Мы такие чистые

В который уже раз общество само поставило себе диагноз — к врачу можно не ходить. Да, мы такие — злобные, раздражительные, беспощадные к окружающим, эгоистичные, не помнящие о милосердии и сострадании… Других слов я не хочу произносить, но можете поставить те, которые покажутся уместными.

Если мы такие, то социальные наши болезни этим и определяются. Никто из нас не знает, какие обстоятельства привели вот этого «бомжа», мужчину или женщину «без определенного места жительства», к бездомной жизни, к попрошайничеству, к отчаянному несчастью, из которого нет выхода. Может, человек вышел из тюрьмы, а семья отказалась его принять, может, человек не смог расплатиться с долгами, и у него отобрали квартиру, или человек просто психически болен, но лечить его некому и позаботиться о нем некому.

Двадцать лет тому назад мой старший сын работал сторожем в православной церкви. И жил там же в комнате под одной крышей с храмом. В далеком городе Нью-Йорке. Я приезжала к нему раз в год, накопив деньги на билет, и жила с ним в этой комнате две недели. Кухня находилась на первом этаже, и я каждое утро спускалась вниз сварить кофе. И каждое утро я заставала там большую толпу бездомных, которые приходили в это нижнее помещение поесть: городские службы привозили туда еду для раздачи голодным…

Каждый день, кроме воскресений и праздников, когда шла литургия.

Встреча «Ночлежки» и «Второго дыхания» с жителями Савеловского районаФото: Дмитрий Сидоров

Я разговаривала с этими людьми — и с социальными работниками, привозившими «горячее питание», как у нас это называется, и с бездомными. И это было для меня большое открытие. Оказалось, что быть «бомжом» для многих — личный выбор, а не несчастье. Но также оказалось, что существует некая социальная служба, которая занята тем, что помогает людям выбраться из этого положения: дает место в общежитии, предлагает работу — по уборке улиц, между прочим, и если эти «избранники» хорошо себя ведут, то им дают и социальные квартиры. То есть, капитализм оказывается более щедр и мягок по отношению к «сирым и убогим», чем наше общество: у нас нет никакого механизма по адаптации людей после тюремного заключения, я не знаю ни одного случая, чтобы государство предоставило человеку без документов жилье — а таких немало среди бездомных, и рассчитывать они могут только на благотворительную помощь. Я знаю несколько церквей в Москве, где существуют столовые для бездомных и просто голодных. Спасибо. Но жилья они предоставить не могут!

И вот эта история с прачечной. Какой позор, какой нравственный провал продемонстрировали наши с вами соотечественники!

Встреча «Ночлежки» и «Второго дыхания» с жителями Савеловского районаФото: Дмитрий Сидоров

Не будет, по их мнению, никакой прачечной, деликатно названной «прачечной для малоимущих».

Не будет, потому что жители окрестных домов не желают видеть грязных и оборванных, голодных и пьяных.

Не будет, потому что наше общество одновременно богатеет в небольшой своей части и беднеет в гораздо большей.

И богатые, а в данном случае даже не богатые, а люди среднего достатка, не

хотят, чтобы им портили пейзаж грязные оборванцы. Социальное бедствие лишь отчасти может быть смягчено усилиями волонтеров и добровольных жертвователей.

Я от души желаю всяческого процветания тем людям, которые так горячо восстали против этой прачечной. Я желаю, чтобы никто из них не оказался ни больным, ни бедным. Но еще больше я желаю им, чтобы в их душах проснулось сочувствие к тем, кто выброшен на обочину жизни. Совести, милосердия и сострадания я желаю им.

Напомню, что существует с давних пор на Руси поговорка — «От сумы и тюрьмы не зарекайся».

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел». Подписывайтесь!