Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Время будущей бабочки

Фото: Сергей Шаман

Светлана Лаврентьева — поэт, журналист, автор «Таких дел», дважды в жизни переживала вынужденную самоизоляцию и готова поделиться лайфхаками, которые помогут пережить карантин. Более того, извлечь из него выгоду

В нынешней самоизоляции я с любопытством наблюдаю, как через это испытание проходят другие. Читаю ленты соцсетей, разговариваю с людьми, разбираю почту (мне в проект «Письма» ежедневно приходят десятки писем и сообщений). Для моей семьи события этой весны совпали с важными личными — в конце марта у нас родилась дочь, мы познаем все прелести ограничений, сидя с младенцем, старшим сыном и двумя котами в съемной квартире в Питере и наблюдая, как наши работы (их предусмотрительно было несколько) летят в никуда: у клиентов закрываются бизнесы, на объекты не пускают из-за карантина, почти все платежи заморожены — и что будет дальше, непонятно. Но благодаря закалке, чувству юмора и окситоцину я не только не унываю, но и раздаю советы «бывалого».

Терпение куколки

У меня с самоизоляцией давняя дружба, мы встречались дважды: сначала на три месяца в 2006-м, а потом на полгода в 2009-м. Оба раза это было связано с моим здоровьем и, поверьте, было не так весело, как сейчас: выходить из дома можно, но ты не в состоянии, рестораны работают, но еда в тебя не лезет, самолеты летают, но ты не можешь не то что в аэропорт поехать — до туалета самостоятельно дойти. И никаких прогнозов, никакой товарищеской поддержки, народного единения и флешмобов в ленте. Мир живет своей жизнью, у всех что-то происходит, а тебя просто не существует.

Этот опыт научил меня двум вещам: 1) сидеть взаперти грустно, но не смертельно; 2) если пережить его спокойно, без попыток рулить ситуацией, на выходе из изоляции тебя ждет совершенно другая жизнь. В каком-то смысле этот период — та самая куколка, из которой потом вылетит бабочка, при условии что куколка висела (сидела, лежала) себе спокойно и не дергалась.

Сразу отмечу важное: сидеть спокойно не значит ничего не делать. Усилия как раз придется прикладывать, и много. Спокойно — это без сопротивления ситуации, с полным принятием того, что происходит, с пониманием, что ты в этом не виноват, и с задачей любыми способами пережить это время и выйти на твердую почву.

Большая часть колоссальной работы, которой от нас требует это время, невидима глазу. Она происходит внутри — в теле, в душе, в сознании. Мы все меняемся, это неизбежно. Посмотрите на активность своих друзей в соцсетях: от шуток и мемов про вирус люди переходят к репостам серьезных статей аналитиков, потом начинают рассуждать о перспективах, а как только внешние изменения задели за живое — выплескивают эмоции, открывая свой страх перед ситуацией. Кто-то боится за здоровье, кто-то за деньги, кто-то за близких. Но неспокойно всем. И даже «продвинутые» товарищи, которые заранее знали, что грядет заварушка, и пока держатся в здоровой позиции наблюдателей, нет-нет да и ловят в себе нормальный, человеческий, извечный холодок ужаса: а найдется ли место в новом мире для того, что я хотел бы сохранить?

На своей волне

Сейчас много говорят о том, что жизнь не будет прежней. И много спорят на эту тему — да, экономика просядет, некоторые сферы перестроятся, но не инопланетяне же прилетели, мир как стоял, так и стоит, правда?

Только фокус в том, что мир, Вселенная, поле (как хотите) — это не декорация из зданий, деревьев и дорог, это совокупность вибраций всех живых существ на планете и за ее пределами. А вибрации сейчас меняются, у каждого. До этой весны мы все «работали» примерно на одних волнах — программа здорового совместного выживания особей: еда, безопасность, размножение. Вирус сбил настройки коллективного сервера: теперь у каждого своя волна (и попасть на нее можно было только в условиях изоляции, когда мы буквально перестали влиять друг на друга, потому что физически разделились). И на этих волнах нас уже не объединяет одна общая идея. Наоборот, каждый транслирует свои страхи и цели. И дальнейшее объединение людей будет возможно лишь на основе этих кружков по интересам.

Светлана ЛаврентьеваФото: Сергей Шаман

Кто-то, оказавшись вне социума, вдруг выдохнул и понял, что именно так и хотел жить всегда. И вся его социальность — лишь маска, которую обстоятельства требовали носить ежедневно. Кто-то, наоборот, ныл, что устал от работы и людей и мечтал об отпуске на необитаемом острове, но через пару дней взвыл от вынужденного одиночества, нехватки живого общения и ужаса от того, что нужно сидеть взаперти наедине с собственными мыслями. Конечно, есть и те, кто «попал сам в себя» и получает от изоляции удовольствие, хоть и не признается в этом публично. Но таких немного.

Изоляция заставила нас заглянуть в свои шкафы со скелетами и в шкафы тех, с кем мы оказались замурованы в этой весне. Шутка про бум разводов после окончания карантина — для многих не шутка, люди, годами избегавшие близости, сейчас вынуждены смотреть правде в глаза. Изоляция — шикарная проверка отношений, и я очень советую всем, кто разглядел трещины на своих семейных супницах, делать выводы и, после того как пауза закончится, не бежать прочь от этой правды, а принимать решения, соответствующие задачам нового времени.

Бонус для развития

Для собственного развития такая пауза — бонус, она милостиво дает нам возможность разобрать вещи, отношения, цели перед дальней дорогой. Это берем, это не берем. А если решим халтурить и потащим в будущее нелюбимую работу или чемодан-без-ручки любого пола, нас просто не пустят на рейс. И обратно не пустят. Так и будем куковать вечность в пустом здании аэровокзала, глядя, как лангольеры пожирают время.

«Зачем, зачем, зачем нужен карантин, за какие грехи нам это все?» — орут из каждого утюга. Вот за этим. Разобраться, приготовиться. Президент наш, сам того не понимая, подобрал правильное слово — обнуление. Только вся эта петрушка не ради его сроков, конечно. Обнуление — задача для каждого из нас, и нет сейчас двух похожих процессов, как нет двух одинаковых людей.

Самое ценное после здоровья нынче — ваша индивидуальность. Вспоминайте, на каких антресолях она пылится. Без нее в будущее не пустят, потому что будущее теперь тоже индивидуально. Нет общих решений и шаблонов, нет «удобного» сценария школа-институт-контора, нет даже границ между онлайном и офлайном — все смешалось, и дальше каждый будет сам прокладывать себе дорогу.

Сложность в том, что мы привыкли либо делегировать процесс принятия решений кому-то, либо решать за других. Сейчас будет похоже на кусок из Ветхого Завета, уж извините. Но в новой реальности никто не сможет ни за кого решать. Даже если очень захочет. Жена не будет думать за мужа, муж не будет тащить жену, родители не смогут навязать правила игры детям. Авторитеты не рухнут, нет, они просто перестанут работать в привычном нам понимании. Уже сейчас учитель — не строгая классная дама у доски, а аватар в чате, генеральный директор — не свирепый мужик за большим столом, а половина тела в окошке скайпа. Незаметно у нас меняется отношение ко всему, что раньше касалось нас непосредственно, а теперь стало чем-то внешним. Но при этом мы все еще отчаянно нуждаемся в авторитетах, ждем прямой речи по телевизору, цепляемся за слова экспертов, надеясь, что хоть кто-то даст нам общее направление, погонит дружной гурьбой в будущее. Но переход с автопилота на ручное управление — дело небыстрое, никто не обещал, что будет легко.

На этой волне неизбежен хайп, который сейчас идет со стороны гуру, коучей и прочих учителей, — всякие марафоны поддержки, инструменты выхода из кризиса, кураторство и прочие костыли, дающие человеку иллюзию, что он по-прежнему кем-то подстрахован. Если в прошлой жизни такие штуки работали и помогали, сейчас это все равно что провести слепого за руку сто метров в неизвестном направлении и потом бросить, вместо того чтобы срочно попытаться вернуть ему зрение (иногда для этого надо плюнуть в глаза, мы помним). У нас есть короткая пауза, чтобы понять, кто мы, и научиться самостоятельно принимать решения. Если мы этого не сделаем сейчас, через несколько месяцев тренинги не помогут.

Главный вопрос: чтобы что?

Штормить будет весь 2020-й с заходом в 2021-й. И после каждого шторма мир будет меняться (поэт не пророк в своем отечестве, но почитайте экспертов). Так что запасайтесь не только гречкой, но и индивидуальными средствами выживания: астролябией, компасом, бочонком рома и картой сокровищ, которые вы считаете сокровищами.

До чужих вам не должно быть дела.

В полгода моей вынужденной изоляции в 2009-м отлично уложился весь цикл трансформации. Сначала я просто хотела побыстрее выздороветь. Но ничего не получалось. Мне становилось только хуже. Тогда я стала играть сама с собой в простую игру «Чтобы что?», пытаясь докопаться до своих истинных мотивов. Выздороветь, чтобы что? Чтобы снова исполнять роль жены, убирать нелюбимый дом, ходить по городу, который не радует?

Выздороветь, чтобы что-то изменить? Что именно? Как я могу быть уверена, что новая реальность окажется правильной, если я не понимаю, кто я?

Выздороветь, чтобы разобраться в себе? Уже лучше, но где гарантии, что я снова не сорвусь в «несознанку» и суету, получив силы и здоровье?

Тогда я поменяла вводные местами. Разобраться в себе и тогда выздороветь. Это было похоже на план, а план — уже заявка на победу. Разобраться в себе в условиях тотальных ограничений проще всего.

Светлана ЛаврентьеваФото: Сергей Шаман

Я не могла ходить, не могла быть в центре внимания и общественных процессов, как раньше, не могла заниматься спортом, обслуживать дом и домочадцев, у меня был стол, стул, ручка, пачка бумаги и короткий маршрут кровать — туалет (10 минут, если держаться за стеночку).

За окном — как и сейчас — разгоралась весна, безудержно цвел сад, горланили птицы, жизнь заявляла на все свои права. Активность моей телесной оболочки была очень ограничена. Но у меня были тексты. Тексты, от которых я раньше бежала, выбирая «выгодные» профессии, стесняясь своих «стишков». Как близкий человек, которого не ценишь до тех пор, пока он не оказывается единственным, кто остался рядом с тобой в трудную минуту. Я сроднилась со своими способностями и желаниями только в изоляции. К осени я уже не помнила о себе прошлой.

Осознание этой своей природы было постепенным, а потому не вызвало паники ума: «как теперь с этим жить?»

Ум на тот момент настолько устал от борьбы с врачами, неподтвержденными диагнозами, паникующими родственниками, что вообще не мог думать. Силы возвращались ко мне медленно, но каждый день я видела: прогресс есть, дело идет. Лишний шаг, новое движение, первый самостоятельный выход за порог, 5 минут во дворе, 10 минут. Когда я впервые вышла в город, стояла у дороги как завороженная: мигали светофоры, ехал трамвай, шли люди. Это было невероятно после месяцев изоляции.

Все «в центре»

Сейчас все ждут, когда карантин закончится, чтобы вернуться к старой жизни и старым программам. Но смысл как раз в отмирании старого. Чем раньше вы это поймете, тем быстрее начнете движение.

А как же накопленное, награбленное, нажитое непосильным трудом? Неужели придется все потерять?

А это как раз зависит от того, насколько вы срослись со своим костюмом. Очень показательна история с бизнесами: когда ты становишься рабом лампы и вся твоя жизнь посвящена только работе, крах бизнеса означает и твой собственный крах. Тем, кто в такой ситуации, сейчас тяжелее всего. Банкротство или увольнение для них буквально смерти подобно.

С привычками, образом и местом жизни аналогично. Чем крепче мы за них держимся, тем больнее. Мне в этом смысле в текущей ситуации проще, потому что у меня совпало все: опыт прошлых кризисов, рождение дочери, которое априори отменяет большинство моих привычек и планов (одна бессонная ночь — и хана привычкам), состояние относительной легкости (когда нечего терять, не так страшно, вот если бы сейчас у меня было 30 человек в подчинении, как несколько лет назад, и сгорающие миллионы, я бы напряглась). Поэтому мне «легко рассуждать», да. Я не пытаюсь предложить вам свое отношение к происходящему как единственно верное и отлично понимаю тех, кто сейчас в панике по объективным причинам. Но что я знаю наверняка: паника — это тупик. Как и слепая уверенность, что «пронесет» и «моя хата с краю». Есть локальные процессы, а есть глобальные.

Светлана ЛаврентьеваФото: Сергей Шаман

Я не пророк, не психолог и не футуролог. Я поэт, журналист и маркетолог, если сводить все к трем профессиям. Лечить наложением рук на психику или советовать вам срочно инвестировать в акции гречки не буду. Я просто делюсь ощущениями, наблюдениями и опытом, за которые заплатила своим временем и ресурсами. Некоторые люди говорят, что это полезно.

Вот вам простое и веселое задание. Выпишите на бумагу все, что вас радует и заряжает в жизни. Это — ваше топливо. Не нужно объяснять, что без качественного топлива машина далеко не уедет. Если вас радует творчество, природа, музыка, а вы пытаетесь сохранить угол в пыльном офисе и стол, заваленный отчетами, мироздание вам не поверит и помогать не будет. Пишите честно. От каких занятий внутри, как говорил Слава Полунин, «дзынькает»? Написали — сохраните список, пусть будет под рукой. Если что-то уходит из вашей жизни и его нет в списке — спокойно отпускайте.

Да, у вас не появится моментального ответа на вопросы, кто я и как жить дальше. Вполне возможно, в языке или в вашей реальности пока просто нет правильного определения для суммы всего, что вас радует. Но на уровне ощущений вы четко поймете, на что нужно ориентироваться. В вашем списке тоже могут быть несовместимые на первый взгляд вещи. Дайте жизни время, она все совместит.

И самое главное — даже если сейчас очень тяжело, страшно и кажется, что все рушится (так и есть), не поддавайтесь панике и доверяйте небесной канцелярии. Прилежных и внимательных отметят и наградят. Не спасайте осколки, не сидите на руинах, не пытайтесь обмануть себя и мир. Осмотритесь — внутри вашей изоляции сейчас собрано самое важное и ценное с вами в центре.

Отсюда, как из зернышка в темноте почвы, и потянется росток новой жизни.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Помогаем

Хоспис для молодых взрослых Собрано 5 280 801 r Нужно 10 004 686 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 4 187 691 r Нужно 7 970 975 r
Раздельный сбор во дворах Петербурга Собрано 167 485 r Нужно 341 200 r
Кислородное оборудование для недоношенных детей Собрано 263 824 r Нужно 1 956 000 r
Обучение общению детей, не способных говорить Собрано 74 355 r Нужно 700 000 r
Всего собрано
1 181 420 851 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Светлана Лаврентьева

Фото: Сергей Шаман
0 из 0

Светлана Лаврентьева

Фото: Сергей Шаман
0 из 0

Светлана Лаврентьева

Фото: Сергей Шаман
0 из 0

Светлана Лаврентьева

Фото: Сергей Шаман
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: