Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

После землетрясения

Иллюстрация: Ольга Халецкая для ТД

Обезумевшие верующие подражают злобному государству, а медийные батюшки говорят словами проповедника из новеллы Генриха фон Клейста

«Землетрясение в Чили» Генриха фон Клейста в России особой известностью не пользуется. А для немецкой литературы эта небольшая новелла — примерно то же, что «Капитанская дочка» — для русской. То есть своего рода кодовый текст. Или, если угодно, культовый.

Генрих фон Клейст, автор рассказа «Землетрясение в Чили»Фото: Рисунок: Peter Friedel/bildindex.de

При этом читатель, пожелавший разобраться, что там такого кодового и культового, скорее всего, придет в недоумение. Вот сюжет, если вкратце: Сантьяго, середина XVII века… Хосефа, девушка из знатного рода, и ее домашний учитель Херонимо полюбили друг друга. Когда все раскрылось, учителя выгнали, девушку сослали в монастырь, но в монастырском саду влюбленные продолжают встречаться, в результате Хосефа рожает ребенка прямо на ступенях городского собора. За грех и святотатство Хосефу приговаривают к смертной казни. Херонимо ждет своей участи в тюрьме, но уже готов наложить на себя руки. И тут начинается землетрясение — самое настоящее землетрясения 1647 года, которое, согласно историческим источникам, почти стерло Сантьяго с лица земли. Херонимо, Хосефе и их ребенку удается спастись, и они оказываются за городом, где наблюдают удивительную метаморфозу: люди, которые совсем недавно с нетерпением ждали казни молодой грешницы и даже торговали местами у окон с видом на плаху, вдруг словно все забыли и объединились «как будто в одну семью». Влюбленные знакомятся с офицером Фернандо, его женой, свояченицами и маленьким сыном. Жена Фернандо ранена, у нее пропало молоко, поэтому Хосефа кормит обоих младенцев — «законного» и «незаконного», а потом Херонимо и Хосефа отправляются на службу в единственную уцелевшую церковь, чтобы «вознести хвалу Господу за свое чудесное спасение». С ними идет Фернандо, сестра его жены донна Констанца, обоих детей тоже берут с собой. А в церкви некий священник произносит проповедь, в которой называет землетрясение возмездием за грех Херонимо и Хосефы и обвиняет их во всех бедах и смертях. Один из верующих выдает Хосефу, толпа набрасывается на нее и убивает Хосефу, Херонимо, Констанцу и маленького сына Фернандо. Фернандо с женой усыновляют сына Херонимо и Хосефы.

Вот, в общем, и все.

 

история, написанная в 1807 году, продолжает будоражить исследователей и читателей

Доподлинно известно, что ни в Пруссии времен Клейста, ни даже в испанских колониях XVII века за рождение ребенка послушницей монастыря не наказывали смертной казнью. По головке, конечно, не гладили, но и не убивали. Так что вся история с начала до конца — выдумка и фейк. И никакой это не Сантьяго, и не Чили, а так — AU, alternative universe, альтернативная вселенная, как любят выражаться фикрайтеры в интернете, или, как говорили современники Клейста, «экзотическая страна». Романтики любили абстрактную экзотику.

Но, тем не менее, история, написанная в 1807 году, продолжает будоражить исследователей и просто читателей. Ей посвящена, например, одна из лучших книг по теории литературы, которые мне когда-либо приходилось читать. Называется она в переводе с немецкого как-то так: «Восемь моделей анализа текста на примере «Землетрясения в Чили» Клейста». Стэнфордский профессор Дэвид Уэлбери предложил проанализировать новеллу представителям нескольких научных школ. Получилось восемь прочтений, иногда исключающих друг друга. Забавная, в общем, иллюстрация того, как широки могут быть, по Умберто Эко, «границы интерпретации».

…На том, что «Землетрясение в Чили» больше не кажется абстракцией, я поймала себя лет пять тому назад, когда все выучили слова «кощунницы» и «Трулльский собор».

Потом на языке сурового проповедника из новеллы Клейста заговорили медийные батюшки. Тот утверждал, что землетрясение — результат «испорченности городских нравов; кара постигла город за мерзости, каких не видали в своих стенах Содом и Гоморра». «Не нужно бояться сказать о том, что стихийные бедствия часто происходят для нашего назидания, чтобы люди одумались, чтобы поняли, насколько неправедно они живут. Что в Италии, что в России государство безразлично относится к изменам, разврату, расточительству, псевдокультуре», — комментировал землетрясение в Италии 24 августа 2016 года о. Всеволод Чаплин.

«Запретить «Матильду», иначе вся Россия погибнет!» — это о том же.

 

«Землетрясение в Чили» вдруг оказалось про нас

Да и сама реальность «Землетрясения в Чили» перестала казаться такой уж преувеличенно-кровавой, когда в конце второго десятилетия XXI века борцы за христианскую нравственность и православную веру начали не только жечь и взрывать, но и угрожать смертью — то ли режиссеру, то ли посетителям кинотеатров.

Но дело не в сближении действительности с этой страшной сказкой.

«Землетрясение в Чили» вдруг оказалось про нас. И вот в каком смысле.

Во время крестного хода, посвященного Дню перенесения мощей святого благоверного князя Александра Невского, на Невском проспекте.Фото: Евгений Степанов/Интерпресс/ТАСС

Природная стихия у Клейста ведет себя, как высокоточный бомбардировщик, точечно поражая именно те цели, где творилось беззаконие, — дом отца Хосефы, который предал дочь; монастырь, который стал тюрьмой Хосефы, и тюрьму, в которой сидел Херонимо; суд, который вынес смертный приговор; наконец, королевский дворец — король приговор подписал. То есть, налицо крушение всех институтов: семьи, церкви, суда, верховной власти. И вот тогда-то на сцену выходит жаждущая крови толпа религиозных фанатиков, которая приводит в исполнение отсроченный катастрофой приговор. Причем институциональная власть наметила себе двух жертв. Толпа угробила четверых, а если сюда же прибавить тех семерых членов «сатанинской шайки», как называет обезумевших фанатиков Клейст, которых заколол своей шпагой доблестный офицер Фернандо, то суммарные потери с обеих сторон выглядят особенно эффектно.

Речь не о пресловутой «монополии на насилие», которую в последнее время уже и вспоминать устали. Вымышленный Сантьяго в новелле Клейста живет по абсурдным, жестоким и несправедливым законам. Толпа фанатиков воплощает эти законы в жизнь. Обезумевшие от злобы верующие подражают такому же безумному и злобному государству.

«Мимесис» — так объяснил поведение толпы в финале новеллы Рене Жирар, один из участников проекта Уэлбери, автор интеллектуального бестселлера «Святое и насилие» о том, что история человечества — это история жертвоприношений.

Вот сейчас говорят, что вроде как всех этих «православных джихадистов» одернули откуда-то сверху, и все сейчас успокоится, будет тишь да гладь, и никто больше не пойдет с хоругвями и «коктейлями Молотова» за нравственность и веру.

Двести десять лет назад нам уже объяснили, почему в это не стоит особо верить.

Спасибо, что дочитали до конца!

На «Таких делах» мы пишем о социальных проблемах, чтобы привлечь к ним внимание. Мы верим, что осознание – это первый шаг к решению проблем общества.

«Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Небольшие, но регулярные пожертвования от многих людей позволят нам продолжать работать, оплачивать командировки и гонорары авторов, развивать сайт.

Пожертвовав 100 рублей, вы поддержите «Такие дела». Это займет не больше минуты. Спасибо!

ПОДДЕРЖать

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Помогаем

Мадина Собрано 2 673 047 r Нужно 2 727 604 r
Ремонт в Сосновке
Ремонт в Сосновке
Узнать о проекте
Собрано 843 223 r Нужно 1 331 719 r
Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 068 687 r Нужно 1 898 320 r
Помощь детям, проходящим лучевую терапию Собрано 595 457 r Нужно 2 622 000 r
Консультационная служба для бездомных Собрано 239 683 r Нужно 1 300 660 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 1 414 680 r Нужно 7 970 975 r
Всего собрано
630 145 886 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: