Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

В Москве суд не выпустил из СИЗО мужчину, донорская кровь которого необходима его сыну с аутизмом и химеризмом

В Москве суд отказался выпускать из СИЗО мужчину, донорская кровь которого нужна для его сына с аутизмом и химеризмом. Мама мальчика Евгения Садовская рассказала «Таким делам», что мальчику необходимо сделать прививки для госпитализации, а плазма его отца может понадобиться на случай аллергической реакции на вакцину. 

Обновлено 14 января в 12:55. Редакция добавила в материал пояснение от врача-трансфузиолога Павела Трахтмана, который считает, что у мальчика не может быть только одного подходящего донора.

Справка с неуточненной информацией

Отец ребенка — бывший сотрудник ФСИН Андрей Сергеев. С Евгенией у них четверо детей. Младшему ребенку три года, у него аутизм, а также диагностирован химеризм — у мальчика укороченный фенотип крови.

В 2019 году Андрея арестовали по части 4 статьи 159 УК РФ (мошенничество), Евгению через полгода отправили под домашний арест по этому делу. Летом девушку освободили. Садовская отметила, что они добивались пересмотра меры пресечения для ее мужа — просили перевести его из СИЗО под домашний арест. 27 ноября Кузьминский районный суд Москвы отказал им.

«Из доказательств необходимости продолжать удерживать отца четырех детей в следственном изоляторе — справка от оперативника ФСБ о наличии некоей неуточненной информации, что подсудимый собирается скрыться за границей. Адвокат Сергеева представила ответ на запрос в МВД о том, что тот никогда не имел загранпаспорта. Суд, конечно, больше поверил или сделал вид, что поверил справке», — написала в фейсбуке адвокат Мария Эйсмонт.

Папы рядом нет, вакцинация невозможна

Садовская рассказала, что у ее сына слабый иммунитет и множество аллергических реакций. Врач диагностировал у мальчика ранний детский аутизм, и, чтобы определить дальнейший маршрут в его лечении и реабилитации, ему нужна госпитализация, уточнила девушка.

Евгения отметила, что ребенок должен был 17 декабря лечь на обследование в научно-практический центр детской психоневрологии. Но перед госпитализацией его необходимо вакцинировать. Садовская объяснила, что медицинский отвод от прививок не предусмотрен для мальчика, так как в случае заражения у него может начаться регресс расстройства аутистического спектра. По ее словам, ребенка необходимо обезопасить как минимум от пневмококковой инфекции.

Вакцинировать мальчика могут только в случае, если его отец будет находиться рядом. Евгения рассказала, что отец ребенка — единственный подходящий донор крови для него из-за химеризма. Она уточнила, что у ребенка не определяется резус-фактор, и неподходящая кровь может привести к тому, что организм начнет отторгать донорскую плазму.

Врачам может понадобиться донорская плазма мужчины на случай, если у мальчика начнется аллергическая реакция на вакцину (рекомендации врача есть в распоряжении редакции. — Прим. ТД). По словам Евгении, прямое переливание крови в такой ситуации может спасти их сына.

«Папы рядом нет, вакцинация невозможна, а значит, плановая госпитализация в очередной раз отменяется — уже в четвертый. Те, кто когда-либо стоял в очереди на госпитализацию, понимают, что значит пропустить эту очередь. Что значит иметь возможность получить медицинскую помощь, но не воспользоваться ею не по своей воле. Те, кто знаком с ранним детским аутизмом, понимают, что такое отложенная программа реабилитации и как важно начать действовать как можно раньше», — отметила Эйсмонт.

Нет оснований для меры пресечения

По словам Евгении, на последнем судебном заседании адвокаты предоставили все медицинские документы, а также привлекли лечащего врача ребенка. Медик рассказал о необходимости лечения и реабилитации мальчика, в том числе он указал на необходимость общения ребенка со всеми членами семьи (заключение врача есть в распоряжении редакции. — Прим. ТД).

Тем не менее судья отказался выпускать мужчину из СИЗО и переводить его под домашний арест, уточнила Евгения. По словам девушки, адвокаты подали апелляцию на судебное решение, но судья отказала в передаче ее рассмотрения в Мосгорсуд. За год и девять месяцев, которые мужчина провел в СИЗО, не было ни одного судебного заседания, обратила внимание Садовская.

Согласно карточке дела Сергеева, только с начала сентября заседание откладывали шесть раз, четыре из них — из-за «недоставления подсудимого». Адвокат Евгении Эдуард Исецкий отметил, что в деле ее мужа нет оснований «для любой меры пресечения».

«К сожалению, правоохранительные органы и суд не хотят услышать нас, не хотят услышать, что помощь нужна ребенку. Нам всячески препятствуют в обеспечении реализации прав ребенка, в том числе на оказание медицинской помощи. Участие отца необходимо, но к нам не прислушиваются. Мы ходатайствовали хотя бы изменить меру пресечения — заключение под стражей — на домашний арест, который позволит обеспечить интересы и государства, и ребенка. Врач дал пояснения, почему это необходимо, что это не прихоть наша. Но суд руководствовался не требованием законности и справедливости, а принципом карательного органа», — рассказал «Таким делам» Исецкий.

Обновлено 14 января в 12:55. Павел Трахтман, врач-трансфузиолог, заведующий отделением трансфузиологии, заготовки и процессинга гемопоэтических стволовых клеток центра имени Дмитрия Рогачева, прокомментировал «Таким делам» информацию о том, что у мальчика может быть единственный донор. По его словам, у ребенка самая обычная вторая отрицательная группа крови, его потенциальным донором, по подсчетам врача, может стать каждый 60-й житель России. 

«Потенциальный донор должен иметь такую же группу крови и такой же фенотип, в общем такие же параметры крови. У него не самая частая группа крови, но все-таки один человек из 60 — это не очень большая редкость. Если мы пересчитаем на всю страну, то порядка 2,5 миллиона доноров теоретически могут выступить донором крови для этого пациента. Поэтому никакой редкости, уникальности у этого ребенка нет», — сказал Трахтман, уточнив, что видел анализы мальчика. 

Врач предположил, что в какие-то из предыдущих обращений матери и мальчика в лечебные учреждения при определении группы крови ребенка могла возникнуть неточность. Для определения группы крови есть много способов, более точные и менее, объяснил он. 

«Чтобы определить группу крови конкретно этого ребенка, нужно использовать достаточно сложные методики. Они не уникальны, но они сложные и не используются рутинно, например, в поликлинике. Могли возникнуть какие-то расхождения и неточности», — сказал Трахтман.  

Он добавил, что все вариации групп крови, встречающиеся, на свете, известны. На сегодняшний день известно 63 разных группы. «Последние лет 20-30 ничего нового в этой области не появлялось», — сказал врач.

Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: