«Человек с ограниченными возможностями — часть культурного дискурса»

Фото: Леонид Селеменев

Осенью в Москве и Берлине пройдут совместные спектакли московского инклюзивного театра-студии «Круг II» и берлинского театра «Тиква». Режиссер Герд Хартманн рассказал об особенностях работы актеров с ограниченными возможностями

«БиоФикшн. Где заканчивается реальная жизнь?» — проект московского интегрированного театра-студии «Круг II», берлинского театра «Тиква» и Гете-Института в Москве. Первой совместной работой театров стала постановка «Отдаленная близость» из репертуара театра «Центр драматургии и режиссуры имени Казанцева и Рощина». В 2014 году спектакль получил приз «Золотая маска» в номинации «Эксперимент».

На маленькой сцене танцуют три красивые женщины в белом. Одна из них — известный хореограф, две другие — профессиональные актрисы с ограниченными умственными возможностями. Объединять в театре людей с ограниченными и обычными возможностями — это принцип инклюзивного театра «Тиква», основанного в берлинском районе Кройцберг 25 лет назад. Руководитель театра Герд Хартманн рассказал о новом совместном проекте в Москве, сотрудничестве актеров из двух стран и о вызовах, с которыми сталкивается театр «Тиква». (Перевод с немецкого — Александр Кабисов).

— Как можно охарактеризовать ваш театр? Это скорее социальный проект, театр для удовольствия или удачное сочетание того и другого?

— В России сейчас все это обобщается понятием «социальный театр», где играют люди без академического образования. С этим понятием мы мало связаны. Я бы сказал скорее, что мы — антисоциальный театр. Для нас не самое главное помочь какой-то маргинальной группе, мы не социальная ремонтная мастерская. Наша цель — создавать искусство с совершенно особыми художниками. И помочь этим художникам воплотить их идеи на профессиональном уровне. Конечно, для актеров это имеет и социальный эффект, ведь они изучают культурные техники, как стать уверенными и самостоятельными, как действовать в обществе. Но это побочный эффект, а не основная наша задача. Мы делаем театр для публики и хотим показать нечто совершенно особое, то, чего раньше никто не видел.

Первые совместные репетиции бинационального состава нового проекта «БИОФИКШН/Фантастические биографии» театра-студии «Круг-II» (Москва) совместно с театром «THIKWA» (Берлин). Театральная лаборатория, июнь 2015 г. Центр имени МейерхольдаФото: Леонид Селеменев

— Как вы пришли к идее открыть такой особенный театр? Не могли бы вы немного рассказать об истории театра?

— В этом году мы отмечаем двадцатипятилетний юбилей. А двадцать пять лет назад ситуация в Германии в отношении театра, в котором играют люди с ограниченными умственными возможностями, была чем-то похожа на сегодняшнюю ситуацию в России. Тогда еще была в самом разгаре дискуссия о том, «способны ли к искусству» люди с ограниченными умственными возможностями, сегодня такая дискуссия была бы в высшей мере неполиткорректной. Сегодня никто бы уже и не ставил такой вопрос. Все усвоили, что люди с ограниченными возможностями могут творить искусство.

Мы сводим вместе людей с ограниченными и с обычными возможностями и предлагаем им вместе поставить спектакль. Двадцать пять лет назад для Германии это было в новинку. Теперь мы — неотъемлемая часть берлинской театральной сцены. Наш театр финансируется дотациями на культуру, а не на социальные проекты. Однако путь к профессионализации был очень долгим. Поначалу все наши актеры официально работали где-то еще. Например, один актер был маляром. Репетировали мы по вечерам. Из-за того, что в девяностые такой театр был чем-то абсолютно новым, наши первые постановки получали широкий резонанс, и нас часто приглашали на гастроли. Мы быстро поняли, что выдерживать эти двойные нагрузки длительное время невозможно, и решили перевести нашу работу на профессиональную основу. Поэтому мы основали театрально-художественную мастерскую «Тиква», где люди с ограниченными возможностями получают театральное и художественное образование и одновременно имеют официальное рабочее место. Конечно, между Германией и Россией есть различия. У нас каждый человек с ограниченными возможностями имеет особые права и рабочее место. Мы были первой организацией в Германии, которая стала обучать актеров с ограниченными умственными возможностями и дала им постоянную работу. И мы развили эту модель, теперь актеры на постоянной основе заняты в мастерской «Тиква» и одновременно еще и играют в театре.

— А у вас есть специальное образование для работы с такими актерами?

— Нет, эта работа у меня появилась, как у девственницы ребенок. Я театральный режиссер по образованию. Кристина Фогт, актриса, с которой я работал в других проектах, основала театр «Тиква». Она пригласила меня на спектакль. Я смотрел и не верил своим глазам, никогда прежде я не видел в театре ничего подобного. Вот так все и началось. Я никогда не считал себя участником какого-то социального проекта, хотя бы из-за своего образования. Это был с самого начала художественный проект с социальными аспектами. Вот в этом-то и разница. Люди с ограниченными возможностями получают голос, становятся слышимыми и видимыми. Причем не за счет своих ограничений, а благодаря особым способностям. Они могут нечто такое, чего не могут обычные люди. Такая магия происходит из их особого образа бытия. Человек с ограниченными возможностями — часть культурного дискурса.

— Как проходит репетиционный процесс в вашем театре? Вы делаете совместные репетиции для актеров с ограниченными возможностями и для обычных?

— Конечно же, мы репетируем вместе. Ведь репетиции — это увлекательное путешествие, полное открытий, на равных для всех участников. В принципе наши репетиции не так уж отличаются от репетиций в «нормальном» театре. Возможно, несколько иное значение обретает фактор времени. Но и здесь все зависит от того, кто играет. Иногда все происходит очень быстро. Например, над спектаклем, который вы видели сегодня, мы работали всего три-четыре недели. Конечно, так быстро получается, только если все знают друг друга заранее.

Первые совместные репетиции бинационального состава нового проекта «БИОФИКШН/Фантастические биографии» театра-студии «Круг-II» (Москва) совместно с театром «THIKWA» (Берлин). Театральная лаборатория, июнь 2015 г. Центр имени МейерхольдаФото: Леонид Селеменев

— Насколько велик вклад актеров в создание спектакля?

— Вклад актеров просто огромен. Я прихожу на репетицию с какой-то идеей и смотрю, как они эту идею понимают и как воплощают. И часто это оказывается очень неожиданным и удивительным. Это наводит меня уже на новую идею и так далее, пока мы не получим результат, в котором все приняли решающее участие. Я всегда открыт всеми пятью чувствами — этот опыт ужасно обогащает, но и требует больших усилий.

— Как вы выбираете пьесы?

— Классические пьесы мы почти никогда не играем. Наша область — танцевальный театр и перформансы. Мы работаем и с текстами, но никогда не рассказываем какую-то историю «от А до Я».

— Сейчас вы принимаете участие в российско-германском  проекте «БиоФикшн». Почему вы хотите осуществить такой проект в России?

— В основе «БиоФикшн» лежит идея двунациональной встречи художников. Перформанс посвящен жизненному опыту и утопиям людей из двух культур. И это же очень увлекательно — открывать, показывать и исследовать сходства и различия, а иногда и находить сближение. Такое межкультурное взаимодействие, конечно, можно организовать во многих областях культуры. Почему в нашем случае это взаимодействие происходит между Германией и Россией — ведь репетиции и показы постановки проходят и там, и тут — в первую очередь, потому что театр «Тиква» и Интегрированный театр-студию «Круг II», а также нас с режиссером Андреем Афониным связывает длительное и плодотворное сотрудничество. Мы знакомы уже почти пятнадцать лет.

— В спектакле «БиоФикшн» используются элементы манги и фэнтези. Как все это сочетается?

— Мы выяснили, что некоторые из наших немецких актеров интересуются мангами. Это часть их внутреннего мира. «БиоФикшн» состоит из двух уровней: во-первых, из осколков реальных биографий людей из двух разных культур. Во-вторых, есть выдуманные истории, так как в основе пьесы лежит тезис, по которому выдуманные истории, возможно, ближе к правде, чем реальные. С помощью абстрактной фигуры легче выдумывать истории. Поэтому мы взяли Медвежонка, персонажа манги. Мы берем то, что мне близко, в качестве заместителя героя. Ведь манги — это артефакты, которые нравятся многим на Западе, в том числе и актерам «Тиквы». Поэтому через их призму можно рассказывать и о личном.

Первые совместные репетиции бинационального состава нового проекта «БИОФИКШН/Фантастические биографии» театра-студии «Круг-II» (Москва) совместно с театром «THIKWA» (Берлин). Театральная лаборатория, июнь 2015 г. Центр имени МейерхольдаФото: Леонид Селеменев

— Как протекает сотрудничество между актерами из разных стран?

— «Отдаленная близость» — моя первая постановка с «Кругом» — была только с российскими актерами. На этот раз немецкие и русские актеры впервые работают вместе. Интересное сочетание: четыре русские женщины, четверо немецких мужчин. То обстоятельство, что они не понимают языка и не могут разговаривать друг с другом без посредников, конечно, очень важно. Переводчик стоит на сцене весь спектакль и не только переводит, но и является частью перформанса. Например, у Петера Панкова, одного из наших актеров, какой-то безбрежный, витиеватый язык, он изобретает странные слова, которые даже по-немецки звучат очень необычно. Перевести это почти невозможно. И эта невозможность перевода — компонент смыслового содержания и, следовательно, представления. Тем не менее, всегда можно найти способ общаться друг с другом. Это очень интересно. В прошлом году, в последний день предварительных репетиций, немецкие и русские актеры сидели все вместе и смеялись. Они прекрасно нашли общий язык без слов.

— Как идет работа с двумя режиссерами?

— Работать вдвоем поначалу легко, а под конец – сложно. В ходе сбора сценического материала и поиска сведений чрезвычайно плодотворно иметь две точки зрения и разные интересы. Вдвоем можно найти такие аспекты, к которым один никогда бы не пришел. Но вот когда приходит пора взвешивать и отбирать материал, становится труднее. Один считает хорошим одно, второй —  другое. Сложно интерпретировать материал, потому что у каждого свои предпочтения. Но давайте посмотрим, что получится! Мы с Андреем Афониным знаем друг друга, как уже сказано, почти пятнадцать лет, за эти годы мы много и продуктивно спорили и в конце концов всегда приходили к общему положительному результату. Я уверен, все будет хорошо!

— Что самое трудное в вашей работе?

— Труднее всего всегда с деньгами. Их нам всегда не хватает на труппу из 43 актеров и собственный театр. Но это немножко скучно  — постоянно на это жаловаться. Трудности есть в любой работе, когда что-нибудь не получается, или кто-нибудь чего-нибудь не понимает, когда, бывает, останавливаешься и думаешь: да чем я здесь вообще занимаюсь? Но все-таки всегда интересно искать решение проблемы. Как нам вместе найти выход? Такие вызовы полезны и в итоге помогают продвинуться вперед.

Спектакль «Отдаленная близость», 2012 г. Центр драматургии и режиссуры имени А. Казанцева и М. РощинаФото: Владимир Халичев

— Как бы вы описали ваших зрителей?

— У нас очень разнородная публика. Мы занимаемся современным театром, это значит, что мы не обязательно вписываемся в шаблон трогательного театра инвалидов. Часть нашей аудитории имеет отношение к людям с ограниченными возможностями. С другой стороны, мы сотрудничаем со многими очень известными актерами берлинской сцены. Они привлекают зрителя и приводят на наши спектакли свою аудиторию. Поэтому у нас довольно странное сочетание в зале. Всегда интересно узнавать, как к нам приходят люди. С одной стороны, мы известны, с другой — есть масса людей, которые еще ни разу у нас не бывали. Интегрированный театр существует в Германии уже четверть века, и все же ему нужно очень много времени, чтобы получить в общественном сознании статус «нормального» театра. С нами охотно работают выдающиеся актеры. Часто они сами предлагают нам проекты. Нам не приходится за ними бегать. Но чтобы публика воспринимала нас так же нормально, понадобится, наверное, еще лет десять.

— А сколько лет понадобится для этого в России?

— В России как раз сейчас очень интересная ситуация. За последние три-четыре года очень многое произошло. Когда мы получили «Золотую маску» за «Отдаленную близость», в прессе было много комментариев: «Это не искусство». Но были и противоположные рецензии, которые сочли постановку очень хорошей. Со стороны зрителей отклики были только положительные. Я думаю, в России сейчас происходит такой же процесс, как в Германии, когда мы основали театр «Тиква». Если что-то сделать слишком рано, то это не окажет должного воздействия. Всегда существует связь между главенствующим настроением в обществе и тем, что происходит в определенный момент. Мне кажется, в России сейчас как раз нужный момент. Общество готово к обсуждению подобных вещей, с каким бы то ни было результатом. Это уже важная предпосылка. Но каждой стране нужно найти свой собственный путь.

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
354 439 110 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: