Сон белого оленя

Фото: Наталья Мадильян

Мы познакомились с Риммой Соловьевой в интернете и довольно быстро договорились о моем приезде, назначив его на сентябрь. Для меня лично то были дни смятения, и я решила, что кочевье с оленеводами — именно то, что мне нужно. Здесь сошлось все, что меня привлекает в жизни и в фотографии: мир женщины, тесная связь с природой, вечная дорога и поиск места. Римма — одна из немногих женщин, посвятивших свою жизнь оленеводству, занятию очень трудному и опасному. Живет она в Якутии, в эвенском поселке Себян-Кюёль, увлекается фотографией. Мы решили, что сразу после моего приезда отправимся в стадо на пересчет оленей. Событие это — важнейшее в жизни любого оленевода. Подведение итогов его работы. Летом, когда пришло время записываться на рейс местных авиалиний, я поняла, что боюсь. Остаться одной в огромной тайге, замерзнуть, заболеть, упасть с лошади, разбиться на вертолете — какие только тревоги меня ни посетили. Страх прошел только в тайге. Когда после кочевья мы вернулись в поселок, у нас на двоих с Риммой появилось ощущение, будто мы никуда не уезжали и не было этого месяца, насыщенного событиями. Будто это был один долгий сон

Мы с Риммой и ее маленькой дочкой остались втроем на зимней стоянке. Ее родители и брат откочевали дальше, в поисках оленьего стада. Начались морозы, ночью холодает до минус 30, днем нас пытается согревать северное солнце. Ближайшая стоянка оленеводов находится на расстоянии 50 километров пути. Пути трудного и опасного. В избушке есть запас мяса и дров. Несколько раз в сутки высоко в небе пролетает самолет. Днем работает солнечная батарея, она заряжает аккумулятор. Этой энергии будет достаточно, чтобы на короткое время включить спутниковую антенну — и вечером у нас появится связь.

Горный хребет у озера Артык, собака Чолбон высматривает горных баранов
Фото: Наталья Мадильян
Стоянка на реке Дулгалах завершилась, Римма складывает палатку
Фото: Наталья Мадильян
Процесс изготовления замши из шкуры оленя. Римма работает традиционным инструментом для выделки шкур
Фото: Наталья Мадильян

Избушку окружают горы, покрытые тайгой. 

Мир кажется великим и хрупким одновременно. 

Евражки — крупные суслики с пятнистой спинкой — еще не залегли на зимнюю спячку. Они устроили суету рядом с домом и, завидев человека, замерли столбиками возле норы. Собака Пурга не обращает на них внимания. А мы ждем, когда она залает, приветствуя вернувшихся Анну, Николая и Максима. Ночью по крыше избушки носится горностай. Анна говорит, что горностай очень злой, за это бог сделал его таким маленьким. А еще здесь говорят, что, если евражка не спит — значит, и медведь не спит.

На зимней стоянке в стаде. Ангелина пришла в гости к бабушке с дедушкой в большую избушку
Фото: Наталья Мадильян

Римма — оленевод из поселка Себян-Кюёль. Это место находится в Якутии, в центре Верхоянского нагорья, неподалеку от полюса холода северного полушария. В поселок, окруженный горами, можно добраться только по воздуху. «Полярные авиалинии» летают из Магана, пригорода Якутска, — обычно это Ан-2 или Ми-8. Рейсы нерегулярны и часто отменяются. Мне повезло, я ждала вылета всего два дня. Когда вертолет начал набирать высоту, в чат «Пассажиры Якутск — Себян» пришло напутственное сообщение из администрации: «Всем приятного полета! Сегодня без шума и гама все летят».

Перед дорогой: Анна на своем олене Харлей Дэвидсон, за ней поедет внучка Ангелина. Впереди долгая трудная дорога по каменистому руслу
Фото: Наталья Мадильян

Полет и правда был приятным, после посадки в Сангаре взгляду открылось море белоснежных вершин. На вопрос, нужно ли что-то купить в городе, Римма попросила яиц. Меня, городского жителя средней полосы, это рассмешило, но, как оказалось, все в вертолете летели с яйцами! Летел и торт, вечно сползающий с кучи багажа, и мяукающая картонная коробка с отверстиями для воздуха и надписью: «Котенок».

Слева: Максим Захаров, оленевод. Максим — брат Риммы, всегда поет в пути и даже в самых сложных ситуациях сохраняет оптимизм, повторяя: «Все будет хорошо!» Справа: выделка лапок оленя для изготовления унтов
Наталья Мадильян

«Яндекс.Навигатор» прокладывает путь из Якутска в Себян протяженностью 452 километра и предлагает преодолеть его за девять часов. Предложение это коварно и даже опасно в любое время года. Зимник Себян — Якутск, несмотря на статус дороги регионального значения, доступен разве что для вездеходов и самых отважных водителей. Из-за сложной транспортной доступности продукты в поселке очень дороги, некоторые в дефиците, а вкусненького хочется всегда. Яиц надо было брать больше.

Рыбалка на реке Дулгалах, ночью заморозки — и вода подмерзает
Фото: Наталья Мадильян
Сезон охоты на гусей
Фото: Наталья Мадильян
Уже лег снег, ночи морозные, до минус 20, но днем солнце греет — и Ангелина бегает между палатками в одной футболке
Фото: Наталья Мадильян

В двухтысячные дед Риммы принимал в поселке французского путешественника-документалиста Николя Ванье. Николя снимал «Сибирскую одиссею» и провел в окрестностях Себяна часть съемок, подружившись с оленеводами. В книге, посвященной сибирским приключениям, путешественник называл деда Риммы своим Дерсу Узала — в честь знаменитого нанайского охотника и проводника. Снимали здесь и другие фильмы. Возможно, именно по этой причине в поселке живет много творческих людей — несколько блогеров ведут популярные каналы в YouTube и Instagram. Римма сама снимает, показывает жизнь оленеводов, ее знают в Якутии.

Римма и Николай собирают стадо в кораль для пересчета
Фото: Наталья Мадильян
Николай метит пересчитанных оленей, подрезая ножом шерсть
Фото: Наталья Мадильян
Вид на замерзающий ручей возле зимней стоянки стада номер 12
Фото: Наталья Мадильян

Себянский феномен касается не только блогеров и фотографов, поселок известен как столица эвенов — одного из коренных малочисленных народов севера. Себянцы любят свою культуру, берегут и сохраняют эвенский язык, говорят на нем, поют песни и пишут книги. Семьи здесь большие, детей много, работает большая школа. Это оленеводческий поселок. Оленеводство в горно-таежной зоне — сложный и опасный труд. Обычно им занимаются мужчины. Оленевод всегда находится рядом со стадом, сохраняя оленей на своей территории, защищая от болезней и диких зверей.

Ночное прибытие на очередную стоянку. Максим привез дрова
Фото: Наталья Мадильян
Ночная стоянка
Фото: Наталья Мадильян

После смерти мужа, чтобы сохранить стадо, Римма зарегистрировала кочевую родовую общину. Всего у нее 117 оленей. При такой форме хозяйствования государство выплачивает общине 4,5 тысячи рублей в год на одного оленя. На этом строится экономика семьи. Вместе с Риммой работают ее родители и младший брат. Дети — сын Леня и дочь Ангелина — кочуют наравне со взрослыми. Оленей пасут на самых отдаленных от поселка территориях. Чтобы добраться до стада, Римме нужно преодолеть 120 километров по тайге, ущельям и перевалам. Зимой температура здесь достигает минус 60. Многочисленные реки, вдоль которых кочуют оленеводы, покрываются наледями.

Вышивка бисером для унтов ценится в Себян-Кюёле
Фото: Наталья Мадильян
Северное сияние над избушкой в стаде
Фото: Наталья Мадильян
Сеанс вечерней радиосвязи. У всех оленеводов установлены радиостанции, для некоторых это единственный способ связи с миром во время кочевья
Фото: Наталья Мадильян

Мы договорились, что сразу после моего прибытия в Себян начнем сборы и отправимся на пересчет оленей. Сборы продлились почти неделю, мы ждали, когда поправится приболевшая Ангелина. За это время я познакомилась с себянцами и узнала о местных традициях. Например, «кормить» место или очаг, проявляя к нему таким образом свое уважение и благодарность. Озеро Себян-Кюёль считается местом силы, жители оставляют на берегу или бросают в воду свои подношения: конфеты, сигареты, чай или лепешку с маслом. Римма выдала мне оладьи и чай, сосед Афанасий заехал на вездеходе, и мы поехали «кормить» озеро. Был пасмурный тихий день, абсолютный штиль, я отдала озеру оладьи. На следующий день мы наконец-то отправились в стадо. 

Ангелина позирует в наследственной жилетке, которую Римма всегда надевает дочке в дорогу
Фото: Наталья Мадильян
Вид на палатку и нарты в местах очередного кочевья. Ездовой олень ждет хозяина
Фото: Наталья Мадильян

Караван состоял из 10 ездовых оленей и лошади, которую привели в поселок специально для меня. Лошадь звали Прикрепленный, или Крепленный. Когда-то коня прикрепили к двенадцатому стаду, стаду Риммы, с тех пор имя осталось. Конь оказался спокойным и удобным, как диван. В дорогу отправились Римма, ее дочка и два брата — Максим и Апфо. Для пятилетней Ангелины снарядили специальное детское седло, и она наравне со взрослыми преодолевала сложный путь. Вещи навьючили на животных. Это был конец сентября, погода стояла хорошая, ночные заморозки не в счет. Путь занял восемь дней и девять ночей. Были трудные переходы, где приходилось спешиваться на крутых тропах, были заснеженные перевалы. В основном дорога шла по лиственничной тайге, каменистым руслам рек и горным склонам. Ночевали в больших палатках.

Оленеводы курят у печки, чтобы дым вытягивало в трубу. Николай всегда ругался: «Опять снимаешь, как я курю!»
Фото: Наталья Мадильян
Стадо в корале во время пересчета оленей
Фото: Наталья Мадильян

Эвенская палатка выглядит так: большое брезентовое полотно, натянутое на лиственничных жердях, слева от входа обычно расположена печка-буржуйка, тут же сложены дрова. В брезенте есть специально устроенное отверстие для трубы. Напротив печки и вдоль стенки слева от входа располагаются кровати. Если палатка устанавливается на несколько дней, то для сна рубятся «кровати» из бревен. Спать на таких настилах гораздо приятнее и теплее, чем на земле. Сверху палатка накрывается настилом из пленки или другого материала, защищающего от снега и дождя. В центре — стол. После долгих переходов, когда уже была растоплена печка и согрет чай, Ангелина всегда произносила своим нежным голоском: «Как хорошо в палатке!» И это действительно хорошо.

В зимней избушке. Римма закончила вышивку традиционной эвенской диадемы
Фото: Наталья Мадильян
Перед отправлением в стадо во дворе Риммы — нас пришли провожать в дорогу родные и соседи
Фото: Наталья Мадильян

По пути в стадо нас встретили родители Риммы — Анна и Николай. Вместе мы на несколько дней задержались у реки Дулгалах — рыбачили, охотились, ездили в гости к соседям-оленеводам, побывали у заброшенной вышки геологов и на старой метеостанции у озера Сюрюн. Когда продолжили путь, началась зима и лег снег, из-за которого пришлось провести две ночи на следующей стоянке. В этом живописном месте мы встретились с горными баранами, медведицей с медвежонком и сказочными белоснежными куропатками. Завершающий день пути был самым сложным, но наградой стала ночевка уже не в палатке, а в деревянной избушке.

Слева: Римма покорила больше ста вершин. Вместе с ней я побывала на трех. Справа: охота на куропатку
Наталья Мадильян

 

Осенний пересчет оленей — одна из самых важных дат в жизни оленевода. Подведение итогов его работы. Но прежде чем пересчитать стадо, нужно его найти и собрать. Олени пасутся на больших территориях, чтобы обеспечить себя пропитанием, они постоянно передвигаются, при этом не покидая границ своего ареала. Для поиска оленей нам пришлось откочевать из избушек чуть дальше и еще две недели провести в поисках, хотя уже наступила зима. Поиском оленей, как правило, занимаются мужчины, но Римма тоже выезжает в тайгу, чтобы помочь брату и отцу. Кроме этого, она занимается и женской работой: готовит (печет хлеб, жарит эвенские лепешки, пирожки, бозы), стирает, выделывает замшу из оленьих шкур, вышивает традиционные эвенские украшения.

Ангелина не кочует без своего белого одеялка, оно с ней везде: в поселке, в палатке, в стаде
Фото: Наталья Мадильян
Портрет Николая. Отец Риммы всегда находится рядом с оленьим стадом. И всегда с ним Анна, его жена и помощница
Фото: Наталья Мадильян
Максим и Ангелина в палатке после первого дня пути
Фото: Наталья Мадильян

Оленя Риммы зовут Колобок, оленя Анны — Харлей Дэвидсон, оленя Николая — Стальной, Максима — Тугурук. Леня, 12-летний сын Риммы, знает в лицо всех оленей в стаде. Олени не привязываются к людям, не кричат, когда им больно. Когда у нас закончилась еда, Николай забил одного оленя из стада со словами: «Идущий на смерть, приветствую тебя». Оленье молоко высоко ценится, оленья печень — деликатес. Оленьи лапки используют для шитья унтов, из оленьей замши делают одежду. Я наблюдаю, как Ангелина играет в Minecraft, в ее игровом мире бегают олени, я говорю ей: «Ты как настоящий оленевод». Ангелина смотрит на меня как на неразумную: «Я и есть оленевод».

Избушка на зимней стоянке. Ангелина пьет воду прямо из ковшика. Речка еще не замерзла, и нам не приходится рубить лед
Фото: Наталья Мадильян
Ездовой олень, учак, ждет возле палатки
Фото: Наталья Мадильян

Римма говорит, что с ее поколением оленеводство закончится, все меньше детей хотят продолжать это дело. 

Римма над зимней стоянкой. Открывается вид на путь, который проходят оленеводы во время кочевья
Фото: Наталья Мадильян

Наконец-то настал день, когда стадо собрано, и мы засобирались в обратный путь. На зиму лошадь и ездовые олени остаются пастись вместе со стадом, мы же вернемся на снегоходе. Обратная дорога заняла два дня, но она оказалась сложнее, чем девять дней пути в стадо. Все-таки олень и нарты в тех краях — это самое надежное и безопасное средство передвижения. К снегоходу прикрепили нарты. Одни сани нагрузили вещами, на вторых соорудили кибитку для Ангелины, впереди усадили меня. Наша тяжелая конструкция продвигалась трудно и долго: буксовали, преодолевали наледи, потеряли одну нарту и возвращались за ней, ждали ночью в лесу, чуть не остались без бензина, ночевали в избушке оленеводов. Больше всего боялись молодого льда на озере Себян, однако проехали этот участок быстро и гладко.

Сборы в дорогу. Максим навьючивает оленей: мы собираемся перекочевать чуть дальше от избушек, чтобы найти оленей
Фото: Наталья Мадильян
Собаки разогнали ездовых оленей, и Николаю пришлось собирать их и перегонять ближе к стоянке
Фото: Наталья Мадильян

С обратным вылетом мне снова повезло. Улетела я буквально автостопом. Плановый рейс из Себян-Кюёля в Якутск отменили, когда будет следующий — неизвестно. Вместо того чтобы, отчаявшись, сидеть и плакать, я быстро собрала вещи, Римма растопила печку, мы «покормили» огонь, а после обзвонили всех знакомых. Оказалось, что через два часа прилетит попутный самолет. И он прилетел. Я запрыгнула в этот кукурузник и отказалась выходить. Пилот ругался, но потом произнес: «Счастливая вы, девушка», выдал мне заявку, куда я вписала свое имя и паспортные данные, и мы полетели.

Портрет Риммы на берегу озера Артык
Фото: Наталья Мадильян

Возвращаясь из поселка, я смотрела в иллюминатор: Ан-2 летел как раз над местами нашего кочевья. Я знала, что где-то внизу, в холодной тайге, есть несколько человек, с которыми я прожила часть своей жизни, есть и другие люди, но я не смогу разглядеть их отсюда.

Горно-таежный пейзаж по пути в стадо. На берегах озера Артык
Фото: Наталья Мадильян
Дядя Ваня, оленевод, таежный житель, добрейший человек, в гостях у Риммы. Стоянка на реке Дулгалах
Фото: Наталья Мадильян
Римма и Ангелина в избушке на зимней стоянке
Фото: Наталья Мадильян

Сверху до самого горизонта я вижу только горы, покрытые тайгой. 

Ближе к Якутску проснулся молчавший полтора месяца телефон, и одно за другим посыпались сообщения.

Римма загоняет стадо в кораль во время пересчета оленей
Фото: Наталья Мадильян

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 609 563 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 609 563 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
294 088 824

Римма в традиционном эвенском украшении возле озера Артык (в переводе с якутского — «путь, дорога»)

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Горный хребет у озера Артык, собака Чолбон высматривает горных баранов

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Стоянка на реке Дулгалах завершилась, Римма складывает палатку

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Процесс изготовления замши из шкуры оленя. Римма работает традиционным инструментом для выделки шкур

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

На зимней стоянке в стаде. Ангелина пришла в гости к бабушке с дедушкой в большую избушку

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Перед дорогой: Анна на своем олене Харлей Дэвидсон, за ней поедет внучка Анелина. Впереди долгая трудная дорога по каменистому руслу

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Максим Захаров, оленевод. Максим — брат Риммы, всегда поет в пути и даже в самых сложных ситуациях сохраняет оптимизм, повторяя: «Все будет хорошо!»

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Выделка лапок оленя для изготовления унтов

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Рыбалка на реке Дулгалах, ночью заморозки — и вода подмерзает

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Сезон охоты на гусей

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Уже лег снег, ночи морозные, до минус 20, но днем солнце греет — и Ангелина бегает между палатками в одной футболке

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Римма и Николай собирают стадо в кораль для пересчета

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Николай метит пересчитанных оленей, подрезая ножом шерсть

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Ночное прибытие на очередную стоянку. Максим привез дрова

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Вид на замерзающий ручей возле зимней стоянки стада номер 12

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Ночная стоянка

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Вышивка бисером для унтов ценится в Себян-Кюёле

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Северное сияние над избушкой в стаде

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Сеанс вечерней радиосвязи. У всех оленеводов установлены радиостанции, для некоторых это единственный способ связи с миром во время кочевья

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Ангелина позирует в наследственной жилетке, которую Римма всегда надевает дочке в дорогу

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Вид на палатку и нарты в местах очередного кочевья. Ездовой олень ждет хозяина

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Оленеводы курят у печки, чтобы дым вытягивало в трубу. Николай всегда ругался: «Опять снимаешь, как я курю!»

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Стадо в корале во время пересчета оленей

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

В зимней избушке. Римма закончила вышивку традиционной эвенской диадемы

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Перед отправлением в стадо во дворе Риммы — нас пришли провожать в дорогу родные и соседи

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Римма покорила больше ста вершин. Вместе с ней я побывала на трех

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Охота на куропатку

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Ангелина не кочует без своего белого одеялка, оно с ней везде: в поселке, в палатке, в стаде

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Портрет Николая. Отец Риммы всегда находится рядом с оленьим стадом. И всегда с ним Анна, его жена и помощница

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Максим и Ангелина в палатке после первого дня пути

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Избушка на зимней стоянке. Ангелина пьет воду прямо из ковшика. Речка еще не замерзла, и нам не приходится рубить лед

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Ездовой олень, учак, ждет возле палатки

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Римма над зимней стоянкой, открывается вид на путь, который проходят оленеводы во время кочевья

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Сборы в дорогу. Максим навьючивает оленей: мы собираемся перекочевать чуть дальше от избушек, чтобы найти оленей

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Собаки разогнали ездовых оленей, и Николаю пришлось собирать их и перегонять ближе к стоянке

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Портрет Риммы на берегу озера Артык

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Горно-таежный пейзаж по пути в стадо. На берегах озера Артык

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Дядя Ваня, оленевод, таежный житель, добрейший человек, в гостях у Риммы. Стоянка на реке Дулгалах

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Римма и Ангелина в избушке на зимней стоянке

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0

Римма загоняет стадо в кораль во время пересчета оленей

Фото: Наталья Мадильян
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: