Застарелые раны

Фото: Ксения Иванова, коллаж: Аксана Зинченко

Молодой фотограф Ксения Иванова для выполнения задания в Летней школе «Русского репортера» отправилась в ближайший дом престарелых. И хотя условия содержания в нем оказались хорошие, девушка нашла там много боли и одиночества

Дом-интернат для пожилых людей и инвалидов «Рождественский» в подмосковной Дубне не похож на место для «доживающих»: небольшое белое одноэтажное здание со свежей отделкой и садиком ассоциируется, скорее, с дачей. Кто-то из пациентов гуляет неподалеку, кто-то шутит с персоналом, отдыхая на деревянных скамейках.

Всего здесь сейчас живут 22 человека, из которых больше половины прикованы к постели. Со всеми ведется индивидуальная психологическая работа, их ежедневно осматривает врач-терапевт, при необходимости консультируют узкие специалисты, проводится целый ряд проектов по социальной реабилитации.

Благодаря хорошим условиям и человеческому отношению персонала многим здесь удается не сломаться и не уйти в себя. Однако сложнее всего приходится тем, кто не может забыть причин, по которым они сюда попали.

Фото: Ксения Иванова
Козина Екатерина Петровна, 83 года
Срок проживания в доме-интернате: восемь лет.
После смерти мужа у нее осталось два сына. Один из них был убит, второй сын, по словам Екатерины Петровны, стал ее избивать и отнимать всю пенсию.
Вскоре она ушла в интернат. Теперь здесь каждое воскресенье ее навещает младший брат.
Фото: Ксения Иванова
Алексеева Тамара Васильевна, 79 лет
Срок проживания в доме-интернате: два с половиной года.
«Мой сынок погиб в аварии, я стала жить вместе с его женой и двумя внуками. Однажды внучка, еще первоклашка, делала уроки и, поскольку была левшой, написала плохо. Сноха порвала тетрадь и стукнула её по голове, я заступилась, и она меня выгнала. Ушла я на улицу, переплакала… она меня несколько раз так выгоняла, а я всё терпела. Потом до того дошло, что она меня ударила и вызвала милицию, чтобы я ушла – прописки у меня-то не было там.
Здесь в интернате неплохо, люди здесь хорошие. Но я сама себя ненавижу, что дошла до такой жизни и попала сюда. Всё у меня было, и я всё потеряла. И как в той сказке, осталась у разбитого корыта» (смеется).
Фото: Ксения Иванова
Добрынина Людмила Викторовна, 73 года
Срок проживания в доме-интернате: год.
«Мой сын и его жена пили, сноха меня обижала. И я решила, что не буду там жить, больше не хочу и не могу. Потом я пришла в соцзащиту, и они меня определили в этот интернат».
Фото: Ксения Иванова
Тучнев Владимир Петрович, 74 года
Срок проживания в доме-интернате: пять лет.
«У меня есть семья: и внуки, и даже правнук.
Вот дочка дачу достроит, приедет… и заберёт меня».

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
353 899 197 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: