Самый известный бездомный

Фото: Ксения Иванова для ТД

Зафар Мирсолиев, он же Мир Зафар, — писатель, сценарист, театральный режиссер — в последние десять лет много раз попадал в поле внимания СМИ и благотворительных организаций. Но не в качестве деятеля культуры, а как бездомный. И только сейчас он, кажется, действительно возвращается к более-менее нормальной жизни

Собрано
2 493 304
Нужно
Пожертвовать

Миры Зафара

В том, как Зафар восседает на высокой узкой кровати, есть что-то царственное. С бровями вразлет и орлиным взором он похож на восточного мудреца, которого волею судеб занесло на окраину Петербурга. В комнате полутьма. Окна распахнуты, несмотря на промозглый осенний вечер.

«Так легче дышать, — говорит Зафар. — У меня сердце больное. Но вы закройте, если холодно».

Вечер пробирается в комнату, ложится на стены, украшенные рисунками детей предыдущих жильцов, на репродукцию Троицы над кроватью Зафара, на саму кровать, стол со старым монитором, стул и шкаф на ножках. Больше в комнате ничего нет. Поэтому воспоминания Зафара свободно и неспешно бродят по ней вместе с холодным воздухом.

«Я вот сейчас вас ждал, — говорит Зафар. — Сижу и думаю: я кого-то жду, а кого? Потом вспомнил, что жду Илью от Михаила Калашникова. Записал себе в тетрадке. Вот смотрите. А раньше я был режиссером…»

Он и говорит медленно, с паузами, немного нараспев. На нескольких видеозаписях девяти- и семилетней давности у Зафара, который уже успел пожить на улице, совсем другая речь — более быстрая и уверенная, но интонации те же. Те же и миры, которые кружат в его голове и полутемной комнате, — то ли выдуманные, то ли реальные.

Слева: портрет Зафара Мирсолиева с чапаном, который он купил в Таджикистане. Справа: картина в съемной квартире Зафара Мирсолиева в Санкт-Петербурге
Фото: Ксения Иванова для ТД

«Я лежал ночью и думал, — так начинаются многие истории Зафара, — думал, как я написал все эти книги про Индию, как я это сделал, если не был там? Значит, был. Или еще: я был во всех городах СССР, проходил их, я помню».

В ролике 2014 года Зафар в статусе автора серии книг «Воин, идущий к солнцу», несчастного писателя, который пережил инсульт, потерял память и оказался на улице, на чистом глазу утверждал, что его отец, великий гуру йоги, обучал его секретам мастерства в Индии и Тибете, где Зафар провел свое детство до 17 лет. Но это — одна из авторских легенд.

Детство Зафар провел в поселке Яван неподалеку от Душанбе, столицы Таджикистана. А его отец, которого он действительно часто вспоминает, был фельдшером. Так сказал мне сам Зафар. Впрочем, уверенным в этом до конца тоже быть нельзя.

Что же касается пешей прогулки через всю Россию в духе якутского шамана, тут ясности больше. Якутия — одно из важнейших для Зафара мест, там он провел значительную часть жизни и действительно состоялся как театральный режиссер.

«Тюрьма без стен»

Имя Зафар переводится с арабского как «победа». Другого смысла и быть не могло, потому что родился Зафар аккурат в важнейший для любого советского гражданина день — 12 апреля 1961 года.

«Мне отец рассказывал: “По радио передали, что Гагарин приземлился, и все побежали куда-то слушать, смотреть, ты тоже не вытерпел и решил вылезти, узнать, что происходит”», — смеется Зафар.

Про его детство, кроме индийских легенд, неизвестно практически ничего. Он помнит все обрывками, и когда пытается их размотать, голова тут же начинает болеть, воспоминания улетучиваются.

По всей видимости, до армии Зафар жил в родном Яване, потом — во время Афганской войны — служил во Владивостоке и даже написал заявление, мол, хочу на фронт, помогать братскому народу. Но — пронесло — не взяли.

Вернулся домой, поступил в государственный институт искусств Таджикистана в Душанбе и, по его словам, учился там очень успешно. Настолько, что после института поехал продолжать образование в Москву, на высшие режиссерские курсы ВГИКа.

Говорит, что учился у лучших мастеров своего времени, целый год провел в питерской театральной академии, а еще — познакомился со своей первой женой. Она тоже училась во ВГИКе и по окончании института позвала Зафара на свою родину — в Якутию.

Икона с изображением Троицы в комнате Зафара Мирсолиева, Санкт-Петербург
Фото: Ксения Иванова для ТД

Эти события разворачивались в самом начале девяностых. В Таджикистане тогда началась гражданская война, возвращаться было попросту опасно. Поэтому без лишних раздумий Зафар поехал в Якутию, которую, правда, сейчас называет «тюрьмой без стен, из которой невозможно сбежать».

«Там на десять тысяч километров везде тайга. Лизу из-за меня выгнали из дома. У нее отец — босс алмазный профсоюзный, род великий, и вот из-за того, что она меня не бросила, я подумал: “Мне столько знаний дали, неужели я в этом Якутске ничего не смогу сделать?” А кругом действительно было безумие, девяностые, времена были, с одной стороны, ужасные, но, с другой стороны, простые».

Зафар говорит, что тогда у него не было документов: советский паспорт он не смог поменять на российский, но в турбулентности девяностых такая мелочь не стала преградой для трудоустройства. Начинающий режиссер просто пришел в местный театр и предложил свои услуги. Поставил один успешный детский спектакль, затем другой. Дело пошло, появились деньги и даже какая-то слава. Спектакли оказались настолько удачными, что некоторые из них оставались в репертуаре десятилетиями. И если все остальное из биографии Зафара известно в основном с его слов, то тут никакой мифологии — чистая правда.

«Мозг нашел выход»

Дальнейшая череда событий — еще одна бледная тень, которая избегает света. Похоже, что в «тюрьме без стен» Зафару действительно было тесновато. Постепенно разладились и отношения с женой. Он оставил их с сыном и женился снова. Во втором браке родились двое детей — сын и дочь. Это Зафар помнит вроде как точно, но о детях говорит мало.

Он уверен, что с его головой уже в то время было «что-то не так». Он плохо спал, голова непрестанно болела и рождала яркие и ужасающие видения, от которых было никак не спастись. Чуть легчало от водки. Но этот путь оказался дорогой в бездну.

В свой последний год в Якутии Зафар жил в маленькой однокомнатной квартире, заваленной исписанными листами бумаги. Его видения рвались наружу и превратились в пять книг, объединенных в серию «Воин, идущий к солнцу». Как раз там появилась Индия, загадочные арии, отшельники и мастера боевых искусств. Первые три книги взялось напечатать московское издательство эзотерической литературы «Амрита-Русь». Они продаются и сейчас и даже пережили несколько переизданий. Но писательский успех не принес Зафару радости. Вслед за книгой он отправился в Москву — знакомиться с издателями и писать продолжение. Это было, скорее всего, в 2008 году. А потом — на долгие годы — его накрыла сплошная чернота.

Слева: портрет Зафара Мирсолиева в съемной квартире в Санкт-Петербурге. Справа: после случая с избиением и последующей амнезии часть пальцев не двигается, и писатель медленно набирает буквы на клавиатуре компьютера
Фото: Ксения Иванова для ТД

«Потом я не помню. Понимаете, я когда что-нибудь пишу, все время хожу. Я, наверное, хотел писать про город Ленинград. И я ходил везде по городу. И вот с этого момента у меня памяти нет», — неуверенно рассказывает Зафар.

Судя по тому, что о Зафаре писали в 2010-х годах, в Петербурге он пережил инсульт, смешавший воспоминания о реальном и вымышленном. Как раз тогда его перестала слушаться правая рука — это заметно на видео 2014 года, сейчас ситуация только ухудшилась. Примерно в те годы он и оказался на улице, жил с бездомными и, конечно, употреблял алкоголь, потому что «без этого на улице просто не выжить».

В одной из петербургских больниц — Зафар утверждает, что полежал во всех них, — врач поднял его личное дело и рассказал, что в 2010 году Зафара на Сенном рынке избили националисты, он получил серьезную травму головы и едва не лишился жизни.

«Врач говорил, что мне очень повезло: меня когда ударили трубой, я упал не на бетон — это была бы мгновенная смерть, — я упал на траву, и первые 10–15 секунд меня никто не трогал, в это время, он говорил, мозг нашел выход».

Бродяга дхармы

С середины десятых годов о Зафаре известно гораздо больше. Он не только читает лекции о йоге, одну из которых сохранил ютьюб, но и начинает регулярно посещать благотворительные организации, например постоянно получает чистую одежду в «Ночлежке», а в 2015 году живет несколько месяцев в «Доме на полдороги» — проекте организации по ресоциализации бездомных людей с химическими зависимостями. Но после уезжает в больницу по неврологии и не возвращается.

Примерно в те же годы Зафар некоторое время живет в приюте Сестер матери Терезы, которые отправляют его на реабилитацию в «Дом надежды на Горе». А в 2016-м историю спасения петербургским студентом режиссера и писателя рассказывали городские СМИ. К помощи тогда подключилась таджикская община: Зафар попал под опеку Культурно-правового центра народов Востока, который предоставил ему жилье и дал возможность продолжать творить: за время скитаний он записал в тетрадях новую книгу — «Режиссер».

В центре Зафар жил несколько месяцев. Тем же летом 2016-го он участвовал в спектакле проекта «Неприкасаемые» о жизни питерских бездомных. Но всеобщее внимание не изменило его статуса: к зиме Зафар снова оказался на улице. А в конце года в совершенно плачевном состоянии попал в палатку Мальтийской службы помощи — благотворительной организации, которая помогает бездомным с инвалидностью найти крышу над головой, восстановить документы и вернуться к обычной жизни.

«Зафара показали по телевидению, сделали с ним несколько репортажей, а потом благополучно отправили снова на улицу. Паспорт он восстанавливал уже сам, а вот уехать домой, в Якутск, у него не хватило ни сил, ни средств, — пишут мальтийцы в своем аккаунте во “ВКонтакте”. — И он продолжил бездомную жизнь». Все дело в состоянии здоровья Мира Зафара, считают в приюте. «К нам его привезли крайне ослабленным физически и серьезно надломленным психологически из-за того, как с ним поступили его земляки из центра народов Востока. Это и не позволило ему самостоятельно уехать в Якутск».

У мальтийцев Зафар поправил здоровье и заявил, что все-таки хочет вернуться в Якутск — встретиться с родными и оформить пенсию по последнему месту прописки.

Зафар Мирсолиев на своем рабочем месте. Каждую ночь он просыпается в три часа и садится писать
Фото: Ксения Иванова для ТД

Мальтийская служба купила Зафару билет, и в конце февраля он отправился в Якутск — этот момент даже попадает в эфир городского телевидения, но проблема в том, что в Якутске Зафара никто не ждет. Первые пару дней он слоняется в аэропорту — «как в том фильме, помните? Где актер застрял в аэропорту», — а после нескольких публикаций СМИ оказывается в местном приюте для бездомных.

Попытки увидеться с бывшей женой и детьми к успеху не приводят, а из приюта он вскоре ушел, в сентябре того же 2017-го якутские издания пишут, что Зафар опять живет на улице. Родственники не реагировали и на эти публикации.

«Они отказались как бы от меня. Такой шум подняли — в прессе, везде: вот, нашли бомжа, вы его бросили, а он наша гордость. А они народ северный, они не любят шума. И я тоже не люблю. Я предполагал, что так будет, но главное другое. В Якутии меня подлечили в больнице, и я поехал в Таджикистан, увидеть родную сестру. Вот, уже в 2019-м. Я поехал, и наступил ковид, границы закрыли. И я три года был там. Как только границы открыли, они мне собрали на билет. Я сюда прилетел и сразу пошел в приют Мальтийской службы помощи, потому что это единственное место, где я сразу мог рассчитывать на поддержку. И не ошибся».

Вспомнить все

Михаил Калашников, координатор благотворительных программ Мальтийской службы помощи, немало удивился, снова увидев на пороге Зафара, который должен был спокойно жить в Таджикистане под опекой родственников. Но, разумеется, место в большой армейской палатке в Новой деревне, которая служит приютом для подопечных мальтийцев, для Зафара нашлось.

В Петербург Зафар вернулся не просто так. Он по-прежнему горит идеей издать свою новую книгу в пяти частях, которая называется «Режиссер». Со здоровьем у Зафара совсем туго, о жизни на улице не может быть и речи. Он с трудом ходит, согнувшись почти под прямым углом, но уже несколько лет не пьет и говорит, что занятия литературой помогают ему бороться с амнезией. А потому он продолжает писать, даже ведет что-то вроде собственного блога во «ВКонтакте». В коротких заметках Зафар воскрешает десятки воспоминаний и когда-нибудь, возможно, вспомнит все или почти все.

В палатке Мальтийской службы Зафар провел всего пару месяцев, но по сути сотрудники организации, которых он сам называет исключительно «рыцарями», в очередной раз спасли ему жизнь, не оставив без крова, горячего питания и медицинской помощи. За два месяца Зафар скопил несколько тысяч рублей и, скооперировавшись с другим клиентом Мальтийской службы, снял небольшую квартиру на окраине Питера — ту самую, с детскими рисунками на стенах и иконой Троицы над кроватью, где мы разговариваем. В этой квартире, которую нашли, разумеется, мальтийцы, Зафар дописал «Режиссера» и теперь ищет издателя.

Зафар Мирсолиев попросил сфотографировать его на память в той позе, в какой он долгими днями сидел на улицах Петербурга и просил милостыню, Санкт-Петербург
Фото: Ксения Иванова для ТД

Дело это непростое, почти такое же по уровню сложности, как преодоление колдовства амнезии или бесконечного синдрома бездомности. С последним Мальтийская служба помощи борется уже больше 30 лет. И в некоторых битвах «рыцари» явно одерживают верх. Правда, без нашей с вами финансовой помощи им не справиться.

Пожалуйста, внесите свой посильный вклад в общую победу света над мраком: оформите пусть небольшое, но регулярное пожертвование в пользу Мальтийской службы помощи. И напишите Зафару, если вы можете помочь ему с изданием книги. Он очень на это надеется.

Помочь

Оформите пожертвование в пользу организации «Мальтийская Служба Помощи»

Выберите тип и сумму пожертвования

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 609 563 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 609 563 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
294 057 978

Зафар Мирсолиев курит у себя в комнате возле своего рабочего места, Санкт-Петербург

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Слева: портрет Зафара Мирсолиева с чапаном, который он купил в Таджикистане. Справа: картина в съемной квартире Зафара Мирсолиева в Санкт-Петербурге

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Икона с изображением Троицы в комнате Зафара Мирсолиева, Санкт-Петербург

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Слева: портрет Зафара Мирсолиева в съемной квартире в Санкт-Петербурге. Справа: после случая с избиением и последующей амнезии часть пальцев не двигается, и писатель медленно набирает буквы на клавиатуре компьютера

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Зафар Мирсолиев на своем рабочем месте. Каждую ночь он просыпается в три часа и садится писать

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Зафар Мирсолиев попросил сфотографировать его на память в той позе, в какой он долгими днями сидел на улицах Петербурга и просил милостыню, Санкт-Петербург

Фото: Ксения Иванова для ТД
0 из 0

Пожалуйста, поддержите проект «Мальтийская Служба Помощи» , оформите ежемесячное пожертвование. Сто, двести, пятьсот рублей — любая помощь важна, так как из небольших сумм складываются большие результаты.

0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: