«Выжили, теперь надо жить»

Собрано
21 189 010 r
Нужно
32 258 072 r
Фото: Екатерина Резвая для ТД

Скоро Сергей Михайлович станет дедушкой во второй раз. Внукам он будет рассказывать о море — ведь 33 года он был судовым механиком, обошел все моря и океаны, видел пиратов и спасал корабль от огня

В жизни Сергея Михайловича Буренкова — десять кораблей. На первом он учился морскому делу, на третьем — встретил жену. На седьмом — узнал, что болен.

Дома у Буренковых на все десять кораблей можно взглянуть разом. Фотографии висят на стене, под стеклом. Вот учебный теплоход «Профессор Щеголев» — на нем Сергей Михайлович начинал курсантом. После возил металл на грузовом корабле по северным морям.

Про третий — «Балтику» — больше всего историй. На самом деле зовут турбоэлектроход вовсе не «Балтика», а «Молотов», в годы блокады на его борту был госпиталь. Именно на нем плыл к берегам США Никита Хрущев, а доплыв, обещал с трибуны ООН в Нью-Йорке «показать кузькину мать». Но для Сергея главная история другая: на «Балтике» он познакомился с женой. Марина работала на турбоэлектроходе бортпроводницей.

«Я на самом деле живописец по росписи фарфора, — рассказывает Марина и указывает на кобальтовую сетку чашек с клеймом ЛФЗ, по которым разлит чай. — Надоело сидеть на заводе, вот я и пошла на курсы буфетчиц».

Предложение Марине Сергей сделал в море — они поженились, когда вернулись с рейса. В рейсы Марина больше не ходила, на берегу родились двойняшки, Юля и Лена.

Фото: Екатерина Резвая для ТД
На стене у Сергея Михайловича фотографии всех кораблей, на которых он служил

После «Балтики» было еще семь кораблей. На них Сергей Михайлович ходил в Европу, Австралию, Африку, Центральную Америку и Новую Зеландию. А в последние годы на грузовом корабле «Оникс» возил какао из Западной Африки.

На письменном столе стоит модель корабля, который Сергей Михайлович мастерит для внучки — ей уже два с половиной, и скоро она получит в подарок парусник «Седов». На подоконнике стоит самодельная лодка из красного дерева —черные фигурки воинственно занесли весла. «Они из Сенегала, Западная Африка, порт Дакар», — объясняет Сергей. На шкафах — чучела рыб и причудливые раковины. Я узнаю пиранью. «Шли по реке Пара, в Латинской Америке», — обозначает Сергей Михайлович место встречи с острозубой рыбиной.

Сергей Михайлович был рядовым механиком, после — вахтенным, а потом — старшим механиком. «Мы обеспечиваем жизнь судна, чтобы оно двигалось и жило, чтобы свет горел, вода была, и пароход плыл, — рассказывает он. — Стоит большое, мощное судно — молчит — а оживает только, когда заводишь двигатель». За 33 года в море чего только не было — и два раза горели, и два раза тонули, видели пиратов в Гвинейском заливе, — рассказывает Сергей Михайлович. В последние годы компания даже приплачивала «пиратскую ставку» — за риск. Но обошлось без пиратов.

«Собирайтесь, сейчас к вам приедет „Скорая“»

Впервые Сергею Михайловичу стало плохо в октябре 2013 года, когда корабль возвращался с грузом из Африки. В трюме везли какао из Ганы, до конца плавания оставалось немного. Появились усталость и одышка — стало трудно подниматься по трапам.

— Поднялся с палубы на палубу, а кажется, будто на десятый этаж пешком забрался, — вспоминает он. Врачей на судах нет, считается: медкомиссию прошел — значит, здоров. Поэтому он позвонил Марине на большую землю, жена записала его к врачу.

Фото: Екатерина Резвая для ТД
Сергей Михайлович в спасательной шлюпке в тренировочном бассейне Морского колледжа. Новая работа ему нравится, но он скучает по морю

На прием Сергей Михайлович пришел как только прибыл в порт. Сдал кровь, сделал УЗИ — через день из поликлиники позвонили: «Собирайтесь, сейчас к вам приедет „Скорая помощь“». Отвезли Сергея Михайловича в городскую клиническую больницу №15 в гематологическое отделение с диагнозом: острый лимфобластный лейкоз.

Там Сергея Михайловича лечили семь месяцев, восемь курсов химиотерапии дали результат: удалось добиться ремиссии. Но при том варианте лейкоза, который был у Сергея Михайловича, без пересадки костного мозга болезнь могла вернуться в любой момент. Врачи, к которым поначалу обратились Буренковы, не верили в успех. «Ой, он уже старый, не рекомендуем пересадку», — вспоминает их слова Марина. Сергею Михайловичу в тот момент было 53 года.

«Ой, он уже старый, не рекомендуем пересадку». Ему в тот момент было 53 года

Первым, кто поверил в Буренкова, стал  профессор НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии имени Р.М. Горбачевой Борис Владимирович Афанасьев. Направление в единственный в России центр, где делают все виды пересадок костного мозга для взрослых и детей, Сергею дали в больнице.

– Созвали консилиум — собралась толпа врачей — я сижу, а они, каждый по очереди, читают мои бумажки и высказываются. Сомневаются, выдержу ли пересадку. А профессор Афанасьев посмотрел на меня и твердо сказал: этот выдержит».

Теперь уже встал вопрос денег. На поиск донора в международном регистре, на лекарства для трансплантации, на которые не хватает государственного финансирования, нужно было около 1,7 миллионов рублей. «Не накопили за жизнь ничего, — сокрушается Марина. — Он пришел из рейса со своей получкой — вот и все деньги». У Марины мизерная зарплата, дочка Лена в отпуске по уходу за ребенком. Продавать было нечего — ни дачи, ни машины у семьи не было. Вся родня скинулась, но денег все равно не хватало.

Фото: Екатерина Резвая для ТД
Сергей Михайлович помогает студенту застегнуть кислородный аппарат на тренировке по пожарной безопасности на судне

Помог благотворительный фонд AdVita: и тем, что внес первоначальный взнос, который позволил вовремя начать поиск донора в реестре, и тем, что обратился за помощью к судоходной компании «Совкомфлот», где работал Буренков.

«Компания практически половину доплатила, — рассказывает Марина. — Мы бы никогда не стали на работу звонить и денег просить — стеснительные слишком. А девчонки из AdVita позвонили и договорились».

Деньги собирали всем миром — Буренковы до сих пор изумляются: «Совершенно незнакомые нам люди жертвовали — кто-то большие суммы, кто-то по 100 рублей, представляете? И ведь совершенно нас не зная — и не на детей, а на немолодого человека», — удивляется Марина.

Операцию Сергею Михайловичу сделали 4 сентября 2014 года— на днях исполнилось два года, но Буренковы помнят все, как вчера.

«Я лежал в палате с молодым человеком, которому трансплантацию сделали за день до меня, я все своими глазами видел, — рассказывает Сергей Михайлович. — Люди думают, что раз трансплантация костного мозга, то, значит, сверлят позвоночник. А на самом деле привезли мешочек маленький, двадцать минут покапали — и готово!»

Донора Сергею Михайловичу нашли быстро — в международной базе данных доноров с похожим фенотипом было около 300 человек, было из чего выбирать. И это большая удача. Правда, нашелся он не в российском реестре, где пока всего 56 тысяч человек, а немецком регистре им. Штефана Морша — одном из самых старых в Европе регистров доноров костного мозга.

Донором стал 30-летний мужчина из Польши. Сергей Михайлович подумывает написать ему письмо — по правилам, пациент и донор могут узнать друг о друге через два года, когда подтвердится, что трансплантация прошла удачно, а 4 сентября 2016 года как раз и исполняется два года с момента пересадки, значит, уже можно писать.

***

В комнату вбегает кругленький французский бульдог. Он радостно фыркает и подставляет бок, чтобы его почесали. Пса Буренковы завели пару месяцев назад. До этого было нельзя — после трансплантации костного мозга организм становится беззащитным. Вот и все прививки Сергею Михайловичу придется сделать заново. Совсем как младенцу.

Зимой в семье Буренковых будет прибавление — дочь Лена ждет второго ребенка.

«Выжили, теперь надо жить», — заключают Марина с Сергеем.

Сергей Михайлович продолжает ходить в НИИ ДОГиТ имени Горбачевой — правда, всего раз в несколько месяцев. Костный мозг прижился, теперь достаточно проходить регулярные обследования.

Фото: Екатерина Резвая для ТД
Сергей Михайлович и Марина познакомились на судне в рейсе на Кубу. Когда Сергей Михайлович сделал Марине предложение, он просил никогда не ставить ему условия выбрать между ней и морем. Марина согласилась. Они женаты почти 30 лет

Год назад он вышел на работу инструктором в учебно-тренажерный центр морского колледжа при академии Макарова. Ведет курс по начальной базовой безопасности — рассказывает, как спасать экипаж и корабль в экстренных ситуациях.

А еще в семье Буренковых новая традиция — заходя в «Окей», бросать сдачу в ящик для пожертвований AdVita. Ведь если бы не помощь неравнодушных людей, эта история могла закончиться совсем иначе.

Еще один корабль

Мы в тренажерном центре — это собранный из контейнеров трюм корабля на территории морского колледжа. И одиннадцатый по счету корабль Сергея Михайловича. На нем Сергей Михайлович инструктирует группу курсантов — десять человек в защитных костюмах и касках по очереди проверяют герметичность масок, клапаны на баллонах и давление в манометрах.

Сергей Михайлович рассказывает, что делать, если на судне возник пожар. После инструктажа группа получает задание: пройти лабиринт в дыму и через крышку люка спуститься в трюм.

По правилам, первой идет «группа разведки» — чтобы понять, как действовать экипажу. «Ведешь их как поводырь, — объясняет Сергей Михайлович курсанту, который вызвался идти первым. — Остальные тебе помогают».

Группа медленно двигается в дымовом лабиринте. Гаснет свет, воет сирена. Идут медленно, придерживая друг друга за плечо, чтобы никого не забыть и не оставить в беде.

Шаг в шаг, рука на плече. Так люди спасают людей.

Фонд «Нужна помощь» собирает средства для работы шести лабораторий НИИ имени Р.М. Горбачевой в Санкт-Петербурге — единственной в России клиники, где делают все виды пересадок костного мозга для взрослых и детей. На год работы шести уникальных лабораторий, без которых вылечить Сергея Михайловича было бы невозможно, нужно 32 миллиона рублей. Почти половина этой суммы уже собрана на нашем сайте. У лабораторий нет системного государственного финансирования, поэтому кроме нас с вами эту проблему решить некому.

История семьи Буренковых закончилась хорошо, но у фонда AdVita еще много подопечных, которым нужна наша помощь прямо сейчас.

Помочь

Регулярные списания с вашей банковской карты или PayPal для поддержки проекта «Поддержка лабораторий НИИ им. Р.Горбачевой» будут списываться пока не будет собрана вся требуемая сумма. После завершения сбора средств ваши автоматические пожертвования будут перенаправлены на следующий сбор в рамках такой же категории нуждающихся или на уставные цели фонда.

Пожертвование в пользу проекта «Поддержка лабораторий НИИ им. Р.Горбачевой»

VISA, MasterCard, Яндекс.Деньги, QIWI, WebMoney Напомнить сделать пожертвование

Перевести для проекта Поддержка лабораторий НИИ им. Р.Горбачевой

изменить

Личные данные

Выберите способ оплаты

Отправьте SMS на короткий номер: 3443 с текстом сообщения: SOS 44 500

«44» — идентификатор пожертвования проекта Поддержка лабораторий НИИ им. Р.Горбачевой, а «500» — сумма в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Услуга доступна для абонентов

Комиссия с абонента — 0%. Подробнее условия для абонентов
Пожертвование осуществляется на условиях Публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом банке.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условиях Публичной оферты

Напомнить сделать пожертвование

Напомнить Напоминать сделать пожертвование в другое время
Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
354 497 860 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: