Обычная жизнь, только с Дашей
Даше понадобились приемные родители, готовые принять ее такой, какая она есть, внимательные врачи и помощь фонда «Операция Улыбка»
Девочка с бантом
Как-то по больничному коридору навстречу Наталье Снетковой шла медсестра — грузная женщина средних лет.
— Только не говорите, что вы мама этой девочки!
Медсестра остановилась, подбоченилась и кивнула на двухлетнюю Дашу.
— Да, мама, а что такое?
— Делать вам нечего, что вы ее взяли! — хмыкнула медсестра и зашагала дальше.
Красноярцы Наталья и Павел Снетковы, инженеры с высшим образованием, забрали Дашу Ущенко из детдома, когда девочке еще не было двух лет. Снетковы работают в Сибирском государственном университете науки и технологий имени академика Решетнёва: 50-летний Павел возглавляет институт дополнительного образования, 46-летняя Наталья — замдекана факультета подготовки кадров этого института. До Даши в семье было двое детей: сыну сейчас 20, а дочери — девять лет.
Снетковы давным-давно задумывались о том, чтобы взять приемного ребенка, и, когда свои подросли, решились. Дочке исполнилось три года, сыну — 14. «Почему нужен был третий ребенок? — задумчиво переспрашивает Наталья и пожимает плечами: — Вот не знаю, правда! Еще когда маленькой была, хотела семью, детей и — как сейчас помню — именно приемного ребенка. Такое же желание с юности было и у мужа. Решили, что раз судьба нас вместе свела, то судьба и ребенка взять, значит».
Осенью 2020 года они приехали в специализированный дом ребенка в Сосновоборск — и им привели Дашу. Ей был год и 10 месяцев. Перед знакомством Дашу нарядили в белое платье, повязали на голову бант. «У нее головешка маленькая — и такой бант был здоровый, ужасный! Хотели в выгодном свете показать ребенка», — говорит Наталья.
Она вспоминает: Даша кричала так, будто увидела монстров. Бант колыхался над головой, как облако.
Опека изъяла девочку из пьющей семьи, когда Даше исполнилось два месяца. Ее никто не хотел брать из-за множества пороков развития. Снетковым сказали: выправить можно, но это дело техники. Павел, кандидат технических наук, предложил жене: «Давай возьмем больного ребенка? Здоровые у нас и свои есть, а здесь надо помочь».
Снетковы ездили в детдом каждый день. Привозили Даше игрушки, пытались подружиться. Но девочка ни в какую не привыкала, особенно к Павлу, ведь взрослых мужчин в детском доме обычно или очень мало, или вообще нет.
Через две недели Павел не выдержал. Он сказал: «Все, хватит! Забираем Дашу и едем домой». И они забрали и уехали. Девочка всю дорогу плакала, а потом заснула. И первые сутки, вспоминает Наталья, тоже плакала и все время показывала пальцем на дверь, будто хотела уйти. А когда гуляли на улице, все время искала забор — потому что в детском доме дети гуляют за заборами.
«А потом прошла первая неделя — и она будто была у нас всю жизнь! И мы стали жить обычной жизнью, только с Дашей», — говорит Наталья.
Малышка на миллион
«Обычная жизнь, только с Дашей» — это жизнь с ребенком, у которого смешанный тетрапарез (одна из форм ДЦП с двигательной дисфункцией конечностей). А еще косоглазие, двусторонняя расщелина нёба и губы, недоразвитие уха, задержка психического и речевого развития. И отдельным пунктом — декстрокардия. Это когда сердце у человека расположено справа. Само по себе ничего страшного, но в сочетании с другими аномалиями может зеркалить и на работу других органов, от легких до кишечника. И это чревато частыми простудами, бронхитами и пневмониями, а еще может влиять на зрение, память и иммунитет.
Сын Снетковых поначалу трудно принимал новоиспеченную сестренку, а вот с дочкой, которая лишь на год старше Даши, они все эти годы дружны и поддерживают друг друга.
Мнения близких, когда Снетковы решили взять Дашу, тоже разделились. Кто-то посчитал и откровенно назвал их дураками. «Друзья нас поддержали, привезли кучу подарков. — Наталья вспоминает, что в коридоре было не пройти из-за коробок с игрушками. — А вот родственники не были так единодушны. Некоторые сказали: “Ну действительно, зачем? Такой букет…”»
Со временем вопросы исчезли. Сейчас, говорит Наталья, все родные принимают Дашу, а единственная бабушка души в ней не чает.
«Да она у нас малышка на миллион!» — Наталья смеется, вспоминая, как они однажды напугали врача скорой, который не нашел у девочки сердце на привычном месте.
С «зеркальным» сердцем, конечно, ничего не сделаешь. А вот все остальные диагнозы за те пять лет, что Даша живет в семье, Снетковы сняли. Пластику лица делали почти в три года, в течение первого года в семье не рисковали наносить девочке новую травму: ждали, пока она привыкнет к новым родителям. И ее лицо теперь совсем другое — маленькой Даше зашили расщелину губы, а после провели реконструкцию нёба.
Сделали это врачи фонда «Операция Улыбка», про который «Такие дела» подробно рассказывали своим читателям летом. Этот фонд организует выездные акции в регионы и проводит бесплатные операции детям с расщелинами губы и нёба. Нужных специалистов и оборудования в городах нет, а такие дети, как Даша, всегда есть. Обычно им требуется не одна операция, а несколько: ребенок растет, и хирурги шаг за шагом работают с его лицом — вплоть до совершеннолетия, а порой и после.
Всем детям с расщелинами губы и нёба показана ортодонтическая и логопедическая коррекция. Это не прихоть: от работы с этими специалистами зависит то, как ребенок будет есть, спать, дышать, говорить, учиться, строить отношения со сверстниками и в конце концов жить. Ни логопедию, ни ортодонтию государство не оплачивает, но благодаря фонду ребенок получает нужную помощь.
В дни выездной акции в Красноярске летом 2026 года семилетнюю Дашу ждал очередной этап большого комплекса хирургических вмешательств — вестибулопластика. За два часа операции врач скорректировал девочке форму преддверия полости рта: сделал пространство между щеками и зубами глубже, убрал патологическое натяжение слизистой.
Дальше Даша будет расти — а врачи постепенно будут делать так, чтобы зубы не шли винтом, чтобы в верхней десне не было дырки, чтобы нос был ровным, чтобы девочка могла нормально дышать, жевать, говорить и нравиться себе в зеркале. Когда Даше исполнится 12, хирург проведет ей пластику носа и губы, а спустя пару лет — и не до конца развитого ушка.
Маме она нравится всегда. «Она у нас блондинка с кудрявыми волосами, голубыми глазами и огромными ресницами! Вот так выглядит!» — Наталья складывает ладонь большим пальцем вверх.
Биологические родители Даши живы. А со Снетковыми они встречались в суде: вскоре после удочерения пытались вернуть девочку, но суд встал на сторону новой семьи. «Узнали, что мы забрали ребенка, и побежали в суд восстанавливаться в правах, чтобы алименты не платить, — говорит Наталья. — Летом мне написала ее мама, пыталась жаловаться на жизнь и что из-за долгов по алиментам ее мужа забрали на СВО». С самой Дашей, когда та подросла, кровная мать встретиться не пыталась.
Приручить «щенка»
В августе 2026 года Даша провела в стационаре красноярской больницы почти неделю. Некоторых детей выписывают буквально на следующий день, но ее операция более сложная и требовала перевязок и наблюдения. Остаток лета она занималась акробатикой на полотнах, крутила «бабочку» — это ее любимый гимнастический трюк. Вместе с родителями ездила в зоопарк, веселилась в аквапарке, гоняла на велосипеде наперегонки с сестрой. А в сентябре пошла в первый класс обычной школы.
Ее приемная мама Наталья говорит, что все пять лет двигалась к этому 1 сентября как к одной из своих главных задач: «У нас длинный путь по восстановлению и личика, и речи, и многое еще предстоит. Все эти годы нужно было шевелиться и всё делать вовремя: чтобы Даша вовремя поступила в школу, чтобы там ее не дразнили, чтобы с учебой все нормально было». Поэтому — логопед, массажи, регулярные домашние занятия. Снетковы жили в Красноярске, но из-за детей перебрались за 12 километров, в небольшой 30-тысячный Дивногорск: воздух лучше и школа рядом.
В школу Даша пошла, уже умея и читать, и писать. Сейчас она вместе с одноклассниками учит таблицу сложения и вычитания до десяти. С первой учительницей им повезло. Наталья рассказывает, что сельская учительница Светлана Владимировна приехала преподавать в Дивногорск и во время их первого — волнительного для приемной мамы — разговора сказала: «Наталья Николаевна, успокойтесь. Я с какими детьми только не работала. Все будет хорошо!»
«И правда, все хорошо!» — в конце октября, спустя два месяца учебы, говорит Наталья.
Даша единственная из всех первоклашек плакала на линейке: боялась, что родители отдадут ее незнакомке-учительнице, а назад за ней не вернутся. Но быстро адаптировалась и на уроки идет с охотой. В речи значительный прогресс: другие дети ее понимают, изъясняется понятно, хорошая память. Даша отлично читает и приносит домой «улыбчивые» тетрадки — вчерашним дошкольникам за хорошую учебу поначалу ставят не оценки, а смайлики.
«Не бывает детей своих и чужих, проверено лично мной», — написала 1 сентября 2026 года Наталья Снеткова на странице в соцсети под фото своей первоклассницы Даши с белым бантом и в школьной форме с отложным воротничком. Наталья смеется: бант к локонам девочки уже никто не приколачивал, прически себе она выбирает сама. Летом щеголяла с фиолетовыми косичками.
Наталья говорит, что Даша кардинально изменила их жизнь. И не только как семьи. В институте Снетковы открыли ряд образовательных программ по переподготовке — для родителей с детьми с особенностями развития, для «особых» нянь и тьюторов. А в 2023 году зарегистрировали собственную некоммерческую организацию и теперь помогают детям-сиротам, людям с инвалидностью, одиноким пожилым людям.
Дети с уже оперированными расщелинами губы и нёба испытывают сложности со свистящими и шипящими звуками. Им трудно чисто произнести слова «щенок», «шарик», «черепаха». Но если заниматься с логопедом, все можно наверстать.
«Дома мы ее называем Данечкой. Она не выговаривала “Дашенька” — поэтому», — говорит мама Наташа. Найти логопеда для ребенка с оперированной расщелиной непросто, это штучные специалисты. Чтобы помочь таким детям, фонд «Операция Улыбка» запустил онлайн-проект, и пациенты теперь имеют возможность брать бесплатные уроки у логопедов с редкой специализацией.
Даша уже приручила и «щенка», и «черепаху», и собственное имя. Логопед, с которым занимается Даша, хвалит ее за прогресс и обещает, что в будущем речь Даши не будет ничем отличаться от речи других детей.
Наталья и Павел хотят, чтобы и жизнь ее ничем сильно не отличалась от жизни других домашних детей. По крайней мере они стараются. «Она особо ничего не помнит, мы не скрываем, но и не акцентируем на этом, — говорит Наталья о приемном родительстве. — Мы с мужем считаем, что всему свое время. Придет время — она узнает, поймет. Сейчас этим точно грузить ребенка не надо».
1 ноября, на свой восьмой день рождения, Даша получила от родителей в подарок новый велосипед. У нее впереди еще много работы — операции, занятия с логопедом, встречи с врачами. Но теперь у нее есть семья, школа, подружки, велосипед и возможность просто быть ребенком. Другие дети пока только ждут своего шанса. И очень многое зависит от того, найдутся ли люди, готовые помочь.
Пожертвование в фонд «Операция Улыбка» — это возможность для ребенка не прятать лицо, не бояться чужих взглядов, свободно говорить и улыбаться. Помогите, чтобы у этих детей было больше поводов для улыбки и меньше причин ее скрывать.
