Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Как и за что преследуют трансплантолога Михаила Каабака. Хроника событий

Профессор, врач-трансплантолог Михаил Каабак и его коллега Надежда Бабенко уволились из НЦЗД (Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей Минздрава России). Это не первое увольнение трансплантолога — давление на них началось еще в 2019 году. «Такие дела» собрали самое важное в истории Каабака и его коллег.

Михаил КаабакФото: Александр Уткин / Русфонд

2019-й. Первые увольнения

Михаил Каабак — единственный трансплантолог в России, который проводит операции по пересадке почки детям с массой тела от 6 до 10 килограммов. Раньше таких детей не оперировали, а держали на диализе, пока они не наберут достаточный вес для трансплантации «взрослой» почки.

До 2019 года Каабак и Надежда Бабенко оперировали в двух клиниках. Их основным местом работы был Российский научный центр хирургии имени академика Петровского (РНЦХ), в НЦЗД трансплантологи работали на четверть ставки. По словам Каабака, руководство НЦЗД знало о схеме иммуносупрессии, которую он применяет. Против ее использования выступал главный трансплантолог Минздрава Сергей Готье. 

В схему входят препараты, не включенные в протоколы Минздрава по подготовке к трансплантации органов: алемтузумаб и экулизумаб. Они применяются в соответствии с ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан», и, по словам Каабака, все требования закона (проведение врачебной комиссии, информирование пациентов об использовании схемы) при применении протокола в НЦЗД были соблюдены. Каабак и Бабенко работают по этому протоколу с 2006 года. По данным исследований, в которых они принимали участие, выживаемость пациентов на схеме с алемтузумабом и экулизумабом после пересадки составляет 97%. 

В августе 2019 года директор НЦЗД Андрей Фисенко предложил Каабаку и Бабенко полную ставку, но, когда трансплантологи принесли в клинику свои трудовые книжки, выяснилось, что работы для них нет. «Первую половину 2019 года директор НЦЗД уговаривал нас с НН уволиться из РНЦХ и перейти на полную ставку в НЦЗД. Это было сделано для того, чтобы оставить нас без работы», — рассказал Каабак ТД. 

24 октября докторам сообщили об увольнении. Операции по пересадке почки в НЦЗД на тот момент ждали 75 детей. Двое из них умерли, не дождавшись операции. 

На сторону трансплантологов встали родители их пациентов, активисты и общественные организации. Петиция с требованием вернуть врачам работу собрала 549 тысяч подписей. Вероника Скворцова, которая тогда возглавляла Минздрав, встретилась с Каабаком и Бабенко и поручила вернуть их к работе. 13 декабря Каабак провел первую операцию после увольнения. 

2020-й. Уголовные дела, увольнение команды 

В начале 2020 года стало известно, что СК возобновил производство по делу против Каабака. Его обвиняют в халатности, повлекшей по неосторожности смерть человека . Обвинение предъявили после смерти 16-летнего подростка, которого Каабак оперировал в 2012 году, используя схему с алемтузумабом. Бабенко проходила по делу свидетелем. 

По заявлению родителей подростку удалили пересаженную почку, хотя Каабак настаивал на том, что возможности ее приживления не исчерпаны. В том же году подросток умер. По делу провели три экспертизы, которые установили, что помощь подростку была оказана в полном объеме, а применение алемтузумаба было обосновано. В 2019 году следственные действия прекратились, а в январе 2020-го в деле сменился следователь — и производство возобновилось. Сейчас, по словам Каабака, статус дела неизвестен — СК не отвечает на запросы адвокатов. 

13 мая 2020 года благотворительный фонд «Помоги спасти жизнь» подал иск против АНО «Центр содействия развитию и поддержке медицины» о взыскании задолженности по договорам пожертвования. Глава «Помоги спасти жизнь» Евгения Бахметьева рассказала изданию Daily Storm, что ее фонд через АНО закупал алемтузумаб и экулизумаб, но пациенты Каабака препараты не получали. Daily Storm пишет, что препараты не стояли на балансе аптеки НЦЗД, а лекарства покупал сам Каабак и другие физлица. «Понимаете, когда так же поставляются лекарства в медучреждения, они на руки никому в этих организациях не отдаются! Это огромная ответственность, если лекарство будет просрочено или если с ним что-то произойдет не так, либо не соблюдены нормы хранения и транспортировки и его введут ребенку, он может просто умереть!» — цитирует Daily Storm Бахметьеву. 

По словам Каабака, врачи привозили препараты из поездок за границу, сведения об их назначении есть в медицинских документах, а решение не проводить их через аптеку и бухгалтерию приняла администрация клиники. На момент публикации этого материала дело не закрыто. 

В апреле 2020 года СМИ снова сообщили об увольнении Бабенко из НЦЗД. По ее словам, на базе клиники планировали открыть блок для детей с коронавирусом, а специалистов отделения трансплантологии стали сокращать. Со специалистом по диализу из команды Каабака Ариной Трофимовой НЦЗД расторг договор в одностороннем порядке, объяснив это тем, что она не прошла испытательный срок и не выполнила рекомендации заведующей. Вопрос об увольнении Каабака не поднимался, но работать без команды было невозможно. «Если есть губернатор, который возьмет нашу команду в количестве четырех человек и одной медсестры, мы готовы с нашими пациентами (они транспортабельны) немедленно уехать в этот регион», — сказала Бабенко в интервью изданию «Правмир». В сети появилась петиция с требованием отставки руководства НЦЗД.  

Клиника информацию об увольнении врачей опровергла. По словам Каабака, увольнение тогда отменили. 

2021-й. Врачи уходят сами

В апреле стало известно, что одному из пациентов Каабака отменили экулизумаб. Михаил Михайлович назвал это саботажем работы команды трансплантологов и заявил, что без препарата ребенок, скорее всего, погибнет. Другому ребенку, который ждал трансплантации с декабря 2020 года, руководство больницы 11 часов согласовывало операцию. 20 апреля, по словам Каабака, вышло распоряжение директора НЦЗД о том, что препараты, закупленные благотворительными фондами и не проведенные через аптеку клиники, применять запрещается. «Этот регуляторный акт нас парализовал», — говорит Каабак. 

18 мая Каабак сообщил о своем увольнении из НЦЗД. За несколько дней до этого заявление об уходе написала Бабенко. Она объяснила это решение желанием «освободиться от ежедневного террора». Каабак — тем, что «безопасно лечить детей здесь невозможно». 

Сейчас в клинике 28 детей, которые ждут трансплантации. Бабенко сообщила, что продолжает консультировать больных по всей России и собирается искать клинику, в которую сможет перевести своих пациентов. Где будет работать Каабак — пока неизвестно. По словам Бабенко, они не смогут лечить по отдельности, «потому что уже стали сплоченной командой».

20 мая «Открытые медиа» сообщили о том, что заявление Каабака в НЦЗД не приняли, а уволили по статье «за неоднократное нарушение трудовой дисциплины». Каабак рассказал изданию, что, по мнению руководства клиники, нарушения состоят в использовании препаратов, не прошедших через аптеку НЦЗД и в отказе брать для одного из пациентов почечный трансплантат без решения комиссии. Каабак собирается обжаловать это решение в суде.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: