Фото: Кристина Сырчикова для ТД

Игорь с семи лет живет на Волге, в Самаре. Но это не дом. Его дом — Сибирь. Тайга, которую видно из окна. И маленькая квартира, где они жили втроем: он, мама и бабушка

Собрано
790 496 r
Нужно
1 414 366 r

Игорю было шесть, когда его бабушка переехала в Самару. Писала письма, как скучает, как хороша Волга. Мама с отчимом (отца Игорь никогда не видел) взяли долгие отпуска и поехали к бабушке погостить и присмотреться. Сняли квартиру. Отчим почти сразу нашел другую женщину и перестал приходить домой. Потом заявил маме, что уходит.

Вернуться в Сибирь они не смогли — мама запила. Бабушка забрала Игоря к себе, пока мама не придет в себя. Он помнит тот день, когда они с бабушкой поехали к ним на съемную квартиру, посмотреть, как там мама. Они не виделись уже неделю. Дома ее не оказалось ни в тот день, ни во многие другие. Мама пропала без вести.

«Так и получилось, — говорит Игорь, — что я в семь лет приехал посмотреть Самару, и сейчас мне 19, а я до сих пор смотрю».

«За что ты меня отдала?»

Бабушка заботилась об Игоре три года, а потом серьезно заболела. Опека отправила его в приют, а оттуда в детский дом. Переход из бабушкиного дома в детский он характеризует как «переход из рая в ад».

В десять лет, в домашней еще одежде, Игорь сидит на диванчике в группе и пытается понять, о чем говорят другие воспитанники. «Слышь, че сидишь, иди — намути лавэхи!» — обращается к нему высокий вихрастый парень. Игорь не понимает, что значит «намути лавэхи», и молчит. «Че, тупорылый, что ли? Задрот, что ли?!»

Игорь очень хочет обратно к бабушке. И через несколько дней убегает из детского дома. Три пролета по лестнице, знакомая дверь со сломанной ручкой. Бабушка открывает — такая взлохмаченная, заспанная, родная. Игорь обхватывает бабушку руками и глухо воет ей в живот: «Забери меня домой, ба, за что ты меня отдала, в чем я виноват?» Бабушка целует его голову, уши, щеки. Плачет навзрыд. Уводит на кухню, наливает чаю. И, пока всхлипывающий Игорь давится бубликами, она из коридора звонит в опеку.

Игорь
Фото: Кристина Сырчикова для ТД
Игорь, как и другие воспитанники Домика, помогает по хозяйству
Фото: Кристина Сырчикова для ТД

За долгое детдомовское детство Игорь убегал к бабушке раз восемь. Ему казалось, что, вот, сейчас она его простит и оставит. Но все повторялось. А потом он вырос и все понял. И стал другим.

«Это было забытье»

Однажды, когда двенадцатилетнего Игоря в очередной раз вернули от бабушки, старшие пацаны его сильно избили. Спать Игорь лег с кровоподтеками и разламывающейся от боли головой. Утром его подняли и насильно отвели в туалет. Там на полу сидели обдолбанные пацаны. Протянули Игорю косяк. Он отказался. Ему дали по голове. Отказался еще раз — сильно ударили в грудь. Игорь заплакал, его поставили на колени…

Курить спайс ему не понравилось

Тошнило, перед глазами все плыло. А через несколько дней он попробовал покурить еще раз, из любопытства: почему всем нравится, а мне нет? В этот раз было по-другому. Мир резко изменился, реальность, которую Игорь так ненавидел, пропала. «Это был не кайф, это было забытье. А забыться тогда очень хотелось. Я позже узнал, что на наркоту подсаживали всех „новеньких“, чтобы потом они воровали деньги и доставали ее».

Но воровал Игорь сначала не деньги, а одежду. «Я приходил в школу, там все были красиво одеты. А нам в детдоме выдавали обноски, и те не по размеру. Я тоже хотел выглядеть, как человек, не хотел быть отщепенцем, не хотел, чтобы надо мной смеялись. Хотел нравиться девочкам. И начал воровать шмотки. В торговых центрах мы размагничивали пломбы, надевали вещи на себя и уходили».

С самого начала и все время, даже когда Игорь вырос и стал жестче, ему не хватало любви и ласки. «Нас хорошо кормили, но мало заботились, — говорит он и опускает глаза. — Это, наверное, так банально…Чтобы не скатываться, оставаться человеком, нужен кто-то старший, кому ты доверяешь, кому не все равно. А там одна воспитка на 30 человек!»

Игорь вспоминает воспитательницу, к которой относился, как к матери. С ней можно было поговорить о личном, а еще она наказывала за проступки. «Била палкой по рукам за воровство, — вспоминает он. — Я ее за это любил, мне нравилось, когда она меня бьет. Потому что ей было не все равно».

«Другие на нас просто не обращали внимания»

На наркоту Игорь подсел очень быстро. Сам не заметил, как коснулся дна. Воровали деньги на улицах, вытаскивали монеты из тележек в «Ашане», отбирали у своих — тех, кто слабее. Однажды утром Игорь проснулся — рядом лежали, не шевелясь, два его приятеля. Курили вместе, парни передознулись. Игорь трясся, нащупывая у них пульс. И когда понял, что друзья мертвы, чуть не умер от ужаса сам. Но это была чужая смерть — наркотики Игорь не бросил.

На пороге смерти

В конце концов Игорь оказался в спецшколе. Ему было 16 лет — и это время за колючей проволокой он вспоминает, как едва ли не самое лучшее в жизни.

«Там был трехметровый забор, столбы, намазанные вазелином, и колючая проволока. Мы по расписанию ходили гулять во двор, никуда больше не пускали. Наркота была недоступна, я начал заниматься тяжелой атлетикой, поправился. Из мозгов выходила вся эта грязь…»

Игорь
Фото: Кристина Сырчикова для ТД
Яблоня во дворе Домика детства
Фото: Кристина Сырчикова для ТД
Игорь сделал татуировку в 13 лет — две перекрещенные пули. Тогда для него это был символ сильной веры. Тело увеличивалось, и татуировка растянулась со временем, сейчас он хочет ее свести
Фото: Кристина Сырчикова для ТД

После спецшколы Игорь ушел из детдома и поступил в техникум. В общаге оказался в одной комнате с другими выпускниками — теми самыми, которые когда-то в туалете заставили его курить спайс. Сначала держался и уходил из комнаты, когда они курили и бухали. Потом расстался с девушкой, сорвался. И однажды накурился до такой степени, что чуть не умер.

«Мне показалось, что у меня остановилось сердце. Я не мог вздохнуть, упал на колени, перед глазами все потемнело. Бил себя в грудь изо всей силы, и как-то отпустило, задышал».

Игорь перепугался насмерть

Говорит, четко осознал, что только что был на пороге смерти и что перешагивать этот порог ему не хочется. «Я стоял перед зеркалом, смотрел на свое бледное, жуткое лицо и задавал себе вопрос: зачем я опять начал? Потом подумал, что не буду больше спрашивать себя. А просто не буду курить».

Яблочный сок и настоящее лето

За помощью он пошел в «Теремок», к Стасу Дубинину. Много лет назад, когда Игорь только попал в детский дом, Стас работал там воспитателем. Он еще тогда понравился Игорю — справедливый, неравнодушный, честный. Стас уволился и начал работать в «Теремке» — Центре взросления самарской организации «Домик Детства». В «Теремке» выпускники детских домов и интернатов учатся жить взрослой жизнью.

«Очень сложно резко отказаться от наркоты — ломает. Важно, чтобы кто-то был рядом, поддерживал. Меня поддержали Стас и Антон (Антон Рубин — директор „Домика Детства“ — Прим. ТД). Они мне показали другую жизнь».

«Теремок» — это деревянный дом с участком. Игорь собирал яблоки и делал из них сок. А потом пил и обалдевал от вкусноты. Помогал по хозяйству. Пошел на курсы пекаря — и выяснилось, что у него талант. Он был лучшим в группе, получил высокий разряд. Восстановился в техникуме. «Больше всего я люблю разговаривать со Стасом. Это совсем другое общение, не о том, где достать наркоту и деньги, а о многообразии жизни. Я столько всего услышал и увидел за несколько месяцев!»

Самые сильные впечатления Игоря от прошедшего лета — катание на гидроцикле и поездка в Москву. Рассказывая, он захлебывается словами от восторга и активно жестикулирует.

«Мы на водных мотоциклах катались за Волгой — у меня в жизни никогда такого не было! Антон дал мне порулить, и я даю газу и лечу. Страшно, но я лечу, и это так круто!

Или вот, мы ездили в Москву. Это был выстрел в голову. Я впервые летел на самолете. Когда прилетели — другой город! Вообще! Много людей разных, разные языки слышатся отовсюду. И такие расстояния невероятные, так долго идти! Петр Первый большой такой, с золотым свитком в руке! Такой здоровый, почему он не падает? А если упадет? Москва-река, и в ней фонтан! Как? Как это сделали? Такие простые вещи, а я смотрю на это все — и такой восторг! И когда через светящийся фонтан идешь и остаешься сухим — ваще! И молочный коктейль я впервые попробовал, так это вкусно!»

«Я хочу жить»

Игорю сложно, как он выражается, «красиво объяснить», какие перемены в нем произошли после того, как он перестал принимать наркотики. Но в его сбивчивом монологе очень много настоящей жизни и искренности.

Игорь
Фото: Кристина Сырчикова для ТД
Игорь
Фото: Кристина Сырчикова для ТД

«Мне за все стыдно. Я иногда спрашиваю у господа: почему его не было со мной? Я знаю, я сам виноват, сам портил свою жизнь — но у меня не было родителей, не было никого, мне было трудно и мне нужна была поддержка… За что мне дана такая жизнь? Может, для того, чтобы я стал сильным? Сейчас я понимаю, что детдом дал мне уверенность в себе, в том, что я сильный. Я многое понял, и у меня внутри есть четкое понимание, что я смогу жить нормально. Просто не хочу больше наркоты, чувствую страх, когда думаю об этом. Я хочу жить, открыть в будущем свою пекарню. Понимаю, что дальше у меня будет много трудностей, но я пройду через них, ведь я не один».

«Буду скрипеть зубами, но пройду»

Стас и Антон — обычные взрослые со своей жизнью и заботами, которые большую часть времени посвящают работе с выпускниками детских домов. Их подопечные — очень сложные «взрослые дети» с поломанными судьбами, которые хотят жить, как нормальные люди. «Теремок» работает на пожертвования, которых немного, потому что люди чаще жертвуют деньги маленьким детям и не понимают, что большие тоже нуждаются в помощи. Денег Стасу всегда не хватает, и он тратит на своих «взрослых детей» большую часть зарплаты и пенсии. Лекарства, средства гигиены, еда, проезд, юристы и психологи, расходные материалы для мастерских (в «Теремке» есть столярка и небольшой «пошивочный цех») — бесконечное число нужд.

Мы очень просим вас подписаться на ежемесячное пожертвование в пользу «Теремка». Каждые сто рублей, поступающие регулярно, дают опору и надежду на то, что «Теремок» и его обитатели будут жить дальше. И каждый раз, когда вы будете получать смс о том, что с вашего счета списали пожертвование, вы будете знать, что помогли кому-то подняться и стать сильнее.

Сделать пожертвование

Помочь

Вы оформляете ежемесячное пожертвование проекту «Центр взросления». Такое пожертвование раз в месяц списывается с банковской карты или PayPal. Вы в любой момент сможете отключить его.

VISA MasterCard world PayPal Яндекс.Деньги Alfa bank GPay

Перевести для проекта «Центр взросления»

изменить

Выберите способ оплаты

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения «SOS 204 200», где 204 — идентификатор пожертвования проекта «Центр взросления», а 200 — сумма в рублях.
Текст сообщения:

SOS 204 200

Короткий номер:

3443

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Комиссия с абонента — 0%. Подробнее условия для абонентов
Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом банке.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты

Создать напоминание

Напомнить сделать пожертвование

Напомнить Напоминать сделать пожертвование в другое время
Читайте также

Помогаем

Не разлей вода Собрано 1 134 602 r Нужно 1 188 410 r
Мадина Собрано 2 486 912 r Нужно 2 727 604 r
Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 005 866 r Нужно 1 898 320 r
Ремонт в Сосновке
Ремонт в Сосновке
Узнать о проекте
Собрано 700 751 r Нужно 1 331 719 r
Консультационная служба для бездомных Собрано 218 075 r Нужно 1 300 660 r
Помощь детям, проходящим лучевую терапию Собрано 419 733 r Нужно 2 622 000 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 1 221 576 r Нужно 7 970 975 r
Дом Фрупполо: детская паллиативная служба Собрано 330 074 r Нужно 3 555 516 r
Всего собрано
594 421 052 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: