Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Нам такие задали задачи — атомную разобрать на дачи»

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В Камских Полянах начали строить гигантскую АЭС, но потом передумали. Взамен построили тринадцать казино, но без инфраструктуры. Сегодня город-призрак умирает в нищете

«Эдику было восемь, когда отец перевез их в маленький поселок, который наспех возвели для рабочих и их семей. Атомная электростанция должна была обеспечивать энергией весь регион. Это было в 1983-м, за три года до взрыва четвертого энергоблока на Чернобыльской АЭС. Мир еще не начал убийственно-спасательную миссию по прекращению всех строек в СССР. Поэтому инженеры, строители, механики, химики со всей страны радостно съезжались к месту, в котором спустя двадцать лет умрут в нищете».

Это начало рассказа, который я написала в школе. Имена, фамилии и названия выдуманы, любое сходство с реальностью случайно, хотела бы сказать я. Но не скажу.

«Город был способен вместить в себя сорок тысяч жителей. Он мог дать им всем работу, а их детям — образование. Для этого были построены две школы, татарская гимназия, спорткомплекс, больница, молодежный и культурные центры. В Камских Полянах никогда не проживало одновременно больше семнадцати тысяч жителей. У 26 процентов никогда не было работы».

Вид на Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Реальная история о городе-призраке оказалась куда более интересной, чем я думала в школе. Например, тем, что для его возведения уничтожили село, появившееся еще при Иване Грозном, а в попытке спасти поселок от безработицы в 2006 году построили тринадцать казино, но не успели благоустроить инфраструктуру для туристов, так что играли, закладывали квартиры, машины, дачи — местные. И убивали друг друга из-за долгов тоже местные.

От беглых казаков до комсомольцев

Люда с мужем и детьми приехала в Камские Поляны в 1982 году. Обещали сразу работу по специальности — учителем, но не вышло. Тогда она пошла воспитателем в рабочее общежитие — в вагончики. Решила, что раз работа и жилье у рабочих есть, ей остается только организовывать им досуг. Но красный уголок представлял собой пустой сдвоенный вагон. Так что Люда поехала в управление в соседнем городе, нашла начальника и запросила по списку: телевизор, настольный теннис, книжки, газеты. Ей все нашли. Самым большим спросом в уголке пользовались книги. Даже шоферы после рабочего дня по тотальному бездорожью ковыляли к ней со словами: «Есть что почитать сегодня?»

Люда приехала в Камские Поляны не только из-за всесоюзной стройки. Она вернулась домой. Ее семья жила на этой земле как минимум с XIX века. А вообще, люди приходили сюда в поисках лучшей жизни еще во времена Ивана Грозного.

Например, сюда, к берегу реки Камы, самого длинного и крупного притока Волги, после взятия Казани срочно переселили казаков с Дона. Они должны были не пускать в эту местность татар, которым отныне не позволялось жить возле крупных судоходных рек. Сами казаки поселились в Городе (сейчас деревня Старошешминск), а в 12 километрах от них обосновались беглые — от помещиков, службы, тюрьмы и прочих радостей жизни.

Камские Поляны, строительство сквера возле воскресной школы
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Беглые нашли себе озеро меж двух полян и назвали поселение Полянки. Они были людьми отчаянными: не побоялись поселиться в таком опасном по тем временам месте — рядом огромная река, леса, медведи и совершенно неплодородная почва. Правда, за отчаяние получили награду — никогда не были крепостными у барина.

Поселение быстро превратилось в село. Основным способом заработка для жителей стали уральские заводы, для которых на местной горе Текре добывали медь. Полянцы работали хорошо: у многих было звание «зеленый кафтанщик». Эта учрежденная государем награда давала множество привилегий. Например, если кафтанщик напивался и падал посреди улицы, даже городовой не имел права его трогать, до тех пор пока он сам не проснется и не протрезвеет.

Те, кто не работал на заводе, платили два вида налога. Землепашный — зерном. И ясачный: охотник — пушниной, рыбак — рыбой. Камскую стерлядь отправляли в Москву и Петербург — к царскому столу. В XVIII веке село насчитывало уже шестьсот дворов, в каждом по несколько домов на четыре — шесть  человек и собственный сортовой сад.

У прадеда Люды, Алексея Кароннова, тоже был свой сад с вишней и яблоками, в котором вечера проводила бабушка Люды Настя. В 1917 году Настя сидела в погребе вместе с другими женщинами и детьми, пока на одной горе красные стреляли из пушек на другую гору — в белых. В 1922 году муж Насти, Петр Андреев, попадает в одну из вновь образованных коммун — деревню Культуровку рядом с селом. На самой территории Полянок организуют три или четыре колхоза.

Вид на Каму
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Люда родилась в 1950 году. К этому времени здесь уже пару лет работал участок лесхоза Прикамский, в котором не только валили лес, но и делали клепку для корпусов боевых катеров. Клепку баржами отправляли на завод в Зеленодольск.

У маленькой Люды было много перспектив в селе, оно росло и развивалось с каждым днем. Но в 1956 году от Куйбышева (Самара) до города Заинска провели железную дорогу. Для производства это было удобнее, чем зависеть от навигации, так что из Полянок в Заинск увезли и завод, и оборудование, и рабочих. Первый раз многие уехали именно тогда.

Семья Люды осталась. «Мама у нас съездила, посмотрела и сказала: “В барак жить не пойду”. А мы тогда только дом себе купили, так что в барак не поехали», — рассказывает Людмила Григорьевна, сейчас она на пенсии, но продолжает работать репетитором по русскому и литературе.

Погибнуть селу не дал вновь образованный совхоз из шестнадцати деревень. Полянцы были рады получать зарплату деньгами, а не мешками с сахаром и любили директора совхоза. А в 1959 году был создан генеральный план строительства Нижнекамска в 45 километрах от села.

Людмила ПоспеловаФото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Это был экспериментальный проект: планировали построить крупнейший в Европе нефтехимический комплекс, который должен был перерабатывать нефть, добывавшуюся на юго-востоке ТАССР, производить новые виды пластических масс и другое углеводородное сырье для дальнейшей химической переработки. Оставшаяся молодежь из села рванула в Нижнекамск.

Читайте также Реж без мягкого знака   В городе Реже Свердловской области около тысячи человек остались без работы после закрытия завода «Режникель»  

Коренные полянцы продолжали верить, что совхоз поможет им выжить. Ведь должен же кто-то новый город кормить! Но оказалось, не так уж и нужен совхоз. А в 1970-е объявили о начале строительства гигантского Камского автомобильного завода (КамАЗ) в небольшом городке в 80 километрах от Полянок. И село обезлюдело еще больше.

Тогда уехала и Люда Андреева. Поступила в педагогический университет в Елабуге. Там и осталась, вышла замуж, стала Людой Поспеловой, устроилась на работу в вечернюю школу и принялась строить новую жизнь.

«Все на всесоюзную стройку!»

В Полянках издревле добывали медь и искали нефть, так что разведывательные экспедиции не были редкостью. Люда помнит всех этих рабочих на огородах: как они вручную бурили землю — и из скважин высоко в небо выстреливала вода.

Здание бывшего казино
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Так что никто в полумертвом селе не удивился, когда с 1980 года сюда снова поехали международные эксперты. Но в этот раз специалисты из Риги и Самары искали не медь, они изучали грунт.

И 11 мая 1982 года объявили, что на территории села будут строить атомную электростанцию. Первые строители прибыли уже в феврале и построили маленький поселок из вагончиков. В это же время домой из Елабуги вернулась Люда.

По ее словам, первых рабочих на стройку отбирали тщательно: не брали судимых и запретили прописываться в частных домах, чтобы контролировать поток приезжих. Даже прекратили продажу алкоголя: «Ни здесь не продавали, ни в округе. Пьяными могли быть только пришлые геологи», — рассказывает Людмила.

27 декабря 1982 года село Камские Поляны становится рабочим поселком. Объявляются выборы поселкового совета. Директор школы предложил Люде выдвинуться в секретари: «Договоренность была такая: я шла от строителей, а председателя давал район».

Камские Поляны, здание бывшего казино
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

У рабочего поселка был план застройки, так что частные дома полянцев начинают сносить и село заканчивает свою жизнь. К началу стройки оставалось двести пятьдесят восемь дворов из шестисот, и в каждом все еще был сортовой сад.

Из-за огромного притока рабочих перестало хватать еды, заканчивался даже хлеб, а сады уничтожали, как Людмила ни пыталась их сохранить. Пришлось срочно открывать магазины в первых этажах жилых домов и строить столовую. Каждый день на работу принимали по двадцать — тридцать человек.

6 февраля 1983 года состоялись выборы, поселок стал самостоятельным. Людмила Григорьевна Поспелова стала секретарем поселкового совета: «Работа была интересная, работы было очень много. По традиции сельский секретарь ведет протоколы сессий, исполкомов, готовит эти сессии. Дополнительно мне вручили загс, нотариальные дела, талоны, ЖКХ, а когда начали давать квартиры — я еще и выдавала ордера. Так что своей секретарской работой я занималась по выходным», — рассказывает Людмила.

Камские Поляны, здание бывшего казино
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В том же году в поселок приехал и дедушка автора этих заметок Виктор. Он устроился монтажником на атомную, оценил перспективы и через год перевез всю семью: жену Веру, сыновей Эдика и Сережу. И если еще в 1982 году все школьники поселка помещались в подъезде жилого дома, то в 1986 была целиком заполнена первая построенная в поселке школа. Пришлось строить вторую. В нее пойдет учиться моя мама, ее семья тоже приехала сюда за перспективами.

Строили тогда вообще очень быстро, так что в 1986-м уже готовили подъем воды на Куйбышевской ГЭС, чтобы из Волгодонска на баржах привезти топливо для реактора. Но 26 апреля взрывается четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС.

Две тысячи километров влево

А за две тысячи километров влево 26 апреля Таня с мужем Леней вытряхивали коврики во дворе своего дома в Чернобыле. Мимо прошел сосед: «Что, радиацию вытряхиваете?» — пошутил он. На улице стояла ужасная жара, и все чувствовали во рту кисленький привкус. Это и правда была радиация, о которой жителям никто не говорил.

АЭС
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Тем же днем горожане полтора часа наблюдали непрерывную колонну пустых автобусов на Припять. Через пару часов автобусы возвращались, забитые людьми.

Ночью трехмесячной дочке Тани не спалось, и она, укачивая ее, смотрела в окно, которое выходило на трассу Припять — Киев. Теперь туда ехала колонна военной техники.

Читайте также «Доктор, у меня почка выросла, что ли?»   Ликвидатор аварии в Чернобыле о том, как шахтеров из России везли в радиоактивную зону и как они выживают последние 30 лет  

В воскресенье, 27 апреля, когда Леня гулял с дочкой, к ним домой пришел главный инженер, позвал Леню на работу. Вернулся Леня в девять вечера со словами: «Если ветер подует на Чернобыль, то нас, наверное, будут эвакуировать. Вари смесь, могут эвакуировать ночью». Но их не эвакуировали.

28 апреля Леня с тещей, мамой Тани, ушли на работу, дети, как обычно, пошли в школу. Но Танину маму на работе встретили словами: «Ты чего тут делаешь? Вывози детей своих», а детей с уроков отправили по домам. И вот тогда люди начали волноваться.

Таня с семьей сложили вещи и пошли на автовокзал. Там уже собрался чуть ли не весь город, но автобусы не ходили, причал не работал. В Киев никого не пускали. Сказали, что они завозят радиацию.

Набережная Камы
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В 14:00 того же дня в Чернобыле провели совещание, и людям разрешили выехать, но только старикам и семьям с маленькими детьми. Таню с мужем и дочерью посадили в автобус. Всю дорогу до Киева им не разрешали выходить, на одном КПП закрыли окна и облили автобус пенообразной жидкостью, потом водой и только после этого выпустили.

Семья приехала в Киев с дорожной сумкой и маленьким ребенком. Все имущество осталось в доме, в который они больше никогда не вернутся. В Киеве им было нечего делать, так что выселенцы поехали в Днепропетровскую область, к родственникам Лени.

Только 29 апреля в 21:00 в новостях объявили, что в Чернобыле на атомной произошел взрыв, но об эвакуации целого города и всех близлежащих сел не сказали ни слова.

В это время мама Тани, пенсионерка и ветеран Великой Отечественной войны, все еще оставалась в Чернобыле — на ликвидации в селе Лелев: загружала песок в мешки, а затем в вертолет. Он летел над атомной и скидывал мешки, чтобы потушить пожар. Летчики рассказывали, что песок растворялся, не долетая. 3 мая к ним на карьер приехал секретарь горкома партии Чернобыля, извинился и сказал, что пожилых, пенсионеров и женщин завтра на работу не приглашает: «Можете уезжать».

АЭС
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Официально Чернобыль эвакуировали 5 мая со словами: «Уезжайте, добирайтесь как хотите». Автобусы уже не ходили.

В Днепропетровской области Леня с семьей пошли в обком партии узнавать, что делать дальше, но их не пустили. Сказали, нужно пройти дезактивацию, и увезли в Днепропетровскую областную клинику. С Лени сняли обувь и куртку. С мамы Тани сняли все и добавили: «Косу надо отрезать». У Тани сохранилась мамина справка. Первый осмотр: область головы — 180, щитовидная железа — 400, печень — 300. Второй осмотр: грудь — 22, щитовидка — 35. Что это значит, они не знают до сих пор.

Таня и Леня не могли долго жить у родственников мужа, и ее старший брат позвал их в Нижнекамск, откуда Таня родом. Они согласились. В горисполкоме Нижнекамска их встретили со словами: «А зачем вы сюда приехали? Не все ли равно, где вам умирать? Могли и на Украине умереть». Месяц пожили у брата: без прописки, без талонов на еду, без работы, без зарплаты.

Виктор Догадин на фоне заброшенной АЭСФото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Помогать с жильем им никто не торопился, только благодаря начальнице паспортного стола, которая за полдня сделала им прописку, дело сдвинулось. Им предложили однокомнатную квартиру в Нижнекамске или ехать в Камские Поляны.

В 9:00 утра Леня и Таня уже были в поселке, а в 11:00 им дали квартиру. Соседи помогли собрать остальное: кровати, подушки, одеяла, кастрюли, ложки…

Зеленое знамя ислама

Камполянцы приняли двадцать семей из Чернобыля. И десятки местных уехали на ликвидацию. Их дети зовутся детьми первого и второго поколения чернобыльцев. Им до восемнадцати лет положена компенсация. Мои одноклассники — это как раз дети второго поколения. У моей школьной подруги постоянно болела голова: внутричерепное давление. Ее мама была поваром на ликвидации.

Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В 1986 году все, кроме ликвидаторов, испытывали одно чувство — страх. В Татарстане митинги за прекращение строительства АЭС возглавили экологи, заявившие, что ситуация с Чернобылем может повториться, а камполянская атомная расположена на разломе, так что по плите в любой момент пойдет трещина. Это не было правдой, поэтому отрезвило камполянцев. Дирекция АЭС ездила по городам и селам и рассказывала, что это совершенно другой реактор, с другим типом охлаждения, а плиту проверяли постоянно. «У нас перед началом строительства измеряли каждый уголок, каждый миллиметр. Геодезисты все выравнивали. Монолитную плиту под реактор проверяли каждый час, ее даже взрывали для проверки», — рассказывает Людмила Поспелова.

Но было поздно. К протестам присоединились другие «зеленые», во главе с писательницей Фаузией Байрамовой — требовали отделения Татарстана от России, запрета на смешанные браки и убийства детей от смешанных браков. Этого люди испугались куда больше, чем атомной энергии.

Камские Поляны, 40 лет назад здесь была танцевальная площадка
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Слова исламистов напугали и тех, кто был против закрытия атомной, включая Людмилу: «Люди пошли за Байрамовой, потому что были напуганы. Тут же и химкомбинат (в Нижнекамске), крупнейший в Европе, если еще и его тряханет! Но когда объявили о закрытии атомной, люди от Байрамовой отошли — и она уехала. А то чего только не требовала, хотя у самой первые дети ведь от русского мужа. Зверство. Страшно было. Хотелось глаза закрыть, ничего не видеть и не слышать. Даже я, а я человек не робкого десятка, испугалась, что у нас здесь будет Чечня».

Сначала остановилось активное строительство, работать стало негде. (Мой собственный дедушка тогда забрал семью и увез в Монголию — попытать счастья.) В это время камполянцы все еще верили, что строительство будет возобновлено. «Мы видели, что «Татэнерго» озабочено только аварией и ликвидацией. На нас внимания уже не обращали, и реактор нам не стали доставлять. Но мы надеялись: переждем, пока уляжется, и продолжим. А тут — хлоп! — Горбачева сместили подальше, а Ельцину все равно: “Берите суверенитета сколько хотите”. И Шаймиев поступил мудро. В тот момент это было мудро — он уступил. Как говорится, кинь собаке кость. И мы оказались этой костью», — рассказывает Людмила.

Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В апреле 1990 года по решению Верховного Совета Татарской АССР строительство атомной электростанции в Камских Полянах было прекращено. До сих пор официальной версией закрытия являются протесты экологов.

«Разобрали краны-великаны»

Я родилась через пять лет после прекращения строительства. «Нам такие задали задачи — атомную разобрать на дачи», — это строчка из негласного гимна Камских Полян, написанного местными рокерами. Еще там есть слова: «Разобрали краны-великаны». И это тоже правда. Краны К-10 000, их использовали при возведении атомных, но в мире их всего пятнадцать штук. Два — в Камских Полянах. В стройке задействовали только один, его потом увезли на Калининскую АЭС, но мы успели им попользоваться — лазили на него посмотреть на атомную сверху, а второй так и заржавел на причале — его даже не довезли до места стройки.

Атомная в моем детстве не была запретной, заброшенной или опасной стройкой — это был парк отдыха. Кама — река грязная и холодная, так что все ездили купаться в вырытые и заполненные резервуары с водой для атомной. На самом реакторе мы всей семьей устраивали пикники. Последний раз на самый верх залезали, когда мне было девять лет. Уже тогда лестница держалась на двух гвоздях, и папа с дядей просто закидывали меня наверх. В следующий приезд лестницы не было.

Татьяна Орел в школеФото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Разваливалась не только атомная. Мне было лет шесть, когда мы с мамой шли на другой конец поселка кормить кота папиного начальника. Тогда у каждого дома была хотя бы одна песочница. И в тот день в одной из них лежала девочка.

Я обогнала маму, упала перед девочкой на колени и заглянула ей в глаза. Это была Света из моей группы в садике, у нее дома был гигантский розовый мамонтенок. Она выиграла его в музыкальном конкурсе — довела всех до слез, когда пела «Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети». На той песочнице рядом с ней лежала железная радуга. Те, кто ее привез, просто воткнули ее в песок, никак не закрепив и не обозначив, что играть на ней еще нельзя. Света упала и умерла. И я не помню, чтобы кого-то наказали.

Дети разбивались, катаясь на санках в оврагах, падали в открытые люки, задыхались в сугробах, потому что трактор их не заметил и засыпал снегом, а еще дети пили. И их сложно винить. Придумать, чем себя занять в Камских Полянах конца девяностых — начала нулевых, было непросто.

Мои родители развелись, когда мне было девять. Папа Эдик о Камских Полянах отзывается тепло, но добавляет слово «вакуум». Или это я его добавляю. В общем, мы с ним сходимся во мнении о поселке. После развода он уехал в Нижнекамск. Ему там хорошо. В Камских Полянах ему было плохо.

Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Его младший брат тоже уехал при первой же возможности. Родственники мамы сделали это еще до официального прекращения стройки. Потому что по плану жилые дома, школы, больницу и другие здания собирались достраивать и развивать уже после того, как запустят первый реактор. А без этого поселок встал. И если во время работ он финансировался напрямую из Москвы, то потом стал заботой Казани. И она ее проявила — камполянцам пообещали придержать места работы на некоторых предприятиях в Альметьевске, Нижнекамске и Казани. Но в самом поселке перестали давать квартиры — и здания закрывались одно за другим.

Мой дедушка работал в Альметьевске, Казани, строил в Ираке ТЭЦ. Сейчас он таксист в Камских Полянах. Бабушка, кажется, это место никогда не любила и единственная, кто историю о своем приезде начинает так: «Сказать слово “грязь” — это ничего не сказать». Но она обожала свою работу на почте, говорит, что знала имена и истории всего одиннадцатитысячного населения. Но после Монголии на почту вернуться не смогла, прошла бухгалтерские курсы и работала в школе. Вышла на пенсию, сейчас работает в церкви за символическую плату.

Набережная Камы
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

Мама приезжать сюда тоже не хотела. Но ее, школьницу, никто не спрашивал. А потом одна, со мной маленькой на руках, она не смогла уехать. Наша двухкомнатная квартира в поселке — это в лучшем случае пятая часть «однушки» в Казани. Пока я училась в школе, мама сменила девять работ. Она сделала больше, чем было возможно: я узнала о том, что нулевые были самыми голодными годами в жизни поселка, лишь пару месяцев назад.

Деньги — в трубу

Одно время я могла сказать, что моя мама работает на Манхэттене. Это было в 2006 году. К тому времени все уже привыкли раз в год слышать обещания, что атомная будет достроена, но в этот раз новости были другие: в Камских Полянах появится игорная зона! К 2007 году в поселке работало уже девять казино, планировали открыть еще четыре. Почти все они заняли старые заброшенные помещения, но некоторые отличились: «Черная жемчужина», например, представляла собой огромный фанерный парусник.

По официальным данным, «Татарский Лас-Вегас» обеспечил работой 400 человек. На деле же люди просто увольнялись со старых мест ради большей зарплаты в казино. А потом возвращаться им было некуда, их места уже были заняты. Безработица осталась на том же уровне, разве что населения поубавилось.

Дело в том, что игорную зону плохо рекламировали, не отремонтировали дороги, не построили ни одного отеля и вообще никакой дополнительной инфраструктуры, так что туристы не приезжали. Вместо этого остатки имущества проигрывали местные — и начались убийства. Через неделю после того, как моя мама уволилась, в их казино убили старушку-гардеробщицу. Проигравший большую сумму мужчина караулил у гаражей сотрудников казино, думал, они носят деньги с собой.

Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В 2009 году вступил в силу закон «О госрегулировании деятельности по организации и проведению азартных игр», игровые клубы разрешалось создавать только на четырех территориях России. Камские Поляны туда не вошли. Так что к архитектуре города прибавились заброшенные казино. Парусник разодрали голыми руками через несколько дней после закрытия, у моих друзей домашними гирляндами и украшением велосипедов были лампочки с фасадов казино.

В 2008 году Казань выступила с очередным амбициозным проектом — сделать на территории Камских Полян туристско-оздоровительный комплекс. Общая площадь — 103 015 гектаров. Несколько зон: отдых выходного дня (деловой, круизный, событийный, экстремальный, детский и семейный); этнический и культурно-познавательный туризм; лечебно-оздоровительный отдых, охота и экотуризм; экстремальные круглогодичные виды туризма. На территории АЭС есть два недостроенных грузовых причала и двухкилометровый канал, соединяющий малые водоемы с Камой. Канал рассчитан на суда грузоподъемностью до 4,5 тысячи тонн. К этому должны были добавить еще причалы, вертолетные площадки и реконструировать дороги. Не вышло.

Еще СМИ писали, что «в 2009 году Камские Поляны вошли в список моногородов России, получили 1,7 миллиарда рублей на строительство индустриального парка». Индустриальный парк — это завод по производству стретч-пленки. Считается, что он обеспечивает работой четверть поселка. Но на официальном сайте завода написано, что рабочих — 450 человек. Прописано в поселке 15 тысяч.

Камские Поляны
Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД

В 2011 году Камским Полянам выделили 250 миллионов рублей на создание рыбоводно-рекреационного кластера. С 2017 года ведется уголовное дело о хищении этих средств и еще 45 миллионов рублей премий, выданных за работу на несуществующем заводе.

В 2013 году правительство РФ представило список атомных станций, строительство или расширение которых планируется закончить к 2030 году. ТатАЭС была шестой в списке.

Витя Догадин все еще живет в Камских Полянах, потому что ему здесь нравится.

Вера Догадина — потому что не знает, как уехать.

Таня Орел — потому что любит свою работу в школе и учеников.

Люда Поспелова — потому что это ее дом.

Сейчас она борется за то, чтобы администрация начала наконец ухаживать за старым кладбищем, и готовит школьников к ЕГЭ по русскому и литературе, как готовила меня. Она сдала депутатский мандат в 1986 году, хотя срок ее еще не вышел. С тех пор работала по специальности, учителем. Она закончила наш разговор информацией о том, что атомную обещали достроить к 2030 году — и в этот раз будто бы по-настоящему.

Кажется, она еще не знает, что в прошлом году вышел обновленный список этих атомных, Татарской в нем больше нет.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Помогаем

Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 411 182 r Нужно 1 898 320 r
Консультационная служба для бездомных Собрано 754 028 r Нужно 1 300 660 r
Помощь детям, проходящим лучевую терапию Собрано 1 214 585 r Нужно 2 622 000 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 2 466 749 r Нужно 7 970 975 r
Хоспис для молодых взрослых Собрано 1 353 280 r Нужно 10 004 686 r
Всего собрано
798 320 686 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Здание бывшего казино

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Вид на Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны, строительство сквера возле воскресной школы

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Вид на Каму

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Людмила Поспелова

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Здание бывшего казино

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны, здание бывшего казино

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны, здание бывшего казино

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

АЭС

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Набережная Камы

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

АЭС

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Виктор Догадин на фоне заброшенной АЭС

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны, 40 лет назад здесь была танцевальная площадка

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Татьяна Орел в школе

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Набережная Камы

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Камские Поляны

Фото: Евгения Жуланова/SCHSCHI для ТД
0 из 0

Фото:
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: