Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Наколоться и забыться

Фото: Вадим Брайдов

Эти татуировки скрывают шрамы, оставленные мужьями и любовниками

Женщины, которых избили мужья, приходят к Жене за утешением и за тем, чтобы забыть. Женя не психотерапевт, она — тату-мастер. Татуировками она закрашивает шрамы, оставшиеся от побоев. Делает она это бесплатно, а историй выслушала столько, что впору книгу писать

Тату-мастер Женя Захар, 33 года

Жизнь тату-мастера веселая, тусовочная, беззаботная. У тебя в студии постоянно кто-то ошивается, благодарные клиенты зазывают на вечеринки. Но как-то я наткнулась на статью о Флавии Карбальо, бразильской татуировщице, которая перекрывает шрамы жертвам бытового насилия, и подумала: «А почему бы и мне не попробовать?» Думала немного скиллов набить, все-таки шрамы это трудная задача для тату-мастера, да и хорошего в мир немного привнести. Опубликовала объявление в вк и понеслась. Мне писали со всех уголков Башкирии. Молодые и взрослые, спокойные и истеричные — их объединяло одно: боль. Каждая говорила, что не может смотреть на свои шрамы, что они напоминают о том дне, когда любимый поднял на нее руку. И если бы только руку. Шрамы от ножевых ранений для меня не редкость, было даже одно огнестрельное. Живя в своем спокойном и веселом мире, я и подумать не могла, что столько женщин подвергаются бытовому насилию.

Тату-мастер Женя Захар
Фото: Вадим Брайдов
Тату-мастер Женя Захар
Фото: Вадим Брайдов
Тату-мастер Женя Захар
Фото: Вадим Брайдов

Я приняла уже около 100 клиенток и понимаю, что они приходят в основном для того, чтобы рассказать свою историю, излить ее на кушетке, а встав с нее — не вспоминать никогда. Я выслушала столько историй, что впору книгу писать. Стараюсь быть им другом и, кажется, получается — многие из них возвращаются и приносят сладости, просто поболтать забегают. Говорят: ты два часа делала нам больно, чтоб мы забыли боль, которую терпели годами. Сейчас принимаю по одной клиентке в неделю, на больший поток не хватает ни времени, ни расходных материалов. Помещение у меня не идеальное и, к сожалению, не бесплатное. Приходится принимать больше коммерческих клиентов. Сейчас мы с моим любимым человеком и по совместительству коллегой попробуем открыть свою, независимую от арендаторов студию, постараюсь хоть по одной девушке в неделю продолжать принимать. Несмотря на то что себестоимость каждой такой татуировки от двух до четырех тысяч рублей, я не могу брать с этих женщин денег. Так уж мама с папой воспитали. Заявок еще много, около 200 точно. К сожалению, насилие, как и война, вечно.

Гульдар, 28 лет

Семь лет назад я встречалась с молодым человеком, он в органах работал. Все было серьезно — уже сыграли никах, планировали расписаться. Как-то он пришел домой подвыпивший, началась ссора. Он меня избил. Бил ногами в грудь и живот. Я собралась и ушла к маме. Потом я сказала ему, что напишу заявление в полицию, пригрозила, что буду добиваться его увольнения. Он приехал ко мне с братом – адвокатом, и они очень жестко объяснили, что писать заявление не стоит.

Гульдар
Фото: Вадим Брайдов
Гульдар
Фото: Вадим Брайдов

После того разговора я быстренько собралась и сбежала из Белорецка в Уфу. Прошел год, ушибы продолжали болеть, и я пошла в больницу. Выяснилось, что в груди и животе остались гематомы, опухоли. Сделали несколько операций. Теперь у меня вот эти шрамы и детей я иметь не могу. Отношения с мужчинами построить не получается — стыдно раздеваться, стыдно рассказывать эту историю. Недавно была в отпуске, первым делом нанесла на шрамы мехенди, сразу почувствовала себя увереннее в купальнике. Тогда и появилась идея закрасить все старые воспоминания татуировками.

Лиля, 41 год

История моя не про насилие, а про детскую травму. Родители у меня геологи и постоянно ездили в командировки по Башкирии, оставляя меня на бабушку. Когда мне был год и два месяца, бабушка с дедушкой недосмотрели. Я взяла стульчик, приставила к плите и потянулась за чайником. Не удержала его и обварилась. 84% ожогов тела и месяц реанимации в коме. Кроме этого, мне поставили диагноз «инфантилизм». Детей иметь я не могу.

Лиля
Фото: Вадим Брайдов
Лиля
Фото: Вадим Брайдов

Я всю жизнь провела с этими ожогами на теле. В 90-х решилась на серию пластических операций, но уже после второй мне было так хреново, что решила отказаться. Каждое ЭКГ, каждый медосмотр, баня, пляж давались с большим нервным напряжением. Тот, кто видел мой живот, сразу начинал охать и расспрашивать, что случилось. На днях на работе проходила медосмотр, сняла блузку и все ахнули, но я уже чувствую себя уверенно. Это шрамов стыдятся, а татуировками хвастаются.

Женя сначала не хотела меня брать. Все-таки она работает с жертвами бытового насилия, женщинами, пострадавшими от рук своих мужчин. Но когда я показала ей свои шрамы, мы просто смотрели друг другу в глаза пару минут, а потом она сказала: «Ложись». Я ей безмерно благодарна. Эта татуировка изменила мою жизнь, потому что мне теперь нечего стыдиться.

Ляйсан, 33 года

Два года назад муж в невменяемом состоянии пырнул меня кухонным ножом. Порез был глубокий, случился разрыв печени и внутреннее кровоизлияние. Я сама вызвала «скорую», но зашили меня очень грубо, шрамы остались большие. Конечно же, в больницу приехала полиция, просили написать заявление. Я не стала. Муж умолял вернуться. Выписавшись, я пробовала с ним пожить, но не смогла.

Ляйсан
Фото: Вадим Брайдов
Ляйсан
Фото: Вадим Брайдов
Ляйсан
Фото: Вадим Брайдов

Он так и не признал своей вины, говорит, что ничего не помнит, а ножом я пырнула себя сама. Тогда я пожалела, что не написала заявления, но, думаю, ему еще в жизни все вернется. Сейчас у меня все хорошо, но эти шрамы не дают окончательно перешагнуть через тот роковой день, поэтому я и решилась на татуировку.

Вика, 28 лет

В 2009 году я была беременна. Однажды бывший муж с другом забрали меня с работы и повезли в лес. Муж кричал, что ему не нужен этот ребенок, мол, бабки нагадали, что ребенок не его. Вытащил огромный кухонный нож. Тыкал-тыкал меня в грудь, но зарезать не смог. Отдал нож своему другу. Тот с разбегу воткнул нож мне в грудь. Я отмахивалась сумкой, он второй удар нанес подмышку. Крови много было. Тут муж испугался, набросился на своего друга. Избил его, посадил меня в машину и повез в больницу, по пути сбивая больничные шлагбаумы. Врачи вызвали полицию и среди них оказался мой старый приятель. Он сразу сообразил, в чем дело, и настоял, чтоб я сказала правду. Мужа арестовали прямо в больнице. Суд дал ему восемь лет, его другу вроде бы шесть. Врачи смогли не только меня спасти, но и ребенка. Потом хирург мне сказал, что нож двух миллиметров до сердечной артерии не дошел.

Вика
Фото: Вадим Брайдов
Вика
Фото: Вадим Брайдов
Вика
Фото: Вадим Брайдов

У меня были мысли и возможности наказать бывшего мужа прямо на зоне. Но как сына родила, отлегло. Предпочитаю не думать ни о муже, ни о том дне. Хотя каждое утро когда в зеркало смотришься и видишь этот шрам, сразу воспоминания накатывают. Он будто тянул меня назад в прошлое. В уфимских новостях я услышала про Женю и подумала, что это поможет мне распрощаться с прошлым. Сложно было поверить, что кто-то будет бесплатно татуировку мне делать. Я пришла в студию, мне сказали, да, правда, дали телефон для записи. Мы посоветовались с Женей и решили  делать рисунок бабочки – символ перевоплощения душ у многих народов.

Спасибо, что дочитали до конца!

На «Таких делах» мы пишем о социальных проблемах, чтобы привлечь к ним внимание. Мы верим, что осознание – это первый шаг к решению проблем общества.

«Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Небольшие, но регулярные пожертвования от многих людей позволят нам продолжать работать, оплачивать командировки и гонорары авторов, развивать сайт.

Пожертвовав 100 рублей, вы поддержите «Такие дела». Это займет не больше минуты. Спасибо!

ПОДДЕРЖать

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Всего собрано
574 214 177 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: