«Я задыхалась, и мы поехали в скорую на автобусе»

Фото: Tbel Abuseridze / Unsplash.com

Журналистка Екатерина Малышева поговорила с эмигрантами, которые внезапно тяжело заболели и вынуждены были лечиться в другой стране. Их рассказы — личный опыт в Грузии, Латвии и Чехии того, каково столкнуться на чужбине лицом к лицу с местной медициной

Этот текст является частью серии материалов о медицинских проблемах, с которыми сталкиваются российские эмигранты в других странах.

Светлана

36 лет, Батуми, Грузия

Мы с мужем уехали в Грузию осенью 2022 года. К тому моменту я стала чаще болеть простудами: за полгода — три раза. Все — с осложнениями: бронхит, гайморит, несколько раз ковид. Но в Грузии все настолько обострилось, что мои «российские» болезни показались легким недомоганием. Я стала болеть в режиме нон-стоп — тяжело и каждый месяц.

В первый раз списала на стресс, психосоматику и акклиматизацию. Во второй — дело было зимой — вирусная инфекция с осложнениями растянулась на несколько месяцев. Стало понятно, что пришла пора обращаться к врачам. Сама по себе перспектива была так себе. При всем уважении, но о грузинской медицине даже у местных не всегда высокое мнение. Возможно, поэтому я тянула с походом в клинику. Кроме того, в анамнезе у меня целый букет хронических лор-заболеваний.

Батуми, Грузия
Фото: Kostiantyn Tundaiev / Unsplash.com

В Батуми я пыталась найти русскоязычных или хотя бы англоязычных специалистов: объяснить свои симптомы и нюансы течения болезни даже на английском я бы еще кое-как смогла, на грузинском же — никаких шансов. Поэтому шерстила местные чаты экспатов, читала отзывы в Google. Нашла клинику, основательница которой — грузинка — много лет училась и практиковала отоларингологию в Санкт-Петербурге. Она подробно опросила меня во время телефонного разговора, внимательно выслушала на приеме, назначила анализы и рентген. За прием и обследования я платила — страховки у меня не было. Покупать ее я не видела смысла: туда входит лишь перечень простейших услуг, а большинство врачей говорят только на грузинском.

Когда подтвердились гайморит и бронхит, врач растерялась. Наобум назначила мне антибиотик, который не помог, потом второй — он тоже не помог. Затем доктор сказала, что нужны более сложные анализы, но их, например на чувствительность к антибиотикам и аллергены, делают только в Тбилиси, Турции или Европе. Я проверила ее слова, но не очень тщательно, о чем потом пожалела: оказывается, часть анализов можно было сделать и в Батуми.

Время шло, мне ничего не помогало. По словам врача, многие медикаменты в Грузии или местного производства, или турецкие, поэтому зачастую они либо некачественные, либо «пустышки».

Ночами душили приступы, я была в отчаянии: лежала с непроходящим кашлем и одышкой и смотрела в потолок. Так с горем пополам дотянула до лета — стало немного лучше. Возможно, климат стал суше: батумские зимы очень сырые и влажные, в старых квартирах повсюду плесень и грибок. И хотя мы арендовали только новое жилье, улучшению моего состояния это не способствовало. Было ясно, что дело не только в климате.

Осенью я слегла в очередной раз и надолго. Снова пошла в ту же клинику, и врач снова пичкала меня антибиотиками, которые не помогали. Мне было перманентно плохо. Параллельно я пробовала искать другое лечение, например специальное оборудование для промывания лор-органов. Но в Батуми его не оказалось ни в одной клинике.

Выбраться из болезни мне помогла только краткосрочная поездка в Россию. Во время нее лор назначил вполне стандартное, но ударное лечение: промывания и турунды с мазью в лор-кабинете, нужные капли, продувание ушных раковин — уже пошло осложнение на уши. И главное, лечение было без антибиотиков.

Читайте также Как проходит бесплатный прием детского врача в Париже  

Когда, вернувшись в Батуми, я слегла с температурой под Новый год, меня накрыла депрессия. Простуда быстро перешла в осложнения — моему организму уже много было не надо. На этот раз дело дошло до тонзиллита: у меня сильно воспалились миндалины. Я пробовала попасть на прием к другим врачам по отзывам, но из-за языкового барьера они не могли толком ничего объяснить. Деньги улетали стремительно — каждый прием врача стоит около четырех тысяч рублей, — но толку никакого.

Я стала читать сплошняком все чаты Батуми и ближайших поселков. Нашла русскоязычного педиатра, который ездил по вызовам на дом. Вместе с ним мы кое-как вытащили меня из болезни — и снова без антибиотиков: ударные капельницы и стационар сделали свое дело.

Но болеть реже я не стала, весной снова слегла. Научилась сама делать себе уколы. Вскоре мы опять уехали в Россию — мое здоровье было не главной, но одной из основных причин. Медицина здесь не идеальна, но с ней мне проще поддерживать свое здоровье, иметь в распоряжении нужных врачей, оборудование и медикаменты.

С грузинской медициной у меня не сложилось. В целом мои знакомые тоже не восторге от нее: квалифицированная медпомощь бывает, но в единичных случаях. Может повезти, а может и нет.

Если бы я лечилась в Тбилиси, не думаю, что это что-то принципиально изменило бы — страна одна. Да и страховка на фоне общего уровня развития медицины далеко не панацея: я только еще больше была бы ограничена в выборе врачей и клиник. Тот случай, когда лучше без страховки, чем с ней.

Мартин

33 года, Рига, Латвия

С марта 2023-го я живу в Латвии. В прошлом декабре у меня внезапно случился приступ. Я почувствовал резкую боль в районе живота, подумал, съел не то. Но боль не проходила и в какой-то момент стала невыносимой. Это было не дома, но рядом были знакомые люди. Они вызвали скорую, хотя я долго отказывался. Согласился, когда попытался и не смог встать — начала кружиться голова, и я чуть не потерял сознание. 

Скорая приехала минут за семь, мне вкололи обезболивающее. Врачи говорили на смешанном русско-английском. Предположили, что это язва, и решили везти меня в больницу. Посадили в коляску и погрузили в машину.

Надо было сразу подписать бумагу о вызове бригады — это было сложно, не было сил, все кружилось. Страховки у меня не было, и вызов скорой обошелся в 192 евро.

Меня привезли в больницу — потом я узнал, что это была Университетская клиническая больница имени Паула Страдыня. Я снова подписал бумажку — согласие на анализы и лечение. У меня не было с собой паспорта, но, видя мое состояние, никто не требовал документов, говорили: «Потом».

Меня определили в приемное отделение, там были в основном пожилые люди. Я лежал и корчился на кушетке. Врачи взяли анализы, поставили капельницу с обезболивающим. Повезли на УЗИ и рентген. 

Один из корпусов Университетской клинической больницы имени Паула Страдыня, Рига
Фото: wikipedia.org

Часа через три пришли другие врачи и стали меня подробно расспрашивать. Спросили, пил ли я накануне алкоголь. Я пил. Уточнили, пил ли раньше и как часто. Я сказал, что каждый день, но не до потери сознания. «Тогда вряд ли у вас камень, вы не старый. У вас острый панкреатит — воспаление поджелудочной железы», — резюмировали они. Мне поставили еще какие-то капельницы, перевезли в другое отделение. Врачи были вежливы, но куда и зачем меня везут — не объясняли.

В другом отделении тоже было много пожилых людей: забавно, что я один был молодой. Жена привезла вещи, а я все лежал на этой мобильной кушетке. Но по большому счету мне было все равно — главное, чтобы что-то вливали и боль отступала.

На следующий день меня перевели в большую двухместную палату. Я смог наконец-то переодеться. Капельницы утром, днем и вечером. Через два дня стало лучше, на пятый отпустили домой. Прописали таблетки на два месяца. Сказали, что обошлось — успели все сделать вовремя. Но пить запретили совсем: «Кружка пива — и сразу к нам».

Лечение обошлось в 1038 евро за пять дней. Самая большая статья — стационар: 750 евро. Хорошо, что деньги были. Врачи сказали, что за три месяца здоровье мое должно восстановиться. Сейчас, спустя полгода, чувствую себя лучше, мне нужно сдать анализы и снова провериться. Я понял самое важное: медицинская страховка необходима — никогда не знаешь, что и когда с тобой может случиться. 

О латышской медицине могу сказать только хорошее. Лежал я в новом здании, где все как в сериале «Доктор Хаус»: большая светлая палата, супервежливые врачи и медсестры.

Анна

43 года, Чехия, Прага

Мы с мужем и сыном переехали в Прагу осенью 2021 года. Примерно через месяц у меня начался острый цистит, поднялась температура. У меня была платная страховка — без нее не дают визу. Набор услуг в ней почти полностью соответствует государственной страховке. То есть я могу пользоваться медициной в той же степени, что и граждане страны, за исключением лечения хронических заболеваний, возникших до заключения контракта со страховой компаний. Их можно тоже застраховать, но за доплату, а это очень дорого: мне дешевле самой покупать лекарства. На горячей линии мне посоветовали обратиться в государственную клинику. 

Поскольку я шла с острой болью без записи, то пришлось отсидеть в очереди. В страховой компании предупредили об этом. С врачом общалась по-английски. И этот прием сильно отличался от тех, на которых я была в России. Там после долгой очереди к врачу анализы можно сдать только на следующий день. Потом еще несколько дней ждать результатов и снова сидеть в очереди на прием к тому же врачу, чтобы узнать эти результаты и чтобы по ним назначили лечение. УЗИ же приходилось ждать по месяцу и больше: «Звоните периодически и узнавайте, когда появится запись». 

В Чехии в этом плане легче: хоть я тоже отсидела очередь, у меня сразу же взяли анализы, и, пока врач меня осматривал, часть результатов была уже готова. Прямо в кабинете мне сделали УЗИ и сразу назначили лечение. 

Прага, Чехия
Фото: Wojtek Witkowski / Unsplash.com

В прошлом году у меня внезапно начался сильный кашель — сначала по ночам, потом и днем. Раньше такого никогда не случалось, я не могла понять, что это. Записалась к врачу. Мой терапевт — он говорил по-русски — предположил, что это рефлюкс-гастрит, и назначил мне таблетки, которые обычно выписывают в таких случаях.

Для европейской медицины такая тенденция свойственна: сначала врачи ставят предварительный диагноз и назначают простое лечение, если же оно не помогает, тогда проводят серьезное обследование. Те таблетки мне не помогли, кашель остался. 

Ситуация осложнилась еще и тем, что одновременно у меня начался бронхит. На тот момент я не знала, что это бронхит. Два кашля объединились в один, у меня перекрывало горло, я начала задыхаться. 

Очередной приступ случился около полуночи. Сначала мы с мужем думали вызвать скорую, но отказались от этой идеи: я позвонила в страховую, мне сказали, что в таких случаях лучше самой доехать до дежурного отделения в больнице. И мы решили поступить как местные — своим ходом отправиться в больницу. Нашли в интернете ближайшее отделение скорой и сели в автобус. В отделении неотложки стоял аппарат, в котором нужно оплатить прием (около 90 крон). Медики говорили только на чешском, пришлось общаться с помощью google-переводчика, но я так надрывно кашляла, что лишних вопросов мне не задавали. Поставили диагноз «бронхит», назначили антибиотики, и через несколько дней сильные приступы кашля прошли.

Однако ночной кашель по-прежнему остался. На повторном приеме терапевт назначил мне обследование — гастроскопию. Записи на нее обычно нужно ждать несколько недель. Но мне повезло: кто-то отказался от записи, и меня пригласили на прием через несколько дней. Диагноз «рефлюкс-гастрит» подтвердился, и врач выписал другие таблетки, которые мне помогли. Несколько месяцев кашля не было. Осенью он появился снова, я пропила те же таблетки, и кашель прошел. Теперь я по крайней мере знаю, что с ним делать в случае рецидива.

Страховка покрыла все мои расходы полностью. Таблетки тоже могли быть бесплатными: если врач выписывает их по страховому случаю, то компания оплачивает их стоимость. Но я не стала заниматься сбором чеков, таблетки были не очень дорогими. 

Однако страховка не покрывает другие важные вещи, например стоматологию (точнее, она покрывают только какие-то базовые вещи у стоматолога). Моя страховка обходится примерно в 27 тысяч крон в год — около тысячи евро. Некоторые иностранцы не покупают ее, если работают на местного работодателя — тогда медобслуживание оплачивает он.

Я бы сказала, что чешская медицина эффективнее российской, когда речь идет об острых заболеваниях: тебе быстрее делают анализы, и ты меньше времени проводишь на приемах у врачей. Как минимум можно оперативнее добиться диагностирования и лечения. Но это из моего небольшого опыта. Возможно, каких-то нюансов я еще не знаю.

Читайте также Что делать, если вы пострадали от врачебной ошибки  

Другое отличие касается рецептов на лекарства для лечения хронических заболеваний. В России нужно сначала записаться на прием к терапевту, отсидеть в очереди и получить рецепт. Здесь у каждого есть свой лечащий врач, можно написать ему в онлайн-приложении, сказав, что нужен новый рецепт, и тебе его пришлют в СМС. К слову, одного из медикаментов, которые мне нужны каждый день и которые по рецепту дома выдавали бесплатно, в России с этого года не стало, а здесь он есть, хоть и за свой счет.

Еще важное отличие: больше внимания уделяется профилактике. В России во время диспансеризации мне назначали анализ крови всего на несколько базовых показателей: гемоглобин, сахар крови и еще пару-тройку каких-то. Толку от этих анализов мало. Здесь раз в два года по страховке можно сдать анализ крови с более детальным чекапом: у меня проверяли около 60 показателей.

В то же время никто в Европе не вызывает врача на дом, если поднялась температура. Все едут в поликлинику своим ходом и сидят в очереди. Мне кажется это разумным с точки зрения траты времени врачей. Я и в России уже много лет не вызывала врача на дом при ОРВИ, а сама ходила в клинику.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 645 099 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 645 099 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
295 095 669

Аптека в Грузии

Фото: Tbel Abuseridze / Unsplash.com
0 из 0

Батуми, Грузия

Фото: Kostiantyn Tundaiev / Unsplash.com
0 из 0

Один из корпусов Университетской клинической больницы имени Паула Страдыня, Рига

Фото: wikipedia.org
0 из 0

Прага, Чехия

Фото: Wojtek Witkowski / Unsplash.com
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: