Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Фото: Анна Иванцова

«Такие дела» представляют проект о насилии в индустрии театра и кино

12 и 13 апреля в Москве состоится премьера спектакля Елены Смородиновой и Антона Бониччи «Слушай, я умираю». Французская версия постановки по одноименной пьесе Бониччи об убийстве бывшей порнозвезды Аны Писфул была представлена в Париже в сентябре 2018 года. При подготовке московской версии у спектакля появилась неожиданная документальная часть — участницы творческой команды рассказали о случаях насилия, с которым им пришлось столкнуться во время работы в индустрии театра и кино. Их истории и портреты соединились в проекте «Буду делать тебя звездой».

Монологи расставлены в произвольном порядке и не совпадают с фотографиями и именами героинь.

 

Юлия Хамитова, 33 года, не хотела быть актрисой

Однажды мне сказали, что я должна стать порноактрисой. Это сказал мужчина-продюсер. И очень так внушительно сказал. На тот момент я только окончила институт, мечтала быть суперактрисой. Настоящей, серьезной. Когда он сказал, что я рождена быть порноактрисой, меня очень сильно вгрузило. Я серьезно стала, б***ь, об этом думать: ну все, б***ь, карьера закончилась, я не по своему пути иду, надо было экономистом становиться. Мню себе что-то одно, а должна сосать х*й. Серьезно жила с этой идеей дней семь или десять, все себе это представляла и ужасалась. Пошла к тарологу, он как-то меня успокоил и сказал, что за этим другая история стоит. Успокойся, расслабься, спокойно-спокойно. Пережила этот момент. Отошло. Б***ь. П****ц. Я-то хотела Нину Заречную играть, еще совсем ребенок такой по состоянию внутреннему. А это был серьезный продюсер, он мне нравился.

Фото: Анна Иванцова для ТД

Евгения Миляева, 27 лет, мечтала работать в театре с пяти лет

Был первый курс театрального. И меня пригласил на встречу чувак, который назвался продюсером. Ну вот это: «Буду делать тебя звездой. Ты должна что-то сделать, не знаю что, мы должны общаться, мы должны много общаться. Ну ты же понимаешь». Я, в принципе, понимала и подумала: ок, если что, сбегу. И я туда пришла. Там были коньяк и трава. И я не ушла. Было три часа ночи: уже не было сил и не было мыслей куда-то идти. А что дальше? Ок, вот двое. Который? А что дальше? А потом один из них говорит: «А у меня утром сестра приезжает. Надо уйти». А у меня нет денег. Ой. А у нас тоже нет. Это Таганка. Три часа ночи. На чем ехать? Как ехать? Коньяк, трава — там уже воли не было. Когда опьянение максимально, тебе блокирует волю. Такое состояние.

Фото: Анна Иванцова

Они меня изнасиловали. Да. И ты понимаешь, что сам виноват: знала же, куда идешь, ну. Я должна была догадаться. Мне было 22 все-таки, это не первое образование было, и в какой-то момент, когда в квартире просто милое общение переходит, ну вот. Ну и вот. Я тогда поняла, что мне больше нельзя курить траву. Смотрела на окно и понимала, что если я выйду — мне не будет страшно. И вот эта мысль — она реально страшная. Ты осознаешь: а я бы вот могла. И ты на что-то такое способен, чего вообще не стоит делать. Никогда. Потом меня какой-то добрый дядечка довез до дома. Он понял это или нет — не знаю, но какой-то очень заботливый человек был. Но когда я оттуда вышла, это даже не освобождение было. Это не в лесу и не где-то было, в центре Москвы, но тогда я еще ее мало знала. И не понимала, куда мне идти. Кто я после этого в принципе? Я женщина, я человек, кто я? Шкуру содрать, кожу содрать с себя, что? Я иду, и все будто это видят.

Анастасия Попкова, 36 лет, мечтала быть актрисой с 12 лет

Читайте также Ничего не было   16 лет Аня подверглась сексуальному насилию. Долго никому не говорила, думала, со временем забудет и справится сама.  

Я достаточно долго не могла выйти из этой истории. Это были съемки. Меня позвали как хореографа, позвал знакомый, и он сказал про меня: «Это очень крутой хореограф». А снимал очень крутой режиссер, медийный. Но я ничего себе не позволяла: ничего такого, чтобы он мог что-то подумать. Было всего трое суток, за которые надо было сделать много танцевальных номеров. И тут я вдруг стала такой типа музой. Знакомый мог сказать про режиссера: тот что-то не понимает, мол — иди и разберись. И я шла к режиссеру, объясняла, разбиралась. Был момент, когда мы снимали сцену секса, но надо было сделать все аккуратно, прикрыть. Я рассчитываю, как все это поставить. А режиссер переходит на эмоции и в какой-то момент, объясняя сцену актеру, как бы случайно хватает меня за грудь и целует взасос. При всех. Он просто говорит, говорит прямо нормально. И дальше — вот это. Я клянусь: я стояла и не понимала, что случилось. Это было или это мне показалось? Люди вокруг. Мы им объясняем сцену. Я хореограф. Что это?!

Фото: Анна Иванцова для ТД

Потом он начал: «Молодец, ты защитила тизер, у нас будет полный метр, я выпишу для тебя роль, но…» Я подвисла. Потом ехали в машине, он говорит: «Надо подобрать материал тебе, можем посмотреть фильмы у меня на даче». И если все это время я держалась, потому что была ответственная и очень хотела эти съемки, то тут сказала: «Нет». И он такой: «Да ну, дурочка, поверила, да, я ж пошутил». А я думала: б***ь. В итоге я не стала сниматься.

Мария Денкова, 31 год, хотела быть актрисой с 11 лет

Было так, что я нравилась режиссеру — и как режиссеру, и как мужчине. И всегда между нами оказывалась женщина: не продюсер, так кастинг-директор. И она если это секла, хотя я ничего не делала плохого — не хитрила, не прыгала через голову, — она делала все, чтобы я не проходила кастинг. Просто чтобы не было в поле, потому что она якобы думает, что я могу создать ей помеху. Раза три было. А я ничего не делала. Даже никак не кокетничала. А еще бывает месть. Когда ты кому-то отказала, и тебе начинают портить жизнь.

Фото: Анна Иванцова

Марина Бойко, 30 лет, хотела быть актрисой с шести лет, но призналась себе в этом только в 20

Однажды на «Кинотавре» ко мне подошел продюсер: «А вы в (отеле. — Прим. ТД) “Жемчужине” живете? Если что — 327». Я ушла в красноту: меня не оскорбили, как сейчас про это говорят, но я просто поняла, что пришел момент, что на меня смотрят не как на девочку. Я же всегда шукшинская была девочка: с грудью, с косой. И вот это время ушло — и стали на меня как на объект смотреть. В институте я играла Тургенева, Шукшина, мне утягивали грудь эластичным бинтом, чтобы я сыграла семилетнего ребенка — и я играла. У меня наива было столько! Только грудь мешала.

Читайте также Народный харассмент   Сексуальное насилие может коснуться каждого.  

Может, потому что я из татарской семьи, где секс до брака — это нет, меня мужчины вообще боялись касаться. Мы жили в военном городке, нас у родителей три сестры. Хореография, фортепиано — такое стереотипное классическое воспитание, после музыкальной гимназии музыкальное училище. А потом я увидела по Первому каналу мюзикл «Нотр-Дам де Пари» и влюбилась. Поступала на музыкальный театр и везде слетела, зато на драматическом выбирала между двумя мастерами. Родители всегда поддерживали: «Театральный? Ну как хочешь». Так что патриархальное больше у меня в голове.

Фото: Анна Иванцова

Я раньше думала: «А если голой позовут сниматься?» Был период — я думала, что буду отказываться. Сейчас режиссер если скажет: «Разденься» — я разденусь. Это же не я, а персонаж. Я актриса, а тело — это мой инструмент. Я же сама выбрала эту профессию, и это моя часть работы, как и держать себя в форме. Но так я думала не всегда. Были долгие разговоры с собой: «Если я религиозна, то я не ту профессию выбрала. Но я не настолько религиозна — скорее, светская девушка с патриархальным воспитанием».

В конце 2017 года несколько актрис, в том числе Анджелина Джоли и Гвинет Пэлтроу, публично обвинили в сексуальных домогательствах голливудского продюсера, создателя Miramax и The Weinstein Company Харви Вайнштейна. После скандала Вайнштейн был исключен из Американской и Британской киноакадемий и уволен из собственной киностудии, в твиттере прошел флешмоб #MeToo, участники которого рассказали о личном опыте столкновения с домогательствами. Но одним из главных итогов произошедшего стало понимание, что объективация и сексуальное насилие — черты, характерные для всей индустрии. 

В России весной 2018 года две студентки вологодского колледжа искусств написали заявление о домогательствах режиссера и худрука Вологодского драматического театра Зураба Нанобашвили в прокуратуру и Следственный комитет области. Последний установил, что действия режиссера «формально подпадают под признаки преступления, предусмотренного статьей 135 УК РФ (развратные действия), однако состав данного преступления отсутствует, так как на момент совершения указанных действий девушки достигли 16-летнего возраста». В июне Нанобашвили был уволен. 

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Помогаем

Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 479 233 r Нужно 1 898 320 r
Гринпис: борьба с лесными пожарами Собрано 788 158 r Нужно 1 198 780 r
Консультационная служба для бездомных Собрано 807 084 r Нужно 1 300 660 r
Помощь детям, проходящим лучевую терапию Собрано 1 426 401 r Нужно 2 622 000 r
Службы помощи людям с БАС Собрано 2 662 191 r Нужно 7 970 975 r
Хоспис для молодых взрослых Собрано 1 506 551 r Нужно 10 004 686 r
Всего собрано
824 949 637 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Показ спектакля "Слушай, я умираю" в Москве

Фото: Анна Иванцова
0 из 0

Фото: Анна Иванцова для ТД

Фото:
0 из 0

Фото: Анна Иванцова

Фото:
0 из 0

Фото: Анна Иванцова для ТД

Фото:
0 из 0

Фото: Анна Иванцова

Фото:
0 из 0

Фото: Анна Иванцова

Фото:
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: