«Папа, мама, Яна — дома все»

Фото: Марина Бесчастнова

«Я не думала становиться приемной мамой. Правда, уже когда мы решили забрать Янку, моя мама сказала: “Помнишь, ты в детстве говорила — зачем рожать детей, когда столько их в детских домах? Надо сначала этих забрать!” Я такого не помню, но...» — Оксана улыбается и разводит руками

«Она просто сразу выбрала меня»

Оксана — московский юрист. До приглашения стать волонтером Центра лечебной педагогики (ЦЛП) — а их группы регулярно приезжают в интернаты и центры, где живут взрослые и дети с особенностями развития, — Оксана даже не знала, какие они, люди с синдромом Дауна или расстройствами аутического спектра. Весной 2020 года в храме, куда она ходила, рассказали о волонтерской группе, которая помогала центру содействия семейному воспитанию «Лесной», и в ближайшие выходные Оксана отправилась туда. Без далеко идущих планов, просто чтобы вместе с другими волонтерами погулять с ребятами, поиграть в игры, приготовить на кухне что-то несложное.

Ныне закрытый ЦССВ «Лесной», по воспоминаниям Оксаны, был уютным местом, сотрудники которого старались создать условия, максимально близкие к домашним. В пандемию коронавируса администрация центра попросила тех волонтеров, у которых есть такая возможность, забрать воспитанников к себе домой, хотя бы на некоторое время. У Оксаны получилось оформить необходимые документы, и она смогла взять на гостевой режим двух девочек с синдромом Дауна, Аню и Яну. Вместе они поселились в загородном доме у еще одного волонтера ЦЛП — так начался месяц совместной жизни совсем не знакомых друг с другом людей.

«Когда мы забирали девочек, сотрудники центра сказали мне: “С Аней не будет никаких проблем, а вот Яна — о-о-о, с Яной вам будет весело”, — вспоминает Оксана. — А все получилось совсем наоборот. Яна была просто идеальна! Сейчас я понимаю, что она сразу выбрала меня и очень, очень хотела мне понравиться».

Оксана, Андрей, Яна и Аня
Фото: Иван Куринной

Ане на тот момент было 16 лет, Яне — 14. Обе девочки не разговаривали в привычном понимании, но активно общались — на своем языке — и с опекунами, и друг с другом. Почти сразу Яна стала главным миротворцем и переговорщицей: только она могла уговорить Аню пойти помыться или уйти с качелей домой, когда начинался дождь.

Читайте также Как в России трудоустраивают людей с синдромом Дауна  

«Был уж совсем смешной случай, — вспоминает Оксана. — У Ани были проблемы с животом, я приготовила ей слабительное. Прыгала-прыгала вокруг, пыталась уговорить выпить лекарство, но Аня его выплевывала. Потом Яна говорит мне — ну, по-своему: “Давай я Аню уговорю”. Через пять минут прибегает: “Ксю, Ксю!” (она меня тогда так называла). Я спрашиваю: “Что, получилось? Выпила Аня лекарство?” А Янка показывает: “Нет, я сама выпила, не переживай!”»

Как закончилась эпоха «до Яны»

После месяца, проведенного вместе, Яна и Аня вернулись в «Лесной». Оксана понимала, что взять на себя ответственность за обеих девочек не сможет. «Не потяну две войны», — говорит она. Посоветовавшись с мужем, Оксана решила забирать на гостевой режим Яну.

Яна начала проводить выходные у Оксаны и Андрея, в их квартире у нее появился свой диван, свои полочки в шкафу. И все шло более-менее гладко — до тех пор, пока не закрыли «Лесной». Всех детей оттуда распределили по разным социальным учреждениям, и Яна попала в один из московских центров содействия семейному воспитанию. Казалось бы — так даже удобнее: Оксане теперь не нужно было ездить в Подмосковье. Но новое место оказалось совсем не таким доброжелательным, как «Лесной».

«Поскольку у нас по-прежнему действовал гостевой режим, я забирала Яну домой на выходные и водила на регулярные занятия в ЦЛП,  но туда Яна не хотела возвращаться, — вспоминает Оксана. — Когда выходные подходили к концу, у Яны портилось настроение, она начинала нервничать».

Оксана с Яной
Фото: Марина Бесчастнова

Ситуация складывалась так, что с Яной нужно было переставать видеться — или забирать ее к себе, совсем. И осенью 2021 года Оксана с Андреем пошли в школу приемных родителей.

«Мы боялись, конечно. Что не сможем построить совместную жизнь, которая удовлетворяла бы интересы и Яны, и наши. Мы с мужем привыкли жить друг для друга, у нас были путешествия, работы, карьеры. Было гораздо меньше быта. Не было проблем вроде “кто заберет ребенка из школы”. Такая эпоха “до Яны”».

Дату, когда Яна переехала в новый дом насовсем, Оксана, по ее словам, помнит как «Отче наш» — 15 апреля 2022 года. В центре Яну снабдили минимумом вещей: тем, что на себе, и пакетом с парой белья и какими-то важными для нее мелочами: фломастерами, резиночками.

«С этим пакетиком она вошла в квартиру, мы ей сказали: “Яна, все, ты остаешься жить с нами”. И Яна тут же поняла, что это навсегда. Мы как-то сразу поняли, что она поняла».

От Ксю к маме

«У семей с приемными детьми есть медовый месяц, как у молодоженов, — улыбается Оксана. — У нас с Яной он тоже был. Длился ровно три дня. И эти три дня не было никого счастливее Яны, я раньше не знала, что люди могут так радоваться! А потом… начались будни. Эпоха “с Яной”».

Что такое адаптация в новых условиях? Серьезные истерики и срывы, отказ заниматься привычными делами. Совершенно детское, даже младенческое хулиганство: Оксана вспоминает, как Яна делала самолетики из деловых документов родителей. Но самым сложным для Яны, Оксаны и Андрея было выстроить новую систему отношений: рядом — не просто хорошие взрослые, которые помогают тебе и зовут в гости, рядом теперь — родители.

Оксана с Яной
Фото: Марина Бесчастнова

«Яна явно думала: “Кто мы такие, почему нужно нас слушать? Были друзья — и что-то вдруг раскомандовались”. Мы начали выстраивать новые социальные роли. Что такое дом, мама, папа, дочка. Конструировать тот опыт, которого у нее не было никогда».

Яна попала в систему с самого рождения, но родная мама не забывала ее, навещала все то время, пока Яна была в детских домах. Решив забрать Яну в семью, Оксана пообщалась с ее кровной мамой и говорит, что ни в чем не обвиняет ее и не испытывает к ней негатива, — та просто оказалась в сложной жизненной ситуации. Но это не отменяет главного: Яна росла без семьи.

«Я раньше все время была для Яны “Ксю”, но нужно было это менять: я — мама. Сейчас Яна ко мне привязана, я значимый взрослый в ее жизни, это подтверждают все специалисты. Я ее люблю, она меня любит, но осознает ли она в полной мере, что такое мама? Я не знаю, — признается Оксана. — Но я — мама. Она — дочка. Муж — “Агей папа”. Янка любит, чтобы все были дома, говорит: “Агей папа, мама, Яна — дома все”».

Совершенное чудо

Рассказывая о жизни с Яной, Оксана с горечью говорит о том, как много было упущено, даже в самом лучшем социальном учреждении нет возможности обеспечить такое внимание к развитию каждого ребенка, которое дают родители.

Сейчас расписание Яны выстроено плотно, каждый день занят чем-то важным: с утра — коррекционная школа, после обеда — занятия в Центре лечебной педагогики, а еще танцы и гимнастика. В ЦЛП Яна ходит в группу, где подросткам с нарушениями развития помогают освоить навыки самостоятельности, а еще занимается с нейропсихологом и логопедом.

Отдельное место в этом графике занимают уроки кулинарного мастерства — их Яне дает шеф-повар Марианна Орлинкова. Несколько лет назад Марианна организовала в ЦЛП «Гастрономическую модельную площадку» (ГАМП), чтобы учить клиентов центра основам поварского дела. С Яной Марианна занимается раз в неделю онлайн, и им не мешают ни удаленность друг от друга, ни отсутствие у Яны четкой речи.

«Яночка не говорит, но она может… как будто бы напеть мелодию — и вы поймете, какая это мелодия, что она хочет донести, — объясняет Марианна. — Вообще, в ГАМП много малоговорящих ребят, и мы все прекрасно ладим».

Яна очень любит печь и готовить что-то «завтрачное», как говорит Марианна.

Яна
Фото: Иван Куринной

«Очень важно, чтобы студент понимал ценность того, что он делает. Яна это отлично понимает. У нее есть как любимые продукты, так и любимые действия на кухне. Яна фантастически режет! Так быстро схватывать технику нарезки — это отдельный талант. А еще одно удовольствие — видеть, как она “держит” инструкцию: запоминает с первого раза и надолго. У нас как-то был перерыв летом, и, когда мы вернулись к занятиям, я попросила ее взбить яйца венчиком. А вот это движение венчиком — оно очень сложное на самом деле, и большинство наших студентов забывает его, выйдя из кухни. А Яна вспомнила и сразу сделала как нужно!»

Читайте также В джаз-банде Moonberry Jam играют выпускники и сотрудники Центра лечебной педагогики «Особое детство»  

То, что Яна узнает на уроках Марианны, она поддерживает практикой, помогая Оксане на кухне. Оксана говорит, что у Яны вообще талант к бытовым делам: она не только готовит простые блюда, но еще пылесосит, и с каждым разом все лучше, аккуратно раскладывает вещи (тут Оксана со смехом делает оговорку — раскладывает так, как считает нужным сама, и какие-то мелочи они с мужем не могут найти до сих пор), моет посуду, выносит мусор, поливает цветы. Сможет ли этот талант к быту вырасти во что-то большее — в возможность будущей работы, в способность жить самостоятельно? Пока трудно сказать. Но каждое занятие с логопедом, каждый танцевальный класс, каждый онлайн-урок с Марианной увеличивает шансы. Оксана знает это точно, ведь там, откуда она забрала Яну, осталась Аня — и Оксана с болью говорит о том, как, на ее взгляд, сильно и печально изменилась Аня.

«Я очень хорошо помню, как Яночка была еще в детском доме, как мы пытались найти ей семью всеми способами, — говорит Марианна Орлинкова. — И то, что они с Оксаной полюбили друг друга и стали семьей, — это, конечно, совершенное чудо».

Если вы тоже хотите помочь подопечным Центра лечебной педагогики, живущим вне семей, помочь самым ценным, что есть у человека, — вниманием, присоединяйтесь к волонтерским группам ЦЛП.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам

Популярное на сайте

Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Помогаем

Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 643 429 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida
  • Хронические заболевания

Медицинская помощь детям со Spina Bifida

  • Собрано

    1 643 429 r
  • Нужно

    1 830 100 r
Всего собрано
294 952 322

Яна с Оксаной

Фото: Марина Бесчастнова
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: