История края и своего рода

Фото: Марина Кузьмина

После 24 февраля 2022 года я пыталась понять, что же меня удерживает в России. И постепенно осознание пришло. Моя прабабушка была финкой-ингерманландкой, и я решила больше узнать о своих корнях. Начала разыскивать тех, кто, живя в нашей стране, до сих пор сохраняет традиции этой народности. Так я познакомилась с семьей Каупонен  

Изначально свой фотопроект я планировала как рассказ о традиционном костюме одной из этнических групп финнов-ингерманландцев — савакот, но в процессе он перерос в проект о целой семье. 

Деревня Истинка Ленинградской области
Фото: Марина Кузьмина

Сначала я просто фиксировала на камеру процесс шитья, но невозможно было не замечать тех моментов повседневной жизни, которые казались обыденными, но при этом отражали традиционный быт, передающийся из поколения в поколение. Я снимала жизнь этих людей летом 2023 года, и мне кажется, что история одной семьи способна передать атмосферу жизни современных финнов-ингерманландцев, к которым в том числе отношу себя и я.

* * *

Финны-ингерманландцы — коренной народ нашей страны. Название народности произошло от шведского слова land — «земля», и Ingerimaa — древнего названия Ижорской земли на местных языках. С 1617 года Ингерманландией стала называться завоеванная у России шведами территория от реки Лавы на востоке, от лужских болот на юге до лемболовских холмов на севере и до реки Нарвы на западе.

Сяппеле — девичий венец ингерманландских финок-эуремёйсет. Современная реконструкция по образцу XIX века. Довольно необычное украшение — свинцовые шипы по окружности — оберегали девушку на выданье не только от злого духа, но и от нескромности парней
Фото: Марина Кузьмина

Сегодня эта территория располагается в центре Ленинградской области, охватывая Всеволожский, Кировский, Тосненский, Гатчинский, Волосовский, Ломоносовский и Кингисеппский районы.

Слева: Валентина Алексеевна Каупонен — коренная жительница деревни Истинка Ленинградской области России, мастерица по шитью традиционных финских костюмов. Справа: фото из семейного архива семьи Каупонен. Екатерина Павловна Малкки, 19.04.1857, прихожанка Скворицкого прихода, жена Георгия Гавриловича Кауппонен
Фото: Марина Кузьмина

 Здесь издавна проживали два коренных народа — водь и ижора, а в XI веке сюда пришли славяне. Смутное время и войны разорили эту местность. На опустевшие территории стали переселяться новые жители из соседних финских земель. Сюда их манили плодородные почвы. Первые переселенцы были карелами, в XIII веке попавшими под власть Швеции. Древней родиной многих из них были северо-западные и северные районы Карельского перешейка и Северного Приладожья. Они до сих пор сохранили многие традиционные черты своей культуры, старинные одежды, древние калевальские руны, а также свой непреклонный характер и трудолюбие.

Фото из архива семьи Каупонен. Дом, устоявший в Великой Отечественной войне. Рядом вернувшиеся в 1948 году хозяева — ингерманландские финны. Мужчина справа — Михаил Иванович Каупонен со своими сестрами и их мужьями. Фото 1950-х годов
Фото: Марина Кузьмина

* * *

С XVII века на территории Ингерманландии стал формироваться новый народ, говоривший по-фински и исповедовавший лютеранство. В XVIII веке «богом забытая» шведская провинция Ингерманланд превращается в пристоличную губернию. Развитие Петербурга, появление новых городов требовало привлечения большого количества мастеровых, крестьян и купцов со всей России.

Деревня Истинка Ленинградской области. Холодный борщ, сваренный из собственных продуктов
Фото: Марина Кузьмина

В середине XIX века, с появлением школ, собственной учительской семинарии, ингерманландские финны начинают осознавать себя как отдельный народ. Способствовала этому и экономическая ситуация — плоды своего труда крестьяне возили на петербургские рынки. Впрочем, не только сельскохозяйственные продукты, но, например, и строительный камень, который добывался под Пудостью, — из него построен Казанский собор в Петербурге. В те времена каждая солидная столичная семья имела свою финку-молочницу.

Слева: ткацкий челнок передается из рук в руки в момент ткачества половика. Ткацкий станок воссоздан по старым образцам в ткацкой мастерской семьи Каупонен. Справа: традиционные женские рубашки ингерманландских финок. На переднем плане: реплика рубашки XIX века финки-савакот из Колтушей. На втором плане: реккопайты (рубашка с вышивкой рекко) финок-эуремёйсет из прихода Тюрё. Рубашки отличаются покроем неслучайно: финки-савакот больше следили за модой, а финки-эуремёйсет ревностно берегли традиции, поэтому у реккопайты сохранилась длинная «подстава» из грубой ткани аласет и много вышивки, помимо рекко на груди. А у савакоток рубашки почти как у городских барышень — без вышивки, короткие и с широким рукавом
Фото: Марина Кузьмина

Первый действительно тяжелый удар по жизненному укладу ингерманландских финнов был нанесен в период принудительной коллективизации в 1930–1931 годах. 18 тысяч финнов-ингерманландцев были раскулачены и высланы на Кольский полуостров и на строительство Беломорского канала. Для народа, насчитывающего около 130 тысяч человек, это была невосполнимая потеря.

Лошади в поле, деревня Истинка Ленинградской области
Фото: Марина Кузьмина

Следующая волна гонений обрушилась на ингерманландцев в 1935–1936 годах. В марте 1935-го советское правительство приняло решение об очистке 22-километровой пограничной полосы от «кулацких и антисоветских элементов». Финское население подлежало депортации. Было депортировано свыше 25 тысяч человек, четыре северных лютеранских прихода Ингерманландии опустели, те, кому повезло, были переселены в центральную часть Ленинградской области, те, кому повезло меньше, — в Вологодскую область, но большинство отправили в Южный Казахстан и Центральную Азию.

Письмо Юхо Кауппонен родне 21 мая 1945 года
Фото: Марина Кузьмина

А в 1937-м в СССР начался Большой террор. Точных данных о количестве репрессированных в эти годы финнов-ингерманландцев нет до сих пор.

Вторая мировая война довершила трагедию ингерманландских финнов. Как политически неблагонадежных весной 1942 года их — 28 тысяч человек — выслали из кольца ленинградской блокады в Сибирь.

Деревня Истинка Ленинградской области
Фото: Марина Кузьмина

В 1943–1944 годах в Финляндию было выслано еще 60 тысяч финнов, а также ижоры и вожане. Путь эвакуированных лежал через Эстонию и Клооге — немецкий концлагерь, существовавший на территории Эстонии в 1941–1944 годах. 

После массовых депортаций к 1947 году в Ингерманландии осталось чуть более шести тысяч финнов.

Слева: Владимир Михайлович Каупонен, второй из четырех братьев. Ингерманландский финн, родился и вырос в Истинке, как и все его предки по мужской линии. Косоворотку считают русской рубахой, и это отчасти соответствует действительности. Однако на территории Российской империи косоворотку носили представители разных народов, и финны в том числе. Верные своей любви к простоте и скромности в одежде, поощряемой лютеранством, финны не украшали рубахи вышивкой. Исключение делалось только для свадьбы, да и то не всегда. Справа: пояс финки-савакот. Плетен на шести дощечках, по старинной технологии, за образец взят пояс 1901 года из деревни Кандикюля, что в составе Лебяженского городского поселения Ломоносовского района Ленинградской области
Фото: Марина Кузьмина

 По условиям мирного договора с Финляндией 1944 года около 56 тысяч ингерманландских финнов должны были вернуться на родину, но эшелоны, везшие их из Финляндии, проследовали мимо Ленинграда. Все репатрианты были определены на спецпоселение в различные области России: Ярославскую, Калининскую, Новгородскую, Великолукскую, Псковскую. Возвращение на родину, в Ингерманландию, стало возможным только после смерти Сталина.

Фото из архива семьи Каупонен. Эльвира Кауппонен (слева) с подругой на подоконнике. 1950-е годы
Фото: Марина Кузьмина

Вместо прежних 130 тысяч ингерманландских финнов, проживающих на территории Ингерманландии в 1920-е годы, по переписи 2010 года их оставалось здесь всего восемь тысяч.

* * * 

Репрессии не обошли стороной и семью Каупонен, проживающую в поселке Истинка Ленинградской области, на территории бывшей Ингерманландии. В 1943 году, когда немцы собрали на занятых ими территориях Ленинградской области всех оставшихся финнов и отправили в концентрационный лагерь в Клооге, в число депортированных попали и Кауппонены. В Клооге из фамилии Марии Георгиевны, жены красного командира Ивана Ивановича Кауппонена, при оформлении документов выпала одна буква «п» — возможно, эта опечатка спасла им жизнь.

Слева: самогоноварение — старинное занятие крестьян. В советские годы оно запрещалось законом, однако извести промысел не удалось. В центре: Валентина Алексеевна Каупонен во время работы над традиционной женской рубашкой ингерманландской финки. Справа: во дворе Каупонен
Фото: Марина Кузьмина

Потом была долгая трудная дорога сначала в Германию, потом в Финляндию, на работы. Капитуляцию Финляндии в 1944 году семья Каупонен встретила и с радостью, и с тревогой: как примет их родина? 

Фото из архива семьи Каупонен. Три сестры: Мария, Елизавета и Анна Кауппонен, 1950–1960 годы
Фото: Марина Кузьмина

Увы, как и большинство «возвращенцев», Каупонен не смогли сразу вернуться в свою деревню. Война еще продолжалась, «неблагонадежных» граждан, которые только что вернулись из капиталистической страны, было решено отправить подальше от Ленинграда, пережившего блокаду. Исключение делали лишь для семей советских командиров. Поиски семьи Иван Иванович Кауппонен начал сразу, как только появилась возможность.

Слева: Александр Михайлович Каупонен, коренной житель деревни Истинки. Профессиональный рыбак, помощник капитана по добыче. Обошел весь белый свет, ловил рыбу и других морских гадов — от шпрот до кита. Сейчас с удовольствием крестьянствует. Справа: Юхо (Иван Иванович) Кауппонен. Родился в 1896 году в деревне Истинке, что в Скворицком приходе, в семье крестьянина. В 1914 году, когда началась Первая мировая война, Юхо исполнилось 18 лет, и он, отучившись на курсах прапорщиков, организованных в Гатчине, отправился на фронт. За боевую доблесть награжден орденом Святого Георгия четвертой степени. Революция застала его в окопах. Встав под знамена красных, дослужился до командира 141 стрелкового батальона в 16 стрелковой дивизии под командованием Киквидзе. В 1924 году был награжден орденом Красного Знамени. После демобилизации по ранению работал председателем совхоза в поселке Тайцы. За короткий срок мирной жизни успел жениться на девушке Марии из той же деревни, построить дом, родить двух детей — Мико (Михаила) и Элви (Эльвиру). Во время зимней войны снова встал в строй. В Великую Отечественную воевал в обороне Ленинграда, был ранен, попал в госпиталь, там встретил блокаду
Фото: Марина Кузьмина

Нашел, собрал документы, подал ходатайство. И в 1948 году семья вернулась. Но Иван Иванович умер, не дождавшись их возвращения, — от последствий ранений, полученных во время войны.

* * *

Мое знакомство с семьей Каупонен началось с того, что Валентина Алексеевна, одна из старейшин семьи, начала шить мне традиционное платье финнов-ингерманландцев савакот. Ингерманландские финны до начала XX века сохраняли деление на две этнические группы: эурямёйсет (эвремейсы) и савакот. Финны-эурямёйсет по происхождению карелы, финны-савакот получили свое название от восточной земли Саво.

Деревня Истинка Ленинградской области
Фото: Марина Кузьмина

Платье савакот отличалось от других, как и большинство национальных костюмов, в основном женскими нарядами. Простые рубашки с прямым воротом, минимумом вышивки, а чаще без нее, жилетки, полосатые или клетчатые юбки. Костюм был ближе к общефинскому. Это связано с тем, что жили эти люди небогато. Например, эвремейсы были зажиточнее, поэтому знаться с савакотами поначалу не хотели. Потом все выровнялось по доходам, и различия нивелировались.

 В семье Каупонен из поколения в поколение поддерживаются и передаются национальные традиции, такие как, например, шитье костюмов, ткачество половиков и игра на кáнтеле — струнном щипковом инструменте карелов, вепсов, финнов, ингерманландцев.

Слева: фото из архива семьи Каупонен. Мария Сойкка, ингерманландская финка из Тихвинки. Фото 1950–1960 годов. Справа: Марина Каупонен, ингерманландская финка из Истинки Ленинградской области. На платье узор рекко — одна из характерных деталей традиционного женского костюма ингерманландских финнов-эурямёйсет (äyrämöiset)
Фото: Марина Кузьмина

Семья состоит из родителей Валентины и Александра, их детей — Марины и Дмитрия. У Марины дочь Ира. Дмитрий женат на Веронике, у них дочь Лиза. Все живут в одном доме, на родной земле, доставшейся от предков. Летом все заняты на сельскохозяйственных работах. Несмотря на это, они ведут традиционное хозяйство — сад, огород, делают заготовки на зиму, которых хватает на весь сезон.

Ингерманландские финны, работники совхоза, в поле на уборке урожая. Август, 1930-е годы. Председатель совхоза, Кауппонен Иван Иванович (Юхо Кауппонен), с сыном Михаилом — на переднем плане справа. Жена Ивана Мария — вторая справа во втором ряду. Фото из архива семьи Каупонен
Фото: Марина Кузьмина

Александр — профессиональный рыбак, обошел все моря и океаны на больших рыболовных судах. Валентина — швея, работала на производстве, доросла до мастера швейного цеха. Сейчас оба пенсионеры и все силы отдают честному крестьянскому быту. Своих детей и внуков с малых лет они приучили помогать с поливом, посадками и прополкой.

Слева: Ира Каупонен в костюме финки-эуремёйсет, приход Тюрё. Красный хартиусхаме (юбка на лямках) и сяппели (девичий венец ингерманландских финок-эуремёйсет) носили девушки на выданье, чтобы подчеркнуть свой «активный поиск» жениха. Наряд девушки был со всех сторон защищен обережными вышивками и символами, каждый предмет украшения — фибула, пояс, ожерелье, венец и даже обувь — также защищал девицу от сглаза и от злого духа. Эти языческие традиции сохранялись эуремейсами вплоть до конца XIX века. Справа: пестрядь, ткань для юбки. Фабричная реконструкция из Екатеринбурга, сотканная по этнографическим образцам. Была куплена специально для реконструкции традиционных костюмов в современных материалах
Фото: Марина Кузьмина

По субботам — традиционная баня. В первый пар идут мужчины, потому что они жар лучше переносят и париться больше любят, потом старшие женщины, тоже потому что еще пару много, в третий пар идут, кто париться не любит, а помыться хочет. В бане не поют, не сквернословят и спасибо не говорят, чтобы «банника не злить». Для банника принято всегда оставлять мыло, воду и замоченные веники, чтобы он тоже помылся.

Ткачество половиков — традиционное зимнее занятие у ингерманландских финнов и не только. Ткали половики для себя и на заказ. Обычно у финнов были домашние ткацкие станки. Но когда такового не было, ткацкий станок можно было сделать из подручных средств. Нити натягивались на гвозди, вбитые прямо в стены комнаты, расположенные друг напротив друга. Главное было раздобыть правильное бёрдо (бёрдо — известное с древних времен орудие труда для ручного ткачества)
Фото: Марина Кузьмина

Елка ставится в лютеранский Сочельник 24 декабря, в честь дедушки Михаила Ивановича: он был лютеранином. Юханнус — традиционный праздник ингерманландских финнов в день летнего солнцестояния — празднуется каждый год, на общий праздник обязательно ездит вся семья.

Семья Каупонен, ингерманландские финны — братья Каупонен (на фото посередине в нижнем ряду), с детьми и домочадцами. Слева — семья старшего брата, справа — среднего. На фоне — дом, в котором родились и выросли братья. Дом построил их дед сто лет назад, в 1923 году
Фото: Марина Кузьмина

Увлечение в семье народным костюмом от него и пошло. У Марины Каупонен есть задумка на ближайшее будущее — сыграть свадьбу кузенов в национальном стиле. Взрослые и дети учатся финскому языку, финским песням, игре на кантеле, старшие рассказывают младшим про историю края и своего рода.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 643 629 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 643 629 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
295 086 834

Современное платье. На платье узор рекко-одна из характерных деталей традиционного женского костюма ингерманландских финнов-эурямёйсет (äyrämöiset)

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Деревня Истинка Ленинградской области

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Сяппеле — девичий венец ингерманландских финок-эуремёйсет. Современная реконструкция по образцу XIX века. Довольно необычное украшение — свинцовые шипы по окружности — оберегали девушку на выданье не только от злого духа, но и от нескромности парней

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Валентина Алексеевна Каупонен — коренная жительница деревни Истинка Ленинградской области, мастерица по шитью традиционных финских костюмов

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Фото из семейного архива семьи Каупонен. Екатерина Павловна Малкки, 19.04.1857, прихожанка Скворицкого прихода, жена Георгия Гавриловича Кауппонен

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Фото из архива семьи Каупонен. Дом, устоявший в Великой Отечественной войне. Рядом вернувшиеся в 1948 году хозяева — ингерманландские финны. Мужчина справа — Михаил Иванович Каупонен со своими сестрами и их мужьями. Фото 1950-х годов

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Деревня Истинка Ленинградской области. Холодный борщ, сваренный из собственных продуктов

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Ткацкий челнок передается из рук в руки в момент ткачества половика. Ткацкий станок воссоздан по старым образцам в ткацкой мастерской семьи Каупонен

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Традиционные женские рубашки ингерманландских финок. На переднем плане: реплика рубашки XIX века финки-савакот из Колтушей. На втором плане: реккопайты (рубашка с вышивкой рекко) финок-эуремёйсет из прихода Тюрё. Рубашки отличаются покроем неслучайно: финки-савакот больше следили за модой, а финки-эуремёйсет ревностно берегли традиции, поэтому у реккопайты сохранилась длинная «подстава» из грубой ткани аласет и много вышивки, помимо рекко на груди. А у савакоток рубашки почти как у городских барышень — без вышивки, короткие и с широким рукавом

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Лошади в поле, деревня Истинка Ленинградской области России

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Надпись на обороте: Александру Ивановичу Койвонен на добрую память с финского фронта от двоюродного брата Иван Иванович, 24.03.1940

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Письмо Юхо Кауппонен родне 21 мая 1945 года

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Деревня Истинка Ленинградская область, Россия

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Владимир Михайлович Каупонен, второй из четырех братьев. Ингерманландский финн, родился и вырос в Истинке, как и все его предки по мужской линии. Косоворотку считают русской рубахой, и это отчасти соответствует действительности. Однако на территории Российской империи косоворотку носили представители разных народов, и финны в том числе. Верные своей любви к простоте и скромности в одежде, поощряемой лютеранством, финны не украшали рубахи вышивкой. Исключение делалось только для свадьбы, да и то не всегда

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Пояс финки-савакот. Плетен на шести дощечках, по старинной технологии, за образец взят пояс 1901 года из деревни Кандикюля, что в составе Лебяженского городского поселения Ломоносовского района Ленинградской области

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Фото из архива семьи Каупонен. Эльвира Кауппонен с подругой на подоконнике. 1950-е годы

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Самогоноварение — старинное занятие крестьян. В советские годы это занятие запрещалось законом, однако извести промысел не удалось

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Валентина Алексеевна Каупонен во время работы над традиционной женской рубашкой ингерманландской финки

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Во дворе Каупоненов

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Фото из архива семьи Каупонен. Три сестры: Мария, Елизавета и Анна Кауппонен, 1950–1960 годы

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Александр Михайлович Каупонен, коренной житель деревни Истинки. Профессиональный рыбак, помощник капитана по добыче. Обошел весь белый свет, ловил рыбу и других морских гадов — от шпрот до кита. Сейчас с удовольствием крестьянствует

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Юхо (Иван Иванович) Кауппонен. Родился в 1896 году в деревне Истинке, что в Скворицком приходе, в семье крестьянина. В 1914 году, когда началась Первая мировая война, Юхо исполнилось 18 лет, и он, отучившись на курсах прапорщиков, организованных в Гатчине, отправился на фронт. За боевую доблесть награжден орденом Святого Георгия четвертой степени. Революция застала его в окопах. Встав под знамена красных, дослужился до командира 141 стрелкового батальона в 16 стрелковой дивизии под командованием Киквидзе. В 1924 году был награжден орденом Красного Знамени. После демобилизации по ранению работал председателем совхоза в поселке Тайцы. За короткий срок мирной жизни успел жениться на девушке Марии из той же деревни, построить дом, родить двух детей — Мико (Михаила) и Элви (Эльвиру). Во время зимней войны снова встал в строй. В Великую Отечественную воевал в обороне Ленинграда, был ранен, попал в госпиталь, там встретил блокаду

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Деревня Истинка Ленинградская область, Россия

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

фото из архива семьи Каупонен. Мария Сойкка, ингерманландская финка из Тихвинки. Фото 1950–1960 годов

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Марина Каупонен, ингерманландская финка из Истинки Ленинградской области. На платье узор рекко — одна из характерных деталей традиционного женского костюма ингерманландских финнов-эурямёйсет (äyrämöiset)

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Ингерманландские финны, работники совхоза, в поле на уборке урожая. Август, 1930-е годы. Председатель совхоза, Кауппонен Иван Иванович (Юхо Кауппонен), с сыном Михаилом — на переднем плане справа. Жена Ивана Мария — вторая справа во втором ряду. Фото из архива семьи Каупонен

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Ира Купонен в костюме финки-эуремёйсет, приход Тюрё. Красный хартиусхаме (юбка на лямках) и сяппели (девичий венец ингерманландских финок-эуремёйсет) носили девушки на выданье, чтобы подчеркнуть свой «активный поиск» жениха. Наряд девушки был со всех сторон защищен обережными вышивками и символами, каждый предмет украшения — фибула, пояс, ожерелье, венец и даже обувь — также защищал девицу от сглаза и от злого духа. Эти языческие традиции сохранялись эуремейсами вплоть до конца XIX века

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Пестрядь, ткань для юбки. Фабричная реконструкция из Екатеринбурга, сотканная по этнографическим образцам. Была куплена специально для реконструкции традиционных костюмов в современных материалах

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Ткачество половиков — традиционное зимнее занятие у ингерманландских финнов и не только. Ткали половики для себя и на заказ. Обычно у финнов были домашние ткацкие станки. Но когда такового не было, ткацкий станок можно было сделать из подручных средств. Нити натягивались на гвозди, вбитые прямо в стены комнаты, расположенные друг напротив друга. Главное было раздобыть правильное бёрдо (бёрдо — известное с древних времен орудие труда для ручного ткачества)

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0

Семья Каупонен, ингерманландские финны — братья Каупонен (на фото посередине в нижнем ряду), с детьми и домочадцами. Слева — семья старшего брата, справа — среднего. На фоне — дом, в котором родились и выросли братья. Дом построил их дед сто лет назад, в 1923 году

Фото: Марина Кузьмина
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: