Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Сохранить исторический облик и сделать удобно. Почему реконструкция и доступная среда не противоречат друг другу?

В Москве и Санкт-Петербурге градозащитники следят за реконструкцией исторических зданий: арендаторов нередко критикуют за искажение облика города. В то же время реконструкция не делает здания современными — инфраструктуру для людей на инвалидных колясках создают редко. «Такие дела» выясняют, возможно ли сохранение исторического облика города вместе с созданием доступной среды.

Фото: Геннадий Гуляев/Коммерсантъ

Изменение облика города

Летом в Москве в здании XIX века на углу Маросейки и Петроверигского переулка открылся рыбный ресторан «Охотка». Владельцев заведения критиковали за искажение внешнего облика строения: ради создания панорамного окна снесли часть стены доходного дома. Закон при этом нарушен не был — департамент культурного наследия Москвы выдал разрешение на проведение работ. Сооснователь «Охотки» Анна Акулич говорила, что проект перепланировки окна был утвержден еще в мае 2019 года и его реализация стала одним из условий при заключении договора аренды.

«Мы приобрели право аренды этого объекта с уже согласованным проектом реконструкции и пометкой “к исполнению”. Документы не давали нам возможности оставить первоначальный фасад», — утверждает она. По словам Акулич, намеренно на такой шаг владельцы заведения не пошли бы: «Ни одного умышленного действия в сторону нарушения исторического облика зданий мы не совершали и не совершим». 

Опубликовано Покровка и окрестности Среда, 29 июля 2020 г.

Член координационного совета общественного движения «Архнадзор» Александр Фролов считает подобное отношение к историческим зданиям недопустимым. По его мнению, так с одного дома начинает постепенно меняться облик города, поэтому органы охраны памятников должны пресекать такие работы. «Такие дела» направили запрос в департамент культурного наследия. 

«Департамент культурного наследия не в первый раз выступает на стороне не памятника, а людей, которые его искажают или даже уничтожают», — комментирует он. Фролов привел в пример историю с Бадаевским заводом, где с разрешения департамента разбирают часть исторических построек, входящих в единый архитектурный комплекс. Инвесторы называют этот процесс реставрацией.

«В случае с “Охоткой” остается надеяться на то, что все это можно вернуть обратно: витрины заделать, сделать нормальные окна, такие, как там когда-то были. И тогда пусть ресторан внутри существует», — говорит Фролов. 

«Инвалидам вход воспрещен»

Жительница Москвы Фатима Медведева поддерживает градозащитников, но указывает еще на одну проблему: исторические здания оказываются недоступными для посетителей с инвалидностью даже после реставрации. «Я видела много обещаний не ходить в ресторан из-за того, что его владельцы сделали со зданием XIX века, — говорит она “Таким делам”. — Но почему никого не смущает, что в этом ресторане есть лестница и ни один человек с нарушениями опорно-двигательного аппарата не сможет попасть туда примерно никогда? Разве это более нормально, чем выломанное окно?»

У женщины два приемных сына, которые передвигаются на инвалидных колясках. «Как будто на двери висит невидимая табличка: “Инвалидам вход воспрещен”» — так, по словам Медведевой, чувствуют себя люди с ограниченными возможностями в городской среде, где многие места остаются недоступными для них. «Получается абсолютная серая зона: вроде бы никто не против людей с инвалидностью, но про них не говорят и ничего для них не делают», — добавляет она. 

В PR-службе «Охотки» на вопрос о доступной среде ответили, что «планировали, но не смогли организовать необходимые условия для удобного доступа входа и организации санузла для людей с ограниченными возможностями». В компании добавили, что помещения для будущих заведений сети будут подбираться с учетом удобства посетителей с инвалидностью.

Агентство «СканМаркет» проводило в 2019 году в Москве и Воронеже исследование о барьерах для посещения ресторанов людьми с инвалидностью. Большинство (71%) администраторов заведений говорили, что готовы принять гостя в инвалидном кресле. Отказы чаще всего происходили из-за отсутствия пандусов. В то же время исследователи пришли к выводу, что готовность сотрудников помочь не соответствует техническим возможностям помещений. Например, возможность въезда в туалет на коляске была только в половине изучаемых точек общепита (49%), а специально оборудованный санузел — в 9% точек.

Перестраивать город с пользой

Фролов считает, что создание доступной среды не противоречит сохранению исторического облика города. Он уточняет, что каждый случай индивидуален — нужно оценивать, как повлияют изменения на внешний вид здания и на его конструкцию. Например, у «Эрмитажа» сделать доступную среду получилось: благодаря подъемникам люди с двигательной инвалидностью могут попасть в музей и перемещаться между этажами и сам дворец от этого не пострадал.

Медведева говорит: опыт других стран показывает, что при грамотной планировке среды город может быть и красивым, и удобным для жителей, в том числе для людей с инвалидностью. «Безусловно, я стою на защите нашей архитектуры, и я правда считаю, что со всеми этими местами можно что-то придумать. Мы живем в XXI веке, нет неразрешимых ситуаций, все можно перестроить так, чтобы всем было удобно. Вспомните любой европейский город, где все доступно, при этом очень красиво выглядит и никому не мешает», — комментирует она.

Около месяца Фатима с сыном жили в Лондоне перед операцией и могли сравнить инфраструктуру двух мегаполисов. «За этот месяц куда мы только ни ходили — и в музеи, и в магазины, и в гости, и проблем не возникло, — рассказывает Фатима. — Как-то же они решили этот вопрос? Мне кажется, москвичи тоже могли бы это сделать». Фатима приводит примеры: в Лондоне они обычно встречали удобные пологие пандусы, большие примерочные с кушетками, большие туалеты для людей с инвалидностью.

В России юридическим лицам грозит штраф по статье 9.13 КоАП РФ (уклонение от исполнения требований к обеспечению доступности для инвалидов объектов социальной, инженерной и транспортной инфраструктур и предоставляемых услуг). Но размер штрафа значительно уступает затратам на создание доступной среды, а проблемы у владельцев кафе, магазинов, парикмахерских возникают только тогда, когда на них подают в суд сами люди с инвалидностью.

«Когда я только забрала своего старшего ребенка [из детского дома], мне казалось, что я все изменю, что люди посмотрят, как мы тут мучаемся, и быстренько для нас пандусов понаставят. Мне кажется, это важный вопрос, и если у нас не реагирует государство, то нужно реагировать хотя бы обществом», — уверена Фатима. 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: