«У нас, оказывается, есть солидарность»

Фото: Дина Оганова/dikarka.ge

Поехав на вечеринку в Тбилиси, Анна Качуровская попала в эпицентр катастрофы. Она записала свои наблюдения о том, как жители города сплотились перед лицом беды

— Девочки, я за вас волнуюсь, — говорит водитель такси, который везет нас от улицы Маршала Геловани до центра Тбилиси в модное место Sky, откуда открывается невероятный вид на ночной город.

— А что такого? Это же просто дождь.

Сейчас около одиннадцати вечера. После долгой красивой прогулки мы договорились пойти танцевать с нашими тбилисскими друзьями. Расстались, чтобы переодеться, и едем в клуб в полной уверенности, что нас там ждут. Та Я вижу, как с холмов несется вода: она летит с такой силой, что не падает на землю, а мощным потоком хлещет параллельно дорогТвитнуть эту цитатукого дождя, говорит водитель, не было с 1972 года, и это может быть очень опасно. Он сворачивает с привычного пути и едет в объезд: по набережной уже проехать сложно — слишком много воды. Кажется, что таксист преувеличивает, но вдруг я вижу, как с холмов несется вода: она летит с такой силой, что не падает на землю, а мощным потоком хлещет параллельно дороге. Мне не по себе. Когда еще через час наша подруга Лика захочет поехать домой, страшно становится уже по-настоящему. Машина до дверей залита водой, и проехать могут только те, у кого автомобиль на газе, который хранится в багажнике машины. Из асфальта на набережной бьют фонтаны выше машин: в этих местах дорога провалилась.

Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge

А мы продолжаем выпивать: из Sky по-прежнему открывается прекрасный вид на город. Дождь закончился, как нам показалось, довольно быстро. Никто из наших грузинских друзей не пришел. Через два часа после ливня мы отправились домой — на противоположный конец города. К этому времени набережная уже была полностью перекрыта, часть дороги провалилась, некоторые участки ограждения над Курой смыты в реку.

Бегемот бродит по центру города, крокодил плывет между машин, медведи висят на кондиционерах, снесенные дома, плачущие люди Твитнуть эту цитатуУтром мы застыли в холле гостиницы у телевизора: бегемот бродит по центру города, крокодил плывет между машин, медведи висят на кондиционерах, снесенные дома, плачущие люди. Стали приходить наши грузинские друзья. «У меня лило сквозь стены всю ночь, — рассказал Леван. — Мы уже боялись, что их размоет. Непонятно как, но вода лилась не через окна — она хлестала отовсюду». Леван живет в блочном многоэтажном доме обычной советской застройки 1970–1980-хх годов и не на последнем этаже. Уже вместе мы читаем новости, которые нам переводят с грузинского: 15 человек погибло (всего погибло 19 человек), 40 домов снесено. Половину зоопарка смыло, часть зверей утонула, часть сбежала и бегает по центру Тбилиси. Всего погибли или были убиты 300 животных из 600.

http://www.youtube.com/watch?v=_JMsOjeEZpA

Наводнение в Тбилиси 14 июня 2015 года (автор видео: News 2015)

Другой наш грузинский друг, Акакий, не пришел. Как и почти все жители города, он был на разборке завалов.«Все стихийно началось, первые сообщения о том, что смывает дома и люди просят о помощи, стали появляться на Фейсбуке около часа ночи, — рассказывает он. — Многие писали, стоя на крышах своих домов. Моя знакомая успела вбежать в какой-то магазин и там, прыгая по полкам и холодильникам, спаслась от воды». Акакий говорит, что пришло помогать множество людей — со своими лопатами, кирками и другими инструментами.

Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge

От квартала, который находится рядом с зоопарком, почти ничего не осталось. Жители начали с того, что стали расчищать улицы от снесенных водой, вырванных с корнем деревьев: иначе тут не прошла бы большая техника.

Спустя неделю после трагедии власти Грузии запретят волонтерам участвовать в разборе завалов — из-за опасности распространения эпидемии. Даже сейчас, в конце июня, в городе находят мертвых животных и людей.

«За считанные минуты вода поднялась на высоту семь метров, — объясняет Акакий. — Обычно речка Вере выглядит как ручеек, а вообще-то она 42 км в длину, и это не считая разных притоков. Прошлые наводнения и в 1972 году, и в 1924-м тоже были в июне. Единой версии о причинах нет — то ли оползень, то ли дождь».

Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge

«Понимаешь, козлы они, — говорит Манана. Она графический дизайнер. Ее работы, хранившиеся на серверах в типографии друзей, погибли вместе с самой типографией. Здание стояло ровно там, где Вере взорвала трубу, по которой текла. — Эти инженеры, геодезисты… Кто-то же должен был сказать Саакашвили, что нельзя эту речку убирать в трубу и строить над ней дорогу. А ему надо было быстро красоту навести. Деды рассказывали, что когда-то Вере уже выходила так же. Все знали, что это не простая речка». Типография снесена полностью, вместе с ней под песком и илом погребено семь лет работы Мананы. «Наплевать на архив, людей жалко. Тех, кто без дома, без работы остался, зверей этих несчастных».

Волки большой стаей убежали, другие хищники — тигры, львы, гиены — убитыТвитнуть эту цитату

Работники зоопарка все время публикуют сведения о животных — о тех, кого нашли, и о тех, кто погиб. За отлов зверей отвечает спецназ: у них не было задачи привести диких животных в зоопарк, тем более, что и вести-то некуда. Поэтому их отстреливают. Волки большой стаей убежали, другие хищники — тигры, львы, гиены — убиты. Работники зоопарка отдельно просили не убивать Шумбу — ручного льва, который вырос вместе с собакой и был не опасным. За Шумбу переживал весь город. Его нашли застреленным в собственной клетке. «Он был таким домашним животным, даже из клетки не вышел, а его все равно убили!» — возмущается старьевщик на Сухом мосту. До сих пор не найден один тигр: местные жители говорят, что слышат его рык рядом с Тбилиси. Сейчас, в конце июня, волонтеры — в основном из организации «Партизаны-садовники» — разбирают Ботанический сад. Там течет Легвта Хеви — еще одна маленькая речка, которая разбушевалась в ту ночь. К счастью, в Ботаническом саду нет жилых домов, и река смыла только реликтовые деревья.

Людей надо очень-очень беречь. Я так рад, что мы, грузины, все это понимаем, что у нас, оказывается, есть солидарностьТвитнуть эту цитату В день траура мы сели в первом попавшемся кафе. Там был большой экран, на котором показывали трансляцию с места трагедии. Официальные лица, жители города, потерпевшие, твиты соболезнования президентов разных стран. Мы заказали вина. Его не оказалось — накануне все выпили волонтеры. «Мы все вчера были там, помогали, — говорит официант, совсем юный мальчик. — Мои родители и родители моих друзей — все были там. Так грустно: мы такие маленькие, поэтому не бывает чужой беды в Тбилиси. Один многоэтажный дом расселили, потому что инженеры опасаются обрушения фундамента. Только в этом доме 150 человек — представляете, как много семей оказались совсем без дома». Через неделю семьям разрешили вернуться в свои квартиры. Те, кто жил в частном секторе, теперь живут в гостиницах. Им собирают вещи, продукты и деньги.

Фото: Дина Оганова/dikarka.ge
Фото: Дина Оганова/dikarka.ge

За одну ночь Тбилиси сильно изменился: очень много было разрушено. Но гораздо сильнее меня поразило то, что люди, как обычно ругая власть, помогали спасать город. «Знаешь, почему в сетях было много фотографий убитых зверей и не было людей? — спрашивает меня Акакий и сам же отвечает. — Потому что надо беречь друг друга: животных жалко, но с ними ничего нельзя было сделать, а людей надо очень-очень беречь. Я так рад, что мы, грузины, все это понимаем, что у нас, оказывается, есть солидарность. Это, знаешь, важно, чтобы вместе дальше жить».

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
353 791 008 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: