можно услышать “ребенок сидит в играх — это плохо”. Нет, это не плохо. Нужно просто подсовывать правильные игры. Тот же самый “Майнкрафт” отлично учит читать, узнавать новые слова. Игры развивают память, глазомер, даже речь», — считает Ирина Александровна. Она убеждена в том, что с детьми нужно разговаривать как со взрослыми, — тогда они начинают думать.
Центр «Клепа» в сельской библиотеке — один из сотен проектов, которые Фонд Тимченко поддерживает в небольших городах и селах по всей стране. Только в Башкортостане за последние три года поддержку получили 49 местных инициатив, в которых вовлечено более двух тысяч детей. На грант в 2026 году в «Клепе» заработала лаборатория удивительных наук. Дети сами попросили что-нибудь про опыты и факты по физике, химии и биологии. Библиотека не школа, заставить сюда прийти невозможно, остается придумать что-нибудь такое, ради чего ребенку самому захочется вернуться.
Ирина Александровна признается, что давно могла бы уйти на пенсию, да только передать библиотеку некому. Впрочем, на заслуженный отдых она не рвется. Раньше муж уговаривал: «Уходи, когда ты еще со мной побудешь?» А теперь передумал. «Лучше работай. А то будешь со мной ругаться», — смеется он.
Да и деятельной натуре библиотекаря пока не до отдыха. У Дома культуры давно прохудилась крыша. Ее несколько раз латали на скорую руку. Синяченко дважды безуспешно пыталась добиться денег на ремонт по программе поддержки местных инициатив. Но не сдается. Когда осенью в Первомайское приехали журналисты из разных городов посмотреть, как сельскому библиотекарю удается увлечь детей и превратить библиотеку в место, куда все добровольно и с радостью приходят проводить свободное время, само собой, понаехали и местные чиновники. Ирина Александровна подловила момент и прямо под камеры взяла с них честное слово, что в следующем году крышу наконец перекроют.
Теперь ждем!
