Проект дистанционной помощи был бы самым обычным телефоном доверия, но есть важное отличие: все, кто в нем работают, помогают не только другим, но и себе

Вместо жалости

«После окончания университета… все мечты рухнули, нет работы, нет личной жизни и друзей тоже. Мне 23, я потеряла себя… Я искала работу по своей спец-ти везде. В итоге с красным дипломом работаю няней. Думаю, зачем я живу, я просто живой труп!!!!».

«Месяц назад трагически погиб любимый сын, жизнь потеряла всякий смысл, я не хочу дальше жить…».

«Мне 14 лет, жизнь идет ровно, подростковый возраст переношу спокойно. Но есть проблема — часто вижу сновидения, в которых у меня или моих друзей отсутствуют конечности. Главный мой страх — остаться инвалидом».

«Как быть, сегодня мой 18-летний сын в ссоре ударил меня ботинками по лицу…».

Все это — выдержки из обращений к психологам проекта дистанционной психологической помощи «Помогая другим — помогаешь себе». Каждый день консультанты проекта по телефону, Skype, в соцсетях и на форуме отвечают людям, находящимся на грани отчаяния. Болезни, подростковые депрессии, насилие в семье и сотни других проблем — обо всем этом рассказывают психологам «ПД — ПС».

Людям страшно, их мысли путаются, и так же порой запутаны их сообщения, их речь, не всегда можно понять, что они вообще имеют в виду. Психологи помогают успокоиться, привести чувства и мысли в порядок, найти выход. «Даже просто выслушать человека уже очень помогает, — говорит Светлана, одна из 15 психологов-консультантов проекта. — Потом мы задаем проясняющие вопросы, стараемся, чтобы человек нашел путь для решения своей проблемы».

Казалось бы, все очень просто: так помогает людям любой профессиональный психолог, и в этой истории не было бы ничего необычного, если бы не один факт: Светлана, как и остальные  психологи «ПД — ПС», имеет инвалидность. С 2005 года, после автомобильной аварии, Светлана передвигается на коляске.

Светлана, как и остальные  психологи, имеет инвалидность. После автомобильной аварии она передвигается на коляске

Ее коллеги по проекту тоже в основном маломобильны: кто-то, как Светлана, «колясочник», кто-то незрячий, у кого-то — онкология. В российских условиях это означает, что у них практически нет возможности устроиться на работу.

Вера Захарова, руководитель и основатель проекта дистанционной помощи, рассказывает: «В нашей стране море мероприятий, посвященных трудоустройству людей с инвалидностью. Все, от районных подразделений до департаментов и министерств, говорят много и правильно, отмечают «позитивную динамику», но когда речь заходит о конкретных живых людях, то вся эта риторика исчезает». Представить сегодня работника психологического центра на коляске практически невозможно, исключения единичны. Инвалидность в России — по-прежнему клеймо.

В проекте «ПД — ПС» участвуют 15 психологов, у кого-то инвалидность с рождения, кто-то получил ее в результате травм. Светлана до аварии работала экономистом, но никогда не любила свою профессию, ее тянуло помогать людям. После аварии она узнала о возможности получить дистанционное образование и стать психологом. Шансом Светлана с радостью воспользовалась и, еще пока училась в Московском городском психолого-педагогическом университете, присоединилась к проекту дистанционной психологической помощи.

Любовь к профессии, самоотверженное желание работать и взаимопомощь — главное, на чем держится проект. В нем приняли участие студенты факультета дистанционного обучения  МГППУ. Сначала их было всего пятеро. Запустили сайт, потом телефон доверия и Skype, стали принимать звонки, — число обратившихся за помощью быстро росло. По словам Веры Юрьевны, сложно определить, кого больше среди тех, кто звонит и пишет психологам «ПД — ПС»: инвалидов или обычных людей. Сама она не считает этот вопрос принципиальным, важно помогать всем.

Все консультации психологов «ПД — ПС» бесплатны. Вера Захарова говорит: люди с инвалидностью, как никто другой, понимают важность именно бескорыстной помощи. «Когда тебе тяжело, когда все рушится, возможность бесплатной помощи необходима, чтобы не отчаяться, найти в себе силы. В этом наш принцип. Мы не хотим лишать людей бесплатной психологической помощи».

При этом нельзя сказать, что усилия психологов с инвалидностью достойно оплачиваются: из 15 сотрудников проекта временную зарплату до июня этого года получают пятеро (по 10 тысяч рублей в месяц), остальные работают на волонтерских началах. Из-за постоянной нехватки средств проекту сложно развиваться. Если до июня не удастся найти дополнительных средств, вероятно, придется сокращать часы работы. В проект часто обращаются психологи с инвалидностью из других регионов страны с просьбой принять их в проект, но на это денег также нет. Их не хватает и на рекламу, продвижение проекта в Интернете, и в результате кто-то, кому могли бы помочь психологи, просто не знает о существовании такой службы. Департаменты труда и социальной защиты, труда и занятости населения Москвы отказывают в финансировании, ссылаясь на формальные причины.

Помогать сильным

«Мы — неформатный проект, в том числе для благотворительности, — говорит Вера Захарова. — В нашей стране привыкли помогать только слабым — больным детям, животным, тем, кого жалко. Конечно, это правильно. Но наши психологи — не слабые, они сильные духом люди, которые вызывают не жалость, а уважение. И при этом они полностью вне общественного сознания. Взрослый человек с инвалидностью — категория, пока выпадающая из восприятия доноров.

Взрослый человек с инвалидностью — категория, пока выпадающая из восприятия доноров

Хотя в цивилизованных странах существуют разные формы помощи, кроме как из жалости — помощь для реализации себя, для творчества, для поддержания человеческого достоинства, наконец».

Психологам «ПД — ПС», действительно, не нужна жалость. Но это не значит, что им, постоянно преодолевающим препятствия ради любимого и полезного дела, не пригодится наша помощь, в том числе материальная.

Починка неисправных компьютеров, оплата труда консультантов, реклама проекта — на все это нужны деньги, и все это поможет психологам с инвалидностью и дальше поддерживать потерянных и несчастных. Пожертвуйте столько, сколько сможете — 100, 500 или тысячу рублей — и у психологов проекта будет чуть больше возможностей помогать другим. А это гораздо полезнее жалости.