Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Наркоманка для них — это сигнал, что можно сделать что угодно». 89% россиянок, употребляющих запрещенные вещества, столкнулись с насилием

Фонд имени Андрея Рылькова (ФАР, признан иностранным агентом на территории России) 8 марта презентовал итоги исследования уровня насилия по отношению к женщинам, употребляющим наркотики. Они показали, что девять из десяти участниц сталкивались с этой проблемой как дома, так и при общении с полицейскими.

«‎Такие дела» приводят результаты работы. 

Фото: pxhere

Методика и цель исследования

Цель опроса — подготовить доклад в Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин (CEDAW). У комитета есть Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, которую в числе прочих 189 стран ратифицировала на своей территории Россия. Как минимум каждые четыре года государства-участники обязаны предоставлять комитету доклады о законодательных, судебных, административных или других мерах, которые принимаются для выполнения положений конвенции. Параллельно неправительственные организации подают «‎теневые» доклады, в которых также рассказывают о текущем положении женщин в стране.

Читайте также Лечение и наказание

В 2015 году комитет уже дал России рекомендации по изменениям в законодательстве, которые необходимо принять для соблюдения прав женщин. Лишь несколько из них касались употребляющих наркотики россиянок. В частности, комитет ООН советовал России разработать программу заместительной терапии, снизить высокие показатели ВИЧ/СПИДа и повысить доступность услуг для людей с такими заболеваниями.

Президентка ФАР Анна Саранг отметила в комментарии ТД, что Россия не выполнила эти условия и фонд планирует сообщить об этом комитету во время обращения. «‎Россия во всем этом чисто формально участвует, но я бы не сказала, что они с каким-то рвением воплощают рекомендации. Договорные органы ООН следят за выполнением рекомендаций, но у них нет никаких возможностей предъявлять какие-то санкции или требования к РФ», — сказала Саранг.

В опросе для доклада приняли участие 73 женщины, медианный возраст — 33 года. Место их проживания не уточнялось, но, по словам Саранг, на вопросы анкеты отвечали девушки как из Москвы и Петербурга, так и из регионов. «‎Мне кажется, на основании этого отчета можно делать хороший вывод по ситуации в стране», — считает Анна. 

89% участниц опроса отметили, что они сталкивались с насилием. Из них 78% — с домашним насилием, 73% — с полицейским, 49% — и с тем, и с другим.

Домашнее насилие 

Саранг рассказала, что исследователи хотели проверить гипотезу, что употребляющие наркотики женщины в России — одна из самых уязвимых групп, в том числе и по распространенности домашнего насилия. Если в целом по России 52—56% женщин в 2019 году говорили о том, что подвергались домашнему насилию, то среди женщин, употребляющих наркотики, таковых 70%. По словам Саранг, их гипотеза подтвердилась. 

Читайте также Почему женщины убивают. Социолог поговорила с осужденными за убийство партнера после долгого домашнего насилия

‎«Помимо домашнего насилия, которому подвержены все россиянки, женщины, употребляющие запрещенные вещества, сталкиваются еще с полицейским насилием и правовыми преследованиями, для наших респонденток эти виды насилия стали обыденностью», — отметила Анна.

Участницы опроса рассказали, что с детства подвергались насилию со стороны родителей, а во взрослом возрасте — со стороны партнеров. Некоторые женщины подчеркивают, что актам насилия сопутствовал алкоголь. «‎В детстве отец поддавал, когда был пьяный. Иногда муж руки распускал. Сейчас я вдова», «‎В детстве отец меня бил. Мама постоянно орала. Оба выпивали», «‎Мой отец стал выпивать, когда погиб мой брат. Мне было девять лет. И когда уходил в запой, приходил и бил меня, срывая на мне злость. Всегда унижал, если я была одна дома», — приводятся в исследовании цитаты участниц опроса. 

Полицейское насилие

В России употребление наркотиков — не уголовное, а административное правонарушение. В исследовании ФАР отмечается, что из-за ‎де-факто криминализации употребления наркотиков женщины могут подвергаться насилию со стороны правоохранительных органов. Сюда входит как физическое, так и психологическое насилие: избиения, пытки, шантаж, угрозы, подброс наркотиков, вымогательство взяток, принуждение к даче показаний, издевательства и унизительное обращение.

Читайте также Свобода на тюремных простынях

Одна из участниц опроса в комментарии «‎Таким делам» сообщила, что в 2005 году проводила много времени на Павелецком вокзале, где воровала деньги и доставала наркотики. «‎Один раз меня остановил мент и завел к себе. Говорит, либо ты мне отдашься, либо у тебя найдут наркотики. Пришлось согласиться. Одним разом это не ограничилось: как только видел меня — вел к себе. Потом я нашла другое место и перестала туда ездить», — утверждает девушка, которая согласилась поделиться своей историей на условиях анонимности.

Другая девушка, также на условиях анонимности, сообщила «‎Таким делам», что полицейские прессовали ее, дежурили у подъезда, звонили, приходили с обыском. «‎Я боялась выйти на улицу, постоянно оглядывалась, боялась любого шороха», — поделилась девушка. 

Третья женщина рассказала ТД, что она занимается проституцией. Иногда, по ее словам, полицейские забирают ее и других женщин ночью и держат в отделении без оформления правонарушения. Ее саму однажды задержали на двое суток, не давая еду, а только воду. В итоге отпустили с протоколом за распитие спиртных напитков. Женщина также отметила, что ей неоднократно угрожали подкинуть наркотики.

Системное насилие 

52% участниц опроса рассказали, что попали под правовые репрессии. Половина из них сообщили о том, что подвергались преследованию несколько раз, 16 человек отбывали наказание в местах лишения свободы. 95% из тех, кто подвергся правовому преследованию, сказали, что это было связано только с тем, что у них есть зависимость или они употребляют наркотики.

Читайте также «Он меня не бил, но уничтожал морально»

Президентка ФАР отметила, что в России девушки, которые употребляют наркотики, не могут получить практически никакой помощи. Они не могут обратиться за получением помощи в наркологические клиники, потому что в бесплатных они боятся, что их поставят на учет или что там будет жестокое лечение, а платные — дорогие. Саранг подчеркнула, что на женщин ложится забота о детях и зачастую они не могут позволить себе длительное лечение.

В исследовании фонда сказано, что наркозависимость вместе с невозможностью получить качественную наркологическую помощь приводит к ощущению безысходности.

Участницы исследования рассказывают следующие истории: «‎В 2013 году я была в длительной ремиссии, и, после того как на обыске ничего не было найдено, мне подкинули деньги со словами “Ну раньше же употребляла и помогала взять наркотики другим за дозу”», «‎В полиции знали, что я состою на учете у нарколога, и, конечно, нас таких собирали по городу, когда им нужно было, увозили на тест и потом уводили на суд, и там судья решал, кому дать сутки, а кому штрафы», «‎Я наркозависимая, лечения должного не получала. В наркологических больницах лечат кетановом».

11 из 73 женщин сообщили, что их лишили родительских прав из-за проблем с наркотиками. Участницы опроса также рассказали, что нередко сотрудники правоохранительных органов угрожали им лишением родительских прав, чтобы получить какую-либо информацию. 

«‎Давили на больное, мол сядешь, детей заберут, и будут они расти в детском доме», — поделилась одна из девушек

Другая девушка на условиях анонимности рассказала ТД, что в 2013 году во время продажи героина знакомому ее задержал оперативник в собственном подъезде. Она успела позвонить в дверь и предупредить об этом своего мужа. Тот предложил, чтобы жену отпустили, поскольку у них трое детей, а преступление «‎повесили» на него.

«‎Они говорят: если ты возьмешь на себя пару висяков по кражам и дадите разрешение на обыск, то мы ее отпустим. Мы согласились», — вспоминает девушка. После суток допросов семейной пары их детей забрали в подразделение по делам несовершеннолетних, а затем в детский дом. Девушку отпустили под подписку о невыезде, а ее мужа посадили в СИЗО.

«‎Когда я начала заниматься возвращением детей в семью, то органы опеки и ПДН сообщили, что будут лишать меня родительских прав. Я сразу занялась лечением от наркомании, легла в больницу, потом стала проходить реабилитацию. В итоге, пока я лечилась, провели суд и меня лишили родительских прав, хотя я подавала заявление, чтобы суд отложили до выхода из больницы», — вспоминает девушка.

Во время лечения в больнице девушку ознакомили с возбужденным в отношении нее делом. По ее словам, в итоге на них с мужем завели дело как на группу лиц. Девушке дали шесть лет, мужу — семь.

Физическое и психологическое насилие в медицинских учреждениях

В исследовании ФАР сказано, что употребляющие наркотики женщины боятся обращаться за медицинской помощью. Причин достаточно: в бесплатных клиниках они боятся учета или жестокого лечения, а частные клиники слишком дорогие либо в них допускается трудовое рабство. Также в медицинских учреждениях женщины сталкиваются с унижениями, презрением из-за высокого уровня стигмы. 43% девушек отметили, что во время обращения в клиники очень сложно получить медицинскую помощь без унизительного обращения.

«‎Девушек буквально ненавидят, презирают, говорят им, что “если ты употребляешь наркотики, то ты делаешь что-то не то”. Такое отношение есть как в профессиональных кругах, так и в семье. До сих пор в российском обществе нет осознания того, что, если женщина употребляет наркотики, это не значит, что она какая-то плохая или опустившаяся, что она не человек. 

Если у женщины наркозависимость, это не значит, что ее нужно бить и унижать

Наоборот, это показатель того, что с ней что-то происходит и ей нужна помощь, и, возможно, очень глубокая, в этом нужно разбираться», — отметила Саранг.

Девушки во время опроса ФАР также рассказали, что в больницах их принуждали к аборту или к стерилизации. «‎Говорили, что дети будут уродливые и больные», — вспоминает одна из опрошенных.

У двух участниц опроса возникли проблемы во время анестезии при операции. «‎Мне делали аборт без анестезии, так как не хотели возиться искать вены, сказали: ничего, потерпишь, употреблять же приятно было, попробуй, чтоб неприятно», «‎Я их предупредила, что наркоз меня плохо берет и что они должны как-то меня привязать на время аборта, так как я могу оказывать сопротивление под наркозом — толком не осознавая, что делаю, естественно. Они меня никак не закрепили — и я во время аборта попыталась встать, и инструмент был у меня в матке, в итоге мне прокололи матку скальпелем. Когда я очнулась, они начали мне давить на то, что я наркоманка, поэтому так повела себя на аборте, что виновата я во всем сама, хотя я была под наркозом и не отдавала отчет в своих действиях. Начали меня унижать», — говорят девушки.

В 2020 году, после начала пандемии коронавируса, девушкам стало еще сложнее обращаться за наркологической помощью, поскольку отделения переоборудовали под нужды пациентов с COVID-19.

Где девушки-потребительницы могут получить помощь?

В опросе ФАР говорится, что больше половины женщин, переживших домашнее насилие, не обращались ни за какой помощью. Лишь четверть обратились к близким, 22% опрошенных — в правоохранительные органы, и только 4% — в кризисные центры. Среди тех, кто пережил полицейское насилие, за помощью обратились 37%. Среди них и те, кто просил близких помочь, чтобы, например, откупиться от полиции. Лишь две женщины обратились в полицию и прокуратуру.

Читайте также Что делать, если столкнулся с насилием?

«‎ФАР помог нам составить обращение в прокуратуру. Только после этого полицейские отстали от меня. Я вынуждена была даже продать квартиру, чтобы переехать в другое место», — вспоминает одна из девушек в разговоре с ТД.

Другая женщина рассказала «‎Таким делам», что никуда не обращалась потому, что не видит в этом смысла: «‎Одной девушке, которая пожаловалась на [действия полицейских], дали в итоге 15 суток. Сотрудники полиции оформили все так, как будто бы она их оскорбляла, у них появилась куча свидетелей. Жалоба в итоге сработала против нее».

Среди причин, почему девушки никуда не обращались, опрошенные называют следующие: «‎Я боюсь полиции, потому что наркоманка для них — это сигнал, что можно сделать что угодно: изнасиловать, шантажировать, заставить работать под прикрытием». 

«‎Кто будет слушать наркоманку. Скажут, мало били»

«‎Я считала, что если я зависима, то те, к кому я обращусь, будут, скорее, на стороне полицейских. И, несмотря на унижения, которые я пережила мне будут говорить, что я еще легко отделалась».

Также девушки говорили, что в обществе существует полная дегуманизации тех, кто употребляет наркотики: «‎Нас никто не воспринимает за людей, как будто мы уже отжили свою жизнь и больше нас вообще ничего не интересует», «‎Наркозависимые люди — это, по мнению большинства, отбросы общества, и отношение к нам соответствующее».

Юрист ФАР Анна Кинчевская поделилась с ТД, что произвольные задержания, обыски, принуждение к сотрудничеству, психологическое, вербальное и физическое насилие со стороны сотрудников полиции — распространенная практика в отношении женщин, употребляющих наркотики.

«Криминализация поведения, связанного с употреблением наркотиков, ставит таких женщин в положение перманентных правонарушительниц. Из-за предшествующего опыта насилия и нарушения прав со стороны государства наркопотребительницы избегают попадать в поле зрения правоохранительных органов и боятся обращаться в полицию с тем, чтобы не стать жертвой еще большего злоупотребления. В таких условиях любые предпринимаемые меры по защите прав должны быть максимально аккуратными и учитывать их особую уязвимость», — отметила Анна.

Саранг рассказала, что, когда ФАР обратился в кризисные центры, им сказали, что употребляющих наркотики женщин не хотят принимать, поскольку не знают, что с ними делать. При этом у фонда тоже пока нет своего временного убежища — шелтера. 

Читайте также «А потом был меф, меф, меф»

«‎Когда я искала возможность устроить участницу [ФАР] в шелтер и обзвонила несколько, то в некоторых мне говорили, что могли бы ее принять, но только после лечения наркозависимости. Еще говорили, что не могут взять, потому что будет абстиненция или употребление, а у них там другие люди с детьми, поэтому это недопустимо», — сказала ТД Екатерина, соцработница ФАР. Саранг дополнила, что это — пример того, в каких случаях необходима заместительная терапия.

На сегодня фонд предоставляет услуги психологов и психиатра, а также юристов, которые могут помочь по проблемам домашнего или полицейского насилия. Также в организации работают социальные сотрудники, которые помогают в решении проблем с документами. В настоящее время ФАР занимается разработкой базы данных, которая позволит мониторить случаи нарушения прав человека среди своих клиенток и клиентов, в том числе и случаи домашнего и полицейского насилия. 

«‎Основная рекомендация по изменению российского законодательства касается декриминализации употребления наркотиков, — убеждена Саранг. — Необходимо, чтобы не наказывалось хранение без цели сбыта и социальный сбыт, когда девушка покупает наркотики и себе, и подруге. Такое законодательство обсуждалось в 2020 году, в том числе в связи с делом Голунова. Но разговоры прекратились. Важно, что сегодня появляется общественное осознание важности этих реформ и того, что дела по наркотикам очень легко фабриковать». 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам
Все новости

Новости

Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: