Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Реабилитация при ДЦП: живите с этим

Фото: Анна Гальперина

Детям с ДЦП приходится проходить несколько мучительных курсов реабилитации в течение года, но в промежутках между ними все навыки теряются, и их приходится отрабатывать снова. Мария Савельева рассказывает об альтернативе — годовом сопровождении таких детей, которое позволяет им постоянно практиковать навыки — как спортсменам и музыкантам

Люди любят помогать. Но всегда хочется оказывать помощь другим так, чтобы быстро увидеть максимальный результат. Поэтому люди легко жертвуют, например, на операцию, которая спасет жизнь. А вот собрать средства в помощь «тяжелому» инвалиду или ребенку с детским церебральным параличом гораздо сложнее, хотя эти люди тоже остро нуждаются в поддержке. Но, увы, никакая помощь не сможет сделать их здоровыми, и многих жертвователей останавливает именно это.

С ДЦП все серединка на половинку. От этого недуга не умирают, и в то же время он не лечится. Утверждать, что без посторонней помощи человек с ДЦП умрет — ложь (если, конечно, речь не идет о самых тяжелых степенях заболевания). Сказать, что при вовремя оказанной помощи он вылечится — ложь не меньшая. Это заболевание — не из тех, что происходят с одним человеком на миллион. Не каждый второй, конечно, но каждый пятисотый ребенок, рожденный в России, слышит диагноз — ДЦП.

На реабилитацию таких детей трудно собирать средства, об этой теме сложно писать. Если, например, ребенок с орфанным, то есть редким заболеванием не получит необходимого лекарства, будет скандал в СМИ — и слава богу, хотя бы такими методами можно добиться получения нужных препаратов. Но если в аналогичной ситуации что-то недополучит ребенок с ДЦП, никакого шума не будет. Что произойдет, если он не пройдет очередной курс реабилитации? Не научится есть ложкой или подниматься по ступенькам?

Детское отделение Марфо-Мариинского медицинского центра «Милосердие» предназначено для реабилитации детей с ДЦПФото: Анна Гальперина

Но трагедия вовсе не в том, что детям с ДЦП не помогают. Напротив, центров реабилитации, в том числе и платных, много — количество курсов, их интенсивность и выбор медицинских центров напрямую связаны с активностью и финансовыми возможностями родителей. Проблема шире — вся нынешняя система помощи детям с ДЦП в России построена заведомо неправильно.

Кто виноват

Сейчас реабилитация предусматривает несколько курсов в год, каждый длится около 20 дней. То есть от 40 до 80 дней в году ребенок занимается очень интенсивно, порой на пределе сил, а все остальное время никакой работы, как правило, не происходит. За оставшиеся дни (а это от 280 до 320 дней за год) наработанные навыки теряются, и во время следующего курса все начинается с чистого листа.

Читайте также Панюшкин о ДЦП. Часть 1. Диагностика Просветительский цикл, посвящённый ДЦП

Мама наверняка весьма хороша во многих вопросах, но о помощи людям с ДЦП ее познания, как правило, весьма фрагментарны. Конечно, она не врач и не обязана иметь соответствующих компетенций — но именно мама становится главным реабилитологом для ребенка, причем не от хорошей жизни — других кандидатов на эту роль просто нет. Парадокс: казалось бы, ребенка с церебральным параличом постоянно окружают десятки специалистов — инструкторы ЛФК, физические терапевты, психологи, логопеды, неврологи. Но врача, который вел бы его постоянно, из года в год — нет. Ребенок ездит из одного реабилитационного центра в другой, каждый раз попадая в руки новой команды специалистов. А эти специалисты чаще всего не интересуются, чем ребенок занимался во время прошлой реабилитации, не ориентируются на его успехи, а сразу начинают все сначала. А ведь врачи так же, как любые другие люди, ценят свои ресурсы и ждут, что силы и профессионализм, вложенные в ребенка, дадут видимый результат. Но получается по-другому — в течение месяца врачи занимаются с ребенком, он научается, например, ходить с ходунками или самостоятельно застегивать куртку. А через год возвращается в таком состоянии, будто с ним не занимался никто и никогда.

Что делать … и где взять на это деньги

Единственный выход из этой ситуации — организовать годовое сопровождение детей с ДЦП. В рамках такой программы ребенка постоянно будут наблюдать одни и те же специалисты, они будут выстраивать для него индивидуальную программу, выезжать на дом, чтобы помочь семье создать для ребенка наиболее комфортную среду для достижения новых результатов. Родителей на любом из этапов работы нельзя бросать одних — оставшись с таким ребенком один на один (особенно если речь идет о тяжелой форме ДЦП), мамы иногда натурально сходят с ума. Иногда — буквально, вплоть до тяжелых психиатрических диагнозов.

Детское отделение Марфо-Мариинского медицинского центра «Милосердие»Фото: Анна Гальперина

К сожалению, пока в этом направлении не начали работать ни государственные, ни частные реабилитационные центры. Хотя из любого правила, к счастью, есть исключения. Пока что их два. В Тюмени все сдвинулось с места по инициативе детского невролога Веры Змановской: благодаря ей здесь появилась программа, включающая в себя маршрут длительной помощи каждому ребенку — постоянное наблюдение неврологов, обучение родителей и даже мобильное приложение, которое рассчитывает индивидуальный план врачебных действий.

Читайте также Панюшкин о ДЦП. Часть 2. Защитный механизм Почему матери, пытаясь помочь своим детям, зачастую на самом деле вредят им

В Москве хотят шагнуть немного дальше. В Центре реабилитации детей с ДЦП — совместном проекте службы «Милосердие» и Марфо-Мариинской обители — хотят организовать полноценное годовое сопровождение таких детей. Уже готова программа, которая включает в себя два реабилитационных курса в течение года, текущие консилиумы специалистов, выездные консультации физического терапевта, логопеда и эрготерапевта на дому.

Программа есть, а вот деньги на нее еще нужно собрать. Планы у центра большие. Руководитель центра Ксения Коваленок обещает: как только появятся результаты пилотного проекта, в который попали 10 человек, их представят властям. Ее сотрудники мечтают, чтобы программа стала системной для всех детей с ДЦП. Ведь средств на годовое сопровождение у государства будет затрачиваться не больше, чем сейчас уходит на курсовую реабилитацию — которая часто оказывается совершенно неэффективной.

Центр реабилитации детей с ДЦП,  совместный проект Марфо-Мариинской обители и православной службы помощи «Милосердие», действует с 2010 годаФото: диакон Андрей Радкевич

Коваленок часто повторяет: реабилитация — это не отдельный курс, ради которого ребенка выдергивают из его привычной среды, а включение ее как постоянного процесса в его обычную жизнь. Если не закреплять дома навыки, которые вырабатываются в центрах, то от редких интенсивов не будет толку.

Мучительное детство

В Москве, например, многие дети проходят реабилитационные курсы раз в три месяца. Это очень часто. И травматично — дети не общаются с друзьями и не ужинают с семьей, процесс социализации останавливается, при этом они начинают бояться незнакомых людей, которые раз за разом проводят с ними мучительные манипуляции. Самое обидное, что положительный результат мучений стремится к нулю, а то и к отрицательным значениям.

Есть еще один важный аспект. Часто в погоне за улучшением здоровья ребенка другие его интересы не учитываются вовсе. Как правило, этим грешат родители, которые так и не смогли принять тот факт, что их ребенок — особый и всегда будет таким. Они ищут инновационные методы и, конечно, находят — торговцев надеждой полным-полно. Причем вполне лицензированных: медцентры, которые за большие деньги в лучшем случае не делают ребенку хуже, чем есть, существуют абсолютно официально. А задача родителей особого ребенка — не столько самим лечить, зачастую тестируя на нем «инновационные» методы и лишая его таким образом детства, а прежде всего любить. Годовое сопровождение позволит им, наконец, передать свои лечебные обязанности врачу-реабилитологу. И заняться ребенком — и собой: почти каждая мама ребенка с детским церебральным параличом сама нуждается в помощи или наблюдении психолога.

Центр «Милосердие» при Марфо-Мариинской обителиФото: диакон Андрей Радкевич

Большинство вещей, которые нам нужны или попросту приятны, мы делаем каждый день — например, пьем кофе, если любим его. Курсами мы пьем только таблетки — и заканчиваем, когда вылечиваемся. А ДЦП не лечится, с ним живут — и потому реабилитация детям с таким диагнозом нужна не курсом, а каждый день, как упражнения спортсменам и практика музыкантам. У спортсменов есть тренеры и спортзалы, у музыкантов — инструменты и педагоги. У детей с церебральным параличом — постоянное сопровождение и реабилитация. Согласитесь, это поважнее кофе.

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Такие дела — мы пишем о социальных проблемах, чтобы решить их Поддержите нашу работу

Помогаем

Живой Собрано 9 853 697 r Нужно 10 026 109 r
Всего собрано
496 599 304 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: