Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Заметка

«Самое главное для меня было знать, что и ребенка спасут». Истории женщин, которые решились рожать, несмотря на онкологическое заболевание

У медиков нет достаточных оснований говорить о том, что беременность повышает вероятность развития рака молочной железы. Однако если женщина — носитель мутации гена BRCA, то риск возрастает в разы. Также болезнь может развиваться бессимптомно на ранних стадиях еще до зачатия ребенка, а во время беременности активизироваться. «Такие дела» поговорили с женщинами, которые узнали о своем заболевании и решились рожать.

Фото: Pelayo Arbues / Unsplash.com

«Я не верила, что получится сохранить беременность»

У 38-летней Татьяны Незнаевой из Нижнего Новгорода от рака молочной железы умерла родная мать. У себя же в груди Татьяна впервые заметила уплотнение в марте 2021 года. До этого женщина полтора года кормила грудью второго ребенка. Тогда врач выписал антибиотики, сказав, что это мастит. Однако после курса препаратов ничего не изменилось. УЗИ показало, что уплотнение — это не остатки молока, а «нехорошее образование».

Татьяна Незнаева после лечения и рождения ребенка
Фото: из личного архива

Только в конце мая у Татьяны взяли биопсию. Тогда она была беременна третьим ребенком, срок — шесть недель. Врач сказала, что если рак остался на внутриклеточном уровне, то можно сохранить беременность. Через 10 дней стало ясно, что процесс распространился дальше. Женщине предложили прервать беременность, но Татьяна отказалась. Тогда врачи посоветовали ей позвонить в НМИЦ им. Н. Н. Блохина.

«Этот звонок оказался судьбоносным для меня. Мне сразу же посоветовали доктора, занимающегося ведением беременных онкобольных. Это был луч в темном царстве. Считаю, мне повезло. На приеме у врача я узнала, что уже не один год существует программа для лечения беременных. Мне сделали пересмотр стекол, УЗИ, взяли все анализы. Поставили вторую стадию, так как уже были задеты лимфоузлы. План лечения был такой: операция и химиотерапия. На сроке беременности 16 недель мне сделали операцию. Дальше продолжала каждые три недели сеансы химиотерапии. 12 января я родила здорового мальчика. Но лечение не окончено. Впереди семь курсов химии».

«Беременность — не отягощение, а спасение»

В 2008 году ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина» присоединилось к международной программе Cancer & Reproduction. В учреждение стали обращаться беременные женщины. Эксперт проекта, онколог-маммолог, старший научный сотрудник онкологического отделения хирургических методов лечения № 15 Анастасия Пароконная даже создала целый чат в ватсапе, который называется «Онкомамы». В нем беременные женщины с онкологическими заболеваниями поддерживают друг друга на пути к материнству, делятся счастливыми историями рождения здоровых детей.

40-летняя Татьяна Бученко очень хотела второго ребенка. И, как только закончила кормить грудью старшего сына, начала планировать вторую беременность. Татьяна нащупала небольшое уплотнение в груди, но решила, что это остатки молока, и не придала этому значения.

«И я так ходила довольно долго — около полугода. Шишка не росла, никак не беспокоила. Но вскоре случился стресс, очень тяжелые три месяца в моей жизни. Она увеличилась в разы: с маленькой горошинки до размера крыжовника», — рассказывает женщина.

Вскоре женщина забеременела, пошла на прием к гинекологу и спросила про шишку. Врач сказала «ничего страшного» и направила на УЗИ ребенка и груди одновременно. «Как сейчас помню, — вспоминает Татьяна. — 30 декабря все готовятся к Новому году, а мне делают УЗИ ребенка, говорят, что все хорошо. А потом делают УЗИ груди — и врач меняется в лице: “Вам срочно нужно к онкологу”. Я тогда ничего не поняла: “Какой еще онколог, зачем? Ведь я беременна!”»

Татьяна Бученко с детьми Златой и Марком
Фото: личный архив

Татьяна с мужем очень хотели второго ребенка, но акушер безапелляционно заявил, что онкология несовместима с беременностью. Женщине выдали направление на аборт: «Я позвонила гинекологу, она на меня накричала, сказала, что я сумасшедшая: “Быстро на аборт”. Наутро мне надо было идти. Но я поняла, что никуда не пойду. У меня было стойкое внутреннее ощущение, что мне должны помочь. Муж через знакомых узнал, что в Институте онкологии им. Н. Н. Блохина есть врач, которая занимается лечением онкологии у беременных».

В институте Татьяна с мужем узнали о многолетней практике лечения онкологии у беременных пациенток. На 14-й неделе у женщины началась химиотерапия, которая длилась всю беременности. После каждой химиотерапии Татьяне делали УЗИ ребенка, проверяли кровоток.

«Со стороны покажется, что это безумие: онкология и беременность. Но я считаю, беременность не отягощение, а спасение. Восемь месяцев беременности я не была онкопациентом. Прежде всего я была беременная, но с какими-то сложностями».

Через два дня после последнего курса химиотерапии у Татьяны отошли воды и начались роды. В результате экстренного кесарева сечения родилась дочь Злата. Врачи сказали, что ребенок абсолютно здоров.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Татьяна Бученко (@buchenkotatyana)

После родов Татьяне сделали операцию по удалению груди. У нее выявили наследственную мутацию, а вид опухоли — трижды негативный рак — считается одним из самых агрессивных, часто дает метастазы. Поэтому пришлось удалить обе груди и яичники.

Татьяне предстоит еще несколько операций по реконструкции груди. Но из-за проблем со здоровьем провести ее пока не получается. «Благодаря блогу в инстаграме, где я рассказывала о своей болезни, я получила огромную поддержку от людей. Мне посылали игрушки для сына, вещи для дочки. Я очень всем благодарна. Сейчас я справляюсь сама», — заключила Татьяна.

«Мне говорили, что детей после рака быть не может»

Беременность не ухудшает прогноз на выздоровление от рака молочной железы, рассказывает Пароконная. Беременная женщина получает такое же лечение, как и обычные пациенты: те же дозы, препараты и режимы, те же виды операций. По словам Пароконной, особенность в том, что подключается акушер, который помогает следить за плодом. Эксперт отмечает: главное — вовремя начать лечение, не позднее второго триместра.

Анастасия также подчеркивает, что беременность возможна и после рака. Важно получить полноценное лечение. Например, если женщина в течение пяти лет получала гормонотерапию, то по истечении этого срока можно планировать беременность, говорит Пароконная.

Мария Ваганова всегда мечтала о большой семье. Но во время планового осмотра после первых родов у нее нашли рак молочной железы. Затем последовала операция по удалению молочных желез и восемь курсов химиотерапии. Многие врачи безапелляционно утверждали, что детей после болезни быть не может. У Марии была обнаружена наследственная мутация гена BRCA — 28-летней девушке рекомендовали удалить яичники.

Через год после окончания лечения во время планового приема у онколога-маммолога девушка узнала, что есть врач, которая занимается вопросом беременности после онкологии: «Так я попала на прием к Анастасии Анатольевне Пароконной, которая сразу же сказала, что мне можно еще будет иметь детей. Диагноз, который мне поставили, — трижды негативный рак, то есть гормон независимый, а значит, беременность не может спровоцировать рецидив. В моем случае должно было пройти минимум два года с окончания лечения до наступления беременности».

Мария Ваганова с мужем и детьми Ильей и Настей, которых родила после лечения
Фото: из личного архива

Девушку направили к гинекологам-репродуктологам для подготовки к беременности. Тогда выяснилось, что из-за химиотерапии у Марии снижен овариальный резерв. Стоял вопрос о том, сможет ли она забеременеть. К счастью, проблем с зачатием не возникло.

«Я запомнила такие слова врача: заставить организм работать правильно — это тоже профилактика онкологии. Кормление грудью — профилактика рака груди. Беременность в моем случае — профилактика рака яичников», — вспоминает Мария.

Во время беременности, помимо стандартных обследований, положенных беременным, были дополнительные: УЗИ брюшной полости и УЗИ груди и лимфоузлов вокруг, чтобы исключить метастазы. Роды прошли в срок и без осложнений. А через несколько месяцев Мария узнала, что снова беременна, третьим ребенком. Полгода назад в семье родилась долгожданная дочка Настя.

«Если ты или ребенок, то, конечно, выберем тебя»

О своем диагнозе — раке молочной железы — 40-летняя Саида Басария узнала на 17-й неделе беременности. Это была третья, долгожданная беременность. Вопрос о том, сохранять ли ребенка, для Саиды не стоял: «Муж говорил: “Если ты или ребенок, то, конечно, выберем тебя”. Я сказала: “Нет, я не хочу”. Я знала, что я могу бороться, но самое главное для меня было знать, что и ребенка спасут».

Лечение проходило по стандартной схеме: четыре курса «красной химии» до самых родов, после которых последовали операция и новый курс препаратов. На операцию Саида ехала как на праздник: в отличном настроении и с макияжем.

«Врачи смеялись. А я шла навстречу новой жизни. Без рака. Мне убрали всю грудь. Но мне было нисколько не жалко. Когда проснулась от наркоза, я была счастлива, как будто гора с плеч упала».

Саида с дочкой Эванджелиной
Фото: из личного архива

Сейчас Саида расценивает свою болезнь как «божью благодать», которая помогла ей лучше понять себя, раскрыть себя с новой стороны. Во время болезни она начала писать стихи и петь.

«Я считаю, что, если б я не была беременна, было бы сложнее проходить лечение. Когда внутри тебя малышка, это вдохновляет, окрыляет. Она придает силы. И ты мыслишь уже так: “Мы вместе будем здоровы!” Муж назвал дочку Еванджелина — “благая весть”», — заключила Саида.

Психолог — специалист по работе с репродуктивными трудностями у женщин, сооснователь центра психологической поддержки для женщин и семьи «Ты не одна» Елена Воронцова считает, что, несмотря на бурное развитие медицины последних десятилетий, в обществе до сих пор присутствует «лютый страх» вокруг диагноза «рак».

«Этот страх парализует, — говорит она. — Порой он настолько силен, что заставляет одних людей поступать неэтично по отношению к другим: давать непрошеные советы, директивно высказывать свое мнение как единственно правильное, в нашем случае вынуждать женщину прервать беременность. И здесь, конечно, важна просветительская миссия — рассказывать и показывать примеры, что рак излечим. Что беременная женщина нуждается в первую очередь в срочной диагностике, постановке диагноза и лечении, а еще она нуждается в поддержке, в уважительном отношении к ней и ее личному репродуктивному выбору».

Кто в зоне риска?

Пароконная отмечает, что при планировании беременности женщины должны обращать внимание на наследственность. Например, если мама или тетя болели раком молочной железы или яичников, то это повод сделать превентивный генетический анализ. При наличии мутации генов BRCA1 и BRCA2 беременность может стать триггерным фактором раннего проявления болезни. Знание о мутации позволит тщательнее спланировать ведение беременности.

Читайте также Рак груди у беременных женщин: как вылечиться от онкологии и родить здорового ребенка

От рака груди у 38-летней Виктории Смирновой из Москвы умерли родная мать и тетя. Еще во время болезни матери девушку предупреждали о том, что такая наследственность требует особой настороженности и регулярных обследований молочных желез. Чтобы забеременеть, девушке пришлось прибегнуть к процедуре ЭКО. Перед планированием ребенка врачи настоятельно рекомендовали ей сдать анализ на наследственные мутации генов BRCA1 и BRCA2.

«Репродуктолог сразу отправил на этот анализ. Без него ЭКО бы не сделали. Поскольку я в зоне риска. А ЭКО — это сильная гормональная нагрузка. Сама беременность тоже нагрузка на организм женщины. И, по сути, любую женщину надо тщательно обследовать перед планированием ребенка», — говорит Виктория.

Женщина сдала назначенный анализ на наличие наследственной мутации гена BRCA перед тем, как начать стимуляцию овуляции. Результат пришел отрицательный. Виктория успешно забеременела и родила здорового сына. Но вопрос о второй беременности для себя оставляет открытым.

«Дело в том, что анализ BRCA не дает 100%-ной гарантии. Риск в любом случае остается. В моем случае беременность означает снова прибегнуть к ЭКО, где есть существенная гормональная нагрузка на организм. А это в любом случае риск в моей ситуации. Конечно, как таковых противопоказаний у меня нет. Это мой личный выбор».

В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Публикации по теме

Загрузить ещё

Материалы партнёров

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: