Раблезианская скважина

Фото: HERA FOOD/Alamy/ТАСС

Корреспондент «Таких дел» посетил собрание анонимных обжор и выслушал монологи его участников

Монастырь где-то на бескрайних просторах России. По дороге к храму очень пустынно и тихо, людей практически не видно, только сторож у ворот, и куда-то ползут две сгорбленные старушки. За дверью, которая ведет в церковную лавку, приглушенно звучит «Боже, дай мне мудрости». С этих слов начинается каждое собрание «Общества анонимных обжор».

Лавка под еженедельные встречи предоставляется монастырем не безвозмездно, на аренду собирают всем миром, каждый участник бросает в коробку для пожертвований сколько может. Есть еще одна коробка — с ОАО-литературой. Некоторые книги зачитаны до дыр, во время собрания люди подходят по одному и вытягивают заинтересовавшую книжку. Читают про себя, шевеля губами, что-то выписывают на салфетки и бумажки.

Общество анонимных обжор — пасынок гораздо более известных «Анонимных алкоголиков» и «Анонимных наркоманов», объединяющих миллионы людей с зависимостями по всему миру. Обжоры оценивают численность своих рядов в 60 тысяч человек, раскиданных по 6,5 тысячам групп в 75 странах мира. Они основываются на программе «12 шагов и 12 традиций», призванной вырвать человека из когтей пагубной зависимости.

Фото: Charlotte Lake/Alamy/ТАСС

Может, в других странах иначе, но российское ОАО — небольшая сплоченная тусовка, группы, собирающиеся в разные дни по разным районам, чистая условность — большинство переходит из группы в группу. Встречи обычно проходят в православных церквях либо в социальных центрах.

Пищи, даже печенья, на собраниях не бывает, только чай. На него тоже собирают краудфандингом. Пустая болтовня запрещена, каждое собрание идет по стандартной системе: сначала зачитывают 12 шагов и 12 традиций — общих, с незначительными изменениями, для всех анонимных сообществ по борьбе с пагубными привычками. Затем публичная «исповедь»: все желающие по кругу начинают выговариваться в течение трех минут. Только потом идет свободное общение. На последних двух этапах перед каждой фразой говорится: «Привет, я X, я обжора». После выступления надо говорить выступающему: «Спасибо».

Вера в «Высшую Силу» обязательна — общество взаимопомощи тесно связано с религией, но отрицает связь с любым вероисповеданием, религиозной организацией или учреждением. Люди, прошедшие все этапы и излечившиеся, становятся спонсорами — они продолжают ходить на занятия и берут учеников, которым помогают как могут.

Вера в «Высшую Силу» обязательна — общество взаимопомощи тесно связано с религией

Вот пример такого собрания. Из уважения к принципам ОАО изменены не только имена, но и все другие личные сведения. Тем не менее монологи основаны на опыте реальных людей, для которых пристрастие к еде стало самым страшным наваждением и кошмаром всей жизни.

Альбина, девушка лет 25 с очаровательной улыбкой и очень короткой стрижкой, ведущая вечера:

Привет, меня зовут Альбина, я обжора.

Я вообще не должна вести это собрание, поскольку я не в воздержании, но раз уж так вышло… Я пришла сюда не потому, что мне было хорошо.

Мне подсказали хороший метод — записывать все, когда и что ты ешь. Я делала это в течение двух месяцев, это помогло мне не растолстеть до психологически важного барьера. Сейчас я снова страдаю от переедания, особо пугает перспектива снова войти в такую хрень, когда постоянно что-то ешь: каждый час, каждую минуту. Тратишь все деньги на еду, жертвуешь всем, лишь бы купить еще пирожных. Для меня это просто днище.

Фото: Svetlana Foote/Alamy/ТАСС

Да, страшно, но со своим страхом и моралью я быстро заключаю договор, подъедая на улице. А дома меня ждет злобная мать, всегда готовая ударить. Ну, скорее, не ударить, а унизить. Это меня держит немножко в узде, но это нездоровые отношения, нездоровый страх. То, что построено на страхе, — не получается, может, поэтому я не худею. Но было же, пару недель назад я похудела настолько, что такой вес я не видела год, а потом снова набрала. Наверное, вариантов нет — либо не жить, либо жить по программе (ОАО — ТД). Самое страшное, наверное, — это духовное изменение.

Аня, симпатичная интеллигентная женщина в очках, шатенка с кудряшками:

Привет, я Аня, и я обжора.

Довольно долго ходила на собрания, а потом прекратила — два или три года назад. Прошлым летом пошла к диетологу и похудела очень хорошо, даже нравилась себе. В какой-то момент, несмотря на то что я физическими рычагами типа плавания поддерживала это, все пошло обратно. Это не то что «ой, как это неожиданно» — я прекрасно знаю, что мне нужно. Но лиха беда начало: тут перекусить, тут еще что-то, и так очень-очень быстро все вернулось на круги своя, и вес тоже вернулся.

Да, страшно, но со своим страхом и моралью я быстро заключаю договор, подъедая на улице

Я, конечно, очень расстроилась, потому что, во-первых, денег диетологу много заплатила. Хотя я знала, что не так, так эдак, это случится. Это не первая моя попытка, обычно все заканчивается успешнее, но легче не становится. Когда это все возвращается, я начинаю себя ненавидеть.

Я думаю: «Вот же он, результат, я его достигла», — и тут меня переклинивает. Вместо того чтобы двигаться дальше — все. Из-за этого у меня не очень отношения с самой собой. У меня нет особой ненависти к себе, но вот недавно встречалась с одноклассниками: пришли в кафе, я посмотрела на всех, а все такие подтянутые и стройные! Пришла к выводу, что нужно начинать все сначала. И вот уже третий раз подряд без пропусков посещаю группу.

Кто-то в зале шутит: страшные одноклассники дома остались, пришли только подтянутые.

Таня, студентка с длинной косой, сидит все собрание, потупив глаза:

Я Таня, и я обжора.

Пока я пытаюсь освоить только первый шаг. К своему большому сожалению, я часто пропускаю занятия и хожу очень редко. Когда мне все-таки удается прийти, занятия длительное время поддерживают меня и помогают находиться в воздержании. Если я это дело забрасываю, то начинаю добавлять в рацион продукты, которыми лучше не злоупотреблять.

Фото: Eugene Sergeev/Alamy/ТАСС

Слава богу, что за время с первых собраний мне удается либо поддерживать вес, либо снижать его. Конечно, мне хотелось бы больших результатов, я очень медленно продвигаюсь по программе. Еще странным открытием для меня стало вот что — как только я ставлю себе план, типа «к такому-то числу похудеть на N килограммов», у меня ничего не получается. Как только я стараюсь довериться Высшей Силе, все идет гораздо лучше. Казалось бы, что может быть проще? Так и надо действовать, но я по-прежнему строю планы и планы, как я буду осуществлять эти планы.

Марина, многодетная мать, статная женщина с выразительными глазами:

Я Марина, и я обжора.

У меня все начинается с собраний. Я сейчас уехала на дачу с маленьким ребенком и не посещала собрания. Каждый день я прохожу эти 12 шагов, все проговариваю. Если я хожу на собрания, идет большой прогресс, без программы я не могу это делать.

Первый шаг я приняла давно и принимаю его каждый день. Сейчас я стала набирать, и я понимаю, чем это все закончится. Для меня не так страшно потерять или приобрести вес. Страшнее — остаться в безумии, которое посещает меня, когда я нахожусь под воздействием триггерных продуктов (вызывающих наибольшее желание есть — ТД). Мой мир переворачивается вверх тормашками, у меня все получается не так, все начинает злить меня. Я забываю молиться с утра, перестаю делать программные действия. Какой, на фиг, план? Иди в группу, хотя бы по Skype, пообщайся со спонсором — такие малые шаги приводят к воздержанию. Оно было у меня два раза и потом слетало.

Я забываю молиться с утра, перестаю делать программные действия. Какой, на фиг, план?

Я так понимаю, у меня будет так всю жизнь. Я ощущаю этот опыт только в группе — опыт, как мне быть счастливой, как не переедать. Сама свое переедание я не контролирую. Я не умею не переедать. Я пробовала все — диеты, иголки, уколы, ложки, вилки, все что угодно, ничего не помогало. Какое-то время ты худеешь, а потом тебя захлестывают другие проблемы, и все — в секунду набирается вес. Я пришла к выводу, что свое обжорство не могу контролировать, не могу сказать себе: «Не ешь». Это не про меня. Мой единственный шанс — просить у Бога воздержания и ходить сюда. Если я не принимаю первый шаг и говорю, что справлюсь со всем сама — я и не справляюсь.

Ира, дама бальзаковского возраста, чуть полная блондинка, новичок:

Я Ира, и я обжора.

Я пришла в группу первый раз неделю назад, и я была к этому моменту в срыве, полтора месяца безудержного заедания. До этого лет пять я нормально питалась и даже занималась йогой. Но что-то слетела с катушек, поэтому и пришла сюда. На этой неделе я уже пыталась ограничивать себя: питалась три раза в день.

Фото: Feng Yu/Alamy/ТАСС

В результате моих срывов у меня есть несколько желудочных заболеваний: гастрит, дискинезия. Пока была в срыве, все было нормально и ничего не болело, сейчас, когда я из него вышла, — живот заныл. А когда это происходит, я не вижу белого света, ненавижу всех, считаю, что все будет плохо.

У меня длительное общение с гастритом, уже три года, оно меня учит, безусловно. Когда нельзя есть ничего кроме риса, быстро учишься ограничивать себя. Я благодарна за это гастриту. Также за то, что можно есть только здоровую пищу, потому что от плохой сразу приходит карачун. И сейчас я понимаю, что нужно переходить на совсем диетическую еду и снимать симптомы какими-то медикаментами.

Даша, милая грустная девушка с длинными каштановыми волосами, беженка с Донбасса:

Отказалась говорить. Потом рассказала, как пыталась контролировать свой вес слабительными и рвотой, искусственно заработала булимию, после чего лежала в психушке. Ходит на собрания уже четыре года, встретила тут свою любовь.

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких Дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
354 472 660 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: