Русско-турецкая любовь

Русские женщины, вышедшие замуж за турецких мужчин, — о семье и политике, разнице менталитетов, ревности, любви и о том, как жить дальше

Интервью: Анастасия Чуковская, Елена Гантимурова

Алена, 48 лет, Анталия, Турция

О любви

Елена с мужем, 2004 годФото: из личного архива

Мне было 36 лет, я занимала большую должность в коммерческой фирме в Москве. Я была замужем 17 лет, двое детей заканчивали школу. Как-то раз мне на работе дали премию: «Держи путевку в Турцию, отдохни, наконец». Я прекрасно проводила время на пляже и участвовала в местных развлечениях, например, в Турецкой ночи, которая проходит в караван-сараях. Это большое мероприятие для знакомства с местной кухней, турецкими песнями и танцами. В зале нас было человек 600. Для меня до сих пор загадка, как он, случайно заглянув в зал, углядел меня в толпе. А я его даже не заметила. На следующий день меня разыскал представитель турфирмы, пригласил зайти к ним в офис. Я пришла, там меня ждал серьезный интеллигентный мужчина. Мы поговорили, насколько это было возможно с моим корявым английским. Я не придала этой встрече значения, но мы обменялись телефонами.

Вернулась домой, он начал мне слать смски. Честно говоря, было очень приятно. К тому моменту мой брак трещал по швам, уже много лет с мужем были плохие отношения. Но я уходила с головой в работу: рано утром убегала в офис, поздно вечером возвращалась и старалась отгонять мысли, что это надо как-то решать. В какой-то момент я начала понимать, что дети растут с невероятной скоростью, скоро у них самих появятся семьи, а с кем останусь я? С мужчиной, который пьет пиво у телевизора и еще гоняет меня туда-сюда? Я пошла разводиться.

Так бывает в романах. Мой турецкий знакомый прилетел в Москву и почти у трапа самолета преподнес мне кольцо с бриллиантом со словами: «Выходи за меня замуж». Когда мои близкие узнали, что я собираюсь бросить все и уехать к нему в Турцию, они решили, что я сошла с умаТвитнуть эту цитату Надо сказать, что я ответила «да» из вежливости, — человек старался, кольцо выбирал, надо же было что-то сказать. Решила, — там разберемся. Я не могла предположить, что в этот момент решается моя судьба. При этом он тогда еще был женат, и я не верила, что он возьмет и разведется. Но произошло именно так. Когда мои близкие узнали, что я собираюсь бросить все и уехать к нему в Турцию, они решили, что я сошла с ума.

О переезде

В Анталию я полетела перед Новым годом. Я вывалилась из самолета с огромным количеством чемоданов, в самом большом были килограммы русских книг. 10 лет назад еще не пользовались всеми этими читалками, в которые можно закачать сколько угодно литературы. А еще со мной была огромная коробка с китайской елкой, — ведь скоро Новый год. Он сказал: «Ты крейзи». Мы ехали домой, а вдоль дороги росли деревья с красными апельсинами и стояли маленькие елки в кадках: «Давай мы купим живую и посадим в саду? Зачем нам твоя пластиковая?»

О политике

Последние дни мы только и обсуждаем случившееся. В нашей семье плюрализм мнений: муж опечален тем, что многолетняя дружба заканчивается вот таким образом, — по турецкому телевидению, ничего не вырезав, показывали синхрон Путина про «удар в спину». Но в то же время шутит: зато, говорит, в Россию теперь не поедешь, — не возьмут. А мой свекор из центра страны непреклонен в своей верности АК партии. Мы живем в регионе, который процветает за счет туризма, русских здесь знают, — множество совместных бизнесов, поэтому настроить наших турок против русских довольно сложно. Но в турецких деревнях, где ни одного русского отродясь не бывало, смотрят телевизор, и им там показывают митинг какого-то политика, который говорит: «Это не первый раз происходит, мы несколько недель слали ноты протеста, мы предупреждали, и вот это случилось, мы просто защищали свои границы», — и толпа в ответ аплодирует. Какое у зрителей будет мнение?

О последствиях

Реакция не заставила себя ждать,  вокруг отменяются резервации в гостиницах, самолеты из России прилетают практически пустые. Местные турфирмы до конца ноября собираются избавиться от лишних сотрудников, это по большей части турки-месхетинцы и русские девочки-гиды. Знакомая рассказала историю своих друзей: муж-турок, жена-русская с общим ребенком полетели в Москву. На таможне сказали: мама с ребенком могут пройти, а вы не желательны. Семья разделяться не стала, вернулись обратно в Турцию. В соседнем Белеке поля для гольфа пустуют, а ведь каждый год в это время туда приезжали футбольные команды из России на тренировки и соревнования.

С турецкими родственниками, 2005 годФото: из личного архива

Мой муж врач, уважаемый человек в нашем прибрежном регионе. Летом в нашей клинике много пациентов из России, но если они не приедут, мы, конечно, переживем: к нам со всей Турции ездят лечиться.

О страхе

На таможне сказали: мама с ребенком могут пройти, а вы не желательныТвитнуть эту цитату Мне кажется, страх перед ИГ (террористическая организация, запрещенная в России, — ТД) разлит в обществе, это чувствуется. Никто здесь не готов надеть на себя паранджу, хотя у нас множество разных мусульманских групп. Но мои знакомые мусульмане всегда подчеркивают: мы за мир, человеческая жизнь ценна, и неважно, чья она. Где в Коране написано, что мы должны убивать? Все нервничают, на днях показывали по турецкому телеканалу арест двух журналистов за то, что они опубликовали статью о том, что у правительства связи с ИГ. С другой стороны, жандармерия проводит рейды, подозреваемые в связях с ИГ проверяются полицией.

О национальных различиях

Вопрос вероисповедания у нас не стоял. Мы с мужем оба светские люди, я — христианка, он — мусульманин. Для нас это не конфликтная ситуация. Я ношу длинные юбки, но я и в Москве так одевалась. Да, к некоторым вещам я сложно привыкала, например, к приветствию старшим. Подойти, поцеловать руку человека и ею прикоснуться к своему лбу, я не могла, у меня был какой-то барьер. Но сейчас я именно так показываю любовь и уважение своим пожилым свекрам: на это у меня ушло десять лет. Я привыкла и оценила традиции, которых придерживается мой муж. Мы всегда ужинаем вместе, и ничто из внешнего мира не должно нас отвлекать от совместной трапезы. По утрам у меня йога, поэтому я не завтракаю, но всегда сижу с мужем, пока он ест: это наше время. В Москве я сама меняла колеса от машины, а здесь это недопустимо: есть женские дела, а есть мужские. Разбираться с машиной, которую эвакуировали на штраф-стоянку или которой надо заменить свечи, — не мое дело, а дело мужа. И никак иначе.

Лиля, 45 лет, Оба, Турция

О любви

Лилия с семьейФото: из личного архива

Мы с мужем вместе почти 12 лет, нашей дочке — девять. Я из Воронежа, муж из Кыршехира, это 100 километров от Анкары. Я работала в турфирме, у меня были командировки в Турцию. Он в этой фирме работал водителем. Сначала мы переписывались, часто не понимали друг друга из-за неточного английского. Шли друг к дружке осторожно, как по минному полю. Мой будущий муж взял билет и прилетел в Россию, чтобы показать свои серьезные намерения, — с кольцом и букетом для моей мамы. Я недоумевала, — у нас такой языковой барьер, я говорю на английском, он на немецком, мы практически не можем разговаривать, а тут такое.

Через год я прилетела в Турцию по работе и к нему. Лето — очень тяжелый сезон для работы, поэтому мы встречались редко, ходили в ресторан, пытались общаться. Контракт закончился, мне надо было улетать домой, но он меня уговорил попробовать жить вместе. Я волновалась, у меня было недоверчивое отношение к востоку. Когда я согласилась, первым делом приехала его мама. Мы объяснялись на пальцах, но она была очень приветлива, и мы друг другу понравились.

Сейчас и мама, и сестра переехали сюда. Моему сыну от первого брака 25 лет, он работает в туризме. У нас здесь жизнь.

О политике

Переживает вся семья, и моя, и мужа. Очень сожалеем, что такое произошло между нашими странами, но паковать вещи никто не спешит. Я вообще-то приветствую патриотизм, но сейчас замечаю, что по российскому телевидению идет непонятная агрессия по отношению к туркам, непонятными лозунгами будят какой-то синдром толпы. Массовое патриотическое безумие у меня вызывает протест. Почему люди так резко меняются? Я раньше удивлялась, почему украинцы, с которыми русские жили много лет вместе, начали нас ругать, избегать, а теперь то же самое с турками будет. Турецкую жизнь изнутри россияне не видят, не знают. А турки также работают, воспитывают детей. Почему они вдруг стали для россиян такими и сякими? Люди позволяют себе оскорбительные слова, это выглядит, как будто дана какая-то команда.

Из семейного архиваФото: из личного архива

Мои знакомые из России хотят к нам приехать на Новый год, но нет билетов. Полетят через Минск. Там, где мы живем, не чувствуется обиды на русских, наоборот, все, кого я знаю, сожалеют о случившемся. Они недоумевают, почему так резко изменилось отношение ко всему турецкому. Но турки всегда говорят: «Да как-нибудь обойдется, все решим». Никто не бежит с криком: «Ты русский, тебя надо резать». Ничего подобного здесь нет, это в России травля какая-то.

О языке и традициях

С языком было сложно поначалу. Я недоумевала, почему муж, встав с утра с кровати, начинает судорожно искать… кровать. Он же только с нее встал. А оказывается, что ему на работу бежать, а галстук не может найти. «Крават» по-турецки галстук. Никаких вопросов с религией у нас не возникало, у мужа вполне светская европейская семья, многие родственники живут в Голландии и в Германии. С турецкими традициями мне не то чтобы сложно было свыкнуться, просто какие-то вещи не понимала. Например, Курбан Байрам. Зачем резать животных? Никто не бежит с криком: «Ты русский, тебя надо резать»Твитнуть эту цитатуА потом прошли годы, и я взглянула на это с другой стороны, это время, когда родственники из разных мест собираются вместе и совершают обряд: готовят мясо, угощают соседей. Как на шашлыки сходить. Насчет одежды у нас редко возникают споры, я могу и короткую юбку надеть. Муж мне иногда говорит, что декольте у меня чересчур глубокое или юбка как у молодой. А я отвечаю: «Да, 45 — ягодка опять». Свекровь мне подарила турецкие шальвары, так я их с удовольствием дома ношу, мне удобно.

Наталья, 37 лет, Аланья, Турция

О политике

В нашей семье переживают все. А моя подруга, которая месяц назад с ребенком уехала в Россию к маме, теперь боится возвращаться обратно к мужу. Семья оказалась разделена. Ее муж, турок, очень расстроен, говорит, что пойдет в консульство жаловаться. Но что он может предпринять? Уже ходят слухи, что если не захотят, могут и не выпустить из России к семье сюда.

О семье

Я работала в турфирме, проводила в Турции восемь месяцев, а зимовать возвращалась в Россию. Мы с мужем познакомились пять лет назад. Когда я от него улетела на зиму первый раз, он на День Святого Валентина передал мне букет цветов. Он очень внимательный, терпеливый, заботливый. И не пьет. Я иногда говорю: «Давай выпьем, срочно надо». Так ведь нет. Мой сын от первого брака живет с нами, ему 16 лет. У него уже появились турецкие друзья, он ходит в секцию по борьбе, но по России скучает. Сложный возраст. И не пьет. Я иногда говорю: «Давай выпьем, срочно надо». Так ведь нет Твитнуть эту цитатуИногда, если что-то плохо идет, муж с ним разговаривает, они находят общий язык. У мужа много племянников, детей он любит, а на нашего ребенка не надышится. Ему сейчас шесть месяцев.

Родители мужа живут Махмутларе, отдельно от нас. С нами живет моя мама, зятем она довольна. Говорит, что он вежливый, добрый и всегда следит за ее выражением лица, — ей приятно. Моя свекровь — женщина закрытая, она молится, но сестры моего мужа современные. Меня приняли отлично. Нам иногда не хватает словарного запаса, тогда беремся каждый за свой словарь, а потом уже и не до выяснения отношений.

О менталитете

Иногда какие-то мелочи, на которые я бы не обратила внимания, его выводят из себя. Например, соседи по дому здороваются со мной, а с ним нет. А меня они, может, чаще видят, я с ребенком гуляю. Муж обижается. С одеждой так: она вроде не очень открытая, но ведь жарко летом. Утром одеваюсь и спрашиваю: можно идти вот так? Да, можно. А вечером придешь домой: «Ты что, в этом ходила?!» Длинные в пол юбки я не ношу, не люблю. Раньше ревность его была острее, сейчас сгладилось. Поводов нет, но надо время, чтобы мужчина доверял. По улице идем, он всегда как будто хочет меня от всех спрятать, закрыть. Если видит, что я сержусь не на шутку, сразу хватается за сердце. Мне, говорит, срочно валидол. Мужу готовлю, он ест все кроме борща: не любит борщ.

Анна, 31 год,  Конаклы — Пятигорск

О том, как все начиналось

Анна с мужем

Два года назад подруга рассказала о своем знакомом фотографе: он турок и ищет на сезон русскоязычную сотрудницу. Я вызвалась поехать в Турцию работать в его фирме. Новоиспеченный шеф без особых ухаживаний, очень разумно и серьезно объяснил мне, что я ему нравлюсь, и он хочет, чтобы мы создали семью. Закончился сезон, и мы приехали ко мне в Пятигорск. Мой муж знает русский и еще четыре языка. Ему понравился город и люди. У нас же кавказцев много, так что он себя не чувствовал чужим. И турки в Пятигорске есть: у них предприятия на оптовом рынке, да и в нашей фармакадемии есть студенты из Турции.

О семье

Вся моя дальняя и близкая родня — интернациональная, есть украинцы, черкесы, армяне, немцы, и все живут хорошо и уважительно относятся друг к другу. Среди наших друзей в Пятигорске есть армянская семья, и это неправда, что турки и армяне не могут дружить. Мои родственники, когда получше моего жениха узнали, сказали: «Это наш парень». Мама поняла, что я полюбила по-настоящему.

Это неправда, что турки и армяне не могут дружитьТвитнуть эту цитату Главное для мужа — уважение к старшим, и он ждет от меня уважительного отношения к его родне. Это нетрудно: его родители и сестры меня любят. Моя мама опасалась, что меня будут принуждать менять веру, но мы сразу решили, что муж уважает мою религию, а я его. Я сразу, когда решили пожениться, обговорила, что меня надо принимать такой, какая я есть, иногда вспыльчивой, со своими тараканами. И он согласился. Поэтому, если ссоримся, то я вспыхиваю, даже покричу, а он относится терпеливо. Понимает, что я иной раз из ничего проблему делаю. Я — Овен, а он — Водолей. Конечно, я признаю, если не права, но не сразу.

Слева: Анна с родственниками
Справа: с мужем
Фото: из личного архива

О традициях

На Пасху мы ели кулич со свечами, а на Курбан Байрам ели мясо, ходили к родственникам и друзьям в гости. Раз у меня муж мусульманин, то его праздники — это мои праздники, и он к нашим традициям также относится. Он понимает, что для меня мои обычаи важны, возил меня в Антакью, где есть Храм Святого Петра. В Пятигорске кавказская кухня, похожих с турецкими блюд много. Мы же готовим нохут, фасоль как турки. Но больше всего муж любит борщ, оливье, картошку, блины с мясом.

О политике

Два дня назад получил новую визу и полетел в Москву, а ему без объяснений депорт на пять летТвитнуть эту цитатуСобытия, которые сейчас происходят, очень огорчают нас. Муж защищает свое правительство, и я его понимаю. А я плачу, когда новости слушаю, как можно друзей в один момент превратить во врагов? У нас друг — турецкий бизнесмен, у него фирма в России, он налоги в Москве платит. Два дня назад получил новую визу и полетел в Москву, а ему без объяснений депорт на пять лет. За что? В этой ситуации главное — между собой не разругаться. Надо подождать, должны же одуматься политики и как-то договориться. Наша работа в Турции зависит от туризма, но муж сказал, что в сезон туристы все равно приедут. А у нас в Пятигорск билеты на конец декабря. Пока решили не ехать.

Елена, 33 года, Москва, Россия

О первом знакомстве

слева: Мурат и Елена
справа: Мурат на рыбалке
Фото: из личного архива

Я родилась в Набережных Челнах и много лет прожила в Казани. Жить среди тех, кто исповедует другую веру и говорит на другом языке, мне привычно с детства, как привычны звуки молитвы в мечети и татарский язык, который мы учили в школе. Позже я легко выучила турецкий именно потому, что в детстве уже учила похожий язык. Мы с мужем познакомились больше 10 лет назад, мне тогда было 24 года. Он с 1992 года жил в Москве, выучил русский, окончил МИСИ и потом создал собственную компанию. Мурат начал навещать меня в Казани. Однажды я нанесла ему визит в Москве.«Выходи за меня замуж, ты мне нужна, переезжай ко мне»,— говорит. Надо было на что-то решаться, а то мы бы так и остались в 800 километрах друг от друга. А я ему в ответ: «Тебе надо будет попросить руки у моих родителей». Я им не говорила, что встречаюсь с иностранцем, не хотела, чтобы они волновались, что кто-то крадет их дочь.

О менталитете

Мы уже притерлись друг к другу, но разница менталитетов иногда проявляется. У меня раньше были друзья мужчины, но у турок это недопустимо: как это, дружить с человеком противоположного пола? Какая может быть дружба? Традции у нас не схлестываются, муж давно живет в России, он очень любит нашу страну, он близок к природе, обожает зиму, купался в проруби, ходит на охоту и рыбалку, любит пельмени.

Мне было сложно смириться с тем, что в семье есть четкое распределение ролейТвитнуть эту цитату Мне было довольно сложно смириться с тем, что в семье есть четкое распределение ролей. Мурат мне сразу сказал: ты работать не будешь, Отдыхай, занимайся домом, а добывать пропитание — это моя забота. Сейчас у нас двое детей. Турки очень любят детей, не стесняются проявлять заботу и участие, и когда они болеют, и когда можно просто поиграть.

О ревности

Не все мои подруги понимают наш брак. Как можно постоянно отпрашиваться у мужа, если появились какие-то планы? В нашей семье все с согласия мужа. Говорят, турчанки капризные, и русская женщина для турецкого мужчины отдушина. Настоящей женщине нужен именно такой мужчина, за которым она как за каменной стеной. И ревность турок обусловлена тем, что они ценят свою женщину, не хотят потерять и делить с кем-то. Женщина должна держаться с достоинством. Быть настоящей хранительницей очага, заботливой матерью, любящей женой. Мне кажется, в нашем браке я прежде всего научилась женской мудрости. Я приобрела невероятно любящих родственников. Хотя мы разных вероисповеданий, мы уважаем традиции друг друга, стараемся дважды в год выбираться к семье в Турцию и ждем их в Москве в гости. Каждый день нам сейчас звонят родные, все беспокоятся.

Из семейного архиваФото: из личного архива

О политике и ненависти

Проблемы с бизнесом начались, еще когда Россия поссорилась с Украиной, стали отменятся договоренности. После двадцати с лишним лет в России Мурат уже не мыслит просто как турок, поэтому ему казалось справедливым, что Крым вернулся. Удивительно, сколько ненависти сейчас выливается со всех сторон. Муж называет журналистов на телевидении не журналистами, а сценаристами, которые манипулируют зрителями. Уже звучат по телевидению призывы поддерживать курдских террористов. Муж считает, что вся эта ситуация накалилась не без помощи Европы и Америки, что им выгодно разрушить многолетнюю дружбу, у них есть свои интересы. В политике важно сдерживать свои эмоции. Все должны остыть. Но видимо, пока Россия в ответ не собьет еще больше боевых самолетов, никто не успокоится. Из-за всего происходящего я не понимаю, как дальше жить. Мы собирались уезжать в Турцию, два месяца назад я была за, теперь я против. Я не чувствую, что мои дети защищены. В России защищена я, а не мой муж, а в Турции наоборот. В Интернете звучат националистические нападки на турок, мне даже кажется, что это специальные проплаченные тролли пишут.Пока Россия в ответ не собьет еще больше боевых самолетов, никто не успокоится.Пока Россия в ответ не собьет еще больше боевых самолетов, никто не успокоитсяТвитнуть эту цитату Мне другие жены турок прислали на подпись петицию Путину и Астахову, чтобы турецкие мужчины и наши дети могли спокойно продолжать свою жизнь в нашей стране. У нас дети с турецкими именами. Я переживаю, что их сверстники могут начать пренебрежительно к ним относиться, потому что в их семьях могут нелестно отзываться о турках. 

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
353 643 582 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: