«Такие дела» выяснили, как дождевые черви превращают навоз в золото

В городе Коврове Владимирской области живут самые породистые, прожорливые и титулованные дождевые черви в мире. Количеству полученных ими медалей, кубков и международных дипломов позавидует любой олимпиец. «Такие дела» заинтересовались племенным разведением дождевых червей и узнали, как черви превращают навоз в золото.

***

Определения «элитный» и «породистый» по отношению к обычному, казалось бы, дождевому червяку, сами по себе кажутся крайне странными. Ну кто в детстве не проводил опыты над червяками, лениво выползающими отовсюду в дождливую погоду. В мире живут более семи тысяч видов дождевых червей. На любом подмосковном огороде их можно накопать 14-15 разных видов. Но, вероятнее всего это будут неправильные черви, не золотоносные.

История эта напоминает сюжет с дорогостоящими сортами кофе типа «Черный бивень» и «Лювак». Только кофе «золотую» добавочную стоимость дают поедающие зерна слоны и забавные пальмовые куницы. А «золотое» сияние почве с навозом и другими пищевыми отходами придают специальные правильные черви. Секрет правильных червей в образе жизни и бесконечном потреблении. То, что они поедают, превращается на выходе в отличное эффективное органическое удобрение биогумус. То самое золото. Сородичи других видов постоянно в питательной среде обитать не могут и гибнут от белковой передозировки. Правильный червь — идеальный биоробот. Не болеет. Не устает. Ест и плодится.

Правильный червь — идеальный биоробот. Не болеет. Не устает. Ест и плодится

Лет восемь назад я случайно попала на сайт, где по экрану весело ползал мультяшный червячок, а на фотографиях седовласый господин с бородкой держал в руках горсть земли с красными прожилками. Рассказы о разведении червей и волшебных свойствах производимых ими удобрений были настолько многообещающими, что я залипла, зачиталась и поехала в Ковров поглазеть на червя. Ожидала увидеть безумного ученого-фантазера. Но червеводами неожиданно оказались бывшие военные, серьезные дядьки, поверившие идеям этого самого ученого фантазера.

Фото: Василий Колотилов для ТД
Сергей Конин и банановые пальмы, выращенные в солнечном био-вегетарии

Фантазии заземлили и превратили в высокорентабельный бизнес. Та моя первая поездка по Коврову напоминала прогулку короля из сказки «Кот в сапогах»:

«А это чьи луга? — Маркиза Карабаса. — А чьи поля? Земля? Замок?»

Было ощущение, что четверть города купили за золотых червяков: асфальтовый заводик и фитнес-центр, и линию по производству пельменей, и заброшенный кинотеатр, и производство строительных блоков. В копилке активов корпорации «Грин Пикъ» чего только не было. За восемь лет компания повзрослела. От непрофильных активов избавилась. И веселого червячка с сайта убрали. А селекционный владимирский червь с тех пор активно расселился по России и добрался уже до Китая, тесня более известного заокеанского сородича.

Приручить червя

Дождевых червей увлеченно изучал Чарльз Дарвин и отводил им особую роль в земледелии. Но специальной селекцией и разведением дождевого червя первым пришло в голову заняться американцу Томасу Баррету еще в середине 30-х годов прошлого века. Его книга «Одомашнивание дождевого червя» стала бестселлером. А выведенного Барретом компостного красного червя назвали Калифорнийским. Ученый потратил немало усилий и красноречия, убеждая местных садоводов и фермеров в полезности калифорнийца в агрохозяйстве. Со временем калифорнийцы «расползлись» по всему миру, кроме Советского Союза. В Союзе помешанных на червях не было. Точнее, нашелся один — военный медик Анатолий Игонин.

Василий Колотилов для ТД

В 1983 году он вышел в отставку, возглавил кафедру военно-медицинской подготовки во Владимирском государственном педагогическом институте. О работе Баррета владимирский профессор, естественно, не слышал. Вместо калифорнийца технологии вермикультивирования отрабатывал на диком дождевом черве — уроженце Владимирской области. Экспериментировал в подвалах пединститута на деньги, выделенные Министерством рыбного хозяйства РФСФР. Не трудно представить, как относились к подвальным экспериментам пожилого профессора окружающие. Но уже через пару лет, скрестив местного северного равнинного червя с высокогорным южным обитателем Чуйской долины из Киргизии, он получил уникальный высокопродуктивный гибрид — прожорливый, плодовитый и активный.

В 1991 году Игонин получил патент на изобретение способа получения технологических (специализированных) пород компостного дождевого червя. Написал пару книг о том, как повысить плодородие с помощью дождевых червей. Но за стенами подвала уже бушевала история: перестройка, путч, развал СССР. И так не самые популярные темы плодородия и экологичного земледелия смыло с повестки совсем. Так бы Игонин со своим уникальным червем и канул в безвестность, если бы после дефолта 1998 года другой бывший военный, сильно погоревший на сделках с ценными бумагами, не искал себе более надежного приземленного занятия.

Идеальное животное

В агробизнес Сергей Конин особо не рвался. В 1989 году, после пятнадцати лет службы в рядах Вооруженных сил, подполковник Конин уволился в запас и подался в коммерцию. Учредил в городе Коврове кооператив «Пикъ», который шил спецодежду, пробовал силы в мебельном производстве, строительстве, удачно играл на фондовом рынке. Дела шли отлично, пока не грянул дефолт. Новый бизнес, решил Конин, должен быть более надежным, производственным и ориентированным на экспорт. Критериев было несколько: дешевый источник сырья, растущий рынок с перспективой на 20–30 лет и простая технология, позволяющая получать максимальную добавочную стоимость.

Вид на солнечный био-вегетарий
Фото: Василий Колотилов для ТД
Вид на солнечный био-вегетарий из окна здания компании Сергея Конина

На одной из выставок внимание Конина привлек биогумус — органическое удобрение, продукт переработки органических отходов сельского хозяйства дождевыми червями. Идея показалась несложной. А вход на рынок незатратным: килограмм сырца (этих самых дождевых червей) стоил всего 30 рублей. Он выяснил, что родоначальник российской технологии профессор Игонин еще и живет по соседству с ним, во Владимире. Пригласил Игонина на работу в свою корпорацию. И выкупил корневой патент на технологию разведения дождевого червя и весь запас червей в придачу — все шесть килограммов. Опасения, что бизнес может не пойти, профессор развеял: «Люди меня подводили много раз, черви — никогда». И ведь не обманул.

«Люди меня подводили много раз, черви — никогда»

В 2000 году под новый проект создали биотехнологическую экспериментальную лабораторию, а затем и производство по технологии, получившей название «Грин-Пикъ».

Если прежде в мире использовалась американская контейнерная технология, то в «Грин Пикъ» пришли к выводу, что и без контейнеров и ящиков черви из места, где их кормят, не уйдут. Вместо контейнеров — ряды гряд, в верхний слой которых регулярно подкладывают навоз. Черви, как и все живое, не любят отходов собственной жизнедеятельности, поэтому двигаются за новым кормом, оставляя за собой готовый продукт. В сутки проходят примерно два сантиметра. Это позволило сократить производственный цикл со 140 до одного-двух дней. И втрое снизить стоимость биогумуса. А черви и правда никуда не ушли. Кроме вечных путешественников. Таких 2%. Тяга к перемене мест в них заложена генетически, что обеспечивает рост популяции и расселение вида.

Породистому червю с легкой руки Конина дали имя Старатель. Ему показалась удачной ассоциация с охотниками за золотом, которым червь мог бы еще и фору дать. Обычно из тонны золотоносного грунта намывают два-три грамма золота. Червяк эффективнее. Из тонны навоза «наедает» ценности, равной в пересчете восьми граммам золота на внутреннем рынке и до 50 граммов при экспорте. На внутреннем российском рынке цена биогумуса — 200 долларов за тонну, а на мировом доходит до двух тысяч.

Василий Колотилов для ТД

«Тонна компостированного навоза стоит 600 рублей, биогумус на выходе — от 12 тысяч рублей за тонну. Из одной тонны навоза получается 600 килограммов биогумуса и прирост на 10–15 килограммов червя, — раскрывает Сергей Конин нехитрую арифметику. — Черви прекрасно размножаются. Не болеют. Не переносят инфекций. Кормятся отходами. Им не нужна электроэнергия. При правильных условиях содержания за год один килограмм червя размножается до полутора тонн». И правда, идеальные животные.

Конин так убедителен, что невольно начинаешь прикидывать, где бы на даче поселить небольшое стадо червей. Кажется, это совсем не сложно. Действительно, именно фермерские и подсобные хозяйства и дачники скупают разнообразные органические удобрения, экспериментируют, озабочены чистотой и качеством продукции прежде всего. По данным Минсельхоза 80% овощей, производимых в России, выращиваются на личных подсобных хозяйствах и дачах.

Крупные сельхозпроизводители до сих пор органическим удобрениям предпочитают разнообразную химию.

Китайский след

Бизнесмены технологию не скрывали и «Старателя» от людей не прятали. Охотно делились с интересующимися сначала бесплатно, а когда открыли Школу имени профессора Игонина (прародитель «Старателя» умер в 2005 году), обучили более 1300 человек из 19 стран. Самой большой группой были товарищи из Китая: 37 человек во главе с парторгом и соглядатаем из компетентных органов. В составе группы сплошь руководители крупных хозяйств и партийные деятели. Внимательные дотошные китайцы все записывали, во все вникали. А потом купили технологию, партию «Старателей» и перевели четыре крупных китайских завода по производству биогумуса на российскую технологию.

Фото: Василий Колотилов для ТД
Экспериментальный солнечный био-вегетарий, где на биогумусе выращиваются овощи
Экспериментальный солнечный био-вегетарий, где на биогумусе выращиваются овощи

Конин не считает, что сам плодит себе конкурентов. Наоборот, уверяет, что только так можно было создать рынок. Еще 20 лет назад в России про биогумус никто не слышал. А сейчас все вместе идею чистых органических удобрений продвинули. «Биогумус бывает разного качества. Кто-то добавляет торф, знаем одних производителей, которые хвастаются, что кормят червя перегнившим картоном. Хочется поднять планку качества. Как это произошло, к примеру, на рынке такси. Есть разные компании Uber, Gett, Яндекс и другие, они стали работать по стандартам и практически убрали с рынка бомбил. Заказывая такое такси, ты примерно представляешь, какую услугу получишь. Хотелось бы, чтобы что-то подобное произошло и на рынке биогумуса», — рассказывает Сергей Конин.

Крупнейший экспортер биогумуса на сегодня Индия. Потребители — арабские страны. «На биогумусе отлично растут пальмы, — замечает Конин. — Мы сейчас выращиваем экспериментальную партию банановых пальм в нашем Солнечном био-вегетарии».

задача года — добиться включения дождевого червя в реестр сельскохозяйственных животных

Солнечный био-вегетарий — еще одно местное чудо. Этакий парник будущего. Высокотехнологичная теплица непрерывного цикла, использующая Солнце в том числе для накопления энергии в теплоаккумуляторах.

С мороза через тамбур попадаешь в тропики. Пальмы, томаты, разнообразная зелень и рассада, диковинная момордика, забавная кудрявая капуста — кейл, которая после набега голодных гостей, объевших нижние ветки, тоже становится похожа на пальму. Все выращивают, естественно, на биогумусе. Опытное хозяйство и одновременно выставка достижений, а заодно и зеленый супермаркет. Собери, что понравилось, взвесь и купи.

Конин рассказывает, как китайцы с помощью своих вегетариев и при поддержке государства, отменившего налог для фермеров, за 25 лет произвели овощную революцию. Обеспечили овощами себя и стали крупнейшим экспортером овощей в мире, а тысячи семей получили работу. О чем-то подобном для России мечтает и Конин, рассказывая про проект фермерских кластеров и эко-парков. Но пока задача года добиться, наконец-то, добавления дождевого червя в реестр сельскохозяйственных животных. Пчелы, к примеру, уже давно там.

Налоговый инспектор пришел и спрашивает:

—  Так сколько у вас червей?

— 15 миллионов. Считать будете?


Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!