Самые важные тексты от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Фото: Максим Новиков для ТД

Когда всё время лежишь на кровати, только и остаётся, что мечтать. Эля мечтает о Лондоне, а ее муж Рома — о том, чтобы Эля жила без боли и как можно дольше

Собрано в ноябре
549 113 r
Нужно в месяц
1 968 604 r

Талдом — это далеко и долго. Здесь уже очень много снега. Между домов-коробок — жестяные синие прутья старой футбольной площадки. За ними крики: «Подавай, на меня, быстрее!» Дверь в квартиру на втором этаже нам открывает красивый молодой парень — это Рома, муж Эли. Из-за его спины робко выглядывает маленькая головка в серой шапке. Эля очень красивая — и на фото, и в жизни: стройная фигура, стеснительная улыбка. Эля очень сильная. У Эли рак.

Начался он, как и всё сложное, очень просто. Эльвира услышала «липома», а липома — это нестрашно. Было. Вначале.

Это сейчас Эля почти не выходит из дома: судорога, которая случалась уже два раза, может начаться снова. В любой момент. А в 2012-м Эля каталась на лыжах. Шишку, которую заметила на ноге, списала на долгие тренировки. Хирург сказал: «Не критично, можно не оперировать». И «не критично» продлилось год. Потом всё-таки операция, первая, дальше — гистология. «Не критично», — повторяли Эльвире, глядя на анализы. И прошёл ещё один год.

Фотографии на стене в квартире Эли БукаевойФото: Максим Новиков для ТД

Врачи сомневались, но твердили, что опухоль доброкачественная. А доброкачественная, значит, проходит. Но у Эли не проходило, у Эли начало болеть. Эля потеряла два года. И начались метастазы, сначала в легких. Назначили 15 курсов химии. Пятнадцать курсов — это очень много, очень долго, очень далеко. Почти как Талдом.

«Шишка торчала настолько, что я второй ногой ее задевала. После нескольких курсов мне сказали, что динамика положительная, что опухоль на 20 процентов уменьшилась. А потом от своего врача я услышала: „Ногу надо отрезать, а с легким что-то делать“. Наверное, отрезать чужие ноги всегда проще».

Ногу Эле не ампутировали, несмотря на то, что в легких копилась жидкость. Дышать уже почти не могла — на машине привозили в больницу, доносили до кабинета. Один, второй, третий раз. Жидкость откачивали, химию назначать перестали. Нужно было делать что-то, только никто не понимал, что именно.

«Я скрывала ото всех, что рак. После первой химии купила парик — в нем ходила на работу, в нем доучивалась в институте. В какой-то момент стало невозможно терпеть эту боль».

В соцсетях для Эли собрали деньги: в первую ночь пришло 600 сообщений от банка. Отправили на химиотерапию в Германию. Эля прошла три курса — с неотрезанной ногой, сменив парик на шапочку, которую носят во время химии.

А потом — снова дом. И внезапная судорога, потеря сознания, МРТ. И — ещё метастазы, которые начали расти, теперь в голове. В первый раз рядом оказалась сестра — вызвала скорую. Врачи шутили: «Ну это же у вас нечасто так». Эле стало страшно, стало страшно всем. «Врачи сказали нам, что каждая судорога — это про смерть», — говорит Рома. Роме тоже страшно.

«После первого приступа меня перестали оставлять одну: вдруг что-то случится. Я теперь всегда под присмотром. От этого, конечно, устаёшь — ты себе уже не принадлежишь. „Куда собралась, что делаешь?“ А куда я могу собраться? До магазина и обратно. Тут близко. Когда близко — мне ещё разрешают».

Рома наливает нам чай, садится рядом с Элей и обнимает её. У них, молодых и красивых, уже есть история: оба жили в одном подъезде, у обоих фамилии с разницей в одну букву, а отчества одинаковые. Эля с сестрой рано потеряли маму, отчима не стало спустя несколько месяцев. Осталась бабушка. А потом появилась семья — любящая, внимательная, живущая этажом ниже. Они с Ромой учились в одной школе, у одних учителей, с разницей в три года. Очень любили уроки английского, где им рассказывали про далекий дождливый Лондон с красными двухэтажными автобусами, курсирующими по Оксфорд-стрит, суровым неприступным Тауэром, восковым музеем мадам Тюссо.

Эля Букаева с мужем Романом у себя домаФото: Максим Новиков для ТД

«Я не понимала всей серьезности болезни. Думала, что вылечусь быстро и мы всё успеем. Но из-за химий пришлось отложить даже свадьбу. Меня тогда впервые спросили: „О чем ты мечтаешь?“.  Я мечтала о Лондоне. Я очень хотела там побывать, пока у меня есть хоть немного времени. Но когда ты всё время лежишь на кровати, только и остаётся, что мечтать».

Несмотря на такое количество курсов химиотерапии, болезнь прогрессирует. Понимая, что сильные боли не отступают (или отступают на время курсов химиотерапии), и денег на покупку обезболивающих лекарств всегда не хватает, а порой и воздуха не хватает, чтобы дышать — Эля обратилась в Детский хоспис «Дом с маяком». Девушку внимательно выслушали и через пару дней в далекий Талдом к ней приехали сотрудники хосписа — врач, координатор, психолог. Привезли лекарства и медицинское оборудование: кислородный концентратор, аспиратор и расходные материалы к ним. Так она стала подопечной «Дома с маяком», который оказывает паллиативную помощь неизлечимо больным детям и взрослым до 25 лет. Чтобы ни у кого не было боли, чтобы можно было не доживать, а жить. Жить и мечтать.

Лондон — это то, что у Эли ещё может сбыться. Правда, очень хочется верить, что есть шанс успеть. Под опекой Детского хосписа находятся больные дети с самыми разными диагнозами. Всего у хосписа 500 пациентов, и у большинства из них очень простые желания — самостоятельные прогулки, отсутствие боли или вот путешествие, как у Эли. А сотрудники «Дома с маяком» мечтают, чтобы на всех хватало лекарств и обезболивающих, кислородных концентраторов и противопролежневых матрасов. Даже если вы подпишитесь на самое минимальное ежемесячное пожертвование — вы сможете приблизить чью-то мечту.

Сделать пожертвование

Помочь

Оформить пожертвование в пользу проекта «Последняя помощь» (детский хоспис)

Выберите тип и сумму пожертвования
Поддержите, пожалуйста, наш фонд

Мы существуем только на ваши пожертвования. Вы можете добавить процент от пожертвования на развитие фонда «Нужна помощь»

Вы можете им помочь

Материалы партнёров

Всего собрано
2 434 736 552
Все отчеты
Текст
0 из 0

Эля Букаева со своим мужет Романом у себя дома,г Талдом,Московская обл

Фото: Максим Новиков для ТД
0 из 0

Фотографии на стене в квартире Эли Букаевой

Фото: Максим Новиков для ТД
0 из 0

Пожалуйста, поддержите проект «Последняя помощь» , оформите ежемесячное пожертвование. Сто, двести, пятьсот рублей — любая помощь важна, так как из небольших сумм складываются большие результаты.

0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: