Фото: Елена Михайлова для ТД

В трогательную дружбу 16-летнего акробата-хулигана и подростка с синдромом Дауна поверить так же сложно, как и во всю невероятную историю Упсала-Цирка

«Так не бывает». Спорим, эта мысль посещала каждого, кто что-то слышал об Упсала-Цирке? Трудные подростки становятся улучшенной версией себя, дети с синдромом Дауна получают «Золотую Маску», цирковой шатер стоит на берегу пруда, где плавают лебеди, а на фотографиях с мероприятий — все сплошь красивые, довольные и счастливые. А еще они ездят на гастроли, про них снимают фильмы, у них есть классные тренировочные залы, кухня с вкусняшками и собака Пина, которая бежит целоваться с каждым гостем, как бы проверяя: «А ты наш человек? А ты?»

«До цирка дома сидел. А тут хорошо»

Упсала-Цирк — воплотившаяся утопия, повод для восхищения и умиления взрослых и вечный праздник для детей. Разве кому-то придет в голову жалеть этих везунчиков? Они не похожи на тех, кому нужна помощь.

Зрители приходят на спектакли, отбивают ладошки и уходят счастливые и довольные — в свою другую жизнь. И не задумываются о том, что у ребят из цирка тоже была другая жизнь. Ярик, например, был трудным подростком: проблемы с поведением, прогулы в школе, крутой нрав. Антон — мальчик с синдромом Дауна, чья мать растит двух сыновей одна, человек-лишняя хромосома, обреченный на вялотекущее существование.

«Что бы ты делал, если бы не попал в Упсала-Цирк?» — спрашиваю у Антона и Ярослава.

Ярик и Антон в костюмах для спектакля «Я Басё»
Фото: Елена Михайлова для ТД

«Не знаю, наверное, что-то не очень хорошее», — честно отвечает Ярослав.

Антон просто изумленно смотрит на меня:

«Плохо, до цирка дома сидел. А тут хорошо, — и улыбается, демонстрируя мне свои владения, тренировочный зал в творческом центре для детей с особыми потребностями “Пакитан”, — Мне сразу понравилось, когда в Упсалу. Я быстро стал артистом, талант».

Ярославу 16 лет, Антону 14. Ярик — самый ловкий трюкач в труппе, Антон — один из лучших особенных артистов, они абсолютно разные, прошедшие каждый свою школу жизни, совершенно непохожие друг на друга. И да, они банда.

Самый классный человек

Я провожу эксперимент: разговариваю с мальчишками отдельно, стараясь даже не напоминать им друг о друге.

«Антон — самый классный человек, — говорит Ярослав. — Когда у меня будет свой мотоцикл, я буду его катать. А если полиция остановит, скажем, что мы хулиганы».

«Я дружу с Ярославом сразу, потому что я ему сказал “привет!” — Антон демонстрирует рукопожатие. — Он умеет делать всякие трюки, потому что он добрый, добрый мой дружбан. Если у меня будет много-много денег, я подарю ему разные подарки».

Ярослав не зря считается в цирке чемпионом по трюкам. Он немногословен, но собран и внимателен к деталям и ловит все на лету. Он отвечает на вопросы, которые я не решаюсь задать напрямую.

Ярик и Антон придумывают трюки
Фото: Елена Михайлова для ТД

«Мне не тяжело общаться с особенными ребятами, тем более с Антоном. Во-первых, когда я попал в цирк шесть лет назад, Антон и другие дети с синдромом уже занимались. И тренеры нам рассказывали и объясняли, как с ними общаться. И хотя я до этого не встречался с такими детьми, у меня не было проблем. Как с любым человеком, тут сначала надо поздороваться. Важно обнять, подержать за руку, улыбнуться. И тебе улыбнутся в ответ. А вообще, для меня нет никакой разницы, я не думаю о том, что Антон особенный. Он смешной, веселый и талантливый, и роли ему даются легко, потому что он прикольный. А вообще, кстати, из нас двоих — он плохой полицейский, если его задирать, может взять скакалку и наподдать как следует. Но артист он настоящий».

Больше всего в репертуаре Упсала-Цирка ребятам нравится спектакль «Я Басё» — именно он взял «Золотую Маску». Антон гудит и кивает: это очень хороший спектакль, и он в нем участвует.

— Антон, говорят, ты один из самых крутых артистов в цирке, как так получилось?

— Вот так хорошо получилось.

Старые и новые сказки

Если вам кажется, что все получилось само собой, стоит вспомнить предысторию этой сказки, не такую волшебную.

В ней Ярослав учится в школе, где ему не нравится, устраивает с одноклассниками мелкие пакости, бегает от ментов, а потом просто лежит и ничего не делает, потому что совершенно неизвестно, что именно нужно делать.

В предыстории Антон, в котором тренеры «Пакитана» сразу разглядели настоящий талант, днями напролет сидит дома и не ходит на тренировки, потому что вообще редко выходит из дома. Куда ему ходить, когда люди на улицах его сторонятся, мальчишки во дворе тычут пальцами, и даже мысль о том, что человек с синдромом Дауна способен быть артистом, никому не приходит в голову.

Где-то в параллельной реальности эти истории продолжаются. Только героев наших в них нет. Их как будто пересадили в другой мир, где есть дружба и взаимовыручка, вкусный ужин и смешная собака Пина, Германия и Грузия, цирковой шатер и аплодисменты зрителей. И вдруг я понимаю, что все вокруг — и цирк, и собака, и я, и этот текст — придуманы для того, чтобы Ярослав и Антон никогда не вернулись в свои старые грустные сказки.

Ярик и Антон на сцене шатра
Фото: Елена Михайлова для ТД

«Берегите хулиганов», — написано на стене Упсала-Цирка. И мы бережем. Мы очень-очень стараемся.

Кстати, хулиганить они не перестали. Ярослав с гордостью рассказывает, как в Воронеже на гастролях они с другим акробатом Денисом залезли на руки к памятнику Маршаку, а потом все вместе убегали от полиции. У «лямурчиков» (так в цирке ласково называют ребят с синдромом Дауна) шутки другие — добрые шалости, от которых смешно всем вокруг: валяться и хихикать, пока тренер отвернулся, а потом делать невозмутимый вид, не признаваясь в проказах. Антон вообще мастер всех рассмешить — особенно на гастролях, когда все устают от долгих переездов.

Меня он тоже хочет порадовать. «Покажу жонглировать, — сообщает Антон, доставая корзину с мячами. — Один мяч, потом два, и вот так делать. Мне все нравится. А тебе?»

Мне тоже нравится. Нравится смотреть на Антона, который даже на тренировке воображает себя героем удивительного сюжета, нравится наблюдать, как сдержанный, молчаливый обычно Ярик оживляется: «А еще мы летом крутили трюки на улице, и нам хлопали, и давали деньги. Я не люблю книжки, я люблю акробатику».

«А я в Грузии люблю как было, там тепло, и долго все мы вместе жили», — говорит Антон.

Ярослав в цирке шесть лет. Сейчас он лучший акробат, а когда он пришел, умел «только на руках ходить».

Антон в «Пакитане» уже семь лет, он самостоятельный, ездит в летний арт-лагерь, активно тренируется и соблюдает дисциплину, и да, это он придумал слово «Пакитан». Он был влюблен в образ капитана из спектакля «Племянник», и все время, переставляя слоги, повторял «пакитан, пакитан». В «Племяннике» играл, конечно, Ярослав.

У них нет ни соперничества, ни зависти, есть влюбленность в общее дело и настоящая дружба. Настолько настоящая, что мы, взрослые, привыкшие к своим сомнениям и шаблонам, даже не сразу верим, что так бывает.

Как не сразу верим и в то, что Упсала-Цирк — очень хрупкий мир, а не просто красивая декорация. И этому миру очень непросто. Упсала-Цирк — социальный проект, но он так говорит о счастье и красоте, что люди не чувствуют потребности сострадать. Они хотят быть причастными, приводят детей в «Пакитан» и хулиганов в цирк, выстраиваются в очереди на мастер-классы и раскупают билеты на спектакли.

Но без постоянной поддержки, без спонсоров и ваших пожертвований все может измениться. Где-то слишком близко бродит другая жизнь и другие сюжеты, в которых Ярослав теряется среди городских улиц, никогда не узнав своего друга Антона.

Ярик и Антон тренируются делать трюки
Фото: Елена Михайлова для ТД

Я бы хотела рассказать вам об Упсала-Цирке то, что знаю я, — сколько труда, бессонных ночей, невероятных решений, отчаянной веры в чудо вложено в эту сказку, только для того, чтобы она стала настоящей — и для Ярослава с Антоном, и для тысяч других людей. Этот рассказ никогда не будет душераздирающией историей, вызывающей жалость и страх. Мы не хотим боли, мы хотим радости. Для каждого хулигана. Для каждого лямурчика. Для каждого зрителя.

«Я не знаю, что бы я делал, если бы цирка не было», — говорит Ярослав.

«Так вот же Упсала-Цирк, — смеется Антон, жонглируя мячиками. — Только не уронить, только не уронить».

Мы не уроним, ребята. Мы справимся. Мы ведь тоже любим похулиганить и помечтать. Упсала-Цирк благодарен вам за любую поддержку. Но сегодня очень важна стабильная помощь. Пожалуйста, настройте ежемесячное пожертвование, пусть сумма будет небольшой, но нас ведь много, и вместе мы справимся.

А Упсала-Цирк — один. Таких в России больше нет.

Сделать пожертвование

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Этот платеж возможен благодаря фонду «Нужна помощь», который собирает деньги на работу благотворительных организаций нашей страны.

Помочь

Оформите пожертвование в пользу организации «Упсала-Цирк»

Выберите тип и сумму пожертвования
Поддержите, пожалуйста, наш фонд

Мы существуем только на ваши пожертвования. Вы можете добавить процент от пожертвования на развитие фонда «Нужна помощь»

Читайте также
Всего собрано
292 344 746
Текст
0 из 0

Ярик и Антон лежат на сцене шатра

Фото: Елена Михайлова для ТД
0 из 0

Ярик и Антон в костюмах для спектакля "Я Басё"

Фото: Елена Михайлова для ТД
0 из 0

Ярик и Антон придумывают трюки

Фото: Елена Михайлова для ТД
0 из 0

Ярик и Антон на сцене шатра

Фото: Елена Михайлова для ТД
0 из 0

Ярик и Антон тренируются делать трюки

Фото: Елена Михайлова для ТД
0 из 0

Пожалуйста, поддержите некоммерческой организации «Упсала-Цирк» , оформите ежемесячное пожертвование. Сто, двести, пятьсот рублей — любая помощь важна, так как из небольших сумм складываются большие результаты.

0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: