История о том, как ничем не примечательный житель Белореченска Александр Можаев стал легендарным казаком Бабаем, одним из символов войны с Украиной. Сейчас он вновь живет в родном городе. Война утихла, но не для него

У войны на востоке Украины есть свой богатый эпос. По большей части он рождается в Интернете и передается из уст в уста, со страницы на страницу. Устрашающие рассказы о пытках, предания о подвигах, ужасы батальных сцен. Еще в любом эпосе есть свои легендарные герои, титанические личности, вокруг которых разворачиваются все главные события. И особое место в пантеоне военных полубожеств Донбасса занимает фигура казака Бабая. У него свой паблик во «ВКонтакте» на 13 тысяч человек и запредельное количество фан-арта. Поклонники Бабая рисуют его накаченным гигантом, настоящим богатырем. О Бабае слагают песни: «Кто пиндосовско-японские Кинг-конг и Годзилла? Тьфу! Русский Бабай — вот это сила»,   — читает рэпер Drago  родом из Харькова. По сети ходят тысячи мемов с брутальной физиономией Бабая, не говоря уже о легендах, связанных с боевыми подвигами (собственноручно сбил вертолет из гранатомета, является офицером ГРУ и т.д.) Но о реальном человеке известно не много, информация скудна и противоречива.

***

По привокзальной площади Белореченска идет мужчина в кожаной куртке. Под ней полосатая рубашка с лихо расстегнутым воротом, на шее виднеется увесистый крест. Насмотревшись героического фан-арта, я ожидал увидеть камуфляжного гиганта, настоящего Хагрида, но Бабай оказался невысокого роста крепышом, вполне скромным на первый взгляд. Обычный Александр Можаев. Здороваемся и идем «в штаб».

Мы идем по коридору офисного центра, Бабай интересуется, патриот я или нет. Он открывает небольшой кабинет. Напротив двери висит флаг самопровозглашенной Донецкой народной республики, под ним календарь общественной организации ветеранов «Боевое братство». Справа с большого красно-белого стяга смотрит Иисус Христос. Комната обставлена иконами, флагами, на полках лежит всевозможное оружие — начиная от раритетных кинжалов и гранат времен Второй мировой и заканчивая современной оптикой, касками и ножами. На столе куча раций — они производят неприятный скрежет. Бабай отказывается рассказывать, что это за место, чем они тут занимаются и откуда столько околомилитаристских предметов. Он говорит, эта информация может повредить общему делу и ограничивается тем, что тут базируется казачья организация «Волчья сотня» и «Боевое братство», а рации нужны для тренировок.

БабайФото: Влад Моисеев

В комнатку входит высокий седой мужчина. Его зовут Алексей, он тоже казак, участвовал в восточно-украинском конфликте. Бабай предупреждает, что Алексей будет присутствовать при нашем разговоре, берет бинокль и надолго всматривается в пейзаж за окном, как настоящий рыцарь Готэма. Но на улице ничего не происходит — привокзальная площадь пустует, на скамейках лениво что-то обсуждают пенсионеры, женщина кормит голубей — настоящая провинциальная идиллия. Кого высматривает Бабай — военная тайна.

— Документы проверил? — с порога спрашивает обстоятельный Алексей. Он здесь, чтобы наблюдать за ходом интервью и консультировать друга, что можно говорить, а что нельзя.
— А какие вам надо?
— Паспорт, журналистское удостоверение…
— А то, может, ты со Львова приехал, — говорит Бабай тоном ироничного следователя.
— Скажи, ты сережку носишь? — спрашивает Алексей.
— Когда-то давно носил.
— А к чему это приурочено?
— Музыку играл, в группе.
— Что за музыка?
— Рок.
Собеседование затягивается. Меня расспрашивают о том, чем я занимаюсь, где работал, что за сайт «Такие дела». Чуть позже у меня деликатно интересуются, еврей ли я.

***

Александр Можаев родился я в Белореченске 21 сентября 1977 года.

Казачья родословная БабаяФото: из личного архива

— Мои родители были простые рабочие, — продолжает он. — Мама была уборщицей, я ей помогал с 10 лет, ведра носил с водой. У нас было три брата в семье. Старшего убили после армии, царствие небесное. Его забили до смерти, здесь разборка была. Младший брат со мной, когда меня нет — помогает семье. Мы сейчас живем в родовом доме, который построил наш дед. У меня уже все умерли: мама, папа, бабушка, дедушка, царствие им всем небесное. Но род продолжается, у меня два сына, дай бог им здоровья. И дочка старшая. Крайний сын недавно совсем родился.

Бабай с ностальгией вспоминает советское прошлое. В школе он любил литературу, физкультуру, изобразительное искусство и музыку, участвовал в самодеятельности, читал стихи со сцены. После 9 класса пошел в училище и получил специальность электрика. Электриком он начал служить в ПВО, но за два года дорос до замкомвзвода. Бабай говорит, что «дедовщина о него споткнулась» — ему просто пришлось побить одного особо надоедливого деда, который заставлял мыть туалеты. После этого во взводе восторжествовала справедливость.

Весь рассказ Бабая о себе проникнут идеей праведного подавления агрессии, установления справедливости и казачьего мессианства, будь то речь о дедовщине или отделении Крыма от Украины. Он говорит, что таков удел казака — охранять православие, царя и все хорошее от всего плохого. Но Бабай не из тех, кто свято верит в государственные институты, «Единую Россию» и справедливость системы. В своей риторике он иногда радикальнее самых отчаянных оппозиционеров. Но в отличие от них, его мировоззрение строится на идее о том, что жулики, воры и агенты западного влияния, как рак, захватили власть и мешают президенту делать страну счастливой и процветающей, но он чуть ли не в одиночку противостоит им:

— Народ любит свою страну. За то, что она сильная, могущественная, богатая. Но не любит свое правительство. Вот президент — хороший человек, он делает то, что надо. Но вот рядом с ним парламент. Они не должны лезть в дела государевы. Вот президент — хороший человек, он делает то, что надо. Но вот парламент не должен лезть в дела государевыТвитнуть эту цитату Потому что там в парламенте сидит большинство бизнесменов, олигархов, для которых цена жизни измеряется в деньгах. Почему наша страна — очень богатая, а внутри посмотрите, как живут люди? Ведь должно быть намного лучше. У нас много полезных ископаемых, газа, нефти, много золота, много всего. Почему все в частных руках? Этого быть не должно. Недрами должны распоряжаться государственники. Государство.

Бабай еще долго рассуждает о том, что мы должны торговать нефтью и газом за рубли, а один рубль приравнять к одному грамму золота. У Бабая, кажется, есть целая политическая доктрина о том, как сделать страну лучше. Сидящий рядом Алексей пытается унять своего друга, но ничего не выходит. Бабай хочет, что бы Россия «самостоятельно ставила цены на газ, продукты и электричество, а работники госпредприятий получали по 100 тысяч в месяц». А еще прекратить инфляцию и увеличение цен на продукты. Но в реализацию своих идей он не особо верит.

— Я хочу сделать хорошее, вроде все вижу, все понимаю, а сделать не могу. Потому что не выгодно это людям, тем, которые сидят вверху. Потому что все ихние планы, все может рухнуть. А планы у них на данный момент, как я вижу, не очень хорошие. Они мирным путем уничтожают наше население…

***

Казаки — предки БабаяФото: из личного архива

После армии Можаев казаковал. «Казаковал — не значит бандюковал», — объясняет он. Молодой Бабай занимался охраной леса по линии реестрового казачества, строил кордон для борьбы с незаконной вырубкой. А еще подрабатывал в такси — его, бывало, просили приехать и заставить нерадивых клиентов платить за проезд. А в 2005 году он был приговорен к девяти годам лишения свободы за сбыт наркотиков. Но провел за решеткой только 5 лет, 1 месяц и 3 дня.

— Подставили меня, короче, — говорит Бабай. — Один человек мне должен был деньги от-дать. Ну как… Он мне должен был за то… Короче, он меня попросил купить конопли, вот я и купил. Сдачу, говорю, принеси. А он мне принес шесть коробков и сдачи. А сдача была меченая.
— Ну, то есть вы никогда не продавали коноплю?
— Не-не-не.
— Но употребляли?
— Ну знаете, — вздыхает. — Когда меня посадили, моя бабушка, царствие ей небесное, спрашивала по телефону, за что посадили. Я говорю: «Бабушка, за коноплю». Она: «Ой, нехристи, говорит. Мы ж в детстве, чтобы выжить, семена конопли кушали. Покушаем и смеемся. А тебе чего?» А я: «Законы такие, бабушка». Думаю, надо убрать закон этот.

***

Атаман белореченского районного казачьего общества кубанского казачьего войска Виктор Мельников сидит у себя в кабинете. У него пристальный взгляд и мягкие интонации. Он занимает свой пост всего полтора года, но Бабая знает давно.

— Я знаком с Александром с конца 90-х. Он из родовых, Можаев. И по линии матери, и по линии отца. Он был уже тогда в молодом возрасте членом казачьего общества. Сначала в молодежной сотне до срочной службы и после нее вернулся в наши ряды. Года до 2005, пока у него неприятности в судьбе не случились, он был дружинником казачьей дружины, занимался природоохранной деятельностью.

Атаман Виктор МельниковФото: Влад Моисеев

Атаман Мельников рассказывает, что в молодости Бабай был «хулиганистый, но управляемый», даже когда выпивал, не устраивал дебошей, а становился наоборот покладистым. На вопрос, как получилось, что добросовестного казака привлекли за распространение наркотиков, атаман пожимает плечами: «Не доглядели».

— Подробностей не знаю, но у него 228 статья. Это не совсем хорошая статья. Атаман района тогда даже сказал: «Лучше бы он кого-нибудь убил». Такая статья расходилась в корне с нашим мировоззрением.
Атаман рассказывает, что практически он один навещал Бабая из всего районного казачьего общества — мало кому понравилась новость о том, что в рядах казаков появился драгдилер.
— До того, как он сел, были слухи, что он такими делами занимается?
— Слухи ходили, но особо никто за ним не наблюдал, — говорит Мельников. — Конечно же, ему говорили: «Саш, ты давай там это самое…»
— То есть получается, что он все-таки продавал?
—Получается, что да.

Несмотря на статью, по возвращении в казачестве Бабая приняли как своего. Атаман Мельников убежден, что тот все осознал и исправился.

***

Александр Можаев отбывал свой срок в Приморско-Ахтарске, ИК-11. Он рассказывает, что тюрьма многому его научила, изменила к лучшему.

— Это был промысел божий. Я участвовал в строительстве тюремного храма с самого начала. Когда мы заливали купол, на меня упало ведро метров с семи. Ударило по голове…

Раздается протяжное мяуканье. Бабай шарит по карманам в поисках телефона.
— Это с войны. Там у всех такие звонки были.
— А почему?
— Ну, кошка или звонок — разница есть? Мало ли где он сработает.
Бабай продолжает:
— Упало полное ведро и поставило меня на колено. Чувствую, рука отнимается. Ко мне подбегают, под локти берут, ведут в санчасть. Там зашили, сказали, что череп не пострадал. Только скальп чуть-чуть содрало. Ну и после этого у меня в голове все поменялось. Я стал думать уже не о простом житии-бытии.

На конкурсе тюремных храмов приморско-ахтарский занял первое место, Бабая первым помазал и благословил владыка Исидор Екатеринодарский.

Отсидев четыре года, Александр подал прошение об УДО, но его не удовлетворили. Можаев посчитал, что несправедливо — у него не было нарушений, но ему написали плохую характеристику.
— Я вернулся злой и решил написать письмо президенту. Отправил. Написал, что творится беззаконие. Что у меня вот так и так все, что исправился, про храм написал, про все. Написал: «Помогите мне добиться справедливости». И что вы думаете? Позвонили с Ростова из управления по делам президента. И говорят: быстренько разобраться во всей этой истории.

БабайФото: Влад Моисеев

Бабая попытались уговорить отказаться от своего обращения, но он не стал. Тогда его вызывали к психологу для прохождения теста. Результат показал, что заключенный Можаев не просто нормальный, но склонен к созиданию и вообще замечательный человек. Бабаю так понравилась характеристика, которую дал ему компьютер, что он попросил у психолога ручку с листочком и переписал на память. Этот документ до сих пор хранится у него дома.

Следующая попытка выйти по УДО оказалась успешной.

***

После освобождения Александр вернулся в Белореченск, устроился на погрузочный участок. Снова сошелся с женой. Но в 2013 году суд из-за неоднократных административных правонарушений постановил перевести Можаева под административный надзор, запретить находиться где-то, кроме дома и работы, покидать область.

В том же году с Александром приключилась еще одна неприятность — новое уголовное дело, на этот раз о покушении на убийство. Он очень долго рассказывает обстоятельства про-изошедшего — получается настоящий боевик. Если коротко — он с друзьями повздорил с представителями местной корейской диаспоры. Один из них сигналил ночью под окнами, Александр попросил не мешать людям отдыхать. Кореец уехал, но вернулся с подкреплением. Все это закончилось потасовкой, в которой друг Можаева потерял передние зубы. Александра и товарища увезли на базу, которой владели корейцы. Им предложили два варианта. Первый — извиниться, второй — вызвать полицию. Корейцы пообещали написать заявление, что Бабай приехал за луком ночью и собирался их убить — у него был с собой перочинный нож.

— Выбрали второй вариант, — говорит Бабай. — Подъехала машина, слышу: «Здоров, майор». Заходит полицейский и матом на нас: «Вы че сюда приехали, вы что, опухли? Не в свой район». Я ему говорю: «Вы что на нас матом? Представьтесь». Он говорит: участковый такой-то. И я спрашиваю: «А теперь скажи, сколько они тебе платят, что ты на нас сорвался как собака бешеная?» Он говорит «30 тысяч в месяц». Оказалось, что эти корейцы — местные царьки. Всех проплатили, все им должны. На меня завели уголовное дело.

Александр начал искать правду. Он решил, что не будет сбривать бороду, пока не докажет свою правоту. Бабай говорит, что никому не угрожал убийством, а дело сфабрикованное. Знакомые с обстоятельствами этой истории солидарны с Бабаем и говорят, что корейцы действительно оказались местными шишками. Можаев писал заявления на обидчиков, обращался в следственный комитет, ездил к атаману кубанского казачьего войска, к войсковому судье. Судья обратился в следственный комитет с показаниями Александра, нужно было ждать. Но он так и не дождался результата. Потому что начался Крым.

***

Атаман Виктор Мельников сидит на длинной скамейке. На ней приводят в исполнение приговоры казачьего суда чести. В основном казаки получают наказание за пьяные дебоши. Их хлещут плетью.

Если перевернуть скамью, то можно найти список всех, получивших наказание с датой приведения приговора в исполнение и количеством плетей. Первым в списке значится старший урядник А. И. Можаев. Он получил пять плетей 25 сентября 2012 года. 17 октября того же года пять плетей получил друг старшего урядника Можаева сотник Е. Е. Пономарев. 26 ноября 2012 года три плети получил Дерменжи Ш. В. Именно эти казаки чуть позже сформируют «Волчью сотню» и отправятся сначала в Крым, а потом на Донбасс.

— Александр поехал в Крым не как казак Кубанского казачьего войска, а как доброволец, — говорит атаман, — Основная масса уехала 27 февраля, наши казаки находились на охране общественного порядка в Севастополе. А он был под подпиской о невыезде. Мы это учитывали, и в приказ районный он не попадал и поехал добровольцем. С ним был и Евгений Пономарев — его тоже не брали. Он был казак-дружинник профессиональной казачьей дружины. Приказ был: казаки-дружинники остаются на месте, обеспечивают охрану общественного порядка. 6 марта Пономарев уволился из дружины и вместе с Можаевым отбыл туда. С одной стороны, они нарушили приказ войска, неправильно поступили. С другой стороны, чувство патриотизма… Победителей не судят. Есть позитив от их участия там? Крым наш — это уже любо.

Бабай у входа в здание горсовета в КраматорскеФото: Антон Круглов/РИА Новости

— Я пришел в полицию отмечаться и говорю: я уезжаю в Крым. А мне и говорят, что не пустят никуда. Я: «Кто ты мне такая? Я просто пришел, поставил в известность, что я уезжаю туда-то по приказу атамана и все. Я у тебя не должен спрашивать разрешения, можно или нельзя. Вернусь — будем дальше разговаривать», — рассказывает Бабай.

11 марта он должен был поехать в соседний район ознакомиться с уголовным делом и подписать его. Но никаких изменений в нем не произошло, несмотря на все попытки Можаева доказать свою невиновность.

8 марта Бабай уже был в Крыму. Его могли задержать на границе, потому что имел непогашенный кредит на машину, подписку о невыезде, административный надзор, но добрался до места без проблем. Некоторые источники утверждают, что он пересекал границу по паспорту младшего брата. В то время в Крым, а после и на Донбасс выдвинулись многие добровольцы: кто-то в порыве патриотического чувства, кто-то бежал от кредитов, алиментов или судебных преследований, кто-то рассчитывал заработать деньги или славу.

— Нельзя было подождать три дня, чтобы сначала ознакомиться с делом? — спрашиваю я.
— Тогда мое дело отправилось бы в суд, и я бы ждал уже суда. А я-то ведь еще не дождался ответа Следственного комитета, куда обратился войсковой судья. Мне не надо было, чтобы мое дело так быстро передавали в суд.
— Вы понимали, что нарушаете условия подписки о невыезде?
— Конечно, понимал. Понимал, что меня могут посадить. Им-то че, человек сидевший, на УДО. Подумаешь, еще посидит.
— Из-за этого вы уехали в Крым?
— Нет. В Крым я уехал по другой причине. Потому что надо защищать… Появилась возможность присоединить братский народ к народу братскому. Казак сначала должен повоевать, а не сидеть в тюрьме на жопе ровно и смотреть, как гибнут его товарищи.Казак сначала должен повоевать, а не сидеть в тюрьме на жопе ровно и смотреть, как гибнут его товарищиТвитнуть эту цитату Даже если бы сидел на тот момент, я бы попросился оттуда поехать помогать воевать. Я, можно сказать, отсрочил это все на неопределенное время. Потому что если бы я не отсрочил, все бы банально закончилось тем, что я бы сел в тюрьму. У меня не родился бы второй сын, а когда родился бы первый, я бы еще сидел.
— Вы поэтому после Крыма отправились сразу на Восток Украины?
— Мы же знаем, что творится на самой Украине, в Киеве. Майдан, убивают мирных жителей, полицейских. И вот я сижу в Крыму. Меня спрашивают: «Что вы домой не едете? Я говорю: «Вот смотри: ты сейчас присоединился к России, у тебя все хорошо. А как остальные будут, наши русские люди, которые остались там? Наши православные, наши славяне. Как? Они будут уподобляться и переучиваться жить так, как им будет говорить Запад? Надо возвращать и остальных, надо помочь им вернуться, раз у самих не получается». Тот человек на меня посмотрел и сказал: «Да, правильно».

***

В апреле 2014 года Бабай, его друг Евгений Пономарев (позывной Динго) и другие казаки сформировали боевой отряд «Волчья сотня» и направились в восточную Украину. Бабай говорит, что им хотелось продолжать присоединять русскоязычные территории к России. И они выдвинулись на Краматорск и Славянск. Именно там Бабай и обрел славу. Во-первых, сначала его приняли за русского офицера ГРУ, потому что на фотографии времен российско-грузинского конфликта кто-то разглядел бородача, сильно похожего на Бабая. Это стало сенсацией — русские спецслужбы воюют на Донбассе, фото Бабая облетело мировые СМИ. Позже журналист Саймон Островский нашел «офицера ГРУ» и опроверг эту историю: в 2008 году Бабай сидел тюрьме в Приморско-Ахтарске. Во-вторых, раскрутке Бабая косвенно спо-собствовала нелюбовь Игоря Гиркина к СМИ. А Бабая за колоритную внешность любили фотографы. Он был красноречив и обладал достаточным статусом для того, чтобы давать комментарии.

Бабай на новом блокпосту бойцов народного ополчения Донбасса на трассе Ростов-Харьков, недалеко от Славянска.Фото: Михаил Почуев/ТАСС

—  Я вообще не представлял, что дальше будет, — Бабай рассказывает о том, что все последующие за Крымом события были непредсказуемы, и только в начале подчинялись какой-то логике, — Гиркин отдал приказ, что мы все идем до конца, мы оттуда можем не вернуться живыми. Кто не будет выполнять приказы — буду расстреливать.

О своих отношениях с Гиркиным Бабай практически ничего не рассказывает, ссылаясь на то, что были мало знакомы:
— Отношения с Гиркиным строились по принципу «здрасти-до свидания», — говорит Бабай. — Как я понимаю, Гиркин хотел, чтобы мы зашли вместе с ним в Донецк. Этого делать было нельзя. Мы держали два города — Краматорск и Славянск. Бои проходили там. Гиркин же должен был собрать все вооруженные силы ДНР, ЛНР, Новороссии, навести порядок вдоль границы, чтобы она была открытая, чтобы нам поступало вооружение, обмундирование, питание. А они этого всего не делали. Войска были в Донецке, а по границам находились наемники украинские. Они перекрывали нам поступление продовольствия. При нормальном штабе и управлении сейчас можно было быть уже во Львове.

Пропуск Евгения Пономарева для проезда по территории ДНРФото: Влад Моисеев

— Тогда мне казалось дико, что столько крови пролито, а города бросили и отошли, — говорит Алексей об уходе из Краматорска и Славянска. — Сегодня я немножко по другому на это смотрю. Цели достигнуты, Украина не вошла в НАТО, не вошла в ЕС. Она зависла. Если бы мы двигались дальше, все это было бы в руинах. Украинцы будут грызться до тех пор, пока не вспомнят, чьи они дети. Донбасс — это гиря на ноге Украины, с которой она никуда не уйдет.
— А вам не кажется, что это какая-то циничная гиря? Ценой войны, большого количества жертв, убитых детей, о которых вы рассказываете.
— Нет, мне не кажется. Я все это понимаю, Достоевский, слеза ребенка. У меня три сына, я это понимаю. Бжезинский сказал, что России без Украины не может быть. Если Украина будет в НАТО, то под Белгородом будут стоять американские «Пэтриоты» и все прочее. Население в 40 миллионов превратится в реальную армию, их научат, вооружат и заплатят.
— И возродят там фашизм, — добавляет Бабай.
— И сколько потом будет этих слезинок? — риторически спрашивает Алексей.

***

«Казаки, конечно, очень разные. Только, как я уже писал, почему-то „казачьи подразделения“ все как на подбор на поле боя превращаются в „махновские банды“, в тылу громко вопящие о своем „казачьем воинском духе“, но упорно уклоняющиеся от реальных боев в сколько-нибудь сложной ситуации», — так Игорь Гиркин комментировал уход Бабая и других казаков после сдачи Краматорска и Славянска. Он попросту назвал их дезертирами. Бабай утверждает, что основной причиной ухода «Волчьей стаи» с огневых позиций  стало несогласие с решениями Гиркина, желание действовать самостоятельно. В официальных видеообращениях Бабай заявлял, что никуда не дезертировал, а уехал набирать добровольцев после приказа Гиркина покинуть город. Источник, хорошо знакомый с ситуацией на Донбассе, предполагает, что главной причиной отхода Бабая в Крым служило не столько желание какой-то автономности или трусливое дезертирство, сколько «понятливость» — они уже тогда осознали, что решение вопросов о судьбе Востока Украины переходит из компетенции полевых командиров в область политического урегулирования, и противостоять этому опасно для жизни. Судьбы убитых уже в мирное время полевых командиров из ЛНР, которые не проявили достаточного уровня «понятливости» и сговорчивости, подтверждают эту гипотезу.

Бабай на концерте в Краматорске за пару месяцев до сдачи города войскам Украины

***

И вот мы здесь. В маленьком офисе, завешанном флагами ДНР и России. Скрипят рации, кто-то периодически поглядывает в бинокль, на полках пылятся каски. Более предприимчивые активисты «Русской весны» заняли важные посты, пришли к успеху. А Бабай через «Комсомольскую правду» собирает деньги, потому что детей не на что отправить в школу.
— Почему вы в итоге не заняли какой-нибудь руководящий пост в ДНР? — спрашиваю я.
— Хм. В том логове можно и без головы остаться. — отвечает Бабай.
— У вас нет ощущения, что вас просто слили?
— Да есть, конечно, есть. Зачем им там нужны патриоты, когда у них деньги сыпятся. Им нужны деньги и власть. Слив начался с самого Краматорска.

Алексей и Бабай убеждены, что война не окончена, и они просто выжидают момент, чтобы вновь взяться за оружие. Делать в мирном Белореченске им, похоже, особо нечего. И мне кажется, они внутренне совсем не против, чтобы война вернулась.

Все время нашего разговора на диване тихо сидел Паша. Он из Донецка, воевал в ополчении, но разочаровался и переехал в Россию.

— Там внутренняя ситуация интересная довольно-таки, — включается в разговор Паша, — Товарищ Захарченко просто дал указание на уничтожение донецкого казачества, оно было разоружено. Потому что казачество не давало прокручивать махинации.

— Захарченко — ставленник Ахметова. Простое объяснение, — резко говорит Бабай.

— Даже не это главное. Вот они получили эту власть, территорию, помощь из России огромную. И сработал этот синдром — поживиться, пока есть возможность. Когда начались все эти схемы, минские договоренности, все кто реально хотел лучшего для Донбасса, кто воевал и был на передовой — процентов 90 уехали в Россию. Потому что они увидели, что то, за что они воевали, просто перекручивается и возвращается на свои места. Менты вернулись на прежние должности — те же самые взяточники, сотрудники прокуратуры возвращаются на прежние должности. Они в Мариуполе получили от укропов ценные указания и вернулись работать якобы на ДНР, но, сами понимаете, на кого они будут там работать. Явно не на пользу ДНР.

И вот мы здесь. Паша переехал, пытается оформить разрешение на работу, но пока с этим проблемы. Он говорит, что у него русские корни, и даже будучи гражданином Украины, он всегда считал себя русским.

— Короче, у всех фантомные боли, — заключает Алексей.

Участие в войне Бабаю зачли. Он попал под амнистию к 70-летию Победы, полностью расквитался со всеми проблемами и чист перед законом. Но бороду не сбрил. Потому что какой Бабай без бороды?

Могила Евгения Пономарева, друга БабаяФото: Влад Моисеев

27 августа 2014 года на городском белореченском кладбище появилась новая могила. Через год на ней установили небольшой серый памятник. На нем крупными буквами было выведено «Динго» — это позывной со времен войны. Здесь похоронен Евгений Пономарев, друг Бабая, с которым они вместе ушли на войну.


Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!