В октябре 2025 года Лина, жительница Самары, решила обменять криптовалюту на рубли. Несколько лет назад она вложила туда часть денег от продажи квартиры. Лина проводила сделки на крупной криптобирже при помощи P2P.
Механизм работает так: владелец криптовалюты отправляет виртуальные монеты покупателю, а тот переводит ему рубли или другую валюту на банковский счет. Биржа гарантирует, что обе стороны выполнят свои обязательства, — иначе криптовалюта останется у владельца.
После начала «специальной военной операции» в Украине из-за запрета на международные банковские переводы криптовалютные сделки стали важным каналом для перевода денег из России за рубеж и наоборот. Крупные криптобиржи ограничили россиян, и P2P для них остался единственным доступным способом покупки и продажи криптовалюты. По российскому законодательству можно покупать и продавать криптовалюту, а также владеть ею, но нельзя расплачиваться за товары и услуги.
Рубли поступили на счет Лине несколькими переводами от разных отправителей через систему быстрых платежей (СБП), но по одной из операций ей пришел запрос на возврат средств.
«Я сразу связалась с человеком, с которым была открыта сделка на бирже. Он сказал, что такие ситуации иногда случаются, и попросил не подтверждать возврат самостоятельно, так как вопрос должен урегулироваться в рамках сделки», — рассказывает Лина. Она добавляет:
На следующий день счета Лины во всех российских банках оказались заблокированными. В поддержке Т-банка ей сказали, что вопросы вызвали две операции: на 11 700 и 5500 рублей. Отправители обратились в свои банки и заявили, что эти переводы сделаны без их согласия.
Возможность возвращать деньги есть у россиян с 2024 года, ее ввели из-за широкого распространения мошенничества. Тогда же Центробанк начал полноценно вводить специальную базу данных, куда стали попадать данные о тех, кого подозревают в незаконных операциях. Информацию об этом передают сами банки и МВД, если счета фигурируют в уголовных делах о мошенничестве. По данным на февраль 2026 года, в базе около 200 тысяч реквизитов россиян.
Это внесудебный механизм, поэтому владельцы заблокированных счетов не обязательно должны иметь статус подозреваемых или даже свидетелей в уголовном деле.
«Сотрудникам полиции поступают какие-то заявления о мошенничествах, краже денег. Они направляют сведения в эту самую базу в рамках проверки. По итогам проверки зачастую даже никакие дела не возбуждаются, а счет в базу уже попал», — объясняет эксперт по цифровой безопасности проекта «Сетевые свободы» адвокат Станислав Селезнев.
В поддержке банка Лине объяснили, что она попала в эту самую базу ЦБ, и предложили вернуть деньги отправителю. Она сразу сделала это. В банке сказали, что попросят ЦБ исключить Лину из базы. Но от ведомства пришел отказ.
После этого Лина сама несколько раз обращалась в ЦБ и прокуратуру, прикладывая документы о продаже квартиры, сделках с криптовалютой и возврате спорных рублей. На все приходили отказы.
«Больше всего меня беспокоит не сам факт ограничений, а то, что непонятно, кто именно принял решение, на основании чего и что мне делать. Каждый участник процесса перекладывает ответственность на другого», — говорит Лина.
Россиянину Артему карты заблокировали в течение нескольких часов после продажи криптовалюты. Он совершал сделку в официальном боте телеграма. В предложении, на которое согласился Артем, курс чуть выше, чем в остальных. После получения 10 тысяч рублей ему начали сыпаться сообщения с угрозами пожаловаться в полицию и требованием вернуть деньги.
Мужчина предложил отправителю подать официальную заявку на возврат в банк, а также сам написал заявление в полицию. Там Артем указал, что мошенники хотят оставить себе и криптовалюту, и деньги. «Приняли заявление. Сказали, ждите. Но если на вас будет жалоба, то счета вам заблокируют», — пересказывает Артем разговор с полицейским.
Через несколько часов такая жалоба поступила, и Артем остался без работающих счетов. Он написал обращения в поддержку банков и ждет решения. «Я уверен, что с той стороны никакой не пострадавший, он хочет просто получить и деньги, и криптовалюту», — говорит мужчина.
Риски для законопослушных
Сделки с криптовалютами не единственная причина для блокировки счетов, объясняет юрист Анастасия Буракова. Часто это связано с простыми бытовыми операциями, которые банки считают подозрительными.
«Например, посидели вы в кафе с друзьями, расплатились по счету. И вам поступило одновременно несколько переводов от разных людей. Или скинулись на подарок коллеге», — рассказывает Буракова.
Зампред ЦБ Герман Зубарев отрицал, что в черный список ведомства включают за бытовые переводы, но эксперты не согласны с такой оценкой. В 2026 году Центробанк в два раза расширил список критериев, по которым банк может посчитать операции подозрительными и отказать клиенту в обслуживании — например, ограничить ему переводы 100 тысячами рублей в месяц или полностью запретить любые операции без личного визита в банк.
Среди этих критериев есть и использование телефона или сим-карты, с которых когда-то совершались мошеннические операции. «Допустим, год назад номер телефона использовали преступники, после чего он был неактивен, и оператор выставил его на продажу. Далее родители покупают эту сим-карту ребенку, и банк блокирует счета бизнесмену, у которого ребенок что-то купил, оплатив через СБП. Причина — взаимодействие с мошенниками. Это типичная история», — объясняет адвокат Селезнев.
По федеральному закону № 161, который регулирует противодействие мошенникам, риски блокировки есть у всех, считает эксперт. Эти риски выше у тех, кто пользуется криптовалютой, собирает пожертвования на личные счета и принимает оплату за свои услуги переводами. При этом официальное декларирование доходов, например через статус самозанятого, не всегда помогает.
Кроме того, банки могут применять и другой механизм — блокировку счета из-за подозрений в отмывании денег или финансировании экстремизма и терроризма. В таком случае банк сначала запрашивает документы, подтверждающие законность операции, но их предоставление не гарантирует, что блокировки не будет, говорит Селезнев. В отличие от антимошеннических законов, здесь обслуживание прекращает только один банк.
Такая система приводит к большому количеству ложных срабатываний системы безопасности банков и необоснованным блокировкам счетов клиентов.
«Внутренний мониторинг банков настроен на соблюдение всех этих законов, чаще всего он автоматизированный. То есть решения, которые влияют на жизнь людей, принимают роботы и сотрудники МВД зачастую сомнительной квалификации. Система взаимной слежки банковских роботов и жалоб людей, пострадавших от мошенников, создает ситуацию, когда счет законопослушного гражданина может быть заблокирован», — объясняет Селезнев.
Обвинительные приговоры по таким делам уже были. Например, россиянам, которые продавали криптовалюту, перевел деньги обманутый мошенниками человек. В итоге преступники получили цифровые активы, а продавцы — условные сроки.
«Поймать какого-то абстрактного мошенника, который находится где-нибудь за рубежом, невозможно. А есть физически доступный человек, со счета которого проходили операции. Требуется раскрытие уголовного дела, и есть задача кого-то поймать», — рассуждает Селезнев.
Благие намерения
В начале 2025 года Главное управление региональной безопасности Подмосковья предупредило о рисках переводов по номерам телефонов. «Переводя деньги незнакомцу, например на рынке или в транспорте, вы можете стать соучастником финансирования терроризма. Будьте осторожны и с благотворительными сборами — благие намерения могут обернуться серьезными проблемами», — говорилось в сообщении ведомства.
Позже власти удалили это сообщение и опубликовали новое — с разъяснениями о том, что для предъявления обвинения следователям нужно доказать умысел, направленный на финансирование терроризма. Однако силовики все равно призвали проверять получателя, платить картой, а не переводом и не отправлять деньги на счета, связанные с «подозрительными регионами».
Селезнев отмечает, что пока в России нет широко известных уголовных дел за финансирование терроризма, связанных с бытовыми переводами. «Но вероятность и возможность стать свидетелем по такому делу, а далее попасть в обвиняемые есть. Особенно если окажется, что вы регулярно куда-то ездили с этим таксистом или постоянно покупали на рынке вкусные помидоры в одной и той же точке», — предупреждает адвокат.
Юрист Буракова говорит, что силовики все-таки должны доказать умысел финансировать терроризм, а переводы до того, как человек признан обвиняемым, не должны считаться преступными. «Речь идет, конечно, о нормальной, состязательной судебной системе», — уточнила она.
С начала «специальной военной операции» в Украине список террористических организаций в России, который ведет ФСБ, вырос почти вдвое — с 38 до 74 позиций. По данным судебного департамента при Верховном суде, с начала 2022 по июнь 2025 года за содействие терроризму и его финансирование в России осудили 370 человек. Это в два с половиной раза больше, чем за четыре предыдущих года, подсчитали «Такие дела».
Как себя обезопасить?
Власти усиливают контроль за переводами физических лиц из-за распространения телефонного мошенничества и в попытках контролировать отправку денег «неблагонадежным» адресатам, говорит юрист Буракова. С 2026 года прямой доступ к переводам по СБП получил Росфинмониторинг. Контроль за операциями физлиц готовится усилить и налоговая.
Селезнев предупреждает, что в ближайшем будущем россияне могут столкнуться с новыми сложностями: «Налоговая в первую очередь будет начислять налоги на все, что можно посчитать доходом. Если у тебя в руках молоток, то все вокруг — гвозди».
В итоге государство в попытках бороться с мошенничеством выстроило систему, которая выдавливает людей из легального поля. «Абсолютной защиты нет. Но использование наличных для расчетов между физлицами или с мелкими бизнесменами уже выглядит безопаснее», — говорит Селезнев.
Для снижения рисков Буракова советует пользоваться оплатой картой через терминал там, где это возможно, и рассчитываться наличными. Их доля в апреле 2026 года уже выросла с 25 до 30% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Если все счета заблокировали из-за внесения в базу Центробанка, это можно обжаловать. Для этого ведомство советует сначала обратиться в банк, сообщивший об ограничениях, а затем и в сам ЦБ. Решение должны вынести за 15 рабочих дней.
Но на положительный исход можно рассчитывать не всегда. Например, в случае блокировки по запросу МВД человеку следует попытаться самому связаться с полицейскими, в расследовании которых находится дело. Узнать конкретное подразделение можно из ответа ЦБ на обращение. Разговаривать с полицейскими, которые могут потребовать дать объяснения или показания, стоит только после консультации с адвокатом, уточняет Селезнев. Он добавляет: «Сложилась ситуация, когда антимошеннические законы сделали использование банковской системы опаснее. Если раньше при переводе неизвестному человеку ты рисковал только отправленной суммой, то теперь власти создали абсолютно неконтролируемую и непредсказуемую систему, когда отправленные 500 рублей за помидоры могут обернуться уголовным делом».