Самые важные тексты от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Фото: Алина Десятниченко для ТД

Случившееся со спортсменом Алексеем Динисенко началось как придуманный кем-то кошмар — с кражи, которой не было. А стало кошмаром вполне реальным

Собрано
835 940 r
Нужно
2 000 000 r

Каждую неделю юрист «Комитета против пыток» Сергей Романов садится в свой «Хендэ-Солярис» и едет из Краснодара в станицу Тбилисскую. Прямо сейчас юристы Комитета ведут в одном только Тбилисском районе три дела по обращениям с жалобами на истязания полицейскими. Один из пострадавших умер, по делу второго Романов сегодня должен встретиться со следователем, а с третьим — Алексеем Динисенко, 19-летним спортсменом, — у меня назначена встреча, и Сергей подвозит меня в Тбилисскую.

«Начали выражаться и дальше бить»

Тихая и неторопливая тбилисская жизнь для Алексея Динисенко, студента четвертого курса юридического колледжа, чемпиона Краснодарского края по пауэрлифтингу и обладателя множества наград, кончилась 4 октября. Днем во двор его дома явилась полиция на гражданской машине. Приехавший представился сотрудником уголовного розыска и сказал, что Алексея нужно допросить как свидетеля преступления. «Свидетель преступления» сел в эту машину, поехали в местный отдел полиции. По пути Алексей спрашивал, в чем именно дело, но ему ничего не говорили, обещали, что в участке все станет известно.

В ОМВД, рассказывает Динисенко, его били, выламывали и выкручивали пальцы.

— Трое меня завели, один зашел, двери закрыл, сразу ударил меня в живот и сказал: «Либо ты сейчас подписываешь документы, что ты был свидетелем, как твой друг крадет [телефон], либо мы тебя будем избивать и [кражу] тоже припишем тебе». Я сказал, что ничего подписывать не буду. Им это не понравилось, они начали выражаться и дальше бить. По голове, по почкам, по ногам.

Алексей
Фото: Алина Десятниченко для ТД

Речь шла о старом устройстве iPhone, которое Динисенко с другом якобы украли у своего знакомого (телефон с разбитым стеклом потерпевший в уголовном деле оценил в три тысячи рублей). По словам Алексея, тот уже несколько месяцев был ему должен шесть с половиной тысяч рублей. Алексей с другом пошли к этому знакомому требовать возвращения долга. Тот сам предложил свой телефон в счет долга — разблокировал и отдал вместе с зарядным устройством. Но через неделю написал заявление в полицию, что у него украли ручную газонокосилку и телефон, и указал друга Динисенко в качестве подозреваемого.

«Посмотрите, кого вы лишили здоровья!»

В России все счастливые семьи счастливы одинаково — пока не столкнутся, например, с полицейским произволом. Семья Динисенко гордится своими сыновьями — их у хозяев дома Натальи и Павла пятеро. Двое старших, которым чуть за двадцать, работают на побережье. С родителями живут Алексей и двое младших, тринадцати и двух лет. Дом строили сами — Павел с женой и старшими сыновьями.

— Муж и старший сын — сварщики, муж делает мебель, заборы кованые, навесы. У нас пацаны без дела не сидят, — говорит Наталья. — Не пьют, не курят, ни один ребенок на учете не состоял, приводов не было.

— Дочка, я тебе вот что скажу: такими внуками гордятся, — вмешивается дедушка Алексея. Вся семья собралась за большим столом, Наталья хлопочет по хозяйству — поит всех чаем и собирается жарить котлеты. — Спортсмены, наград у них — я тебе покажу сколько: по тяжелой атлетике… медалей сколько! У одного только Леши — районные, краевые. Первые места занимал. И вот это все можно навесить [на грудь] и сказать: посмотрите, кого вы лишили здоровья!

Дедушке так нравится придуманная им фраза, что он предлагает ее мне в качестве заголовка. Я обещаю подумать.

Но «лишили здоровья» — не выдумка: после случившегося у Алексея сильно испортилось зрение.

«Ты деньги готовь суду платить»

— Забрали меня где-то в пять [часов дня], а отпустили в час ночи, — вспоминает Алексей.

Когда он оказался в отделе полиции, там уже присутствовала адвокат Кашкарова. Алексей не знал, кто это: ему не сказали, просто «какая-то женщина сидела и что-то писала». В отделе находилась еще одна женщина — следователь Недайвода. Динисенко, по его словам, избивали при ней. Он подписал, что от него требовали.

— Потом они еще меня удерживали и сказали, что поехали за вторым парнем, якобы его заберут. А он в Майкопе (столица Республики Адыгея, в полутора часах езды от Тбилисской. — Прим. ТД) находился. И пока они его не заберут, меня не отпустят, [так они грозили]. Но потом мама начала звонить, и только после этого меня отпустили. Приехал домой, мне очень плохо было, — рассказывает Алексей.

Мама Алексея с младшим сыном и Алексей с дедушкой
Алина Десятниченко для ТД

Он сразу пошел спать, а ранним утром снова приехала полиция — по словам одного из оперов, «обсудить кое-что». Только тогда юноша рассказал родителям, что в отделе его избивали. К полицейским вышел Павел Динисенко и сказал, что никуда не отпустит сына, пусть приезжают с повесткой. Опера вернулись с ней в 09:40. Тогда Алексей поехал с ними в отделение в сопровождении нового адвоката, срочно нанятого родителями, Выгонова. Но и от его услуг они вскоре отказались: несмотря на то, что Алексей рассказал этому адвокату о пытках в полиции, тот, как и следователь, посоветовал клиенту молчать, раз «подписал документы». По словам Натальи Динисенко, этот адвокат сказал ей: «Ты что, Наташа, об этом (пытках в полиции. — Прим. ТД) нельзя говорить, молчи. Это система. Ты деньги готовь суду платить. И все решим».

— Я сказала: понятно, мы с вами работать не будем, — говорит Наталья. — Он мне даже задаток не вернул.

После этого родители Алексея наняли нового адвоката.

Сергей Романов из «Комитета против пыток» объясняет мне, что теперь этим оперирует следствие по уголовному делу о краже: якобы у Динисенко было два адвоката и возможность сообщить о пытках.

— Ну вот такие адвокаты были, — разводит руками Романов, — уже при этом [втором] адвокате, со слов Алексея, его пытали, выбивали явку с повинной, на что адвокат сказал: «Слушай, ты об этом молчи, мы потом об этом будем говорить. Не парься и об этом нигде не заявляй».

Романов добавляет, что дело о краже должно быть переквалифицировано на возможное самоуправство.

«Меньше надо было жаловаться»

Пятого октября, на следующий день после избиения полицейскими, Алексей Динисенко с мамой обратились в центральную районную больницу в Тбилисской. Положили его туда не сразу, сказали, что невролог находится в военкомате. Начали осматривать в поликлинике, потом в приемном покое. Сделали снимки головы и велели прийти на следующий день, когда освободится невролог. Та госпитализировала пострадавшего с сотрясением мозга. Окулист определил отек мозга. По документам — закрытая черепно-мозговая травма и травма правой почки.

Алексей находился в больнице девять дней. В день обращения в больницу, говорит Наталья Динисенко, написали и заявление в полицию об избиении. Наталья позвонила психологу Ирине Голуб, работающей с «Комитетом против пыток». Голуб связала ее с юристом Комитета Анной Коцаревой. Уже 8 октября Анна приехала в Тбилисскую — к ее приезду Наталья собрала характеристики на сына: с учебы, от тренера, «потому что знала: как только за них возьмутся, соберут материал такой, какой им (полиции. — Прим. ТД) нужен». Юрист сняла видео с результатами побоев Динисенко и выложила в сеть.

— И 14-го числа нас попросили из больницы, хотя до этого его не выпускали даже к следователю, — усмехается Наталья Динисенко. — Сказали: выписывайтесь.

Когда Алексея госпитализировали, невролог обещала его матери дать после выписки из ЦРБ направление в Краснодар на дальнейшее обследование и лечение, прохождение КТ и МРТ, осмотр невролога из краевой больницы. Но в день выписки отказала Наталье в выдаче направления.

— Когда я к ней подошла за направлением, она меня культурно отшила, сказала: «Меньше надо было жаловаться».

Благодаря помощи «Комитета против пыток» Алексея обследовали в краснодарских частных клиниках и теперь он проходит лечение.

Тишина

— Они нам сказали: «Если вы не заберете заявление, мы дело заведем в суд, мы его посадим». Так нам и передали, — говорит Наталья.

— Кто?

— Не могу сказать кто. Знакомые сказали. «Заберите заявление, иначе Алексея закроют». Но мы заявление не забрали, мы пошли дальше. К нам пришли с обыском, перевернули тут нам весь дом, искали «украденный телефон». Пришли причем со своими понятыми.

Алексей и уличный щенок
Фото: Алина Десятниченко для ТД

Наталья позвала своих — соседей, чтобы также присутствовали при обыске. Полиция ничего не обнаружила.

Некоторые знакомые семьи, по словам Натальи, вмешивались в дело — уговаривали ее сына забрать заявление против полицейских, избивавших его. В том числе тренер, который «сам опером работал, сидел четыре года за избиение». Он звонил и Алексею, и даже его старшему брату, интересовался: «А какие у вас знакомые, а кто вам помогает?»

— Аня [Коцарева] везде с нами ездила. Собирали материал. Везде они ходят, все сами собирают, — рассказывает Наталья о помощи юристов «Комитета против пыток».

Чтобы добиться справедливости в деле против полицейских, применявших пытки, Наталья пишет во все инстанции. Пока безрезультатно. Зато дело о «краже» уже дошло до суда.

— Я написала везде: в СК в Москве, Бастрыкину, ездила к [зампрокурора края] Леговцу в Курганинск на прием, потом к прокурору [Краснодарского края] Табельскому — и все, тишина. Никакого ответа ни от кого. Какая проверка ведется по избиению? По уголовному делу буквально за месяц они все сделали, дело зашло в суд, а по факту избиения — ничего, — возмущается Наталья Динисенко.

Написала жалобу президенту, написала в прокуратуру. После этого ей позвонили из местной больницы, вызвали и спросили, какие у нее претензии к ним.

— Я объяснила, что невролог не дала нам направление к нейрохирургу. Справки для техникума не выдала. Не продлила больничный. Со мной беседовала зам главного врача Черных. Я объяснила, почему обратилась в прокуратуру. Если бы ваш невролог дала направление, я бы не жаловалась. А так я еще подам на вас в суд за то, что не оказали медицинскую помощь своевременно моему ребенку!

И после этого невролог выписала направление.

«Не думали, что начнем с ними бодаться»

Рассказывая подробности о случившемся начиная с 4 октября, Наталья постоянно говорит о том, как работают местные полиция и прокуратура.

— Все друг за друга, все у них шито-крыто, все сфабриковано.

— По-вашему, для чего это им?

— Как для чего? Палочку заработали себе, и все. Премию хорошую получат. Вот так они у нас и дела раскрывают в станице. Мы же не одни такие, тут их много таких. Просто люди молчат, никто не жалуется… А они не думали, что мы начнем с ними бодаться. Думали, что мы испугаемся… А это вот мы так подняли, это хорошо благодаря Комитету, [хорошо], что они нам помогли.

Пока Анна Коцарева на больничном, делом Алексея Динисенко занимается юрист Сергей Романов. Каждую неделю он садится в свой «Хендэ-Солярис» и едет из Краснодара в станицу Тбилисскую.

В одном только Тбилисском районе сейчас три дела по обращениям в Комитет с жалобами на истязания полицейскими.

Алексей
Фото: Алина Десятниченко для ТД

А по всей России таких дел тысячи. Каждый день юристы ведут кропотливую работу по защите прав граждан, которых подвергли пыткам в нашей стране. Нужно собирать доказательства по делам, обращаться в правоохранительные органы, организовывать экспертизы, следить за ходом официального расследования и вести свое собственное. На все это необходимы средства.

Даже совсем небольшое регулярное пожертвование может повлиять на то, чтобы положение дел изменилось и пытки перестали быть реальностью в России. Помогите добиться этого!

Сделать пожертвование

Помочь

Оформить пожертвование в пользу проекта «Помощь пострадавшим от пыток»

Выберите тип и сумму пожертвования
Поддержите, пожалуйста, наш фонд

Мы существуем только на ваши пожертвования. Вы можете добавить процент от пожертвования на развитие фонда «Нужна помощь»

Читайте также

Вы можете им помочь

Всего собрано
2 507 198 597
Все отчеты
Текст
0 из 0

Алексей у себя в комнате

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Алексей

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Алексей и уличный щенок

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Алексей

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Мама Алексея, Наталья, с младшим сыном

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Алексей со своим дедушкой

Фото: Алина Десятниченко для ТД
0 из 0

Пожалуйста, поддержите проект «Помощь пострадавшим от пыток» , оформите ежемесячное пожертвование. Сто, двести, пятьсот рублей — любая помощь важна, так как из небольших сумм складываются большие результаты.

0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: