Государственная дума 26 мая сразу во втором и третьем чтении одобрила законопроект, который разрешает арестовывать имущество россиян, совершивших определенные административные правонарушения и живущих за границей.
Авторы инициативы — госсовет Татарстана и бывший депутат Госдумы Айрат Фаррахов — утверждали, что есть «яркие примеры, свидетельствующие о том, что на территориях иностранных государств различными общественными лидерами и активистами осуществляется деятельность, направленная против интересов» России.
«Те, кто сбежал за границу и оттуда на деньги западных спонсоров призывает к терроризму и экстремизму, оправдывает нацизм, оскорбляет наших солдат и офицеров, должны понимать: ответить за содеянное придется. Как за уголовные преступления, так и за административные правонарушения», — заявил спикер Вячеслав Володин.
Поправки внесли в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП). Депутаты расширили список действий, за которые можно наказывать находящихся за рубежом. Теперь это нарушения в сфере распространения информации, злоупотребление свободой СМИ, а также публичное отождествление действий руководства СССР и нацистской Германии. В список включили и демонстрацию экстремистской и нацистской символики, мелкое хулиганство, производство и распространение экстремистских материалов, участие в нежелательной организации и нарушение порядка деятельности иноагента.
Законопроект меняет и правила, регулирующие арест имущества за действия, наказуемые по КоАП. Сначала будут арестовывать счета и вклады. Если их нет или денег недостаточно для покрытия штрафа и иных судебных издержек, то запретят распоряжаться другим имуществом, включая недвижимость.
По новым правилам, эмигранту в случае привлечения к ответственности будут назначать государственного адвоката. Порядок оплаты его работы предстоит определить правительству. «С одной стороны, это призвано защитить права тех, на чье имущество накладывается арест, с другой — все это сведется к фикции», — говорит юрист «Первого отдела» Евгений Смирнов.
Арест имущества можно будет снять только через суд. Обратиться туда смогут прокурор, судебный пристав, сам владелец имущества или его адвокат.
Законопроект направили в Совет Федерации, затем он поступит на подпись президенту Владимиру Путину и вступит в силу 1 сентября 2026 года.
Как будет работать арест имущества
Новый закон создает специальный правовой механизм для привлечения к административной ответственности граждан, уехавших из страны, говорит юристка Юлия Евдокимова. «Будет применяться принцип экстерриториальной юрисдикции, когда государство распространяет действие своих законов на своих граждан, где бы они ни находились», — уточняет она.
По мнению юристки, этот закон нарушает принцип соразмерности и конституционный принцип защиты собственности:
Юристка Анастасия Буракова объясняет, что арест — это не изъятие имущества и не его продажа в пользу государства, а запрет на распоряжение квартирой или автомобилем. Сейчас такой механизм применяют к фигурантам некоторых уголовных дел — вне зависимости от того, где они находятся.
Аналогичный принцип депутаты хотят применять к тем, кого подозревают в административном правонарушении. «С имуществом нельзя будет ничего сделать. Это в первую очередь касается банковских счетов, недвижимого и движимого имущества», — объясняет она.
Юрист Евгений Смирнов добавляет, что доказывать отъезд человека из России силовики будут собственными справками. «В них указывается дата выезда, пункт пропуска, страна назначения и цель поездки. Такие документы выдает ФСБ. Иногда также ссылаются на данные оперативных подразделений о том, что фигурант покинул Россию и больше не возвращался», — говорит он.
Цель новых правил — «запугать людей и заткнуть рты тем, кто уехал и до кого нельзя дотянуться физически», уверена Буракова. «Если мы посмотрим на количество уголовных дел и дел об административных правонарушениях, то это, конечно, не сталинские цифры, но случайный характер их применения запугивает каждого человека и заставляет задуматься, будешь ли ты высказывать свое мнение», — говорит она.
По словам Бураковой, закон — это форма давления на свободу слова, причем не только на оппонентов власти и эмигрантов, но и на людей внутри России. «На людей, которые не относятся к каким-то политическим структурам и просто реализуют свое право на свободу слова и свободу выражения мнения», — уточняет она. И продолжает:
Буракова напоминает, что экстремистскими уже признано большое количество организаций, в том числе Meta, которой принадлежат Facebook и Instagram. А значит, демонстрация их символики может привести к административному протоколу.
Что делать
Чтобы снять арест на имущество, можно обжаловать решение суда о привлечении к административной ответственности. «Но когда нет правовой системы, рассчитывать, по сути, не на что», — говорит Буракова.
По ее словам, на международном уровне практически нет механизмов, которые могли бы реально помочь человеку в такой ситуации. «Да, можно подать жалобу в Комитет по правам человека ООН, но это ничем не поможет, потому что Россия не исполняет решения международных инстанций. Формально добиться признания нарушения прав можно, но на практике человеку это никак не поможет», — полагает она.
Елена Иванова — журналистка независимого СМИ, переехавшая в Европу после начала «специальной военной операции». Минюст включил ее в реестр иноагентов, а силовики составили протокол за связь с нежелательной организацией.
Она вспоминает, что сразу после переезда общалась со своим знакомым, тоже независимым журналистом, который советовал ей переписать все имущество на родственников, чтобы государство не смогло ничего арестовать. «А я сидела, хлопала глазами и говорила: “Слушай, ну что за алармизм? Все-таки имущество отбирать не будут, это же очень сложно. Это базовое право”», — рассказывает она.
Но вскоре Елена задумалась: все имущество в России было оформлено на нее, а в ее квартире жила мама. «Причем даже не из-за закона. Я думала: вдруг я где-нибудь здесь умру — и тогда маме будет сложно вступать в наследство, она может остаться на улице», — говорит она.
Елена решила съездить в Россию и подарить всю недвижимость матери. После этого ей стало спокойнее, говорит она: «Ну и главное — все эти годы показали, что это совершенно не алармизм. Имущество “врагов народа” будут отбирать».