Караван-сарай по имени Синь Машын

Фото: Екатерина Дериглазова

Однажды у нас появилась большая мечта: проехать всю Россию от Москвы до Магадана. Ехать со всеми остановками, не спеша, присматривая себе место, чтобы остаться, построить дом, завести еще пару собак, котов и козу. Как люди взрослые и скучные, мы планомерно откладывали денежку с каждой зарплаты и по максимуму урезали свои хотелки — все ради того, чтоб сказку сделать былью. Вместо хипповского автобуса в ромашку (эх, мечта моя!) мы построили другую мечту — караван-сарай в кузове нашего старенького пикапа по имени Синь Машын. Сначала у машины не было официального названия, пока однажды в Западном Казахстане местные пастухи не окрестили ее Синь Машын, что на их «сленге» означало «синяя машина», и имя приросло. Мы успели сто раз поругаться на тему необходимости солнечных батарей, принудительной вентиляции, второго бака, третьего аккумулятора и спального места для животных. Спор всегда заканчивался чьим-нибудь воплем: «Так тебе шашечки или ехать?» А в сентябре 22-го мы очень шустро и без споров загрузили в машину два компа, кота, собаку, казахское покрывало, фамильный ковер, походные рюкзаки и любимую сковородку — и за десять дней промчали от Москвы до турецкого города Сиде. Мы никогда не бывали в Турции, да и вообще так далеко на юге, — поехали сразу жить

После пересечения грузинско-турецкой границы я не отлипала от окна: каждая пальма вызывала бешеный восторг. В начале октября собирают второй или третий урожай, готовят поля к зиме, разбрасывают навоз — с помощью прогона коров по полям. Земля только кажется сухой и неплодородной, отовсюду буйно прет растительность.

Мне запомнилась первая ночевка в Турции: мы просто съехали с трассы на проселок, в двадцати метрах от нас в темноте пролетали редкие грузовики. Вокруг лежали плавные холмы, покрытые сухой жесткой травой, дул ветер. В небе горохом были рассыпаны звезды. Я долго не могла уснуть: думала о том, смогу ли я полюбить эту землю. Утром пикап долго не заводился, и мы обреченно прикидывали, сколько десятков кэмэ пешкодралом до ближайшего автосервиса и как нелегко там будет объясняться без языка. Но Синь Машын сжалился над нами и все же поехал.

Фото: Pars Sahin / Unsplash

Тени древнегреческих героев

Страну мы особенно не выбирали: за полгода до нас сюда переехала моя сестра с мужем-украинцем, детьми и кошкой. Они Турцию давно полюбили — за солнце, вкусную еду, античные развалины на каждом шагу и, главное, за доброе отношение к их многочисленным детям. Если бы не сестрин бытовой-разговорный турецкий, выученный при помощи «Дуолинго» и горячего энтузиазма, нам всем пришлось бы непросто. 

Нас спрашивали, почему мы не поселились в Стамбуле, Измире или Анталье. Все просто: в больших городах цены на жилье выше, а вероятность получить ВНЖ существенно ниже. В Турции есть список районов, где уже зарегистрировано много иностранцев, и после некоторого порога эти районы «закрываются» для новых понаехавших. Сиде, хотя и находится между популярными Антальей и Аланьей, в перечень «закрытых» районов не входит. Со времен древних греков Сиде был то процветающим портом, то цитаделью пиратства, то много веков стоял пустым. На полуострове, который можно обойти за полчаса, отлично сохранился амфитеатр, где сражались гладиаторы, торговая площадь, храмы Аполлона и Афины, фундаменты домов простых сидийцев и даже древнеримский общественный туалет (недействующий!).

Первые километры Турции, позади грузинско-турецкая граница
Фото: из личного архива героев

С первого дня «беседовать с тенями древнегреческих героев» стало моим любимым времяпрепровождением. Тем более что музей под открытым небом по большей части круглосуточный и бесплатный.

Как дикий человек с севера, в первые недели я не могла привыкнуть, что на улицах вместо кленов и тополей растут гранаты, лимоны, апельсины, лаймы, мандарины и еще с десяток неизвестных у нас цитрусовых вроде померанцев. Сначала руки тянулись непременно открутить и откусить все, что пониже висит, но после первого похода на базар желание рвать «дичку» проходит само собой. Потому что круглый год по весьма низкой цене продаются местные бананы и местная клубника, «драконий фрукт» и сто тысяч сортов вкуснейшего перца. Для меня стало открытием, что финики оранжевые, а местные летучие мыши — убежденные фрукторианцы. 

А еще у нас в соседнем квартале древнеримский акведук. Не музей — просто среди домов акведук. На нем спят кошки. А в получасе ходьбы — море. Бирюзовое, Средиземное, теплое. Первые недели мы только и спрашивали друг у друга: а что, так можно было?

Эв сахиби и чувство безопасности

Первая задача всех свежеприбывших — снять квартиру и получить ВНЖ. К концу сентября цены на жилье обычно идут вниз, но из-за наплыва наших сограждан шустрые риелторы предлагали квартиры по московским ценам. 

Обязательно нужен надежный товарищ, который поможет договориться на турецком. Одни из первых слов, которые я запомнила, — эв сахиби (хозяин дома). Хозяина надо убеждать, что ты хоть и ябанджи (иностранец), но не очень богатый. Зато надежный, платежеспособный и непривередливый. 

Благодаря сестриному таланту и коммуникабельности квартира для нас нашлась за неделю. По турецким меркам она крошечная — метров сорок пять. На полу во всех комнатах кафель, на огромных балконах и в душе — слив в полу. Можно выливать ведро воды и изображать матроса, драящего палубу. 

Голубь мира на стене дома в городе Манавгат
Фото: из личного архива героев

У нас второй с половиной этаж. Первый, часто полуподвальный, бахче каты, обычно дешевле. Летом там, говорят, прохладнее, но зимой холодно и сыро.

Пока мы ехали по Турции, восхищались: ах, даже на самых скромных домиках солнечные батареи. А это не батареи! Это простая система: вода поступает по тонким черным трубочкам и нагревается на солнце. Нет солнца — извольте мыться холодной. 

Собака в Турции — это некоторая проблема. Пес — это полезная штука для охраны, а не дружбан. Турция хоть и светская, но все же исламская страна. А собака по канонам религии — нечистое животное, и в доме ей не место. Наш эв сахиби предложил построить будку во дворе. Потом нехотя разрешил: «Ну ладно, пусть живет на балконе». Собака с дивана сказала «угу», но на балкон выходила исправно — для отчетности.

Риелтор Сулейман перед заселением предложил заказать клининг. Назвал цену, вдвое превышающую разумную, рассчитывая всех наябанджить (от тур. ябанджи — иностранец. Есть все же устойчивое общественное мнение, что с туристов не убудет).

Екатерина
Фото: из личного архива героев

Наш эв сахиби уборщиц на порог не пустил, все вымыл сам и затребовал гонорар за клининг. Из-за этих шестисот лир навсегда поссорились наш домовладелец Кемаль и риелтор Сулейман — прямо как Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. 

Кемаль чуть-чуть говорит по-русски, но ему никто не объяснил, что такое мат. Когда он узнал, сколько мы собирались заплатить за уборку, сказал что-то вроде «тыщодура*****?» — в смысле «цена неоправданно велика». Ругал Сулеймана тоже по-русски и матерно: «Пашолнаатсуда, идр!»

Когда-нибудь мой турецкий будет на том уровне, чтобы провести филологическую консультацию. Кстати, в любом мало-мальски крупном городе Турции есть абсолютно бесплатные языковые курсы для иностранцев. Обычно они организованы при молодежных культурных центрах. Как только получаешь ВНЖ, можно записываться в группу.

Без ВНЖ в Турции можно жить только 90 дней в году. К счастью, осенью еще давали вожделенный икамет на основании долгосрочного договора аренды. Можно собрать документы самостоятельно, можно воспользоваться помощью агентов, если сложно заполнять формы на турецком. Примерно через месяц вас пригласят на рандеву в Гёч (личная подача документов в миграционную службу). Нам все одобрили в тот же день, еще недели через три улыбчивый курьер на мопеде привез готовые пластиковые карточки прямо домой.

Супербюджетный, но от этого не менее шикарный турецкий поздний обед. Экмек — большой свежайший батон белого, пять лир (около 18 рублей), цена на хлеб регулируется государством. Турки едят очень много хлеба. Пиво везде «Эфес». Дороже, чем в России, раза в полтора-два. Паста из сладкого перца со специями. Мержимек чорба — чечевичный суп, себестоимость стремится к нулю. Сыр для тостов, помидоры, оливки. Оливки в Турции не деликатес, а ежедневный продукт
Фото: из личного архива героев

Решив самые насущные задачи, я почувствовала, как вдруг расправились плечи, перестали сжиматься зубы. Мы много и с удовольствием гуляли ночью по темным улицам, ходили на море, нашли невероятной красоты сосновый лес в городе. Никогда я не чувствовала себя настолько в безопасности. Даже огромные бродячие собаки были чрезвычайно ласковы и тактичны. Как у многих свежепонаехавших, наши первые месяцы в Турции прошли в полнейшей эйфории от теплой дружелюбной страны.

Вставная новелла о похищении машины, написанная моим дражайшим супругом 

…После того как мы доехали, разгрузились и выдохнули, бендикс стартера сказал: «Джэхэннэмэ гит» («Шайтан забрал»). Машина превратилась в памятник во дворе. Соседи позвонили куда-то — приехал механик, заглянул под капот, сказал: «Марш бендикс йок, поэтому ярын (завтра) в девять утра будь бурада (туточки)». Я говорю: «Тамам» («Oкей»).

На следующее утро ровно в девять я сижу в машине, жду. Припекает. К полудню механик так и не приехал — просто забыл о встрече. К трем приехали сразу двое механиков, завели пикап «с толкача», прокричали загадочное «сри орс, сри орс!» и уехали на моем бююк мави араба (большой синий автомобиль).

Синь Машын и его бессменный рулевой в полупустынном ландшафте где-то в центре Анатолийского нагорья
Фото: из личного архива героев

Почесав в башын аркасы, я решил относиться ко всему фелсефи олмак. Сри орс спустя… ничего не произошло. Я тем временем освоил переводы «Золотой короны» и съел мороженку. Алты (шесть) часов спустя на нашу сокак (улицу), не спеша, поворачивает моя арабам. Механики через гугл-переводчик радостно сообщили, что «динамо полностью чистое и работать», и попросили 1700 лир (5800 рублей). В Москве подобная операция будет существенно пахалы (дороже). Не говоря о том, что в России, если на твоей тачке уезжают улыбчивые механики, ты в ужасе набираешь 112.

Здесь… ну, я только немного поволновался. Привычка везде видеть обман отмирает моментально. На улицах машины оставляют на ночь с открытыми окнами, скутеры не привязывают к забору, шлемы болтаются на рулях. Крутые кроссовки стоят за входной дверью. Потому что воровать — это харам

Ну а если турист и переплатит на базаре немного за чай или фрукты — так это не со зла. У него лиры не последние, он скоро разберется и научится торговаться как местные. А пока что — чок тешеккюр эдерим, Турция!

…На средиземноморском побережье живет большая русскоязычная диаспора. Ее женская часть особенно активна: каждую неделю непременно проходит или встреча бизнесвумен, или мастер-класс по живописи, или завтрак для всех желающих обсудить тонкости романов с турецкоподданными. Даже владелица ближайшей студии йоги оказалась петербурженкой — так что при желании недостатка в общении не будет. Я нашла душевнейших подруг в городских онлайн-сообществах — достаточно было дать объявление в духе «Чебурашка ищет друзей, чтобы беседовать о политике». И жизнь моя стала приятно-размеренной: в один выходной я кормила большой кошачий прайд с киевлянкой Лилей, в другой — провожала закат на море с москвичкой Анной и ее корги. 

Набережная реки Манавгат в городе Манавгат. Река необыкновенного бирюзового цвета, в ней водится форель. Катание на стилизованных под старину корабликах — популярное развлечение не только среди туристов
Фото: из личного архива героев

На экологическом субботнике — собрать мусор на пляже было хорошим способом сказать Турции спасибо — мы познакомились с местными антивоенными активистами. Белорусы и россияне организовали шелтер для украинских семей, помогают беженцам с документами, делятся продуктами, одеждой. Проводят мероприятия — от детской новогодней елки и концертов до больших антивоенных форумов. После первого землетрясения в зону бедствия отправились волонтеры с едой, водой и теплыми вещами для пострадавших. Желающих ехать на помощь было так много, что турецкие спасатели даже растерялись, как найти применение такому количеству неквалифицированных рук.

Каюк эйфории

Постепенно знакомая каждому эмигранту эйфория первых месяцев сошла на нет. Сначала мы замерзли. В октябре экспаты пугали нас турецкой зимой, а мы посмеивались: да мы в Баренцевом море купались! Но когда в квартире установились стабильные плюс четырнадцать, стало совсем невесело.

Зима была очень теплая — ниже плюс трех температура не падала. Но были сильные ветра, затяжные ливни и ураганы. Один раз прямо на апельсины насыпало снега — вся улица выбежала посмотреть.

Но надо понимать, что отопление в большинстве домов не предусмотрено в принципе. Стеклопакеты везде в одно стекло, даже в очень дорогих квартирах. Все греются кондиционером, коврами или буржуйкой, установленной прямо в квартире. На всех балконах уложены солидные поленницы, а воздух над городом пропитан уютным дымком. 

У нас в квартире согреться было нечем. Влажность просачивалась сквозь стены и оседала за диваном мохнатой черной плесенью. Существовать вне термобелья, двух одеял и котов поверх было грустно. С утра мы с воплями надевали сырые футболки — за ночь одежда впитывала атмосферную влагу, белье не сохло сутками. Регулярно выносило электричество во всем пригороде, а генератора в нашем экономжилье нет. Когда плесень показывалась из-за дивана и пыталась вступить в контакт, мы подло травили ее специальной вонючей жидкостью.

Мою бодрость и волю к жизни поддерживали только любимая работа, симит (бублик с кунжутом) по утрам и довольно невкусное турецкое вино по пятницам.

Мы дружим с турецкими собаками. В основном там огромные кангалы (это название породы), бродячие или хозяйские — никогда не понятно. Этот товарищ бросил стадо овец, которое пас, чтобы позавтракать с нами и поиграть с нашей собакой
Фото: из личного архива героев

За полгода жизни в Турции я поняла, что переезжать без стабильной удаленки — очень, очень самонадеянно (если не сказать глупо). Экономическая ситуация в стране непростая. Цены растут, деньги обесцениваются, зарплаты и раньше были ниже средних российских. Работу без языка и гражданства можно найти только в туристическом секторе и только в сезон, с апреля по ноябрь. Можно устроиться горничной в отель или продавцом лукума, зазывалой в аквапарк, поваром в гостиничный ресторан, администратором или аниматором. Тут русский язык будет плюсом. А если у вас еще минимальный турецкий и хороший немецкий или английский — вариантов будет больше.

Моя подруга переезжала по рабочей визе, работала массажисткой в спа-зоне хорошего отеля. Но не смогла отработать весь контракт. Двенадцатичасовой рабочий день в 60-градусном хаммаме оказался нелегким испытанием. Кроме массажа, нужно еще мыть полы 18 раз за смену, носить в прачечную и обратно огромные тюки полотенец, смешивать целебные маски, заваривать чай для гостей и высокохудожественно нарезать лимоны дольками. Перерыв — полчаса в день, один выходной в месяц (если очень попросишь) — и все это за шесть тысяч лир. В марте прошлого года, когда они договаривались, это было 55 тысяч рублей, к осени они превратились в 20. Это не рабство, это обычные условия работы в Турции. Дают место в ложмане (общежитии), делают страховку, кормят, немецкие туристы оставляют неплохой чай — но работа действительно очень тяжелая.

Фото: Anna Berdnik / Unsplash

Многие девушки из России, Беларуси и Украины частным образом наращивают ресницы, делают эпиляцию, татуаж, маникюр и прочие косметические процедуры. Это очень востребовано среди туристок, таких же экспаток. Но надо знать, что такая деятельность не вполне легальна: одна жалоба в налоговую от конкурентов — и мастерица получит серьезные неприятности, вплоть до депортации. Так что прежде, чем искать работу в Турции, искренне советую исчерпать абсолютно все варианты удаленки. Звучит очень скучно, но к переезду нужно быть готовыми прежде всего финансово.

Потому что рано или поздно каждый понаехавший в Турцию знакомится с Великим Рандомом. Это некое всеобщее явление случайностей турецкой жизни, к которому невозможно подготовиться.

По неизвестной причине с конца декабря выдачу и продление ВНЖ по аренде приостановили. При этом никаких официальных разъяснений не было, просто пошел вал отказов. В экспатских чатах воцарились панические настроения. Активизировались всевозможные «помогаторы», обещающие помочь с продлением ВНЖ по учебе или оформить фиктивную рабочую визу за каких-то пару тысяч долларов.  

Судьба, или Великий Рандом

Потом проявления Великого Рандома настигли Синь Машын. Десять лет пикап бодро бегал по российскому бездорожью, а через полгода на хорошем турецком асфальте у него треснула рама, сразу в двух местах. А рама — это то, на чем держится вообще весь внедорожник. К тому же почти вдвое подорожала страховка, а в сочетании с ценами на дизель машина из средства передвижения быстренько превратилась в непозволительную роскошь.

Удаленщики вроде меня в этом году получили от России дополнительный неприятный сюрприз в виде 30-процентного подоходного налога. Но тут, полагаю, Великий Рандом ни при чем.

Добил наш домовладелец, великолепный матершинник Кемаль. Почуяв приближение туристического сезона, он решил вдвое поднять арендную плату. Могу его понять: сдача квартир — его единственный доход, а цены на экмек (хлеб) все растут.

Фото: из личного архива героев

Но итог такой: несмотря на всю нашу предусмотрительность и какие-никакие накопления, жизнь в Турции стала совершенно не по карману.

И мы снова, как и год назад, в подвешенном состоянии. Синь Машын сейчас едет на честном слове и на одном крыле — будет навещать родичей в автосервисе и чиниться.  

Но мы все еще в погоне за мечтой! Надеемся прокачать Синь Машын и отправиться кочевать по Балканам, останавливаясь, только чтобы перезарядить ноутбук и помыться в душе. Может быть, где-то там захочется остаться надолго и обзавестись домом уже без колес, но с огородом и ласковой козой.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 633 629 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 633 629 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
294 853 960

Фото: Екатерина Дериглазова
0 из 0

Фото: Pars Sahin / Unsplash
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: