Детоньки мои

Собрано
3 827 924 r
Нужно
4 709 000 r
Фото: Алина Десятниченко для ТД

Есть такое модное слово «стигматизированный». И есть в нашей стране дети — трижды стигматизированные: сироты, брошенные в больнице, да еще и с диагнозом ВИЧ. В Челябинске таких детей нянчит «баба Таня»

Утро в детском инфекционном отделении больницы № 8 города Челябинска начинается, как и везде в больницах, с обхода. В палатах негромкие разговоры и колыбельные — мамы укачивают своих детей. К ним заходят медсестры, малышам капают в ротики лекарства. Дети сразу морщатся и начинают плакать — капли горькие, невкусные. Мамы подхватывают их к груди: Машенька, Сашенька, ну-ну-ну…

Только в трех палатах инфекционного отделения тихо до такой степени, что в ушах начинает звенеть. Изредка слышится слабое, жалобное кряхтение. Здесь лежат «отказнички». У них нет имен, только фамилии.

«Брошенные — не капризные. Они все понимают, знают — мама не придет, даже если сильно заплакать. Вот и лежат себе тихонечко, только ножками перебирают», — вздыхает няня Татьяна.

Татьяна Игоревна Барбашина работает больничной няней уже восемь лет, заботится сразу обо всех отказниках инфекционного отделения. У нее у самой две взрослые дочери, четверо внуков. Раньше Татьяна Игоревна была мастером на цинковом заводе, на работу в больницу попала случайно — дочка посоветовала. Пошла, не испугавшись 12-часового рабочего дня, маленькой зарплаты и большой ответственности. Говорит, кто-то же должен заботиться о брошенных детях. Медсестры успевают только накормить, лекарства дать, памперс поменять. Когда в отделении 20 болеющих детей, времени на то, чтобы приласкать каждого, не остается. И на помощь приходят няни из проекта «Больничные сироты» челябинского объединения «Женщины Евразии».

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Татьяна держит на руках Матвея

Пока мы разговариваем, начинает плакать безымянная двухмесячная малышка в кроватке у окна. Татьяна Игоревна подхватывает ее, баюкает: «Ну-ну, моя хорошая. Ты обиделась, что мы тебе спать не даем?»

За компанию истошным плачем заходится и ребенок постарше. Матвею скоро годик, стоит на ножках в своей кроватке с высокими бортиками, просит внимания. Испуганные глаза. Смешная футболка с лягушкой. В кроватке две игрушки, которые принесла ему Татьяна Игоревна.

«Вот так заходишь в палату, а он уже стоит, ручки к тебе тянет. За щеки меня любит хватать — улыбается нянечка. — Хороший ребенок, общительный…»

Малыш попал в больницу с простудой. Обласканный заботливой «бабой Таней», как все здесь называют Татьяну Барбашину, после выписки он снова вернется в дом ребенка…

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Татьяна укрывает ребенка

«А иногда после больницы и домашний ребенок может прямиком в приют попасть, — говорит Татьяна. — Если мамаша на выписке малыша не забирает, начинаются формальности — отказ, опека, суды… Все это время он в больнице. А потом забирают в детский дом. Иногда я сама вместе с опекой его туда везу. Сдала и побежала, не оглядываясь. А сама рыдаю потом сутки. Глаза его вижу».

«ИНОГДА Я САМА ВМЕСТЕ С ОПЕКОЙ ЕГО ТУДА ВЕЗУ. СДАЛА И ПОБЕЖАЛА, НЕ ОГЛЯДЫВАЯСЬ. А САМА РЫДАЮ ПОТОМ СУТКИ. ГЛАЗА ЕГО ВИЖУ»

На такую работу согласится не всякий. Платят мало, слез много.

«Идут в основном женщины после 45 лет, которые своих «птенчиков» уже вырастили, а помочь чужому горю хочется, — рассказывает руководитель объединения «Женщины Евразии» Татьяна Щур. — Учатся на больничных нянечек около двух недель. Медицинское или педагогическое образование не важно, необходима любовь к детям. И таких мы берем с радостью».

Фото: Алина Десятниченко для ТД
По словам Татьяны, рисунки на стенах — дело рук волонтеров

«Мамы тоже бывают разные — рассказывает Татьяна Калинина, санитарка отделения. — Поступила к нам одна недавно с крохой, ей месяца еще нет. Говорит, пусть у вас пока полежит, мне пенсию на ребенка оформить надо, она у меня ВИЧ-положительная. Уже полторы недели к дочери не заходит, не проведывает. Мы в отделении уже все понимаем — очередной «отказничок»…»

Часто мамы воспитывают больных детей без мужей и поддержки родственников.

«Как узнают, что у ребенка ВИЧ — так даже родные брезгуют к нему прикасаться, — сетует Елена Романова, сестра-хозяйка отделения. — У нас был случай — мама ребеночка родила под сильной «наркотой», под героином. Все девять месяцев, что его под сердцем носила, вены себе колола. Конечно, дети приходят в этот мир уже зависимые от наркотиков, все тельце им ломит…Как они орут невыносимо, бедные. Месяцами мучаются. А одна 16-летняя девочка, тоже наркоманка, умерла при родах, а ребеночек здоровым на свет появился. Это ли не чудо? Богом он поцелован. Сейчас с папой живет».

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Татьяна помогает студенту-практиканту проингалировать Матвея. Матвей против

Больничные няни рады, когда отказников забирают домой.

«Дети другими в семьях становятся — смехом заливаются, ухоженные. Вот этот, — «баба Таня» кивает на худенького, молчаливого малыша, который уже минут пять с интересом разглядывает людей, которые столпились вокруг него, — жених. На выданье у нас, пойдет в семью. Мамка и папка у него будут. Он такой хорошенький сейчас стал, когда о нем заботиться стали. А как родился — помните, — Татьяна Игоревна обращается к коллегам, — такой страшненький был. Этот малыш счастливый. Я без сожаления с ним прощаюсь».

Будущие родители, конечно, знают о диагнозе малыша. Но врачи уверены: с ним все будет хорошо. Терапия снимает вирусную нагрузку, и дети ничем не отличаются от здоровых. Главное для них — защита и поддержка.

«Лежала у нас детдомовская девочка, взрослая уже, лет двенадцати, — рассказывает заведующая инфекционным отделением Ирина Ремовна. — Она как-то подходит ко мне и говорит: «Мне сказали, что ВИЧ — это грех». Я ей пытаюсь объяснить, что грех — это плохие поступки, а ВИЧ — это болезнь, которую нужно лечить. Девочку удалось спасти от таких мыслей. А еще одна детдомовская девочка у нас наблюдалась, четырнадцати лет. В приюте узнали о ее «особом» статусе и начали обзывать: больная, прокаженная. И так ее довели, что она сбежала из детдома, пришла к своему дому, где ее отец сгорел, да и повесилась там. Не выдержала».

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Спящий ребенок в одной из палат

«Осталась одна со своими мыслями. Я уверена, — добавляет Ирина Ремовна, — что нам больше всего нужно бережное отношение к своему и чужому здоровью. А у нас по-прежнему сознание, как в бандитских 90-х, когда весь мир запугали эпидемией СПИДа до такой степени, что люди ВИЧ-положительным руки не подавали. Вот только такие нянечки, как наша Таня, и спасают».

«У НАС СОЗНАНИЕ, КАК В БАНДИТСКИХ 90-Х, КОГДА ЗАПУГАЛИ ЭПИДЕМИЕЙ СПИДА ДО ТАКОЙ СТЕПЕНИ, ЧТО ЛЮДИ ВИЧ-ПОЛОЖИТЕЛЬНЫМ РУКИ НЕ ПОДАВАЛИ»

Подростки, которые лежат в инфекционном отделении, с няней дружат и уважительно зовут ее «тетя Таня». Захожу в палату — смотрят вместе с ней ужастик на ноутбуке. При виде меня девочки хмурятся и делают вид, что очень увлечены просмотром фильма. Любопытствующим здесь не рады. Самая старшая сурово интересуется: «А вы кто и почему задаете вопросы?»

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Няня гуляет с Матвеем по палате

Я понимаю, что в этой палате она главная, и пытаюсь ее разговорить. Девушку зовут Вика. Она «домашняя», но отношения с родителями сложные.

«Они как узнали, что у меня ВИЧ, сказали — лучше бы ты тогда в реанимации умерла. Все равно и года не проживешь. У меня давно уже семьи нет, одно название. Да, родители меня научили ходить. Но это все, что они для меня сделали».

В Вике говорит обиженный ребенок. Девушка открывает шкаф, чтобы достать кружку, и я вижу там большой пакет с конфетами. Интересуюсь, мол, кто принес? Оказывается, мама. И заварку тоже мама принесла.

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Маленький пациент одной из палат инфекционного отделения

«Я бы своего ребенка не сдала в детдом. Я бы лучше аборт сделала. Я и сделала — один раз, в 16 лет».

Татьяна Игоревна жалеет и Вику. Слишком хорошо понимает чувства этих детей. Она сама «брошенный» ребенок. Мама ушла из семьи, когда Тане был год, оставила ее с папой и бабушкой. В 18 лет, уже студенткой, Татьяна разыскала мать. Побывав у нее дома, увидела, что весь старый, потертый ковер на стене увешан ее детскими фотографиями — бабушка присылала… А потом едва обретенная мама снова исчезла.

«Я ее простила, но не поняла. Я вообще таких матерей никогда не пойму, которые ребенка могут оставить. Я первую дочку родила в 19 лет. Вроде еще ветер в голове был, но уже понимала — моя ответственность, никогда не брошу, какая бы беда ни приключилась…»

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Медсестра укачивает ребенка

«Баба Таня» из тех людей, которые честно выполняют долг — и свой, и чужой — за тех родителей, что не смогли или не захотели.

***

«Мы занимаемся работой, которая нужна детям и медикам, понятна благотворителям и добровольцам, нашим няням, разумным чиновникам, но неудобна властям, потому что проблема больничных сирот для них неразрешима, — говорит руководитель объединения «Женщины Евразии» Татьяна Щур. — Когда-то на нас ногами топали, насылали прокуратуру, ставили в жесткую конфронтацию. И это не только у нас в Челябинске, это по всей России так. В нашей стране не предусмотрена ставка для больничных нянь. Предполагается, что в больнице все дети лежат с мамами. А про сирот никто не подумал.

Даже когда укол или капельницу ставят ребенку, рядом с ним мама, которая успокоит свое дитя. А кто будет наших держать за ручку? Медсестры тоже не железные. Если одна медсестра на весь этаж, она таблетки даст, памперс поменяет и бежит к следующему. А ребенок, который один лежит, он же человечек с чувствами, заплачет — кто его успокоит? Иногда нам добровольцы помогают, но у них своя работа есть, за которую им платят. А мы им платить не можем».

Фото: Алина Десятниченко для ТД
Малыш из палаты «отказничков»

Объединение «Женщины Евразии» совместно с фондом «Нужна помощь» собирают деньги на зарплату няням, которые заботятся о детях-сиротах в больницах. Пожалуйста, пожертвуйте программе «Больничные сироты» любую сумму, чтобы дети в больницах не оставались одни. Чтобы у каждого такого малыша рядом была «баба Таня», которая жалеет его, бережет и окружает заботой.

Помочь

Регулярные списания с вашей банковской карты или PayPal для поддержки проекта «Больничные сироты» будут списываться пока не будет собрана вся требуемая сумма. После завершения сбора средств ваши автоматические пожертвования будут перенаправлены на следующий сбор в рамках такой же категории нуждающихся или на уставные цели фонда.

Пожертвование в пользу проекта «Больничные сироты»

VISA, MasterCard, Яндекс.Деньги, QIWI, WebMoney Напомнить сделать пожертвование

Перевести для проекта Больничные сироты

изменить

Личные данные

Выберите способ оплаты

Отправьте SMS на короткий номер: 3443 с текстом сообщения: SOS 88 500

«88» — идентификатор пожертвования проекта Больничные сироты, а «500» — сумма в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Услуга доступна для абонентов

Комиссия с абонента — 0%. Подробнее условия для абонентов
Пожертвование осуществляется на условиях Публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом банке.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условиях Публичной оферты

Напомнить сделать пожертвование

Напомнить Напоминать сделать пожертвование в другое время
Материалы по теме

Помогаем

Всего собрано
353 837 847 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: