«Взять за руку и подсветить дорогу»

Фото: из личного архива героини

Катя Завершинская 11 лет проработала на госслужбе, курируя социальные вопросы. Однажды у нее закончилось сострадание, и она уволилась. Сейчас Катя — менеджер по развитию некоммерческих организаций в крупнейшем благотворительном фонде «Нужна помощь». Для НКО по всей России она мама, друг, психотерапевт и коуч

Катя выросла в столице Сибири — Новосибирске, еще в школе стала готовиться к поступлению в педуниверситет и параллельно волонтерила в детском приюте. Там же и поняла, что хочет помогать детям профессионально, поэтому выбрала факультет педагогики и психологии детства.

В 2007 году вместе с друзьями Катя открыла инклюзивную студию «Белый воробей» для слабослышащих, где по сей день ставят спектакли на жестовом языке и обучают жестовому пению не только людей с нарушением слуха, но и всех желающих.

«В то время это был первый инклюзивный театр в городе. Мы даже сами не знали, как это круто. Просто занимались тем, что нам интересно, — говорит Катя. — Сейчас в “Воробье” уже не осталось никого из тех, кто начинал там работать. Но студия продолжает развиваться: ребята получили собственное помещение, у них хорошие руководитель и режиссер. Очень радуюсь за них».

Работа Кати всегда была завязана на «социалке». После инклюзивного театра она несколько лет занималась помощью ветеранам. А потом пришла работать в мэрию, в департамент по социальной политике, и осталась там на 11 лет. Катя Завершинская курировала комплексные центры соцобслуживания для детей, пожилых и людей с инвалидностью. 

«Я пыталась отстраивать процессы, чтобы люди не жаловались. Но вскоре поняла, что так не бывает, жалобы есть всегда», — говорит Катя. 

Она ясно помнит момент, когда приняла решение уйти. Каждое утро Катя получала городскую сводку происшествий с подростками: кто-то выпал из окна, кто-то нанес себе увечья, с кем-то случилась иная беда. Эти сведения Завершинская рассылала в подведомственные учреждения, чтобы те отчитались, как работают в каждом конкретном случае: состоит ли семья на учете, какая взаимосвязь между происшествием и условиями жизни ребенка, что делалось для предотвращения ситуации.

Екатерина с сыном
Фото: из личного архива героини

«В очередной раз читая эту сводку, я вдруг поняла, что не испытываю ничего: ни жалости, ни сострадания. Да еще в ту пору я, как молодая мама, могла воспринимать близко к сердцу только младенческую смертность, а вот смерти подростков перестали трогать. Я поняла, что выгорела», — вспоминает Завершинская.

А еще у нее было непреодолимое желание развиваться. 

«Мне очень помогла моя мама. В жизни вдохновляюсь ей, она научила меня творчески подходить к любой работе. При увольнении со стабильной госслужбы мама меня поддержала, и это был мощный толчок». И Катя рискнула.

Первопроходец

В 2020 году Катя случайно наткнулась на вакансию фонда «Нужна помощь» — искали координатора по работе с НКО в Новосибирске. В благотворительном секторе России фонд «Нужна помощь» уже на тот момент был крупнейшей благотворительной платформой. Это «фонд фондов», задача которого — создать действующую сеть благотворительных НКО по всей стране. Кате амбициозность задачи импонировала, и она решила попробовать.

«С новой работой мое выгорание как рукой сняло. В фонде мне было интересно с первого дня. Появились новые цели, новые вызовы — я сразу включилась в процесс. И поняла, что смогу свернуть горы», — говорит Катя.

Координаторы по развитию НКО — это те люди, которые разговаривают 24/7 и работают в режиме call-центра, отвечая на бесконечные вопросы фондов. Работа и без того сложная, а должность Кати стала еще и «большим экспериментом» как для нее, так и для фонда. На тот момент все координаторы находились в Москве, Катя же стала первопроходцем фонда в регионах. 

«Это сейчас, после пандемии, удаленка — привычная часть рабочего процесса. Тогда же никто не представлял, как можно наладить удаленную работу. Мне передали на сопровождение около 30 организаций по всей России. Я сразу же обратила внимание, что очень мало региональных организаций сотрудничали с фондом, и была удивлена, ведь у него эффективная дорожная карта развития НКО. Так почему же никто не приходит?»

По статистике, около 50 процентов всех российских НКО находится в Москве, еще 15 процентов — в Санкт-Петербурге. Но помощь нужна во всех регионах страны, и зачастую региональные НКО просто не знают, где искать поддержку.

Екатерина
Фото: из личного архива героини

«Я была поражена пропастью между возможностями НКО в Москве и регионах. В том же Новосибирске, городе-миллионнике, не было даже нормальной социальной рекламы. Не было и профессионального сообщества НКО. Такую же ситуацию я наблюдала и в других регионах. Поэтому в первую очередь стала искать и привлекать новые фонды к сотрудничеству», — вспоминает Завершинская.

Она всегда говорила местным энкаошкам: «Не надо гнаться за условными “Антон тут рядом” или Фондом Хабенского, давайте сразу примем тот факт, что в Москве больше вариантов для фандрайзинга и продвижения. А в регионе зачастую одно крупное производство, которое уже жертвует кому-нибудь, и один лидер мнений, который уже продвигает три НКО. А остальным куда податься? Это надо просто принять и использовать все именно ваши возможности стать ближе к своим подопечным и исходить именно из их потребностей, а не из условий того или иного гранта». И такая установка сработала.

За несколько лет Кате удалось невероятное: во многих городах получилось сформировать устойчивые профессиональные сообщества НКО. Сейчас самое крупное — в Екатеринбурге. Катин родной Новосибирск на втором месте: когда Завершинская начинала, в городе было три проверенных фонда, сейчас их 17. Цифра впечатляет.

Только за 2022 год к фонду присоединились организации из 19 новых регионов, даже из тех, «куда не ступала нога благотворителя». Например, из Ямало-Ненецкого автономного округа или Забайкальского края. 

Сегодня в каталоге «Нужна помощь» более 600 НКО, и это самый крупный благотворительный каталог в стране — предмет гордости всех сотрудников. В этом году фонд планирует сделать так, чтобы в каждом регионе была хотя бы одна проверенная НКО. И Катя со своей неуемной энергией играет в этом не последнюю роль.

Как это работает

Ключевой момент при создании эффективной сети благотворительных организаций по всей стране — верификация каждой НКО. Это знак качества, принятый во всем мире. Возможность для некоммерческих организаций стать более открытыми и прозрачными для доноров и своих подопечных. Верификация подтверждает репутацию НКО, является гарантией, что организация не мошенник. Верифицированные НКО имеют больше шансов при подаче заявок на гранты, а некоторые грантодатели работают только с проверенными организациями.

В России, помимо фонда «Нужна помощь», верификацией занимаются еще две платформы: «Добро Mail.ru» и «Благо». Однако только «Нужна помощь» делает эту непростую и кропотливую работу круглогодично, тогда как другие площадки — всего один месяц в году.

Для НКО в системе «Нужна помощь» процесс верификации прост и гибок. Тем не менее некоторые региональные организации боятся его. Для них это как проверка Минюста: сейчас придут строгие дяди и тети, потребуют тонны документов и будут вставлять палки в колеса, а то и вовсе закроют. На самом деле это не так. А даже наоборот.

«Я очень люблю этот процесс, он дает возможность поближе узнать людей и регион, в котором они живут, — говорит Завершинская. — Мы с коллегами смотрим сайт организации, соцсети, разговариваем с сотрудниками. Причем оцениваем мы все это с точки зрения самых неопытных пользователей. Например, будет ли та или иная информация понятна маме ребенка с инвалидностью? Если сайт НКО не продуман и непонятен, это означает потерю потенциальных подопечных и доноров. Еще мы проверяем репутацию НКО, оцениваем юридические риски. Фактически НКО получает бесплатный аудит». 

После подобного аудита Завершинская с коллегами дают свои рекомендации, что нужно поменять и исправить, а НКО в свою очередь должны сделать это «домашнее задание» и вернуться к фонду.

Поездка в Курган к НКО
Фото: из личного архива героини

«Бывает, что НКО получает рекомендации и пропадает на несколько месяцев, не веря, что у них получится. Но я птичка-мозгоклюйка. Если считаю, что организация того стоит, вцеплюсь в нее и не отпущу, пока она не верифицируется», — смеется Катя. 

После верификации с НКО заключается договор, она вносится в каталог организаций фонда, и начинается основная работа. Проводится серия консультаций, вырабатывается план работы с учетом специфики того или иного региона. Фонд начинает рассказывать про НКО, продвигает ее и старается сделать видимой не только в регионе, но и на федеральном уровне. 

«Хабаровская организация “Чужих детей не бывает” уже шесть лет с нами. Сначала она прошла обучение в нашей онлайн-школе, потом стала пользоваться возможностями, которые предоставляет платформа “Нужна помощь”: конструктором заявок на гранты, волонтерским фандрайзингом. Более того, одну из своих программ организация сумела полностью покрыть именно волонтерским фандрайзингом, — говорит Завершинская. — Это уникальная история для Дальнего Востока. Осознавать причастность к этому очень круто».

Еще есть много «мелочей», которые на грант «не тянут», а для конкретной организации жизненно необходимы: оплата аренды, коммуналки или покупка строительных материалов, бытовой техники. Например, в Смоленске есть проект «Чистые ключи» — социальная деревня, где живут люди с инвалидностью. Им остро был нужен холодильник, но средств не было. Именно благодаря донатам на платформе фонда деньги удалось собрать и теперь каждый месяц есть возможность закупать продукты для подопечных. 

«Такие “мелочи” — важнейшая опция, и для многих НКО это большое откровение, потому что гранты приучили их мыслить проектами, а с нашей помощью фонды могут выводить на первый план конкретные нужды», — говорит Катя.

«Кролик-трудоголик»

После 24 февраля 2022 года многие НКО «прошли путь принятия». Из-за «спецоперации» и экономического кризиса пожертвования на благотворительность значительно упали. Воцарилось уныние, но именно регионы стали первыми «приходить в чувство».

«Грустно, но региональные благотворители привыкли жить при постоянном кризисе. Говорят: “Да у нас и не было никогда по три мешка денег. Пандемию пережили — и это переживем”, — вздыхает Катя. — Для большинства энтузиастов в регионах фонды — это не бизнес. У них горят глаза, и мы стараемся их поддержать в это сложное время, дать удочку, пусть она и будет состоять даже из 10 тысяч рублей в месяц».

Спустя всего лишь два года работы в фонде, в декабре 2022-го, Катя возглавила отдел по работе с НКО. 

«Тут нужно умудриться не выгореть и не помереть, — шутит она. — Сейчас у нас в отделе классная команда. Я очень горжусь коллегами. Это люди, которые работают по призванию».

Екатерина
Фото: из личного архива героини

Завершинская называет себя «кроликом-трудоголиком», потому что ей непременно хочется реализовывать все идеи, которые приходят в голову. И руководство фонда знает: если Катя заскучает, то перестанет быть эффективной, ей постоянно нужны новые задачи.

При этом Завершинская бережно относится и к себе, и к подчиненным — опыт научил. Отпуска — железно по расписанию, раз в месяц — персональный разговор с каждым сотрудником, где не только обсуждают рабочие идеи, но и могут поговорить о личном. Главное — поймать то состояние сотрудника, когда ему становится трудно работать, и помочь ему. 

Сама Катя снимает стресс танцами — зумбой и латиной.

Катя мечтает, что когда-нибудь у НКО в Москве и регионах будут равные возможности. Хочет сделать так, чтобы ресурсами «Нужна помощь» мог воспользоваться любой благотворительный фонд России. «Я и мои коллеги ничего не можем сделать за организацию, но можем взять ее за руку и провести через трудности. Мы — фонарики, которые подсвечивают дорогу».

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 608 384 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 608 384 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
293 735 476

Екатерина

Фото: из личного архива героини
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: