«Такие дела» поговорили с молодыми врачами-онкологами о том, как люди научились понимать природу болезни, почему каждая опухоль индивидуальна, а главное, нужно ли искать лекарство от рака

Уже 12 лет подряд 4 февраля во всем мире отмечается день борьбы с раком. За эти годы тысячи ученых исследовали главную болезнь цивилизации,  создавали новые лекарства и методы ее лечения. 

***

Екатерина Барон, клинический ординатор НИИ онкологии имени Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологии

За последние 10-15 лет в мире полностью изменилось представление о том, что такое рак. Становится понятно, что с помощью одной только хирургии нам вряд ли удастся его победить, поэтому будущее за системной терапией. Сейчас это в основном химиотерапия. С ее помощью давно можно было бы победить рак, если бы вместе с больными клетками она не убивала и здоровые клетки нашего тела.

Поэтому в последнее время набирает популярность таргетная терапия или так называемая «терапия мишеней». Эта терапия воздействует точечно на определенные молекулы, которые помогают опухоли расти, делиться и распространяться по организму. В идеале при попадании в кровоток таргетные препараты не влияют на здоровые клетки и ткани, а действуют только на опухоль. Сейчас у ряда новых лекарств есть несколько нюансов — дороговизна и побочные эффекты. Но это все равно большой скачок, потому что эти препараты эффективны при последних стадиях заболевания, когда метастазы опухоли распространяются по всему организму. Дело в том, что опухоль создает эти самые метастазы благодаря специальным молекулам, и именно на эти молекулы действуют несколько новых препаратов. В большинстве случаев остановить полностью процесс метастазирования нельзя, но значительно замедлить и продлить жизнь пациента можно.

Екатерина Барон, клинический ординатор НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологииФото: Ольга Молостова

Еще один важный момент — развитие прецизионной медицины в онкологии. Что это значит: если раньше рак толстой кишки или рак молочной железы — это было одно заболевание, то в настоящий момент это десятки разных заболеваний. Такое деление произошло как раз из-за персонализации: изучается генетический портрет опухоли, и это дает информацию о том, к каким препаратам она чувствительна. По этому пути движутся исследования все больших форм рака — молочной железы, ряда гинекологических опухолей, колоректального рака.

Для каждой опухоли мы ищем свой подход — изучаем характеристики, которыми они обладают, генетические мутации. Это называется биология опухоли. Так сказать, ее натура.  По большому счету, вся онкологическая наука направлена на то, чтобы узнать как можно больше об опухоли, найти новые молекулы, которые позволят нам узнать больше о том, как можно ее лечить.

Сколько лет понадобится на то, чтобы уйти от химиотерапии, которая дает много побочных эффектов, к более щадящему методу лечения — пока неизвестно. Однако рано или поздно это неизбежно случится.

Александр Петрачков, клинический ординатор НИИ онкологии имени Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологии

Если говорить о новых методах терапии, то сейчас на слуху у всех иммунотерапия. Ее суть в том, что специальные антитела  действуют на раковые клетки, как на мишень. Таких препаратов уже очень много, и каждый из них специфичен, но если его правильно подобрать, то можно получить хороший результат.

Александр Петрачков, клинический ординатор НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологииФото: Ольга Молостова

Перспективы иммунотерапии большие, потому что в будущем эти лекарства смогут использоваться  в лечении множества болезней, не только рака.  В настоящий момент большое количество препаратов для иммунотерапии находятся в той или иной стадии клинических испытаний, поэтому каких-либо окончательных данных об их эффективности нет. Тем не менее у некоторых лекарств уже есть доказательная база, и они сейчас активно используются.

Что касается хирургических методов лечения, то сейчас активно развивается малоинвазивная хирургия. Мы отходим от практики масштабных хирургических вмешательств, когда это возможно. Изучается применение лапароскопии, торакоскопии, робот-ассистированной хирургии, эндоскопии. Если раньше в онкологии была установка убирать весь орган из-за опасений дальнейшего распространения заболевания, то сейчас исследования указывают на то, что при локализации опухоли на ранней стадии мы можем попытаться сохранить орган, убрав лишь опухоль. Конечно, не во всех случаях это возможно, однако общая тенденция именно такая. И именно этот факт указывает на важность ранней диагностики и скрининга. Чем раньше обнаружена болезнь, тем больше шансов на позитивный результат.

То, что онкология так развилась в последние годы — заслуга ученых всего мира. Связано это с тем, что мы отчасти научились понимать молекулярную природу рака: то, как эти клетки могут размножаться, по каким законам они живут и растут. И, к сожалению, главным стимулом этого развития является заболеваемость раком — она по-прежнему остается крайне высокой. У нас в стране по показателям смертности онкология стоит на втором месте после сердечно-сосудистых заболеваний.

Юлия Зайцева, клинический ординатор НИИ онкологии имени Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологии

На сегодняшний день прогресс в онкологии очевиден — разрабатываются новые препараты и методы лечения, исследуются оптимальные сочетания и дозировки уже известных лекарств. Однако большая часть этих исследований проводится нашими зарубежными коллегами. В этом плане мы пока немного отстаем, но все же и у нас наука не стоит на месте. В нашей стране и за рубежом для повышения уровня знаний врачей-онкологов проводится большое количество конференций, где докладываются результаты научных исследований.

Юлия Зайцева, клинический ординатор НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова, резидент Высшей школы онкологииФото: из личного архива

Пока что научный подход  — использование данных современных исследований на практике в России не так распространен,  как хотелось бы, особенно в отдаленных регионах. Врачи в большинстве своем ориентируются на собственный опыт, к тому же в каждом лечебном учреждении есть свой внутренний стандарт.

Отличия в лечебной тактике в разных регионах обусловлены не только тем, что конференции проводятся чаще в крупных городах, но и уровнем мотивации специалистов к профессиональному росту.  Врачу важно постоянно обновлять свои знания, ведь медицина развивается с большой скоростью.

Несмотря на высокий темп развития науки, невозможно точно ответить на вопрос «Когда мы победим рак?» Рак — очень сложная болезнь, в механизме развития которой играют роль изменения генов. Но гены разные для разных людей. Конечно, сейчас изобретаются таргетные препараты, которые способны подавлять продукты некоторых генов, влияющих на развитие рака. Однако повлиять на измененную функцию всех онкогенов пока невозможно. Универсальное лекарство для каждого пациента изобрести сложно. Опухоль индивидуальна так же, как индивидуален человек.

Скорее всего,  полностью победить рак мы сможем не скоро, однако уже сейчас получается переводить его из смертельного заболевания в хроническое. Кроме того, некоторые виды рака на ранних стадиях достаточно хорошо поддаются лечению. Например, рак молочной железы, рак щитовидной железы или лимфомы. К этой болезни нужно просто поменять отношение. У человека так заложено в голове, он всегда хочет полностью излечиться. Но важно донести до людей мысль, что с раком жить можно, причем достаточно качественно.  

Именно поэтому сейчас большое внимание уделяется качеству жизни онкологических пациентов, которое в первую очередь зависит от его психологического состояния. В комплекс мер по улучшению качества жизни входит многое: реконструктивные операции, устранение болевого синдрома и осложнений химиотерапии, но особым аспектом является психологическая поддержка. Сейчас появилась даже отдельная наука онкопсихология. Очень важно принять свое заболевание и научиться жить с ним, ведь это часть реабилитации.

***

Читайте также «У нее уже рак, но она об этом не знает» Илья Фоминцев, директор Фонда профилактики рака, рассказывает, зачем всем обязательно нужно делать скрининг, и как это снизит смертность в России

Екатерина, Александр, Юлия и еще несколько молодых врачей обучаются в  проекте «Высшая школа онкологии», чтобы стать специалистами нового поколения и изменить ситуацию в российской онкологии в лучшую сторону. Участники программы в течение двух лет будут посещать курсы крупнейших онкологов мира. Единственное условие  — работа в России по окончании программы. Фонд «Нужна помощь» собирает средства на подготовку молодых врачей — оплату обучения, выплаты стипендии, чтобы студенты не отвлекались на подработки, потому что учиться они будут практически без выходных.

Пожалуйста, подпишитесь на регулярное пожертвование, потому что 100 или 200 рублей, отданные сейчас, станут большим вкладом в будущее. Эти врачи и их ученики спасут жизнь тысячам людей.