Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Трудности перевода. Как в России проходят суды, если человек не понимает русский язык?

По официальным данным, в России около 174 языков. Во время судебных разбирательств у россиян и иностранцев есть право говорить на том языке, который они понимают. Но на деле это далеко не всегда так.

Эксперты рассказали «Таким делам», с какими проблемами чаще всего сталкиваются обвиняемые и что с этим можно сделать. 

Фото: Владимир Гердо/ТАСС

«Товарищеский» суд

В феврале в Сыктывкарском городском суде активист Алексей Иванов, которого обвинили в нарушении порядка проведения митинга, отказался говорить с судьей на русском. Он сказал, что ему проще пользоваться коми языком и он не должен «подстраиваться под суд». В итоге судья перенесла заседание для того, чтобы оно прошло в присутствии переводчика, и назвала происходящее цирком.

Согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ, обвиняемый имеет право давать показания на родном языке или языке, которым он владеет, а также бесплатно пользоваться услугами переводчика. Все документы должны перевести на понятный ему язык.

Однако случается, что судьи оставляют без внимания ходатайства на предоставление переводчика, желая рассмотреть дело в разумные сроки и без задержек, говорит советник Федеральной палаты адвокатов России Нвер Гаспарян.

«Они считают, что обвиняемый в достаточной степени владеет русским языком. Вместе с тем нередко мигранты или россияне — представители разных национальностей — могут с трудом изъясняться на разговорном русском. Кроме того, они вообще не владеют юридической терминологией, с которой часто сталкиваются в судах. Это может создать для них сложности, что в конечном итоге неизбежно отразится на объективном ходе разбирательства», — пояснил Гаспарян.

Читайте также Ярлыки  

По данным комитета «Гражданское содействие» (организация включена в реестр организаций-инагентов — прим. ТД), более чем в половине случаев, когда судят иностранцев за нарушение миграционного законодательства, их знания русского языка не хватает для того, чтобы полноценно понимать, что происходит. Обычно, рассказали в комитете, заседания по выдворениям проходят «коллективно», поэтому в зале находится сразу несколько человек по разным делам и они подсказывают друг другу непонятные слова. Это нарушение, поскольку каждое дело должно рассматриваться отдельно.

В Черемушкинском суде Москвы был случай, когда при одновременном рассмотрении административных дел двух мигрантов судья попросила одного переводить другому, вспоминает аналитик «Гражданского содействия» Константин Троицкий. Переводчика им так и не предоставили.

Троицкий также привел в пример историю гражданина Таджикистана Исмаила (имя изменено. — Прим. ТД), которого судили за нарушение миграционного законодательства. В ноябре 2018 года в Москве полицейские остановили его для проверки документов. По-русски мужчина почти не говорил, смог лишь объяснить, что приехал к отцу. Сотрудники МВД обвинили Исмаила в том, что он не встал на миграционный учет, а талон постановки, который у него был, отобрали.

Читайте также Доктор свой  

Полицейские, отмечает Константин Троицкий, настойчиво попросили задержанного подписать некие бумаги. Среди них оказался протокол об административном правонарушении, где Исмаил якобы отказывался от услуг переводчика.

На заседании в Мещанском суде мужчина сказал, что не понимает, о чем его спрашивают. В итоге переводом пришлось заниматься отцу Исмаила. Его судья пригласила для участия в заседании, нарушив все предусмотренные законом процедуры.

«Без переводчика человек беспомощен»

Переводчик не только переводит материалы дела или помогает общению, но и обладает собственными процессуальными правами, рассказала юрист «Правозащиты Открытки» Алена Борисова. Например, он может задавать вопросы, делать замечания по поводу правильности записи перевода для протокола.

Без переводчика участник процесса, не обладающий достаточным знанием языка, по факту просто беспомощен

— говорит Борисова.

Правозащитница отмечает, что если в уголовном или гражданском процессе судьи стараются следовать закону и приглашать переводчиков, то когда дело касается административных правонарушений, ситуация куда хуже. «Часто при задержании человека держат в отделе полиции часами, хотя он может даже не понимать, за что его задержали и что от него хотят», — объясняет она.

Как подчеркивают правозащитники, участнику процесса не нужно самому искать переводчика: это должны делать следователь или суд. Услуги переводчика оплачивает государство.

Нвер Гаспарян говорит, что в процессуальных законах нет подробных норм о том, какие требования должны предъявлять к судебному переводчику. Предполагается, что он должен в совершенстве владеть родным для участника заседания языком, а также языком судопроизводства — русским.

По словам Алены Борисовой, теоретически переводчики есть на все языки. Но на практике, когда ситуация касается редких языков, например кавказских, возникают сложности.

Переводчиков значительно меньше, и их квалификация воспринимается, условно говоря, «на веру»

— пояснила она.

Гаспарян привел случай из своей практики, когда в Карачаево-Черкесии подсудимому дали переводчика, который владел грузинским языком, но плохо знал русский. В подобных ситуациях, говорит адвокат, суд должен искать переводчика не только в своем, но и в другом регионе.

Что делать, если возникли трудности с переводчиком?

По словам Константина Троицкого, жаловаться на отсутствие переводчика, даже если задержанный по ошибке написал, что не нуждается в нем, можно уже в ходе судебного слушания в первой инстанции. Для этого нужно ходатайствовать о привлечении переводчика, а потом — подавать апелляцию.

В случае некомпетентности переводчика, ему может быть заявлен отвод — это указано в УПК, подчеркивает Борисова.

Если переводчика все-таки не предоставили и документы не перевели, а судебный акт уже вынесен, то при рассмотрении апелляции вышестоящий суд обязан это решение отменить.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: