Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Вы либо дураки, либо фанатики»

Фото: Анна Косниковская

Как в вековую историю сельской церкви оказались вовлечены школьники, учителя, священники, чиновники, кладоискатели, а также те, кого считали дураками и фанатиками

Несогласованный субботник

О селе Юсово в 2008 году узнала вся Россия: разгребая плесневелое зерно, птичий помет и обломки кирпичей во время субботника, ученики местной школы нашли в здании заброшенного Михайло-Архангельского храма один из крупнейших за всю историю Липецкой области клад.

«Около полудня передохнуть решили, — вспоминает бывший директор школы Галина Владимировна, — и тут одна из родительниц кричит: “Я монетку нашла!” — “Ну возьми себе”, — говорю. “Ой, тут еще одна!” А потом уж смотрим — там их целый ларец». Восемь тысяч серебряных и медных монет, самая ранняя из которых 1734 года, и медали «За усмирение польского мятежа» и «За усердие»: чтобы вынести найденное из храма, понадобилось два пятнадцатилитровых ведра. «Некоторые монеты новые совсем были, в промасленной бумаге. Мы деньги сначала в школу отнесли, на стол высыпали, пересчитали, — рассказывает Галина Владимировна. — Так и ночь наступила. А потом думаю: как-то боязно здесь до утра оставлять, мало ли что. Позвонили в милицию. Они приехали, отвезли все к себе».

«Когда клад нашли, сразу же все сбежались: зеваки, администрация, — вспоминает служивший здесь в то время отец Евгений. — А глава сельской администрации позвонил главе района и закричал в трубку: “Николай Петрович! Мы к вашему дню рождения клад нашли!”»

ЮсовоФото: Анна Косниковская

Сначала находку оценивали в сумму от 500 тысяч до миллиона рублей. Затем появилась информация, будто клад продается с нарушением законодательства. Обнаружившие монеты юсовцы робко надеялись на вознаграждение: по закону нашедший имеет право на 50 процентов от стоимости клада. «Сам Бог велел их на реставрацию храма пустить», — то ли в шутку, то ли всерьез говорили местные. Но на пресс-конференции, посвященной событию, начальник Госдирекции по охране культурного наследия Липецкой области Андрей Найденов заявил, что поиски клада не были согласованы с собственником земли, которым является государство: «Договор на поиски клада никто ни с кем не заключал, поэтому вознаграждение жителям села не полагается».

В книге, изданной Липецким областным краеведческим сообществом под редакцией Андрея Найденова, про клад написано так: «Предварительная нумизматическая экспертиза показала довольно плохое состояние большинства монет, видимо бывших в обороте довольно долгое время, и невысокую их историко-культурную ценность, а следовательно, и стоимость […] Районными властями было принято решение монеты реализовать, а полученные средства потратить на возрождение Архангельского храма с. Юсово».

На вопрос, досталось ли приходу что-то из этих средств, отец Евгений рассказывает, как после неприятного разговора и визита следователей в храме появились пластиковые окна. «Без всякого согласования со мной привезли и поставили окна, хотя нужды в них не было: в храме тогда — ни крыши, ни отопления. Сказали, что это за счет клада. И что окна стоят полмиллиона».

Крест сбросили, могилу раскопали

Местные сходятся в одном: вероятнее всего, клад зарыл последний настоятель Архангельского храма Петр Надеждин. «Это был аскетичный человек, очень сдержанный, правильный, — рассказывает правнук священника Алексей Тверитинов. — Думаю, он хотел сберечь приходскую казну и закопал клад в надежном месте. В 1930 году, вскоре после того как его вызвали в ОГПУ и попытались завербовать в осведомители, священник Петр Надеждин умер от инсульта. Храм закрыли, помещение отдали под склад зерна. «Опись всего церковного имущества хранится в рязанском архиве, — рассказывает правнук священника, посвятивший жизнь восстановлению своей родословной. — Так что информация о кладе не была какой-то великой тайной. Люди знали, приезжали, искали. Но все безуспешно».

«И с металлоискателями приходили, и с лопатами, — подтверждает назначенный недавно в Юсово отец Сергий. — Один раз, говорят, могилу настоятеля разрыли (Петр Надеждин захоронен вблизи храма. — Прим. ТД). Нашли там Евангелие, посмотрели — больше ничего нет. Я спрашиваю: “Священника-то хоть на место положили?” — “Положили, положили”. — “Ну и то хорошо”».

 

View this post on Instagram

 

A post shared by @archangelmichail2020

Храм Архангела Михаила давно стал героем невеселого юсовского фольклора. Рассказывают, как в 70-х местные мужики буквально от нечего делать решили сбросить покосившийся крест с купола. «Расплата не заставила себя долго ждать, — вспоминает жившая тут в это время Елена Александровна. — За короткое время почти все участники этой истории умерли не своей смертью. Один утонул в половодье, другой повесился в сарае, третий погиб в пьяной драке. Еще один попал в серьезную аварию и после этого долго находился в психиатрической лечебнице. Родственники пострадавших живут в селе по сей день».

Читайте также Мобильная святость   В России есть особый класс передвижных храмов, которые курсируют по стране  

«А я его в детстве во сне видела, наш храм, — рассказывает жительница Юсова Елена Алексеевна. — Красивый такой был, отремонтированный. Утром просыпалась, говорила: “Мам, а я ночью храм видела”. Детьми мы там в похоронки играли». По воспоминаниям старожилов, раньше вокруг храма действительно были траншеи. Одни говорят, что это часть системы ходов, соединяющей все церкви в округе. Другие утверждают, что никаких подземных переходов не было — просто кирпичи для храма делали из природного камня, который добывали прямо здесь же, в «юсовских каменоломнях».

Сейчас Елена Алексеевна служит старостой в храме: организует сбор пожертвований, печет просфоры. «Я раньше поваром на газокомпрессорной станции работала. А просвирочки с десятого года дома сама пеку, в духовке. Ничего не выходило по первости, они разрывались у меня, а я, милая моя, так плакала. А потом ничего, получаться стало потихоньку». Елена Алексеевна помнит, что клад в храме нашли 12 апреля, а 14 октября состоялась первая служба. «Священника у нас своего долго не было. То одного пришлют, то другого, когда сильно попросим, на праздники. Был отец Петр, маленький такой, старенький. Летом ходил в валеночках. Бежит, бежит: “Ой, Елена, как мне ваш храм нравится! Вы попросите там, я приходить буду”. Умер он у нас. От гангрены. А так любил наш храм».

«Капитан с корабля последний уходит»

Летом 1959 года семнадцатилетний Юра Завьялкин через дыру в заборе залез с другом на территорию бывшего городского храма в Раненбурге. Тут же, буквально из ниоткуда, возникла женщина в черном: «Вы что, сынки, тут делаете?» Ребята объяснили: изучаем, мол, механизацию, хотим понять, как все тут устроено. «Сами, что ли, делать будете?» — спросила женщина.

Через тридцать лет Юрий Александрович Завьялкин вместе с женой Любой и четырьмя своими детьми приступил к реставрации Троицкого собора — того самого, где в 1959 году он встретил таинственную женщину в черном.

Фотографии реставраций в альбоме ЮрияФото: Анна Косниковская

Сейчас дяде Юре семьдесят восемь. За последние тридцать лет бывший строитель восстановил в округе более десяти храмов. «Юсовский последним станет», — говорит Завьялкин, доставая из чемодана толстый альбом с фотографиями, вырезками из газет и собственными дневниковыми записями. В нем можно прочитать историю и про тот самый — первый — Троицкий собор: в советские годы на его месте собрались строить жилой дом. Подогнали два гусеничных трактора, скинули четыре маленьких купола, а шпиль — никак, только погнули. «Так он и остался стоять под уклоном метр семьдесят, — вспоминает Завьялкин. — Мы его когда выравнивать стали домкратами да на новое крепление ставить, поднялся ветер, ураган жуткий. Я кричу своим: “Бегите! Капитан с корабля последний уходит!” Бабки внизу визжат…» Ветром 25-тонный шпиль подняло вместе с дядей Юрой в небо — выпрямило стихией, без домкрата. Строитель вспоминает, что не растерялся и успел подсунуть под каркас заранее заготовленные пластины, чтобы шпиль потом снова не завалился. «Ураган стих, и шпиль встал на свое место, это сделал сам Бог», — записал Завьялкин у себя в альбоме под фотографией собора. «Шпиль этот по проекту 3 миллиона стоил, а мне никто и бутылки кагора не дал. Живые остались — и ладно».

— И часто вы в такие опасные ситуации попадаете? — спрашиваю я дядю Юру, машинально поглаживая одного из его многочисленных котов, забравшихся ко мне на колени.

— Со смертью-то? Каждый день ходим! Столько раз уже падал — спать на левом боку не могу.

Читайте также Спаситель и спасенный   Как человек попытался уйти от Бога  

Часть работ строитель делал бесплатно или за небольшие деньги. «Когда собор строили, у нас зарплата по 150 рублей была, — рассказывает Завьялкин. — Мне говорят: “Вы либо дураки, либо фанатики — за такие деньги работать”. А я смеюсь: “Мы и то и другое!”»

Дядя Юра листает страницы своего самодельного альбома: «Это сын», «Это с зятьями», «Это мы Никольский ремонтируем, а вот Троицкий», «Это вот бабка моя», «Это мы с бабкой молодые». «Юра + Люба, — написано под одной из фотографий. — 53 года прожили мы с тобой как один день».

Похоронив жену, дядя Юра построил на кладбище небольшую часовню. «Купол у себя на дворе один с топором делал, — рассказывает строитель. — Потом кран подгоняли, и я его к могиле отвозил и собирал». Там же Завьялкин поставил трехметрового ангела: «Это тоже сам. Возвел. Стоит на кладбище теперь, на нее смотрит и плачет».

Внутри храмаФото: Анна Косниковская

Дядя Юра рассказывает, как в городе готовились к очередной реставрации: «Приехала комиссия, архитекторы из Москвы. Смотрели, измеряли, прикидывали, а потом говорят: “Этот проект миллион двести стоит будет”. Да я за такие деньги вам дом поставлю! Ни у кого не спрашиваю, ни с кем не советуюсь — просто измеряю масштаб по фотографии, беру и делаю. Приходим к руинам, уходим — картинка. Иногда даже за один сезон справляемся».

— Как вы этому научились?

— Да просто умею, и все. Рожден я с этим.

— А как вы расчеты ведете, проекты делаете?

— Спать ложусь, и ночью информация в голову загружается. Люблю я это дело. А чего люблю? Сам не знаю.

На одной из страниц фотоальбома рукой Завьялкина написано: «Каждое утро я встаю и молюсь на свои храмы, мне их видно в окно из дома, и очень этому радуюсь, что я их все восстановил из руин, а теперь звонят в них колокола и идет служба. Ради этого стоит жить».

Когда встанет купол

ИконыФото: Анна Косниковская

— Прихожан-то много у вас? — спрашиваю я старосту.

— Раньше, милая моя, много было: и двадцать, и двадцать пять. А вчера на службе три человека стояло, сегодня — четыре. За десять лет столько людей убралось — не сосчитаешь. А молодежь что? Только пьянствует.

На вопрос, почему в открывшийся храм не спешат люди, отец Сергий отвечает уклончиво: тут и пандемия, и привычка местных ездить по выходным в городской храм, чтобы потом со службы на базар удобнее было, и другие причины. «Недавно с девушкой одной огласительную беседу вел. Сначала все хорошо было, слушала с интересом. Потом я про смерть ей что-то сказал, а она глаза закатила: “Ну что вы, батюшка, начинаете. Нормально же общались”».

В храме на удивление много икон — с бумажными цветами, с фольгой, в нарядных окладах и совсем простые — ими густо увешаны стены, заставлены подоконники. «Жертвуют! — перехватывает мой взгляд отец Сергий. — Что-то от бабушек остается, что-то приносят. У девушки одной сложная беременность была, роды тяжелые — вот икону потом подарила». В пустой части храма, с выцветшими фресками на сводах и строительным мусором на полу, тоже висят иконы. «А это дядя Юра, — с теплотой и даже какой-то нежностью в голосе кивает на стену священник. — Не помолясь, к работе не приступает». Значительная часть икон — подарок местной жительницы, не дожившей до столетия всего два года: со слов старосты, женщина регулярно заказывала иконы на деньги, которые присылали ей из Москвы родственники «на пропитание».

Ловко взобравшись по сколоченным из разномастных палок и досок лесам на самый верх, к куполу, священник со счастливой улыбкой обозревает окрестности: «Вот все жду, когда же купол наш встанет и его отовсюду видно будет». — «А деньги на купол где возьмете?» — «Господь все управит. Люди помогут. Вот один мужчина недавно 50 тысяч пожертвовал:

— Ты, отец Сергий, молись за меня до конца своей жизни.

— Буду, если сам с ума не сойду.

— А еще, когда в могилу положат, ты надо мной кадилом вот так позвени, ладно?

— А это еще зачем?

— Уж больно мне звук тот нравится.

 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Вы можете им помочь

Помогаем

Службы помощи людям с БАС Собрано 5 256 652 r Нужно 7 970 975 r
Обучение общению детей, не способных говорить Собрано 218 766 r Нужно 700 000 r
Спортивная площадка для бездомных с инвалидностью Собрано 296 303 r Нужно 994 206 r
Операции для тяжелобольных бездомных животных Собрано 471 222 r Нужно 2 688 000 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida Собрано 191 120 r Нужно 1 830 100 r
Профилактика ВИЧ в Санкт-Петербурге Собрано 30 905 r Нужно 460 998 r
Всего собрано
1 581 842 511 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Фото: Анна Косниковская
0 из 0

Юсово

Фото: Анна Косниковская
0 из 0

Фотографии реставраций в альбоме Юрия

Фото: Анна Косниковская
0 из 0

Внутри храма

Фото: Анна Косниковская
0 из 0

Иконы

Фото: Анна Косниковская
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: