Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Фото: Любовь Ракшина

Как навязанные стандарты красоты определяют не только отношение женщины к себе, но и всю ее дальнейшую жизнь — в проекте фотографа Любови Ракшиной

Когда мне было тринадцать лет, незнакомый мальчик на улице сказал, что у меня волосатые ноги. Раньше я не придавала этому значения. Но после этого мне, пока я была подростком, многое казалось позорным: что у меня растут волосы на теле, что я сильно потею. Никто не говорил, что это нормально, как будто то, что я родилась в женском теле, обязывало скрывать естественные процессы организма. Мои пухлые щеки сравнивали со щеками хомяка, но я не могла это исправить так легко, как избавиться от нежелательных волос. Я чувствовала себя в плену тела, отделяла себя от него и не предполагала, что это пройдет. 

Сейчас мне двадцать три, и четыре года назад начался мой путь принятия себя. Это стало происходить постепенно, после моего знакомства с таким движением, как бодипозитив. Истории реальных девушек про отношения с их телами помогли и мне начать строить более комфортные отношения с моим телом. Однако по-прежнему требуется много усилий, чтобы не сравнивать себя с другими, ведь это то, к чему приучают с раннего детства. Нам навязываются стандарты красоты посредством массовой культуры и общественного мнения, и по мере взросления требований к внешнему виду все больше: приходится прибегать к процедурам по «уходу за собой», татуировкам, чтобы скрыть недостатки, пластическим операциям, либо прятать те части тела, которые не устраивают. 

В своем проекте я попросила девушек полностью раздеться и черной краской закрасить тело в тех местах, которые они считают своими недостатками. Сначала я думала, что никто не согласится на такое, но некоторые из моих подруг восприняли идею с энтузиазмом и стали первыми моделями. Они же привели ко мне и своих подруг, незнакомых мне девушек, готовых поучаствовать в проекте. Поначалу мы стеснялись друг друга, но потом, в разговоре, расслаблялись, и кадры получались естественными. Я старалась создать безопасную и комфортную атмосферу для моих моделей, чтобы они смогли довериться мне. 

Комплексы и недостатки — это то, о чем мы не привыкли говорить, то, что делает нас уязвимыми. Черный цвет уводит в тень то, что мы хотели бы скрыть, и делает нас увереннее и раскованнее. 

Софья

СофьяФото: Любовь Ракшина

Иногда мне кажется, что мы с моим телом — это каких-то два разных существа, которые друг друга не любят и стараются сделать побольше гадостей друг другу. 

Я, там, например, делаю всякие неприятные вещи для тела, которые приятны мне. То есть, например, вредные привычки или долгие физические нагрузки, тяжелые, вот. И забываю о том, что у меня по идее молодое здоровое тело, которое должно с этим справляться, но это не совсем так. А тело, в свою очередь: «У тебя какое-то важное событие сегодня, а давай я сегодня заболею, например, или давай у тебя будет болеть голова весь день. И завтра тоже. И вообще каждый день будет болеть голова». Что-нибудь такое.

Мне не нравится, например, мой рост. Я считаю, что я могла бы быть выше. Мне не нравятся мои способности физические, мне кажется, я могла бы быть сильнее, то есть некоторые люди, они же от природы сильные, крепкие, а у меня этого нет. Мне не нравятся мои широкие бедра, не нравятся мои толстые ноги. Я замазала живот, потому что мне кажется, что он большой, толстый и некрасивый. Мне не нравится целлюлит на бедрах сзади или прыщи, которые иногда появляются во всяких неожиданных местах. 

Любые комплексы у людей появляются под внушением. Естественно, у детей нет этих проблем, если спросить у ребенка, почему ты любишь свое тело. Ну, потому что мое тело позволяет мне быстро бегать. Или я люблю свои руки, потому что они дают мне возможность обнимать людей, которых я люблю, например. Мы живем, наше сознание формируется, мы становимся взрослыми людьми, на нас неизбежно влияет мир вокруг нас, мы вынуждены равняться на стандарты. То есть нам говорят, идеальная женская фигура это 90-60-90, и как только маленькая девочка впервые в жизни слышит об этом, она думает: «А вот я подхожу под эти параметры, достаточно ли я хороша?»  Ну конечно нельзя всему соответствовать, всем нравиться невозможно.

Но это все глупо на самом деле, потому что это немножко глупо скрывать, что ты человек, живой и настоящий, то, как ты выглядишь. Думать, что твой вид естественный может кого-то оскорбить. И что это вообще кого-то заботит. 

Гульшат 

ГульшатФото: Любовь Ракшина

Отношения с телом прекрасные. Я люблю его ласкать, мне нравится трогать свои груди, соски, вот. И нравится смотреть иногда в зеркало, иногда просто. Я вот выхожу из душа и где-то полчаса хожу голая и наслаждаюсь, вот.

Раньше были комплексы, но я по-моему даже не разбирала причины — в меня просто вошла такая мысль, и мое отношение изменилось. Я это как бы не целенаправленно делала. Какая это конкретно мысль? Что идеала нет, нормы нет, все настолько разные, и для понимания вот этого, что, если у тебя нет какого-то идеала, модели в голове, то ты ни к чему не стремишься, ни с чем не сравниваешь. Единственно раньше я думала, что будет с моим телом, когда я постарею. Теперь мне кажется, оно будет еще нежнее, косы будут еще тоньше и мягче. Мне кажется, что это здорово, что тело, организм, живет какую-то свою жизнь. И его нужно уважать, за ним нужно ухаживать, именно любить, а не ухаживать в том плане, чтобы натираться чем-то. Мне нравится еще смотреть на людей.

Мне кажется, что чем выше, чем более духовно развит человек, тем отчетливее он понимает, что тело — это единственное, что у него есть, для того, чтобы соприкасаться с этим миром. И его нужно за это благодарить как минимум. И если приходит понимание, что это не самое главное, то такого акцента на недостатки просто нет. 

Ирина

ИринаФото: Любовь Ракшина

В принципе уже прошел тот период, когда был подростковый период и было сложнее всего принять себя, сейчас это гораздо проще, но все равно временами бывает тяжело.

Мне нравятся разные фигуры, от очень-очень худых до очень полных и так далее, высокие, низкие. По-моему, они все очень здорово выглядят. Просто к своему именно телу я довольно критично отношусь. Единственное то, что было из детства, это то, что я всегда была такой достаточно кругленькой, и особенно у меня всегда выделялись бедра, и меня в определенном возрасте, где-то до старшей школы, меня многие по-всякому называли и унижали, ну, и естественно, это было неприятно. 

Я всегда понимала, что важно не то, как ты выглядишь, а как ты себя преподносишь, но я, видимо, была какой-то белой вороной в этом коллективе, в каждом. И все приводило к тому, что ко мне относились не очень здорово и многие мальчишки любили надо мной подшучивать, очень жестоко, кстати.

Но с возрастом я осознала, что я на самом деле довольно многого стою, и как эти люди, и как любой человек на самом деле. В принципе, чем я от них отличаюсь? Только фигурой? Господи, это же так глупо и просто…

Анна

АннаФото: Любовь Ракшина

Ну да, а что его не любить? Оно прекрасно. Часть лица? Я вообще лицо за тело не считаю. Я даже не знаю, как это описать. Лицо это, как маска, что ли, в любом случае. Лицо человека — я никогда ему не верю и считаю его х****й какой-то ненужной. Года два уже я к своему телу отношусь очень прекрасно. Если человеку не нравится его тело, он либо смиряется, либо что-то делает с этим. Я просто смирилась с тем, что мое тело прекрасно. 

Просто раньше я не любила свое тело за то, что оно в какой-то степени, ну, привлекательное… Очень много особей мужского пола обращали на это тело внимание, и меня это очень сильно напрягало и бесило. И оно мне из-за этого не нравилось. А сейчас я такая, ой, да пяльтесь, разрешаю. Потом сама еще перед зеркалом стою смотрю — ну красиво же. 

Наверное, это началось с того, что появился нормальный постоянный партнер. Он был и другом хорошим, и на протяжении года приучал меня к тому, что красивое тело — это нормально. Потому что у него у самого было довольно-таки красивое тело. И у него были комплексы по этому поводу, и я его ругала за эти комплексы. А он ругал меня за мои. Потом следующие отношения было то же самое примерно, только парень меня ругал за мои комплексы, а я его нет, потому что он был вообще без комплексов. То есть он был не идеален, но было как-то плевать на это, он был очень уверен в себе. И от него я уже так научилась принимать.

Алина (имя изменено)

Алина (имя изменено)Фото: Любовь Ракшина

У меня рано начала расти грудь и очень быстро, то есть до трех с половиной она в классе восьмом уже выросла. И так и осталась — три с половиной. И мы зашли в раздевалку, кто-то в лифчике, ну а кто-то, сколько лет мы уже с девочками в одном классе учимся, никто друг друга не стесняется. И тут просто моя одноклассница, которая у нас считалась самой красивой, подходит и говорит: «Ни фига себе у тебя растяжки», я такая: «А это растяжки называются», —думала, это шрамы, к шрамам я спокойно отношусь. И все. И я загналась.  

Скорее всего, я уже реально привыкла, что я это не люблю и пытаюсь это максимально скрывать. Но вот у меня есть подруга, она меня безумно сильно любит и пытается заставить меня полюбить себя такой, какая я есть. То есть с этими растяжками, не с этим растяжками, неважно. С прыщами? Ну и с прыщами люби себя. Она считает мою фигуру безумно красивой, а я ее, получается, скрываю всегда из-за вот этого всего.

Губы. Я считаю, что они очень асимметричны на моем лице. Плюс еще это от мамы моей пошло. Она говорила, мол, вот, ты всем пошла по отцовской линии, тело такое взбитое, и фигура хорошая, и ноги прямые, не как у меня колесом кривые, а от меня у тебя осталось одно — узкие губы. У моей мамы прям очень узкие губы. Хотя опять же, моя та самая подруга говорит, что наоборот, что они вписываются в симметрию лица, они такие, какие должны быть.

Люди видят те недостатки, которые ты сам считаешь за недостатки. И вот поэтому я как бы знаю, что это мой недостаток, люди могут заметить, и меня от этого всю коробит. То есть в каком-то плане я завишу от чужого мнения.

Александра

АлександраФото: Любовь Ракшина

Вообще я свое тело очень сильно люблю, потому что когда мне удается абстрагироваться от понятия красоты, меня в целом удивляет, что тело в природе может быть. Это просто какая-то большая штука, которая ходит, движется, бегает, она такая сильная и классная. Но, к сожалению, это происходит редко, такое абстрагирование. В обычной жизни мое тело я пытаюсь не замечать. Что-то там ходит, работает, ну и ладно.

Ну, то есть мое отношение к нему связано напрямую с чувствами и эмоциями, с тем, как я себя чувствую по жизни. И поскольку в определенный момент жизни то, что может называться душевным и моральным, было абсолютно мертвое, гнилое, мое тело, ну, не вызывало никаких эмоций, кроме негативных. Но с течением времени, пока мы к этому двигались, оно как-то выравнивалось.

В детстве я столкнулась с сексуальным насилием, и это послужило почвой к тому, что я не воспринимала свое тело, как какой-то приятный сегмент своей жизни. Ну, то есть с детства мое тело доставляло мне только негатив, какую-то боль, ту же самую физическую. И где-то лет с семи-восьми я себе внешне не нравилась никоим образом, ну, на почве насилия, плюс я никак не вписывалась ни в один слой общества, где я находилась. 

Это из внутренних давних травм. А из недавних. Ну, предательство. Когда тебя предают, тебе делают настолько больно, что ты не чувствуешь себя человеком в принципе. Не то что, чем-то там, что ты можешь любить, а ты в принципе не относишься к себе, как к живому существу, как к чему-то, что заслуживает чего-то хорошего, и все это выливается в тело.

Я думаю, когда-нибудь смогу это преодолеть. Но мне кажется, полное принятие своего тела — это своего рода утопия. 

Евгения (имя изменено)

Евгения (имя изменено)Фото: Любовь Ракшина

Я думаю, что порой я воспринимаю тело как нечто инородное, потому что во мне очень мало принятия себя. Однако я стараюсь думать в какую-то позитивную сторону. Поскольку мое тело —это не кусок мяса, который должен соответствовать каким-то надуманным и навязанным стандартам. Это твое тело и внешность, это искусство природы. И я считаю, что я должна двигаться, думать в направлении подобных мыслей, чтобы принимать себя. Но сейчас, к сожалению, у меня очень нестабильные отношения с моим телом. 

Вообще изначально я хотела закрасить все свое тело, поскольку порой я ненавижу свое тело до тошноты, до желания из него вылезти. До такой степени порой, что хочется скинуть кожу с себя, как змея. Однако потом приходит другая череда, когда от подобного катарсиса я снижаюсь к чему-то более здоровому. И тогда остается неприязнь наибольшая к тем участкам тела, которые я закрасила. Однако бывают дни, когда я люблю и эти участки тела. 

Это связано с тем, что мне кажется, в моей голове, что они недостаточно красивы, что они недостаточно худы. Однако я прекрасно понимаю головой, что… Вообще я считаю, что красота —это дело очень субъективное. И поэтому из этих соображений я отрицаю вот эти навязанные стандарты красоты и тот факт, что полнота является чем-то плохим. Это абсолютно нормально. Однако сложно избавиться от мысли, от тех стандартов, которые тебя окружают, которые ты встречаешь абсолютно везде, этим пропитана вся культура. Ты повернешься и увидишь чей-то уничижительный комментарий о чьей-то фигуре, ты повернешься туда и ты увидишь, прочитаешь какую-то фотографию со стандартизированной фигурой и прочитаешь — только оно. Так быть не должно. 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Помогаем

Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 749 031 r Нужно 1 898 320 r
Гринпис: борьба с лесными пожарами Собрано 1 024 048 r Нужно 1 198 780 r
Помощь детям, проходящим лучевую терапию Собрано 2 038 655 r Нужно 2 622 000 r
Консультационная служба для бездомных Собрано 980 624 r Нужно 1 300 660 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 3 229 293 r Нужно 7 970 975 r
Хоспис для молодых взрослых Собрано 2 504 951 r Нужно 10 004 686 r
Всего собрано
908 894 201 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Софья

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Гульшат

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Ирина

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Анна

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Алина (имя изменено)

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Александра

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0

Евгения (имя изменено)

Фото: Любовь Ракшина
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: