Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

В Петербурге бывшая пиарщица гастробара пожаловалась на домогательства гендиректора. Он отвергает ее обвинения

16 февраля бывшая пиар-директор петербургского ресторанного комплекса «Симпозиум» и гастробара MadlabBar Лидия Панова опубликовала открытое обращение к СМИ. Она обвинила генерального директора компании Виталия Соколова в эмоциональном насилии и домогательствах на протяжении девяти месяцев работы, а также приложила скрины сообщений с оскорблениями. Владелец компании Андрей Курпатов, по словам Лидии, не отреагировал на ее жалобы. 

Соколов отвергает обвинения бывшей сотрудницы и считает их «спланированной публикацией», а скрины переписки — фейком. Комментарий Курпатова на момент публикации получить не удалось. 

«Такие дела» попытались разобраться в ситуации и попросили активисток Алену Попову и Лизу Лазерсон объяснить, возможно ли доказать факт домогательств на работе?

Фото: Юрий Мартьянов/Коммерсантъ

«Не забудь рассказать про компетенции под юбкой»

Как рассказала Лидия Панова «Таким делам», в компанию она пришла в январе 2017 года. «По директору сразу было видно, что он заинтересован во мне, — сказала она, — но мало ли заинтересованных мужиков. Ни к чему негативному это обычно не приводит. В какой-то момент я даже симпатизировала директору, пока он не начал пить и орать матом».

Лидия Панова рассказывает, что после того, как она попыталась дистанцироваться от гендиректора, тот стал проявлять агрессию: материться, кричать и придираться к ее работе. При этом, по словам девушки, агрессия была не только по отношению к ней, но также и к другим коллегам.

На скринах, которые опубликовала Лидия, Соколов писал ей в час ночи с требованием выполнить работу в это время. Когда девушка попыталась возразить, он ответил: «Раз я написал сейчас — значит сейчас. Нех** вы*****ся». Лидия попыталась закончить разговор, на что генеральный директор ответил: «Ты решила, что ты особенная? Не забудь рассказать про компетенции под юбкой» (скриншоты переписки в ватсапе и фейсбуке опубликованы на странице Пановой, на скриншоте указан контакт «Виталий Николаевич», — прим. ТД).

«Харассмент — это не только прямолинейное “полез под юбку”. Это и скабрезные шутки, и пьяные попытки превысить полномочия, — ответила бывший пиар-директор на вопрос ТД о том, как выглядели домогательства. — В свете того, что никак нельзя подтвердить документально действия, а не слова, скажу следующее: попытки превышения субординации были во всех смыслах. Абьюз начался после попытки вернуть все в исключительно рабочее русло. Никакое женское “нет” не дает права на подобное мужское поведение или доведение до увольнения. Это та самая моральная решетка, которая должна удерживать мужчину».

Лидия Панова говорит, что обращалась с жалобой на нарушение субординации к владельцу компании— Андрею Курпатову. По ее словам, тот обещал поговорить с генеральным директором, но в итоге никаких санкций по отношению к Соколову принято не было. После этого Лидия Панова решила сама уволиться из компании.

В январе 2020 года она общалась с Курпатовым на эту тему еще раз. В подтверждение этого Панова публикует скриншот переписки в ватсапе с собеседником «Док» и скриншот своего письма ему. На выложенных скриншотах «Док» пишет девушке: «Солнце, давай пожалуйста перестанем все это воротить… Смысла нет никакого. У каждого своя правда <…> В другой Вселенной могло быть как-то иначе, но мы в этой» (в сообщении сохранена пунктуация автора, скриншот переписки опубликован на странице Пановой — прим. ТД).

«В другой Вселенной могло быть как-то иначе, но мы в этой»

Сам Виталий Соколов на своей странице в фейсбуке отверг обвинения в абьюзе и харассменте. Переписки с нецензурной речью, опубликованные Пановой, он назвал фейком. По его словам, Панова взяла тему обсуждения из рабочих чатов и «художественно обработала контент в необходимом ей направлении провокации».

Обращение бывшей сотрудницы в СМИ Соколов считает «спланированной публикацией»: «Самое неприятное — это, конечно, обвинения в “харассменте”. Но крайне странно слышать их от человека, который оставил мне на прощание рукописное письмо следующего содержания (в данных обстоятельствах вынужден процитировать его и дико извиняюсь перед теми, кто не любит “грязное белье”):“Никого я не любила настолько сильно и настолько зря”», — цитирует Соколов.

Генеральный директор компании Виталий Соколов отказался общаться с «Такими делами», назвав свой комментарий в фейсбуке «полноценным и исчерпывающим».

Андрей Курпатов не ответил на звонки и запросы корреспондента ТД. «Такие дела» направили запрос в «Сбербанк», где Курпатов является руководителем лаборатории нейронаук и поведения человека, и попросили прокомментировать поведение своего сотрудника. Ответа на момент публикации заметки не поступило.

«Домогательства – это не обязательно рука на лобке»

«Домогательства — это не обязательно рука на лобке. Это и липкие взгляды, сальные шуточки и просто нежелательные комплименты», — отмечает создательница телеграм-канала «Нет значит нет» Лиза Лазерсон.

Активистка рассказывает, как сотрудницы могут попытаться остановить харассмент: например, купить диктофон и записывать разговоры, сохранять переписку, жаловаться в отдел кадров, подать в суд. «Но как показывает практика, защититься женщина все равно не сможет», — признает она.

Доказать факты домогательства на работе очень сложно

Юристка Алена Попова объясняет: в российском законодательстве харассмент может попадать под уголовную статью 133 УК РФ «Принуждение к действиям сексуального характера». Но домогательство будет считаться преступлением, только если были факты принуждения, например, шантаж или порча имущества. «То есть, — поясняет эксперт, — важно не только само домогательство доказать, а еще и то, что человек выхватил и разбил телефон, например, начал шантажировать».

Алена Попова добавляет, что если сотрудница решит записать случай домогательства на скрытую камеру, то рискует сама стать фигуранткой уголовного дела. «То есть если женщина-жертва домогательства хочет быть защищена, ей придется самой нарушить уголовный кодекс. Это абсолютно недопустимо и ставит женщину в опасность, делает ее уязвимой и никак не способствует соблюдению ее прав на половую свободу, — комментирует она. — Поэтому мы говорили, говорим и будем биться за то, чтобы существовали в российских законах нормы защиты именно от домогательств. Сейчас НИЧЕГО не защищает жертву. Наоборот, когда жертва домогательств говорит о случае, именно она сталкивается с травлей и обвинениями. Ее слово против слов насильника».

Лазерсон также уверена, что 133 статья о принуждении к сексу в России не работает. «Мужчины- начальники будут покрывать друг друга, а коллеги-женщины — осуждать за длину юбки, — считает активистка. — Поэтому я все-таки обращусь к мужчинам. Не заводите отношений с подчиненными. Ни с кем и никогда. Потому что это в любом случае будут отношения по принуждению. Комплиментов, цветов и ужинов с алкоголем в рабочих отношениях быть не должно».

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: