Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Нас купили за 50 тысяч рублей». Путешествующую автостопом пару из Москвы продали в рабство в Дагестане

Петр Пелеханов и Ольга Лифатова — молодые люди из Москвы, этим летом они решили отправиться путешествовать автостопом в Крым. На платном участке трассы «Дон» они остановили автобус, который ехал в Ставропольский край, но утром обнаружили, что оказались в Дагестане и их уже продали в рабство местному жителю за 50 тысяч рублей. «Такие дела» попросили Петра подробнее рассказать, как это могло произойти в России в XXI веке.

Pxhere.com

Попали на рейсовом автобусе. На платном участке трассы «Дон»: после Москвы и Домодедово начинается платный участок. Там есть технический пункт, там продлевают карточки и стоят дальнобойщики. Мы оттуда стартовали автостопом в сторону Крыма. Вечером откликнулся рейсовый автобус, водитель сказал: «Поехали, туристов мы любим, часто подвозим». Автобус ехал не в Крым, но в сторону юга — в Ставропольский край. Мы об этом знали. У нас по плану была неделя, чтобы добраться до места. У водителя был молодой сменщик — отец и сын. И он подошел к нам и сказал, что везет несколько человек в Ставропольский край на ферму по объявлению через «Авито». «Хотите — посмотрите, может, вам работа нужна», — говорит. Я объяснил, что какая вообще работа, мол, мы едем отдыхать, работа есть.

Пообщались с людьми, они подтвердили все это, кто куда ехал, но какая-то группа направлялась на Ставрополье. И вот водитель всю дорогу подходил и говорил: «Может, вы решитесь?» Показывал мне фотографии, как выглядит эта ферма. Зарплаты, мол, там большие. Целый час уговаривал. «Ладно, мы все равно не торопимся, можем Ставрополье посмотреть», — говорю. Этот автобус должен был разворачиваться потом и обратно ехать. Приключения для путешественника — это норма. Поедем, посмотрим. Он показал, что там лошади, коровы. Интересно, тем более я всю жизнь любил фермы и часто туда езжу. Человек нормальный, я ему поверил. Мы должны были проехать день, ночь, и с утра уже нас должны были высадить, чтоб мы посмотрели и вернулись.

В автобусе стекла были затонированы, и ночью почти ничего не видно, но трасса эта мне знакома.

Ночью я проснулся и спрашиваю, когда, мол, будет остановка. Водитель сказал, что скоро. Тогда я прошел вперед, где через стекла было хоть что-то видно, — просто решил посмотреть, может, заправка какая-то будет. и увидел вот эту пустыню дагестанскую

Так я выяснил, что мы в Дагестане. Сначала я с людьми пообщался: «Вы в курсе вообще, изначально вы мне сказали, что на Ставрополье?» Они сказали, что да, они на Ставрополье. То есть сами они не были в курсе. Кто на «Авито» увидел объявление, кого с вокзала взяли — с площади трех вокзалов. К ним подошли люди, предложили работу. То есть всех собрали в один автобус и повезли туда. Никто не знал, что какой-то Дагестан будет, кроме двух людей. Это такие же работники, но они должны были изначально в Дагестан ехать, на кирпичный завод. Я пообщался с ними и понял, что происходит что-то непонятное. Тогда я подошел к водителю пообщаться, панику никакую не поднимал, я просто не понимал, что происходит. Обычная штатная ситуация, нужно выяснить. Водитель сказал, что на Ставрополье мы должны приехать утром, а сейчас ночь и мы просто делаем крюк через Дагестан — мол, высадим тех, потому что по времени не успеваем, и вернемся на Ставрополье — ничего страшного, мол. Я подумал, что, по сути, в этом нет ничего страшного: люди едут на работу.

Читайте также Рабы божьи  
Заехали в Дагестан. Когда мы уже были в Каспийске, водитель подозвал меня: «Вы случайно сюда попали, я вам все честно скажу, у меня самого семья, вот мой сын сидит. Мне сказали вас всех везти продавать на кирпичный завод в Каспийск, сейчас будет высадка». Я возмутился: это что, прикол какой-то? Как это можно взять и продать людей в рабство? Пошел и сообщил людям. Половина людей даже не чухнулась, им было все равно. Я вернулся к водителю, мы начали общаться, он говорит: «Да, я вижу, что вы туристы, и не хочу порочить имя Аллаха и Дагестан. Так как вы случайно попали, я сделаю то, что и обещал: мы на следующее утро соберем людей из Дагестана и поедем в Москву. Все нормально, не переживай». Я понимал, что те люди попали в такую ситуацию, а мы случайно попали, нас никто не продавал. Кирпичный завод мы проехали мимо.

Когда водитель всех высадил, людей отдали «баринам» — я их так называю. Мы приехали в Дербент, этот автобус он припарковал рядом с домом и предложил переночевать с ними в квартире, пока накопится автобус, чтобы с утра поехать. Мы договорились о цене в 3 тысячи за дорогу. А с утра 1 сентября нас продали. Он сначала нас снова уговаривал: «Может, все-таки на ферму в Дагестане?» Я говорю: «Мы вообще собирались в Крым, чисто случайно согласились с вами на Ставрополье поехать, потому что авантюристы. А вы нас завезли в Дагестан и опять предлагаете работу».

Дальше уже никто ни о чем не спрашивал, просто пришли два покупателя. Один выяснил, что мы не умеем коров доить, и отказался. А второй купил нас за 50 тысяч рублей. Посадили нас в машину и увезли

Нам сказали, что эти 50 тысяч мы должны отработать: «Я сейчас увезу вас на ферму, и вы должны мне полгода отрабатывать бесплатно. Я вас обеспечу едой, одеждой — спецовкой. Но зарплату вы не получите. Хотите или не хотите, сложно или не сложно, но вы полгода у меня отработаете, а потом освободитесь». Я панику не стал поднимать: бить их, драться, убегать и получить нож в спину я не хотел. Включил дурачка: «Хорошо, поехали». Я не один был и подставлять наши жизни под угрозу не хотел. Никогда не знаешь, на что люди готовы.

Нас повезли в Новую Маку. Там мы и работали. Автоматов и цепей не было, но если бы мы просто сбежали, то нас бы хватились через 10 минут, нашли бы и привезли обратно. Рабов много он не нанимал, чтобы не было саботажа, — мы были вдвоем. Он все продумывает, хитрый человек.

Нас закрывали в одном помещении, возили в теплицу, где росли помидоры. Так мы работали месяц. Это рабский труд — 12—15 часов в сутки без выходных. В теплице, где температура 45 градусов. И не только: я ему и дома строил, и крышу ремонтировал, и машины, копал ямы, строил туалет. Вот они придумали, что в 4:30 подъем, все, в это время за тобой приезжают. Все делаешь, пока солнце светит, как садится, тебя сажают в машину и обратно привозят.

Жили мы в бетонном помещении, у меня бы не хватило совести туда работников поселить. Русские — это грязь для них. Это что-то вроде технического помещения, бывшая тандырная. Два года она была в запустении. Там говна 30 мешков — куриного помета. Доски, все пыльное, грязное. И голый бетон. Они потом нам принесли матрас ссаный. Я говорю: «Вы издеваетесь, мало того что мы чисто случайно сюда попали. Мало того что вы нас купили. Побойтесь бога». Я возмущался, но не спорил, не хотел вывести на скандал, потому что он дал нам понять, что он следователем работал 20 лет, еще депутат и все у него здесь схвачено. Он шел на контакт, но видно было, что он хитрый очень. Такое отношение и продолжалось. Изначально он юлил и говорил, что я буду у них через полгода работать управляющим за 30 тысяч рублей, что я буду у него сыном. Я соглашался, строил из себя дурачка и пытался прощупать почву и понять, как нам теперь выбираться из этой ситуации, чтоб нам не навредили.

Он мне сказал, что, если мы выйдем за ворота, нас зарежут. Проверять это не хочется, жизнь одна

Там камеры были, по которым нас видели ночью и днем. Все закрыто, забор высокий — перепрыгнуть невозможно. У меня в ногах железки, я инвалид второй группы, прыгать и бегать не могу.

Через две недели я продумал план, как оттуда бежать и что делать. И у меня появилась связь: я свой резервный телефон смог восстановить. Там не работала моя сим-карта, но я попросил через одну местную позвонить. Это даже не жительница, а его родственница. Она просто приехала помочь по работе в теплице. Я видел, что она мне доверяет. Сказал ей, что ее дядя нас купил. Она поначалу не верила, но потом вошла в наше положение. А потом у нее что-то перещелкнуло, видимо, она рассказала этому барину, и она, наоборот, чуть ли не с кулаками на меня налетала. Я ее попросил только позвонить. Она не знала, что нам нельзя звонить.

Позвонил знакомым, они мне положили денег на телефон. У меня была сим-карта неактивированная из перехода. Я ее активировал и вышел на связь, сообщил знакомым. Меня связали с «Альтернативой», они мне сказали, что я ни в коем случае не должен бежать: побег будет стоить жизни, а должен сидеть и ждать координатора организации. Проходит неделя, полторы, две. Я постоянно звонил, спрашивал, сколько мне еще ждать, говорил, что лучше уже сам сбегу. Там нас тормозили, просили дождаться помощи. А я еще не знал, что такое «Альтернатива». Может, это фикция все и нас еще раз продадут.

Потом наш хозяин, Ямудин, понял, что у меня есть телефон. Но он видел, что я им не пользуюсь, никакой шумихи не поднялось. Он оставил меня в покое, но выпускать не хотел. Он вроде и не угрожал, но когда мы пытались выйти, нас тормозили и возвращали.

И мы сбежали. Так как это бывшая тандырная, там за грудой всего, за печкой был лючок — форточка, через которую лепешки выдавали. Она была заварена. Я ее потихонечку ломал. Когда сломал щеколду, выбил ее ночью. Так как камеры не видели угол, мы вышли. Это было 12 часов, первый час ночи. Я понимал, что в восемь часов утра они поймут, что мы сбежали. То есть у нас есть семь часов, чтоб попытаться добраться хоть до какого-нибудь населенного пункта. И когда мы выбрались, я запечатал люк обратно, чтоб никто не увидел и ночью не позвонил, что кто-то сбежал. Дорога там прямая, одни теплицы — ты никуда не спрячешься. Нужно было незаметно пройти. Пока мы шли, я связался с «Альтернативой», объяснил, что совершил побег. Они сказали, что раз убежал, то мне нужно добраться до Махачкалы, потому что местная полиция нас схватит и привезет обратно или вообще где-нибудь пристрелит и закопает. В Махачкале нужно было найти Южную автостанцию и только там обратиться в полицию.

Мы пешком прошли 35 километров, не успевали, и под утро нас хватились. Начальник наш, Ямудин, поехал меня искать по трассе, он понял, что мы в ту сторону пошли. Я замел следы, объяснил, что я пьяный, на другой плантации. И он поехал меня туда искать, что было нам на руку.

Добрались до Дербента, там обратились к местным. Подходили не ко всем, а к старикам. Объясняли ситуацию. У меня была с собой немецкая губная гармошка, я ее обещал подарить тому, кто оплатит маршрутку за 500 рублей до Махачкалы. Они так и сделали, и мы добрались до Махачкалы. Там уже добрались до Южной автостанции, где безопаснее, потому что это столица. Вызвали оперативников. И вот двое суток мы ездили по отделам, писали в присутствии оперов заявления, писали во все инстанции.

Когда это все закончилось, объявилась «Альтернатива»: «Вот, мы им помогли, мы спасители». Никто мне не помогал, только палки в колеса вставляли.

Через два дня нас из Махачкалы отвезли туда же, в отдел в райцентре, где живет этот барин. Там на нас начали кричать, что мы черти, что мы никакие не рабы, что мы работали добровольно. Я говорю: «Мне охота, что ли, ехать к вам из Москвы, добровольно работать полгода бесплатно?» Все это для них норма. Этот барин перед следователями, перед начальником отдела признался, что за нас заплатил и мы должны отработать. Тот только в улыбку. Я вижу, что происходит: начальник отдела говорит, что мы черти, и сам принимает сторону этого барина.

Ночью, когда мы дописали заявления и пошли курить, вызвали такси. Кое-как на такси мы окольными путями выезжали. Нам сказали, чтоб мы прыгали из машины, если что случится, нас преследовали. Было несколько суток ужаса, когда мы выбирались оттуда. На такси мы добрались до Дербента, там автобусами, такси доехали до Махачкалы.

Там мы сели на поезд, билет нам купила «Альтернатива». Но ночью в Кизляре полицейские сняли нас с поезда и повезли на тесты на наркотики. Видимо, опять палки в колеса вставляли. И привезли обратно, сказали, что мы чистые, просто им прислали информацию, что мы наркоманы пьяные. Нас оставили на станции, билеты сгорели. Пришлось звонить Mash, они уже на тот момент с нами связались, объяснять ситуацию. Нам еще раз билеты взяли. С горем пополам мы оттуда выехали.

На тот момент с нами уже связалась полковник пресс-службы центрального аппарата МВД. Все уже знали, шумиха поднялась. Они палки в колеса вставляли, но сделать уже ничего не могли.

И сейчас мне пишут люди: «Что ты, не мог ему, как Рембо, по голове дать?» Люди, проснитесь, ты не убежишь живым оттуда. Нельзя совершать бездумные попытки. Как это, взять и пробежать 200 километров? Нас менты поймают и обратно привезут. Если бы я сделал что-то необдуманное, то здесь бы не был. Я устал это все говорить.

Обновлено 13 октября в 20:30. Следственный комитет (СК) по Дагестану опубликовал сообщение о том, что двое жителей Москвы не находились в рабстве в республике, а приехали туда на заработки.

По данным СК, в конце августа житель Москвы с женой планировали поехать в Крым. По дороге они сели на рейсовый автобус, водитель которого предложил им направиться в Ставрополь на заработки, и они согласились. Однако водитель без согласования отвез молодых людей в Дагестан, где с 1 сентября по 1 октября 2021 года они работали в тепличном хозяйстве жителя села Новая Мака Сулейман-Стальского района. При этом, говорится в сообщении СК, молодые люди получали за свою работу по 10 тысяч рублей в месяц.

Во время опроса молодые люди якобы заявили, что их никто не принуждал к работе и не применял насилия. «Оплату работодатель произвел полностью, претензий к нему не имеют, а поводом для обращения в правоохранительные органы явились действия водителя автобуса, который обещал отвезти их в Ставропольский край, но, как полагают заявители, имел договоренность с жителями Республики Дагестан и получил денежные средства за их дальнейшее трудоустройство на подсобном хозяйстве», — говорится в сообщении ведомства.

Там также сказано, что СК начал проверку по поводу случившегося.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: